Вы здесь

1993. Снова в ФРГ. Но уже из независимого Казахстана. 3 марта 1993 года, утро. Бонн. Бундесхаус. Фонд им. Фридриха Науманна (Анатолий Волков)

3 марта 1993 года, утро. Бонн. Бундесхаус. Фонд им. Фридриха Науманна

Денёк сегодня весьма напряжённый – полдня работали в Бонне, затем уехали на юг – в Штутгарт (из бесснежной средней Германии, в заснеженную южную), проехав свыше 400 км, и завершив день ужином в ресторане Ландтага земли Баден-Вюртембург «Пленум».

Но, по порядку.

Вчера я засиделся с этим дневником, а утром подскочил ни свет, ни заря, проспав всего три часа, и снова принялся писать. Конечно, предварительно поблаженствовал в ванной, побрился, глядя в это всё увеличивающее зеркало, попользовался всеми благами цивилизации, а после 6 часов утра отправился в уютный ресторан на первом этаже, где, как и положено, всех ждал завтрак.

Конечно шведский стол. Я побродил между выкладками разнообразных продуктов и решил позавтракать преимущественно с упором на фрукты. Набрал себе нарезанных дольками ананасов, апельсинов, других фруктов, а также кураги и т. п. На другую тарелку, естественно положил ветчины, несколько сортов сыра, салями. Взял соков, чай мне принесли. Да, ещё два вида соков – ежевичного и ещё какого-то.


И два слова о чае. Карта чая большая – около полутора десятков сортов: индийского, цейлонского, китайского, травяные, с различными добавками и без. Позавтракал. Поднялся к себе, вышел на балкон, на котором два больших деревянных кресла и стол. Посидел немного, полюбовался пейзажем и стал собираться.


В 8:40 выехали и в том же сопровождении мотоциклистов и полицейских машин отправились в здание «Бундесхауза» на встречу с представителями фонда им. Фридриха Науманна.

По пути обратили внимание на то, что народу на улицах почти нет. А если посчитать покупателей в магазинах, то такое впечатление, что в них вообще почти никто не заходит. Автомобилями заставлены все улицы и даже занимают по половине тротуаров, на которых людей не видно. На это, кстати, мы потом обращали внимание и по дороге в Штутгарт и в нём самом.


Приехали. Как и вчера при входе в «Бундесхауз» наша первая группа вошла в, если так можно его назвать, «накопитель», вместе с сопровождающим нас полицейским, переодетым в штатское. При этом сначала открылась первая, или входная дверь, затем она закрылась на несколько десятков секунд, в течение которых нас, по-моему, всех запечатлели на плёнку или видео. После чего внутренняя дверь открылась, и мы вошли внутрь здания. За нами вошла вторая группа. Раздевались внутри здания очень просто. В определённом месте устанавливаются обычные вешалки, как у нас. Все вешают на них верхнюю одежду и идут дальше по своим делам.


Фонд им. Фридриха Науманна. Информационный бюллетень


Нас принимали в зале А217, для чего мы поднялись на, кажется, третий этаж. К сожалению, господин Вольфганг Мишник, президент, как здесь называют, или Председатель правления Фонда им. Фридриха Науманна, заболел гриппом и нас принимал господин Флиссер, директор-распорядитель этого Фонда, с участием заведующего региональным бюро занимающегося проблемами бывших стран социалистического лагеря, включая и Советский Союз, господина Виннерта.


В начале своего выступления господин Флиссер в шутливой форме посетовал на то, что, к сожалению, нашу делегацию принимают здесь, а не в резиденции Фонда, которая размещена в 15 км от Бонна в красивейшей местности, но сжатость нашей программы не позволила увезти нас туда. Что касается самого Фонда, то Фонд Фридриха Науманна, как и ряд других тесно увязан с политическими партиями и движениями Германии. В работе классических западных демократий, сообщил он, имеется три направления, а именно:

– свобода;

– равенство;

– братство,

т. е. лозунги французской буржуазной революции.

В настоящее время демократические политические партии и движения объединяет та же триада, только немного модернизированная:

– свобода;

– безопасность;

– правопорядок.


Партии и движения консервативного направления придерживаются в основном лозунга – «правопорядок», социал-демократические – «безопасность», имея в виду социальную, а либеральные – «свобода».

В политической жизни развитых стран присутствует определенное равновесие между этими партиями, что и обеспечивает благополучие, например в Германии, но защищая при этом свои цели.

И хотя партии могут, да и на практике меняются у власти, радикальной путь государственной политики сохраняется, меняются только приоритеты. Исходя из этих политических устоев Фонд и ведёт свою работу, обращая при этом главное внимание на:

– круг вопросов связанных с правовой государственностью и рыночным хозяйством;

– формирование «общества граждан» зиждящемся на классических демократических принципах.


«При этом понятие «общества граждан» для нас, – говорит господин Флиссер, – означает, что основную политическую работу мы проводим у себя на местах, там, где люди знают друг друга, а вот верхним эшелоном власти должны принимать решение по вопросам общегосударственной важности, т. е. тех, которые на местах сами граждане решать просто не могут. Конечно, мы понимаем, что в силу специфики тех или иных регионов мира, менталитета граждан, особенностей религиозных, национальных и т. п. вопросов изложенное выше не может быть применено в полном объёме, но цели наши и мы ставим и пытаемся добиться их всеми доступными нам средствами.

По нашему опыту и убеждениям, – продолжил он, – рыночное хозяйство встаёт на ноги только там, где имеются политическая стабильность и правовая основа. В ряде стран, установивших демократические порядки, рыночные отношения стали развиваться, но без надлежащей правовой базы, поэтому они добиться ничего не могут. Для участника рынка необходима правовая уверенность и только при этом условии всё будет решено.

Ещё одно. Западные страны с высоким уровнем благополучия убедились также, что тратить больше, чем зарабатываешь, нельзя. Так, даже такое богатое государство как Шведское и то вынуждено менять свои приоритеты. И поэтому в своей деятельности мы стремимся к тому, чтобы граждане поняли, что демократия и правовое государство, прежде всего, означает, что каждому необходимо исполнять свои обязанности. Мы с вами, при всех различиях наших государств, должны понимать, что за свободу каждый должен платить и цена всему этому – ответственность каждого.

Это вкратце, а если после Ваших вопросов возникнут ещё какие-то непонятные вещи, то их разъяснит доктор Виннерт».

Вопросы задавали С. А. Абдильдин, С. Т. Такежанов, Л. А. Филаретова и ряд других народных депутатов.


В частности, отвечая на вопрос о том, имеются ли другие аналогичные фонды, г-н Флиссер сообщил, что имеются, особенно в федеральных землях, но мы стремимся хотя бы в международных вопросах иметь разнообразие.


Об имуществе и финансах:

– Во всех политических фондах Германии до 90%, а иногда и свыше поступлений – из бюджета, но действуют фонды самостоятельно и под собственную ответственность. Суммы поступлений различны. Например:

– Фонд им. Фридриха Эберта под эгидой ХСС – 100 млн. марок,

– Фонд им. Фридриха Науманна под эгидой СВДП – 100 млн. марок,

– Фонд им. Людвига Эрхарда под эгидой ХДС – 200 млн. марок,

– Фонд им. Конрада Аденауэра под эгидой Социал-Демократов – 200 млн. марок.

Замечу, что из общих сумм в Фонде, например, им. Фридриха Науманна до 1/3 уходит на содержание аппарата.


Единственный ли путь движения в демократию через фонды?

– Демократическая культура в Германии развивается под воздействием множества общественных организаций вносящих свой вклад. Об этом можно узнать из справочника «Общественная жизнь Германии». Конечно, политические фонды играют значительную роль в политическом просвещении граждан. Обсуждаются в фондах и различные важнейшие проблемы – например, как необходимо организовать в будущем работу транспорта, или как необходимо вести работу с молодёжью и т. д. Фонд им. Фридриха Науманна свою работу ведёт через восемь центров, пять из которых в землях Западной Германии, два образовались в новых землях и один – Международная академия в Португалии.


О взаимоотношениях Фондов с профсоюзами.

– Фонды Аденауэра и Эберта находятся в некоторой политической близости с профсоюзами, а Фонд Науманна – нет. По своей природе.


По поводу коммерческой деятельности фондов.

– Дискуссии об этом идут давно, но пока ясно только одно, что путь к этому долог. Германия слывёт самой развитой страной рыночной экономики, но и в ней государственный сектор превышает 50%. Конечно, по мере реорганизации хозяйства в ГДР этот процент будет снижаться, а возможности фонда расширяться.

Конец ознакомительного фрагмента.