Настолько милоть была блистательнее порфиры, и пещера праведника величественнее царских чертогов!

Если бы он высоко ценил настоящие блага, то имел бы не одну милоть; но он так пренебрегал всей настоящей суетой и смотрел на золото, как на попираемую персть, что, кроме той одежды, не имел ничего более.

— Старец, взяв мою милоть, отошёл на вержение камня и, сотворив молитву, принёс мне милоть, полную воды.

Елисей принял милоть, как величайшее наследие; и действительно, это было величайшее наследие, драгоценнее всякого золота.