Ибо весь будучи омрачён лютостию сих страстей, бывает он тогда совершенно чужд собственного чувства; почему желание не имеет где наложить свою печать, чтоб чрез то ум мог носить
незабвенным и неизменным вид богомыслия, так как тогда память его огрубевает по причине суровства страстей.