Нас встретил неулыбчивый кормчий лет сорока, судя по обветренному лицу — опытный моряк, с бородой лопатой, одетый в тулуп и тёплые штаны из тюленьей кожи.
Оно, пожалуй, и нельзя было: в октябре холодно, а тёплого платья был один тулуп на всех семерых; но зато можно было греться детям бегая, а большим работая, и тем и другим — взлезая на печку, где было до 40 градусов тепла.