Особая, как уверяет лысый поэт в шапке, похожей на монашескую скуфейку, с которой он никогда не расстаётся, уродливый, как бурятский божок, избиваемый в дни непогоды и обожаемый в часы удачного всхода трав, длинноногий, с зубами, чёрными от табаку и почти
выкрошенными неизменным мундштуком.