Друбецкой — расчётлив, сдержан, осторожен, всё размеряет и взвешивает и во всём действует по заранее обдуманному плану.

Летописец так говорит об этих часах: «Сей же часник наречётся часомерье: на всякий же час ударяет молотом в колокол, размеряя и рассчитал часы нощные и денные, не бо человек ударяше, но человековидно, самозвонно и самодвижно, страннолепно некако сотворено есть человеческою хитростью, преизмечтанно и преухищренно».

Наслаждение способностию читать в душе и понимать самого человека по поводу того, что он говорит, — способностию, которой он, как все гениальные люди, обладал в высшей степени, тоже находило здесь материал... Не имея никаких причин размерять себя, а, напротив, считая необходимостью для истины будущих сношений представить полный вид на самого себя, я говорил решительно всё то, что знал, и всё то, что думал.

Зато современник выразил своё восхищение в таких словах: «Сии же часник наречётся часомерье, на всякий же час ударяет молотом в колокол, размеряя и разсчитая часы нощныя и дневныя; не бо человек ударяше, но человековидно, самозвонно и самодвижно, страннолепно некако створено есть человеческою хитростью, преизмечтано и преухищрено».