Вы здесь

Четыре кита, или Право выбора. 12 (Светлана Гришина)

12

Время стремительно летит вперед, сея вокруг себя перемены. Социалистический строй в России почил безвременно, уступив место анархии под псевдонимом «Демократия».

Бывшие «братки» и «зеки» меняли статус, занимая ведущие посты и прикрываясь мандатами как щитами. Границы наркотического рынка расширились, и перед бизнесменом Котовым встала острая необходимость закрепить свои позиции.

– Тебе следует поработать над пилюлями. – Говорил он Виктору. – Сейчас такие таблеточки тоннами продают. Нам нужен постоянный клиент. Чтоб на другие штучки не кидался. Можешь добавить туда нечто, что вызовет привыкание с первого приема?

Недолго подумав, Виктор сказал:


– В принципе, все возможно. Но это опасно. Химикаты, активизирующие зависимость, могут выявить побочные явления.

– Какие, например?

– Ну, по истечении основного действия препарата может проявиться гипер-возбудимость, агрессия, или апатия. Да много чего, я пока не могу сказать точно.

– Не страшно. Народ сейчас и без твоих таблеток агрессивный. И не известно, что будет, если наше место займут другие. Ты думаешь, героин – это безопаснее, чем твоя «Заря»?

– Витя, ты посмотри вокруг, идет естественный отбор. Выживают сильнейшие. – Леонид похлопал приятеля по плечу. – Делай. Мне, например, совершенно безразлично, что станет с теми придурками, что грызут твои пилюли. Те, у кого есть мозги, не суют в рот всякую гадость.

Леонид Котов на 100% был уверен в своей правоте. Ему с юношеских лет пришлось вращаться в кругу наркодельцов и их клиентов.

Своего отца Леня помнил лет до 12. Он работал мебельщиком на фабрике как раз в том городке, где будут разворачиваться последующие события, а мать – продавщицей в булочной. В одно прекрасное утро отец собрался и уехал на Север, за длинным рублем, а мать, разозлившись, принялась за устройство личной жизни. Этот процесс затянул ее настолько, что она стала забывать о существовании сына. Мальчишка иной раз целыми днями ходил голодный, а от вида его «зимней одежды» можно было замерзнуть на месте. Не желая голодать и мерзнуть, Ленька взялся воровать. Промышлял в основном в огородах частников. Тянул всё что мог, от яблок с картошкой до цветных металлов, если какой глупый домовладелец умудрялся выставить таковые на всеобщее обозрение. Медь, алюминий, фрукты, овощи Ленька отвозил на первой электричке в Москву и там продавал. Иной раз его ловили и били, но не сильно, жалели пацана. А соответственно, Ленька не прекращал своих набегов. Дальнейшая участь уже 15-летнего мальчишки была бы предрешена, если б не случай.

Пронырливый подросток приглянулся одному торгашу наркотой, и тот привел его к хозяину, порекомендовав Леньку, как перспективного дилера. Леонид никогда бы не стал бизнесменом Котовым, если б не обладал сильной волей и твердым характером. Ему не раз предлагали попробовать то, чем он торгует, уверяя в абсолютной безопасности и расписывая степень получаемого кайфа. Но к Лёниному счастью, он насмотрелся на людей, которые снимали с себя последние штаны лишь бы получить дозу. И на тех, кто ради дозы мог убить, тоже смотреть приходилось.

«Быдло», так называл их Лёнькин хозяин, стадо, которым легко управлять. Для подпольного бизнеса такие люди потребны. Их можно использовать по необходимости и тут же списать за ненадобностью. Стать на одну ступеньку с ними Леонид не хотел, а потому брыкался, барахтался и цеплялся за жизнь, лелея и вынашивая планы, которые помогут организовать его благополучное будущее. Когда человек четко знает, чего хочет, он, рано или поздно, получает желаемое. Усилия Леонида были очень скоро вознаграждены. Хозяин, не имеющий детей, и, безусловно доверяющий молодому, но очень толковому парню, на склоне своих лет передал ему бразды правления. Надо отметить, что Котов умел был благодарным. Он не предал старика и ни разу не дал ему повода пожалеть о принятом решении.

Расширяя свои владения, Леонид поехал во Владимир, где и познакомился с Виктором Григорьевичем. Параллельно занимаясь легальным бизнесом (сеть продовольственных магазинов), он закрепился на местном наркотическом рынке, а чуть погодя ввел в обиход и изобретение Виктора под «кодовым названием „Заря“».

И только через 18 лет, после того как покинул город, Леонид вернулся в «родные пенаты». Котов так и не решил для себя, что сподвигло его на возвращение – проснувшаяся сентиментальность или желание отомстить городу за безразличие, с каким его жители взирали на его, Леньки Котова, рискованное детство. Сколько еще, таких как он, пацанов, бесприютно слоняются по улицам этого тихого городка? И как долго люди будут оставаться безучастными к их судьбам?

Леонид вернулся и реконструировал фабрику, на которой когда-то работал отец. От матери же остался покосившийся домик, да холмик на погосте. Посоветовавшись со своим внутренним голосом, Котов решил, что Виктор Григорич и его пилюли здесь просто необходимы, дабы местные жители в полной мере смогли осознать, что такое счастье.

После того, как Виктор Осипов усовершенствовал «Зарю», он заскучал. Его дочь выросла, вышла замуж за шведа, и уехала из отчего дома. Тома стала управляющим частного банка и теперь лично руководила финансовыми делами Виктора. Истинный источник денежной реки ей не был известен, она считала, что доходы приносят внеплановые операции, но расценки на эти операции немало удивляли.

У Виктора Григорьевича появилось много свободного времени. Теперь, когда вместо него в лаборатории работали наемники, вечера оказались свободными, но ехать домой Виктор не мог, не хотелось объяснять поступление денег при отсутствии левой работы, да и желания сидеть дома и вести беседы с супругой давно не было. Однообразная жизнь, даже в шикарной квартире, купленной совсем недавно, немного надоела. Конечно, Виктор мог бы скрывать доходы от жены, но денег наличкой он никогда не получал, они поступали только на его счет, и теперь менять налаженный механизм он попросту ленился.

Виктор мечтал о новых ощущениях, эмоциях, снова стал вспоминать Валерию и даже подумывал о ее поисках. Как-то дошли до него слухи, что жизнь ее не сложилась.

Виктор представлял, как он подкатит к ее подъезду на роскошном автомобиле, как легко и грациозно подойдет к Валерии, кутающейся в старенькое дешевенькое пальтишко, и как скажет ей: «Ну, что, теперь ты видишь, как ошиблась тогда…»

– Простите, у вас свободно?

Виктор огляделся. Он сидел в ночном баре «У Золотых ворот» и пил водку, а вокруг него сновали веселые, хмельные люди. Не дождавшись ответа на свой вопрос, к Виктору за столик подсела совсем еще юная девушка. Хмуро озираясь по сторонам, она достала из сумочки тонкую сигарету и закурила. Пьяному Виктору она показалась Валерией.

– А ты как здесь оказалась?

– Как все, ногами пришла. А что, дяденька, у вас есть возражения?

Виктор мотнул головой:

– Нет у меня возражений, только я не дяденька.

Девушка посмотрела на Виктора и скептически задрала бровь:

– Да? А кто же вы?

– Витенька.

Мужчина был пьяненький, смешной и симпатичный, и девушка, засмеявшись, протянула ему руку:

– Ну что ж, будем знакомы. Леночка.