Вы здесь

Шарада Шекспира. Глава 8 (Наталья Солнцева, 2007)

Глава 8

Ева все же решила купить себе что-нибудь новенькое – костюмчик в обтяжку, бусы из яшмы или янтаря, шейный платок с замысловатым рисунком: авось настроение улучшится. Утренний разговор со Славкой разбередил ей душу. Какого черта она с ним разоткровенничалась? Да еще упомянула о Кристофере? Мужчины такие ревнивцы – сами забывают оказывать женщинам внимание, а потом их же и обвиняют в неверности. Ева уже пережила подобное, повторение казалось невозможным. А вот и первый сигнал тревоги! Что-то же потянуло ее к молодому актеру, совсем еще мальчику?

«Наверное, я хотела доказать Смирнову, что заслуживаю любви и могу заинтересовать другого, весьма привлекательного мужчину, – сказала себе она. – После тридцати ухаживание мужчин становится для женщины чем-то вроде допинга».

Продавщица в просторном отделе женской одежды заметила задумчивую посетительницу.

– Ваши размеры вон там, – показала она рукой в противоположную сторону. – Идемте, я вам помогу.

Они выбрали пару моделей, и Ева закрылась в примерочной. Посмотрела на себя в зеркало: красивая, зрелая, умудренная жизнью дама. Можно понять мальчика Кристофера. А себя? Зачем ей пустая, не имеющая будущего интрижка?

– Ничего не было, – прошептала Ева, раздеваясь. – И не будет!

Бирюзовый костюм с нежно-розовыми разводами пришелся ей впору: свободные брюки и блузка, украшенная пышными воланами. Смирнов будет в шоке. Если он критиковал ее зеленый наряд, то что скажет об этом?! Ева, удовлетворенно хихикая, расплатилась, взяла пакет с обновкой и пошла вдоль празднично сияющих витрин парфюмерных и ювелирных отделов. Может, побаловать себя еще чем-нибудь? Мысль так и не успела оформиться, а счастливая обладательница бирюзового костюма вышла из магазина на улицу, в грязь и холод ранневесеннего полдня.

Снег потемнел и съежился. Там, где его не успели убрать, он черными пластами лежал по бокам дорог и тротуаров. Бледное, чистое с утра небо покрывалось унылыми серыми облаками. Пахло талой водой, сыростью.

Еве захотелось вдруг оказаться в том «заколдованном» месте, куда водил ее актер. Одна, в здравом рассудке, не очарованная его словами и жестами, она сумеет разобраться – какую цель он преследовал? Напустить романтической дымки, показаться необыкновенным или... задурить ей голову всякими бреднями? Богема живет по другим правилам. То, что так называемый Кристофер Марло может оказаться не совсем нормальным, Ева загнала подальше, на задворки ума. Это было бы обидно!

Она не стала спускаться в подземку, не полезла в переполненный троллейбус. Разве не приятно пройтись, подышать воздухом весны? Природа неохотно, медленно просыпалась, сбрасывала зимнюю дремотную тяжесть, расправляла изголодавшиеся по теплу легкие, начинала дышать по-другому, тянуть к небу мокрые черные ветки деревьев, усыпанные скользкими почками.

Ева долго бродила, прежде чем нашла тот глухой каменный тупичок с облезлыми стенами старых домов, с утонувшим в глубине одной из них мутным зарешеченным окошком, чуть ли не носом прильнула к грязному стеклу. Нельзя было разглядеть, что там, внутри. Снег здесь, в закоулке, был посвежее, чем на улице, но тоже затвердевший, серый.

Еще в углу, в тени Ева заметила маленькую железную дверцу, ржавую, запертую, вероятно, еще век тому назад. Актер ее не показывал. Это не входило в сценарий, которому он следовал. Или он о ней вовсе не знал.

– И что мне тогда показалось? – прошептала Ева. – Как Крис называл это место? Точка пересечения времен? Какая чушь!

Прошлые страхи показались ей смешными. Тупичок поражал заброшенностью, он не вписывался в общую картину этой части города, но ничего мистического или зловещего Ева в нем не нашла. Обыкновенные стены, каменная кладка, с которой давным-давно осыпалась штукатурка, жалкие, цепляющиеся за основания фундаментов голые кустики, черные тени по углам.

Внезапно сумрак сгустился, и Ева догадалась, что солнце спряталось, зашло за тучку. В тот же миг она ощутила ползущий по спине холодок – будто бы нечто дьявольское посмотрело на нее из темноты желтыми, хищными глазами. Тело отозвалось болезненной слабостью, ноги стали ватными.

Ева бросилась прочь, на улицу, к людям. Она поскользнулась и чуть не упала. Прохожие подозрительно косились на нее, обходили стороной. Пьяная, что ли? Две девушки, оживленно болтавшие, замолчали и замедлили шаг.

– Вам плохо? – спросила одна из них, сочувственно глядя на Еву.

Та выдавила из себя улыбку.

– Уже лучше... Сейчас все пройдет.

Девушки прошли мимо, оглядываясь. Вид Евы внушал им опасения.

– Беременная, наверное, – предположила вторая девушка. – Вон как побледнела!

Они еще раз оглянулись и вернулись к своему разговору. В конце концов, вокруг полно людей, помогут.

Отдышавшись, Ева неверной походкой направилась к той кондитерской, где молодой человек угощал ее пирожками. На полпути она передумала и повернула к метро. Неподалеку от станции в районной библиотеке работала ее знакомая. Ева толком не осознавала, зачем ей идти в библиотеку, но прислушалась к внутреннему голосу.

– Лариса Крапивина есть? – запыхавшись от быстрой ходьбы, спросила она у пожилой гардеробщицы.

– Есть. Она в читальном зале сегодня. Номерок давать?

Ева кивнула, сняла полупальто, подала вместе с пакетом и сумкой. Прошла по коридору в читальный зал. Запах книжной пыли щекотал ей нос, хотелось чихнуть. Лариса сидела за столом, кутаясь в пуховой платок, скучала.

– Ева! – обрадовалась она. – Какими судьбами? Просто так зашла или по делу?

– Сама не знаю.

– Чаю хочешь?

– Нет. Меня интересует история театра... – нерешительно произнесла Ева. – Или Шекспир. В общем, Англия во время правления Елизаветы I. Поможешь?

– А что конкретно? У нас есть кое-какая литература, но желательно сузить круг поиска. Ты торопишься?

– Не очень. Ларочка, найди мне, пожалуй, материалы о... лорде Уолсингеме! – выпалила Ева то, что пришло ей в голову.

Крапивина отправилась за книгами, а гостья уселась за стол у окна, задумалась. При чем тут Уолсингем? Ну ладно, посмотрим.

Знакомая вернулась в зал через десять минут, принесла пару увесистых томов с закладками.

– Вот, я даже заложила, в целях экономии времени. Потом поболтаем?

– Ага...

Ева принялась жадно листать пожелтевшие страницы. Чем больше она читала, тем сильнее росло ее удивление.

Сэр Фрэнсис Уолсингем был не кем иным, как начальником секретной службы королевы Елизаветы! Имя Кристофера Марло, отнюдь не вымышленное, тоже фигурировало в интригах этого ловкого придворного. Если верить написанному, то Марло состоял в секретных агентах Уолсингема и ездил курьером на континент. Наряду с этим опасным занятием молодой человек отличался ярким талантом драматурга и за несколько лет написал с полдюжины пьес.

Но не это поразило Еву. Она нашла еще несколько знакомых имен: Элеонора Буль, Николас Скирс, Роберт Поули... Упоминалась и деревушка Дептфорд, в гостинице которой при невыясненных обстоятельствах был убит многообещающий писатель и тайный агент Кристофер Марло. По официальной версии, внезапная кончина молодого человека наступила вследствие пьяной драки. Некий Фрайзер, мошенник и аферист, якобы повздорил с Марло из-за счета за ужин. Они сцепились, Кристофер получил удар кинжалом в лоб над правым глазом и рухнул мертвым на грязный каменный пол.

Ева пришла в замешательство. Выходит, актер ничего не придумывал, и, судя по историческим данным, его вскорости на самом деле ждала гибель. Но! Нынче не конец шестнадцатого века, а начало двадцать первого; Россия не Англия, а Дептфорд – не Москва. Все кануло в Лету! И Кристофер Марло на поверку окажется каким-нибудь Колей Сидоровым, большим оригиналом, любителем веселых розыгрышей.

Ева захлопнула книгу и невидящим взглядом уставилась в окно. Прочитанное не давало ей покоя. Как сказал ей по телефону актер? «Иногда с того света возвращаются!» Что-то подобное. Неужели...

– Не может быть! – прошептала она одними губами. – Такого не бывает! Это немыслимо. Английский шпион из шестнадцатого века, Джек-потрошитель... Нашествие призраков, что ли?

Тень покойного любовника Дениса Матвеева возникла перед ней из небытия... он кивал головой и смеялся. Бедная, бедная Ева, все такая же наивная, доверчивая! Ты снова стала жертвой обмана?!

Так и с ума сойти недолго. Ева закрыла глаза, прогнала жуткое видение. «Всему должно быть объяснение», – любил повторять Славка. Он никогда бы не поддался на подобную уловку.

«Ошибка лорда Уолсингема»!» – осенило ее. Ну конечно! Новый спектакль театра «Неоглобус». Как она сразу не догадалась? Молодой актер просто репетировал пьесу, после того, что она прочитала, в этом нет сомнений. И секретная служба королевы Елизаветы, и убийство тайного агента, и хозяйка дерптской гостиницы Элеонора Буль – все это есть в спектакле, премьера которого скоро состоится.

– Какая же я дурочка, – с облегчением вздохнула Ева. – Едва не помешалась на почве собственных домыслов. Весна, капель, дыхание просыпающейся природы, молодой красивый мужчина... Я просто заболела! Смирнов, как всегда, оказался прав.

– Нашла то, что тебе нужно? – спросила Лариса.

– Да, спасибо.

Ева отдала книги, они с приятельницей немного поболтали.

– Ты все так же преподаешь испанский? – спросила Крапивина, провожая ее в гардеробную.

– Ой! Мне же пора бежать! – спохватилась Ева. – Я опаздываю! Придется ловить такси.

Она вылетела из библиотеки, на ходу натягивая полупальто.

«Интересно, чья это идея – взять псевдонимы, соответствующие именам персонажей пьесы? – подумала Ева, уже сидя в машине. – Как будто не существует ролей, а каждый играет сам себя?»

* * *

Доктор Адамов выпил лекарство и уснул. Звонок сыщика разбудил его.

– Мне необходимо поговорить с вашей дочерью, – сказал Смирнов. – Когда это будет удобно?

Лев Назарович спросонья не сообразил, о чем идет речь. Боль в груди, утихшая во время сна, возобновилась. Она была не острой, а ноющей.

– Что? – спросил хирург, прижимая руку к сердцу.

– Могу я поговорить с Асей?

– Зачем? – всполошился Адамов. – Не втягивайте в расследование ребенка! Ася эмоциональная, впечатлительная девочка, у нее слабое здоровье. Я не позволю вам нервировать ее!

– Я буду осторожен, – настаивал на своем сыщик. – Просто задам ей несколько вопросов.

– Задайте их мне, если уж вы не можете без этого обойтись! Я знаю все, что касается моей дочери!

– Вы не волнуйтесь, Лев Назарович...

– Оставьте Асю в покое! – перебил Адамов. – Ребенок здесь ни при чем!

– Какой же она ребенок? Ей четырнадцать лет! – не сдавался Всеслав.

Они препирались минут десять, после чего сыщик решил уступить. «Ладно, – подумал он. – Узнаю, в какую школу ходит девочка, побеседую с ней по дороге».

– А с вашей женой можно поговорить?

– С Кристиной? Сколько угодно.

Адамов прислушивался к растекающейся в груди боли, слова Смирнова доходили до него как бы издалека. Может, все же обратиться к кардиологам?

Перспектива самому оказаться в руках эскулапов отчего-то его не радовала. Черт с ним, само пройдет! Боли явно невротического характера, они – следствие переживаемого им стресса. Уладятся неприятности, уйдет и болезнь.

Адамов тяжело вздохнул, закрыл глаза. Боже, до чего он дошел! Посторонние люди, следователи, сыщики, копаются в его личной жизни, вытаскивают на свет божий интимные подробности, сплетни, слухи, обсуждают их с другими. Мог ли он подумать?!

Пока доктор стонал и ворочался на своей кровати, господин Смирнов ехал в клинику пластической хирургии. Не мешало бы выяснить, чьи голоса он слышал ночью, прячась в подсобке. Скорее всего, это были дежурные сестрички.

Главный врач охотно пришел ему на помощь и сообщил фамилии всех сотрудниц, остававшихся на ночь, – их было четверо: докторша, две медсестры и санитарка.

– Ночью у нас было происшествие, – доверительно поведал он Всеславу. – Девушки запуганы, боятся собственной тени. Им показалось, что по коридору бродит маньяк! Хорошо, хоть крик не подняли, не разбудили пациентов!

– Вы обыскали помещение? – невинно поинтересовался сыщик.

– Конечно! Только никого не нашли, кроме несчастного полудохлого котенка. Медсестра Терехина подобрала его на улице и тайком притащила сюда. У нас это строжайше запрещено! Она жалостливая, видите ли! Решила спасти умирающее от голода и холода животное. Но домой почему-то не понесла, а спрятала котенка в одной из кладовок. Он так ослабел, что даже мяукать не мог, вот все и проморгали. Безобразие! Посреди ночи девицы заскучали, отправились поглядеть, жив их подопечный или нет, что-то треснуло, стукнуло... ну и паника обеспечена. Такой переполох устроили, мама родная! Убийца им померещился!

Смирнову все стало ясно. Именно голоса Терехиной и второй дежурной сестры он слышал, когда девушки пытались открыть замок.

– Могу я побеседовать с ними? – спросил он господина Семенова.

– Ради бога! А вы что, полагаете, в коридоре действительно кто-то прятался?

От такого предположения гладкое, полное лицо и несколько подбородков главврача покрылись красными пятнами.

– Все возможно.

– Допросите как следует этих вертихвосток! – рассвирепел Семенов. – Развели тут бардак! Я им покажу!

Поскольку злиться больше было не на кого, все негодование он излил в адрес дежурных сестер. Сыщик не вмешивался. Когда поток угроз и ругани иссяк, главный врач объяснил, что поговорить с нерадивыми сотрудницами раньше завтрашнего дня не удастся, они отсыпаются после ночи.

Еще полчаса Семенов жаловался на дичайшие слухи, которые гуляют по клинике и обрастают жуткими подробностями, как снежный ком.

– Одни болтают, что среди нас завелся маньяк, – прошептал он, оглядываясь на дверь. – А другие... мне даже повторять неловко... выдумали, будто Садыкову зарезала Кристина Адамова! Из ревности! И что она перережет всех, кто строит глазки ее мужу!

Во взгляде главврача мелькал неподдельный ужас, его пухлые руки дрожали.

– Моя секретарша Майя чуть ли не личную охрану себе требует, – продолжал он. – Боится ходить на работу. Якобы следующей маньяк собирается убить ее! Вы слышали где-нибудь подобный бред?!

Смирнов с трудом сохранял невозмутимое выражение лица. Майя Орлова и тетя Поля его не подвели! Слухи расползлись быстрее, чем он рассчитывал. Посмотрим, что это даст.

Из клиники сыщик позвонил жене Адамова и договорился о встрече. У него теперь есть отличный предлог для разговора – сплетни. Кристину подозревают в убийстве! А это уже не шутки.

Госпожа Адамова согласилась прийти в кафе «Волна» на набережной. Раз надо... Через час она будет ждать Всеслава у входа.

Он позвонил домой, Еве, но к телефону никто не подошел. Значит, бродит по магазинам или ушла на занятия. Что ж, пусть развеется. Приобретение пары модных платьев, туфель, сумочки и прочих весенних обновок рассеет мрачные фантазии.

Сыщик поехал к месту встречи. Он предпочитал беседовать с дамами в слегка романтической обстановке. Кафе «Волна» было оборудовано под кают-компанию старинного парусного судна – с картинами морских баталий на стенах и привинченными к столам медными светильниками. Кухня отличалась изобилием рыбных блюд.

Смирнов проторчал минут сорок в автомобильной пробке, а когда добрался, Кристина уже стояла у входа, опершись на ограждение в виде толстенной якорной цепи.

– Госпожа Адамова? – на всякий случай спросил он.

Жена хирурга кивнула, выразительно посмотрела на изящные золотые часики.

– Я смогу уделить вам не более часа. Муж приболел, не хочу надолго оставлять его одного.

– Лев Назарович? Что с ним? – удивился Всеслав.

Конец ознакомительного фрагмента.