Виждь немощных, управляемых отвсюду и всякаго блага лишённых и умом от малодушия помрачённых.

Услыши нас грешных (имена), молящихся тебе и призывающих в помощь скорое предстательство твоё: виждь нас немощных, отвсюду уловляемых, всякаго блага лишённых и умом от малодушия помрачённых.

Ныне же скрыся от очию твоею, яко приидут дни на тя, и обложат врази твои острог о тебе, и обыдут тя, и обымут тя отвсюду, и разбиют тя и чада твоя в тебе, и не оставят камень на камени в тебе, понеже не разумел ecu времене посещения твоего.

Ныне же скрыся от очию твоею, яко приидут дни на тя, и обложат врази твои острог о тебе, и обы-дут тя, и обымут тя отвсюду, и разбиют тя и чада твоя в тебе, и не оставят камень на камени в тебе, понеже не разумел ecu времене посещения твоего.

Посему прошу и умоляю вас, чада и братия, ходите непреткновенно; будучи отвсюду ограждены, отвсюду вооружены, облечены в железную броню; и ни с одной стороны не давайте диаволу места войти и умертвить вас, а это можете совершить благою надеждою, твёрдым исповеданием, всегдашнею боголепною исповедью, смирением, нелицемерным послушанием, терпением и неослабным долготерпением.

Зрише нашу беду, зрише нашу скорбь: отвсюду искушениями одержимы есмы, а заступающего несть.

Уже отвсюду порывается на него противный ветр сомнения, сквозь все его пазы и спаи сочится разрушительная влага неверия, от всего в нём веет охлаждением, равнодушием и нравственным разленением, и червь незримый, но неусыпающий, точит весь остов... О, Кормчий, Кормчий!

Первая же примета его любимцев — полная разобщённость, отродясь и отвсюду — выключенность.