Для немцев безуспешная борьба с «оркестрантами», естественно, была неприятным воспоминанием, и оберфюрер о подпольщиках высказывался весьма пренебрежительно.

Положив руку на плечо священника, оберфюрер наслаждается его реакцией — тот сразу напрягается всем телом, однако остаётся на месте.

Не успел оберфюрер сделать двух шагов, как выкрик на ломаном немецком помешал ему сесть в машину.