Вы здесь

Шахматы на раздевание. Глава 3 (Д. А. Калинина, 2014)

Глава 3

Прибывшие спустя полчаса полицейские оказались на редкость дружелюбными и любезными молодыми людьми. Они держались настолько вежливо, что подруги невольно подумали о том, что ребят об этом очень сильно попросили. Серж и товарищ Букашкин, как эти двое служителей порядка представились подругам, даже не стали упрекать девушек в излишней доверчивости. Наоборот, они всячески постарались поддержать их и ободрить.

Шуточки сыпались из Сержа и Букашкина, словно из рога изобилия. И постепенно подруги немного пришли в себя, снова стали улыбаться и даже спросили, как на самом деле зовут их новых знакомых. Оказалось, что Серж – это Сергей Вешняков. А Букашкин так и есть Букашкин, только зовут его Вадим.

– Но вы нас зовите, как мы вам сказали сначала. Так жить веселей, не так ли?

Покончив со скучными формальностями, они наконец приступили к сути дела.

– Перед тем как явиться к вам, мы проверили записи с камер наблюдения, расположенных вблизи вашего дома.

– И что?

– Единственным, кто приближался к вашему дому, был человек в спецовке рабочих вашего поселка.

Подруги кивнули. Таракан завел собственную службу эксплуатации, которая щеголяла в жилетах ярко-малинового цвета. Спутать их с кем-то еще было просто невозможно.

– Этот человек держался вполне уверенно. Да и дело было еще засветло. Он подошел к вашему дому, позвонил в домофон, а спустя минуту дверь перед ним открылась, и он спокойно вошел на ваш участок.

– Когда именно это произошло? – удивились подруги, которые покинули вчера поселок еще утром, а вернулись глубокой ночью.

– В шесть часов вечера.

– Вчера?

– Да.

– В это время нас дома не было, – твердо сказала Кира. – Это решительно невозможно. В шесть вечера мы с подругой еще ходили по магазинам.

– А точнее, уже сидели в ресторане, – поправила ее Леся. – Я это помню, потому что разговаривала с Эдиком, и он удивлялся, как это я собираюсь ужинать, когда уже пробило шесть.

И она слегка покраснела, кинув взгляд на свое отражение в зеркале. За последнее время Леся набрала пару лишних килограммов, и теперь ей казалось, что все только и думают о ее потолстевших боках.

Но оперативникам было не до Лесиных терзаний и диет.

– Мы знаем, что вас не было вчера дома целый день, – сказал Серж, – и знаем, что вы вернулись далеко за полночь. И поэтому повнимательнее понаблюдали за этим типом, пытаясь понять, кто он такой и что ему нужно у вас на участке.

Полицейские потребовали еще раз прокрутить запись. И на замедленной съемке стало видно, что мужчина не просто подносит руку к двери. В этот момент он прикоснулся ключом-таблеткой к замку домофона, отомкнув его. Это очередной раз поразило подруг, потому что их собственные комплекты ключей находились в целости и сохранности. Их наличие подруги проверили самым первым делом, едва только сообразили, что в их отсутствие в доме побывал воришка.

– Значит, у вора точно были ключи от нашего дома.

– Или, по крайней мере, от замка на калитке, – согласился Букашкин.

На самом участке камер наблюдения не было. Во всяком случае, они так искренне считали. И чтобы добиться этого, девушки заполнили и передали на подпись Таракану огромное количество разного рода бланков и заявлений, прежде чем им сняли эту услугу. Таракан и его служба безопасности сопротивлялись до последнего, настаивая на том, что неразумно оставлять периметр участка без наблюдения. Но, в конце концов, упорство подруг победило, и видеонаблюдение за их участком было снято.

То есть это подруги думали, что оно было снято. Оказалось, ничуть не бывало.

– Дальше человек в спецодежде рабочего прошел к дому. Но не к входной двери, которая находилась под сигнализацией, он пошел вдоль дома.

– То есть как это вдоль дома? – поразились подруги. – Вы это где увидели?

И окончательно пришли в недоумение и негодование, услышав:

– Так там же… на записи.

– На нашем участке, возле дома или в нем самом никаких записей вестись не может!

– Насчет вашего дома не скажу, записей внутренних наблюдений нам и впрямь не показали. А вот на участке у вас наблюдение велось.

– Мы от него отказались еще несколько лет назад!

Серж и Букашкин лишь развели в ответ руками. А Букашкин сказал:

– Все вопросы к руководству службы безопасности вашего поселка. От себя могу лишь добавить, что было бы куда проще работать, ведись наблюдение еще и у вас в доме.

Подруги ничего не ответили полицейскому, но поклялись себе, что, покончив с полицией, они первым же делом отправятся к Таракану и выяснят у него, по какому праву он возобновил наблюдение за их участком. Да и вообще… прекращал ли его хоть когда-нибудь?

Однако с этим делом девушкам пришлось повременить. Несмотря на все их праведное возмущение, они не могли сейчас все оставить и бежать разбираться со службой безопасности. Букашкин и Серж требовали внимания к себе.

– Драгоценности, пропавшие у вас из сейфа, можете описать по списку?

– Конечно!

– Может, и фотографии их у вас имеются?

На некоторых фото подруги были запечатлены в своих ныне пропавших драгоценностях, и они пообещали полицейским:

– Мы поищем нужные кадры.

А Леся, так та даже пообещала нарисовать сережки своей бабушки, которые она очень хотела вернуть себе.

Но у Сержа были припасены еще вопросы к подругам:

– Я так понял, с вами проживают еще двое мужчин?

– Да, наши женихи. Но они сейчас в отъезде.

– Это как-то можно проверить?

– Можете с ними поговорить по телефону. Но если вы интересуетесь ими по поводу их алиби, сразу могу сказать, у мужиков сейчас охотничий сезон. Даже если бы им и пришла в голову дикая мысль обокрасть нас, они бы ни за что не стали делать это именно сейчас. Вот после окончания охотничьего сезона, тогда да, то есть тогда нет, но тогда у них было бы для этого хотя бы свободное время, а сейчас его точно не имеется.

– Они оба такие заядлые охотники?

– Да. Очень.

– Ну, тогда, полагаю, мы можем снять с них подозрение, – перемигнулся Букашкин с Сержем.

Но телефоны женихов они все же со слов подруг записали. И девушкам показалось, что они все равно проверят, точно ли Эдик с Лисицей находятся там, где думают девушки.

И Леся жалобно попросила:

– Можете им не говорить, что случилось?

– Можем, а почему?

– Мы не хотим ставить их в известность.

– Боитесь, что станут вас ругать?

– Да.

– И совершенно напрасно, вы ни в чем не виноваты.

Букашкин был невысокого роста, каким-то мелким и суетливым. Черты лица у него были несколько смазанные. Красавцем он не являлся, однако у подруг сложилось ощущение, что именно он играет в паре оперативников решающую роль. Серж был долговязым и белобрысым. Он прошелся по коттеджу подруг и неожиданно изрек:

– Хотел бы я жить в таком доме.

И не успели подруги отреагировать на его слова, как он спросил:

– А что это у вас тут за жаба с монеткой?

– Это символ богатства и благополучия.

– А откуда он у вас?

– Нам его… мы его купили.

Учитывая ту сумму, которую подруги отвалили за визит Кости Нахапкина, это было чистой правдой.

– Всегда хотел узнать, для чего людям нужна такая гадость, – произнес Серж.

– Теперь знайте.

– Ты замечаешь, что в последнее время мы этих жаб только и видим? – обратился Серж к своему приятелю через окно.

Букашкин, который несколько минут как вышел во двор и занялся там визуальным осмотром внешней части дома и участка, не откликнулся. Скорей всего, не слышал. В дом он вернулся минут через пять вместе с подъехавшим экспертом, который немедленно прошел к вскрытому сейфу.

А Букашкин направился к подругам.

– Вот ведь какая странность, – произнес он. – Практически единственное место на вашем участке, которое не видно на камерах видеонаблюдения, это та часть цокольного этажа, в которой у вас имеется отверстие непонятного предназначения. Что это? Для вентиляции слишком велико. Окно? Но зачем оно вам там?

– Это не совсем окно. Это выход.

– Выход?

– Выход для негативных эмоций.

Букашкин неожиданно вздрогнул. А непосредственный Серж всплеснул руками и воскликнул:

– Стоп! Дайте-ка я угадаю, кто наплел вам эту чушь!

– Это не чушь, а…

– А сказал вам про нее некий дизайнер по имени Костя Нахапкин? Я прав?

Подруги пораженно смотрели на Сержа. А потом Кира произнесла:

– Вы тоже знаете Костю?

– Еще бы мне не знать мерзавца! – с досадой вздохнул Серж. – Да он у нас по пяти эпизодам проходит!

– В качестве свидетеля, – поспешил осадить своего порывистого приятеля более осторожный Букашкин. – Только в качестве свидетеля.

– Да наводчик он! Я тебе это давно говорю! И в каждом случае оказывалось, что именно он посоветовал людям то или иное новшество, которое в итоге и помогло ворам проникнуть в их дом. В одном случае Костя посоветовал отключить сигнализацию, потому что от нее идет вредное излучение. В другом посоветовал хозяевам устроить небольшой фонтан, во время сооружения которого и произошла кража. В третьем…

– По всем эпизодам у дизайнера есть твердое алиби, – перебил приятеля Букашкин. – Ты что, не помнишь, почему он до сих пор разгуливает на свободе? Всякий раз оказывается, что во время ограбления этот типчик был вместе с пострадавшими. И значит, никак не мог быть тем вором, который вынес все ценности в отсутствие хозяев. Они сами это признавали.

Подруги смутились. Они ведь тоже вчера провели весь вечер с Костей. А вернулись домой в таком состоянии, что даже толком не могли различать предметы. Воры вполне могли забраться в дом в их отсутствие.

– Так что пока не сцапаем самого вора, Нахапкину нам предъявить-то и нечего.

– Но каков наглец, – продолжал бушевать Серж. – Раньше он не связывался с такими серьезными объектами. Работал по квартирам, где из мер безопасности имеется исключительно железная дверь, да и та зачастую экономкласса. А тут КПП, всюду камеры наблюдения…

– Совершенствуется парень, растет.

– Постойте! – вмешалась Кира. – Вы что, подозреваете в краже Костю Нахапкина?

– Боюсь, что так, – подтвердил Букашкин.

– Но это решительно невозможно!

– Почему? Потому что Костя милый и обаятельный?

Оперативник не скрывал своей насмешки. Видимо, этот аргумент ему приходилось слышать часто. Но Кира имела в виду совсем другое.

– Нет, – помотала она головой, – Костя не мог знать, что мы проведем весь день в спа.

– А днем на ваш участок никто и не заходил. Единственный инцидент произошел около шести часов вечера. Точней говоря, в шесть ноль семь.

Подруги принялись соображать, что с ними было в это время. Разговор Эдика и Леси о нарушении диеты состоялся в шесть ноль две. Значит, девушки точно были в это время в ресторане. Уже сидели за столиком и готовились выпить по первому бокалу вина.

– Костя не знал, что в шесть мы захотим посидеть в ресторане!

И тут же обе подруги покраснели. И было чего стыдиться. Потому что они обе вспомнили, что Костя как раз знал, что они будут в ресторане в это время. И не просто знал, они сами ему об этом и сказали. Лично сами сказали, когда Костя им позвонил. А позвонил он им как раз перед тем, как они выпили по своему первому бокалу. И было это сразу после того, как Леся поговорила с Эдиком. Значит, в шесть ноль три – шесть ноль пять. Леся закончила говорить с Эдиком, и почти сразу позвонил Костя Нахапкин. И да, она ему сказала, что они в ресторане, а он заявил, что приедет. И приехал. Правда, чуть задержался, объяснил это пробками, но ведь могло быть и так, что Костя давал распоряжения своему сообщнику, который был наготове и болтался где-нибудь поблизости от «Чудного уголка».

– Почему же вы замолчали?

И снова Букашкин не скрывал своей насмешливости. Очень вредный субъект был этот Букашкин. Вот Серж, тот был подобрее и помягче. Он лучше понял состояние подруг и спокойно произнес:

– Но не забывайте, Костя мог проследить за вами.

– Не трудитесь искать оправдания для нас, – глухо произнесла Кира. – Мы сами сказали Нахапкину, где мы и сколько намерены там пробыть.

– Признаемся в этом, – прошептала Леся вконец убитым голосом. – Мы сами пригласили Костю в ресторан.

Нелегко было подругам сознавать, что они сами невольно помогли ворам ограбить их дом. Но полицейские и не думали над ними смеяться. Вместо этого Серж сочувственно спросил:

– И получив приглашение присоединиться к вам, Костя сразу же приехал?

– Не сразу, а спустя полчаса, но он все же приехал.

– Уверен, у него есть очень талантливый сообщник. Как только Костя понял, что вы засели в ресторане, он немедленно дал указания своему сообщнику, как тому действовать, а сам отправился к вам, добывать себе алиби. Долго он с вами пробыл?

– Долго, – уныло подтвердила Леся.

– До самой ночи, – прибавила Кира. – Можно было вынести весь дом, а не только очистить один сейф и взять пару безделушек.

На душе у подруг было мерзко. Они никак не хотели поверить в то, что милый и обаятельный Костя Нахапкин никакой не талантливый дизайнер, а всего лишь воришка и мерзавец. Но, с другой стороны, это было и хорошо. Почему? Да потому что теперь девушки знали, у кого находятся их деньги и драгоценности, и могли потребовать их назад.

Но оказалось, что все не так просто.

– Дизайнер не так глуп, чтобы самому мараться с криминалом.

– За него работает кто-то другой.

– Костя же лишь дает наводки, а потом получает свою долю.

– Он ни за что не признается, даже если надавить на него.

– Это не в его интересах.

– Он будет молчать, как партизан.

Подруги тоже молчали, совершенно подавленные убийственной логикой полицейских.

– Выходит, мы знаем, кто вор, но не можем призвать его к ответственности?

– Да.

– И наши драгоценности, и деньги пропали безвозвратно?

– Во всяком случае, требовать их у Кости Нахапкина нет никакого смысла.

Нет? Ну, это подруги еще посмотрят! И не сговариваясь, обе твердо решили, что, как только распрощаются с полицией, они немедленно поедут в гости к Нахапкину. Плевать даже на Таракана и его подлую службу безопасности, продолжавшую втихаря следить за их участком, эти-то от них никуда не денутся, с ними они могут разобраться и позднее. А сейчас самое главное вернуть назад сережки Лесиной бабушки. Как уже говорилось, если всеми другими пропавшими у них из дома ценностями подруги могли еще поступиться, то этой реликвией – нет.


Костя Нахапкин жил в красивом современном доме. Фасад был украшен хорошенькими балкончиками, двор был обнесен высокой ажурной оградой. Внутри находилось полностью обустроенное для комфортной жизни пространство, проникнув в которое даже дышать начиналось как-то легче. Да и не удивительно, ведь во дворе было посажено множество цветов, декоративных кустарников и другой зелени. Совсем не то что за оградой, где оставался шумный мегаполис.

В доме имелся всего один подъезд, но из просторного облицованного мрамором холла наверх вели две широкие лестницы, и тут было две шахты для лифтов. Одна по правую руку, другая по левую. В холле дом разделялся на две половины, каждая из которых была равноценна по дизайну. Только одна часть дома была оформлена в бело-розовой гамме, а другая в зеленовато-голубой.

– Как тут шикарно! – невольно поразились подруги.

В холле тоже было много живых растений и цветов, стоящих в красивых декоративных кашпо. Лестницы были застелены коврами, а на стенах висели репродукции известных мастеров и зеркала, украшенные пескоструйными узорами.

– Совсем не так должен жить подлый тип, наводчик и вор!

– Вор должен сидеть в тюрьме!

Конечно, сажать Костю в тюрьму подруги не собирались. Да и как бы они это сделали? У них был к нему совсем другой разговор. Девушки хотели надавить на Костины самые добрые чувства, чтобы он вернул им сережки.

– Остальное пусть оставит себе.

Если же Костя и тут не поддастся на их уговоры, девушки планировали ему еще немного приплатить. Кто-то мог сказать, что это глупо – давать вору деньги за то, чтобы вернуть себе свои же вещи. Но, в конце концов, честь семьи дороже.

По телефону подруги не стали вести с Костей деловых разговоров. Они лишь попросили его о личной аудиенции, заявив, что дело чрезвычайной важности и речь идет о больших деньгах. В принципе, так оно и было, они не очень-то и соврали. Девушки ожидали, что Костя начнет отнекиваться, даже приготовились беспардонно лгать, если понадобится, но дизайнер явно не почуял подвоха и сказал, что примет их у себя дома. Подруг даже удивила та легкость, с какой мерзавец дал свое согласие на эту встречу. Видно, у человека совсем не было совести, если он так спокойно соглашался на свидание с жертвами своего собственного коварства.

– Или же он полагает, что мы совсем дуры и ничего не поняли.

Впрочем, Костя ведь не знал, что у полиции появились подозрения на его счет. Наверное, потому он и вел себя столь нагло. А еще, видимо, он преувеличивал силу собственного обаяния. Хотя если бы подругам сегодня утром не открыли глаза на то, что именно из себя представляет известный фэншуист, они бы так и продолжали считать его славным парнем. Еще и за советом бы побежали, чтобы спросить, что не так они сделали у себя в доме, в чем ошиблись, раз вместо процветания и благополучия на их голову нежданно свалилась беда. Сила личностного обаяния Кости была так велика, что девушки точно так бы и поступили.

Но теперь они были настроены решительно. И обе сжимали кулаки, жалея, что не смогут прямо с порога влепить дизайнеру по хорошему тумаку. Может быть, позднее, когда он вернет им сережки Леси… Но пока не вернет, они будут изображать милых беззащитных овечек, способных хорошо заплатить.

– Значит, мы входим, и ты сразу же начинаешь плакать, – наставляла Кира свою подругу. – Помни, тебя должно быть жалко.

– Может быть, мне уже прямо сейчас начать?

И Леся сморщила физиономию, явно собираясь зареветь.

– Так слишком страшно, – покачала головой Кира. – Вид у тебя не несчастный, а какой-то, скорей, кровожадный.

– А какой у меня должен быть вид? – прошипела в ответ Леся, старательно строя гримасы перед зеркалом. – Этот гад свистнул сережки моей прабабушки! Ты себе не представляешь, как я на него зла!

– Но ты все-таки постарайся.

И Леся постаралась. Пока они ждали лифта и ехали на нем наверх, она старательно строила рожи перед зеркалами, которых тут было великое множество. Результатом ее стараний стало то, что пожилая супружеская пара, которая дожидалась лифта, испуганно уставилась на Лесю, когда подруги приехали на этаж. Люди быстренько шмыгнули в кабину лифта и, не скрывая своего облегчения, проводили уходящих девушек взглядами.

Кира была недовольна:

– Говорю тебе в последний раз, начинай скорее реветь. Иначе все пропало.

– Может, ты поплачешь? – осенило Лесю. – Вор ведь не знает, чьи сережки.

– Я? А что… я могу.

И Кира жалостливо скривилась, и впрямь выдавив из себя пару слезинок. Глаза у нее мгновенно покраснели, кожа припухла, и даже нос вроде бы увеличился в размерах.

– Вот! – обрадовалась Леся. – Тебя и впрямь жалко. А я буду ругаться и громить на чем свет стоит неизвестных воров.

– Это у тебя здорово получится, – шмыгнула носом Кира, стараясь не выходить из образа. – Ну… С Богом!

И она нажала на кнопку звонка. Было немного странно, что Костя не встретил их в дверях, исходя из того, что они звонили ему снизу, и вообще не открыл им дверь. Еще более странно было то, что и после многочисленных звонков подругам никто не открыл.

– Странно, – произнесла Леся. – Уснул он, что ли?

– За несколько минут? Нет, он там. Наверное, сейчас откроет.

Она нажала на ручку двери, и та действительно распахнулась.

– Открыто. Значит, можно войти.

Подруги вошли и замерли в просторной прихожей. Куда идти дальше, они не знали. Перед ними были три двери, все закрытые, одинаковые и безликие. Впрочем, за одной из них намечался какой-то шорох. Туда подруги и направились.

– Костя, вы тут? А у нас, знаете ли, проблемы. Представляете, этой ночью нас ограбили. И самое страшное, что у Киры украли одни особенные сережки, которые…

Они вошли в комнату и в ту же секунду замерли прямо у порога. Леся оборвала фразу на середине, так и застыв с открытым ртом. Костя лежал перед ними на полу.

– Господи, что с вами?

И было отчего испугаться. Фэншуист лежал и смотрел на них, губы его слабо шевелились, он издавал хрип. Его пальцы беспомощно подрагивали и царапали паркет, словно Костя из последних сил пытался ползти. Этот звук и услышали подруги.

– Костя, вы живы?

Подруги уже забыли, что перед ними вор или, во всяком случае, пособник воров, обокравших их. Теперь они видели, что это всего лишь человек, явно нуждающийся в их помощи. Они подскочили к Косте и подхватили его с обеих сторон.

– Господи, да у вас кровь!

Руки дизайнера и впрямь были все в крови. Кроме того, кровь была и на его теле, и даже на ногах.

– Да вы ранены! Кто это вас так?

Но глаза Кости стали закатываться. С его губ срывались бессвязные звуки.

– Что вы говорите? Я не понимаю!

Обе подруги старательно прислушивались к тому, что он пытался сказать, но им удалось разобрать лишь одно слово:

– Монастырь…

– Вы хотите, чтобы за вас помолились? В монастыре? Хорошо, мы передадим ваше пожелание священнику. Только в каком именно монастыре за вас молиться?

Но Костя продолжал хрипеть совсем уж неразборчиво.

– Я не понимаю! – в отчаянии воскликнула Кира. – Не могу разобрать названия.

– Но хотя бы какой это монастырь, где вы хотите отпевание? – пришла ей на помощь Леся. – Христианский или буддийский?

Однако все было бесполезно. У Кости уже не было сил, чтобы договорить фразу. Он уронил голову набок. Неожиданно подругам показалось, что за их спинами раздаются чьи-то шаги. Но в ту же секунду Костя в их руках дернулся, открыл глаза и, устремив взгляд куда-то в потолок, неожиданно четко и внятно произнес:

– Монастырская крыса!

И с этим гневным возгласом он испустил дух. Тело его в последний раз дернулось и обмякло. Какое-то время подруги молчали. Затем Кира пробормотала:

– Я… Я чего-то не понимаю… Он что… Он умер?

– Похоже на то. Во всяком случае, он не дышит.

Леся открыла сумочку и достала оттуда пудреницу с зеркальцем.

– Ну да, – озабоченно подтвердила она. – Не дышит.

– Так врача вызвать надо! Скорее!

– Какой там врач! – воскликнула Леся. – Если Костя умер, ему уже не помочь. К тому времени, как врачи доедут, все реанимационные мероприятия будут впустую.

– Массаж сердца! Надо сделать ему массаж сердца! Я видела в сериале про «Скорую помощь»!

– Кира, тут все в крови! Посмотри, какая лужа. Да он скончался от потери крови. Тут уж никакой массаж не поможет.

Подруги замолчали, сокрушенно глядя на тело Кости.

– Блин! – наконец нахмурилась Кира. – Вот засада! Это же надо было нам с тобой так влипнуть!

– Бывало и хуже.

– Да нет, куда уж хуже. Мы тут одни в пустой квартире, наедине с трупом. С криминальным трупом.

– Почему?

– Ты сама сказала, тут все в крови, и он сам тоже весь в крови. Не сам же он так порезался.

– Не сам? – продолжала тупить Леся. – А кто же его порезал?

– Я не знаю, кто! Но его убили! Понимаешь, убили!

Постепенно и до Леси стало доходить, что дело-то совсем неладно. Кира же уже давно это смекнула и теперь первой поднялась на ноги и двинулась к двери.

– Ты куда?

– Надо уносить ноги.

– А полиция?

– Какая полиция? С полицией нам в данном случае не по пути. Нам нельзя встречаться с ними.

– Но как же… мы ведь свидетели.

– Свидетели чего?

– Ну… того, как Костя умер.

– Вот именно! А перед этим его кто-то хорошенько потыкал ножиком. А кто?

– Я не знаю, – растерянно покачала головой Леся.

– Вот в том-то и дело! А что, если полицейские решат, что это мы его укокошили?! Тогда как быть?

– С чего бы им так подумать?

– А с того, что они полицейские. А тут мы с тобой, наедине с трупом, и все в крови. Конечно, они в первую очередь подумают на нас с тобой!

Леся беспомощно огляделась по сторонам.

– Но уйти просто так тоже как-то неправильно, – сказала она. – Лично я за то, чтобы вызвать полицию.

Кира заколебалась.

– Мы здорово рискуем.

– Я знаю.

– И мы ничем не сможем помочь полиции.

– Но если потом они выяснят, что мы были на месте преступления, будет еще хуже.

– Да, в таких домах полно видеокамер, – озаботилась Кира. – Наши физиономии могли тут здорово засветиться.

Но тут же ей пришла в голову мысль, что если камеры записали их, то они должны были записать и того, кто нанес Косте ужасную рану.

И она нерешительно произнесла:

– Ну… можно попробовать… вызвать полицию.

В общем, подруги приняли судьбоносное решение. И они вступили в очередное свое расследование, сами даже не понимая хорошенько, как это у них получилось. Вроде бы ничего плохого не делали, смирно сидели дома, занимались ремонтом. И откуда на их головы все валятся и валятся новые и новые приключения? Совсем непонятно, что их ждет дальше, но в этом-то, надо сказать, вся и прелесть.

И помимо воли девушки вновь ощутили знакомое чувство, которое охватывало их всякий раз, когда они сталкивались нос к носу с какой-нибудь загадкой. Приключение! Вот чего им так не хватало все это время. Вот чего они жаждали, закисая у себя в поселке. Активная жизненная позиция Киры и Леси не могла позволить им отступить в сторону и предоставить дело профессионалам. Это не девушкам, а Сержу, товарищу Букашкину и службе охраны их поселка придется подождать в сторонке.

Две наши подруги, как все истинные женщины, были свято уверены в том, что шутя и играючи справятся с любым делом. И к тому же сделают они это куда лучше многих, очень многих мужчин.