Люлька стояла во дворе, недалеко от ограды для скота и свиней, и потому мухи прямо измывались надо мною.

Так измывались над сиротами.

Младшие командиры, конечно, измывались, как могли, но несильно.

Второй раз наши пути пересеклись на следующее утро, благодаря моей давней привычке при восходе солнца измываться над своим бренным телом.

Измывался я над ней зверским образом: гнал её от себя, когда приходила; назначал свидания и раз по пяти не являлся; письма её — милые, ласковые, добрые письма — на диване, на полу у меня по неделям валялись нераспечатанными.

Над государем в постели измывалась — впрочем, так ему и надо, — рожала только дочек, а потом разродилась наследником, еле живым.

Небось рано или поздно шефу надоест надо мной измываться, и он всё-таки объяснит, что происходит, и как мне теперь жить.

Понимаете, как это плохо, когда у одного есть всё: и жильё, и хлеб, — а они ещё измываются над животными, а мы рядом — голодные, в школу не в чем ходить, но терпим и верим в светлое будущее.