Враги его облеку студом, на немже процветёт святыня моя.

Ловитву его благословляяй благословлю, нищия его насыщу хлебы, священники его облеку во спасение, и преподобнии его радостию возрадуются.

Дискурс, устремлённый к целостности человеческого духа, он облёк плотью художественной реальности в романной пенталогии «русской идеи», сопровождаемой злободневным комментарием «Дневника писателя».

Когда эта истина нисходит в вас, пытаясь проявиться в вашем существе, она должна встретить ум, достаточно гибкий и разносторонний, подвижный и развитый, способный облечь воспринимаемую им идею в форму мысли, причём так, чтобы сохранилась первоначальная сила и ясность этой идеи.

Нет ничего более очевидного, чем то, что существа одной и той же породы и вида, при своём рождении без различия получая одинаковые природные преимущества и используя одни и те же способности, должны также быть равными между собой без какого-либо подчинения или подавления, если только господь и владыка их всех каким-либо явным проявлением своей воли не поставит одного над другим и не облечёт его посредством явного и определённого назначения бесспорным правом на господство и верховную власть.

Существуют и другие виды волшебного — ведь, во что облечь магию, зависит от самого человека.

Ловитву его благословляяй благословлю, нищыя его насыщу хлебы, священники его облеку во спасение, и преподобнии его радостию возрадуются.

Своё отрицательное отношение к революции и марксистскому коммунизму автор облёк в форму тезисов, которые назвал «Тезисами неприятия».