Вероятно, огульные наветы одного из представителей открыто монархистски настроенной части российской эмигрантской закулисы столь сильно задели реноме видного отечественного ученого и активного политического деятеля, что он в пылу перебранки, так свойственной российской эмигрантской среде, невольно пренебрёг правилом клятв «вольных каменщиков» строго хранить тайны масонских лож, нарушение которых влекло за собой «усыпление», то есть изгнание из рядов масонского братства лиц, виновных в этом.