Вы здесь

Часовое имя. Глава 2. Урок в Змиулане (Н. В. Щерба, 2012)

Глава 2

Урок в Змиулане

В вышине, пролетая над замком, протяжно вскрикнул ястреб. Сидя на одном из зубцов стены, Захарра проводила его полет сонным взглядом и широко, с наслаждением зевнула. Всю ночь они с Роком летали на новых, едва подросших луноптахах – Велисаре и Молнецвете. Это был тот самый выводок, с которого ей удалось взять яйцо для Василисы.

Захарра с удовольствием поспала бы часок-другой, но только что ей пришло письмо-вызов в часолист от самого дяди с требованием прийти на урок для старших. Интересно, что бы это могло значить? Вскочив, девочка принялась мерить большими шагами пространство крыши, раз за разом подпрыгивая от волнения.

До урока оставался ровно час. Если она сейчас хоть чем-нибудь себя не займет, то просто взорвется изнутри! Может, пойти к Фэшу? Они уже несколько дней не виделись. Захарра тут же поморщилась: в последнее время брат вел себя прескверно, злился по любому поводу, стал еще более вспыльчивым. Нет, лучше навестить Жан-Жака, посидеть у него на кухне в уголке. Ну и вкусненького поесть.

Лучший повар замка занимался любимым делом – готовил пирог. Тесто так и ходило под его большими, трудолюбивыми руками: вот он быстро раскатал его скалкой в блин, ловко набросал ягодную начинку, сверху положил еще один раскатанный кусок теста, ловко защипнул края.

Заметив Захарру, Жан-Жак тут же расплылся в улыбке:

– Сальют, малиш! Погоди, сейчас с пирогом управлюсь и ча-аю тебе сделаю.

Жан-Жак говорил со смешным иностранным акцентом, но очень старался выговаривать все слова правильно. Несмотря на высокий рост и внушительные размеры, он ловко лавировал между огромных кухонных столов, печей и шкафов с посудой, успевая делать несколько дел одновременно. Вот и сейчас он одной рукой закинул противень с пирогом в печь, а другой уже наливал из заварника душистый чай в чашку.

– Жан-Жак, ну вот сколько просила, не называй меня так! – по обыкновению, пожурила Захарра, устраиваясь на одной из низеньких табуреток.

– Я тьебя знаю вот с такого возраста… – Повар немного приподнял ладонь над поверхностью стола. – Для менья ти всегда малиш.

Взбивая что-то в миске одной рукой, другой он ловко подкинул два кусочка сахара в воздух – и те с веселым бульканьем упали точнехонько в чашку. После этого на столе появилась тарелка с шоколадным печеньем, молочник и горстка разноцветных цукатов на блюдечке.

– У меня еще час до занятия. Дай, думаю, к тебе заскочу.

– Ошень правилно, – одобрил Жан-Жак, пододвигая лакомства поближе к гостье.

Захарра откусила большой кусок печенья, запила чаем, а затем окинула повара медленным, оценивающим взглядом.

– Скажи, Жан-Жак… Я все хотела у тебя спросить: ведь ты давно работаешь здесь, в Змиулане? Не помню, чтобы ты рассказывал.

Не прерывая своего занятия, толстяк косо глянул на девочку:

– Ты знаешь, малиш, я здес давно… Около двадцати лет.

– А где твоя семья, дети? – Захарра решила не отставать и сегодня добиться правды. Благо, до урока еще было время. – Почему ты их не взял с собой?

– Не мог, малиш. Они остались дома… В моем времени. Таково било условие.

– Какое условие?

Жан-Жак шумно вздохнул, отставляя скалку, и грузно присел на табурет. Покряхтел, пожевал губами, косо глянул на дверь.

– Я подписал контракт с господьином Астрагором. Тридцать лет службы взамьен… некоторого одолшения.

Воцарилась тягостная пауза. Чтобы скрыть неловкость, Захарра с шумом отхлебнула из чашки – горячая жидкость разлилась по телу, обжигая и приятно согревая.

– Расскажи мне все, Жан-Жак, – шепотом попросила Захарра. – Я должна знать. Мне это очень важно, – добавила она тише, будто бы для себя, – важно знать, что ты попросил…

Толстяк снова вздохнул. Крякнул, поднялся, прошел к дубовому буфету и, открыв дверцу одного из ящичков, вытащил небольшую серебряную флягу. Он не спеша откупорил ее, основательно приложился к горлышку и пил долгими, затяжными глотками.

Затаив дыхание, Захарра терпеливо ждала. Она еще никогда не видела, чтобы Жан-Жак пил из этой фляги.

– Когда-то произошло ужасное событье… – начал тот, вновь присаживаясь. – Я работал главным поваром в ошень хорошем, богатом доме. Мое искусство уважали. И вот в один прекрасный день я все потьерял из-за глюпой случайности… Это была провокация! – вдруг прокричал он. – Менья выгнали из-за испорченного блюда… Мой хозяин, высокопоставленный человек, чуть не отравился… Господин помог мне, – перешел он на едва слышный шепот. – Я все изменил. Господин все изменил. Он умеет повельевать Временем.

– А как ты нашел его? Астрагора?

– Он сам менья нашель… Сам предлежил изменить мою судьбу, вернуть прошлое… В обмен на тридцать льет верной службы. Подумать только. – Повар горько усмехнулся. – Поначьялу я принял его за сумасшедьшего!

Жан-Жак замолчал. Мерно потрескивал огонь в печи за заслонкой, на стене тикали часы – обычный деревянный домик с гирьками-шишками.

– Ты ведь служил у какого-то короля прошлого, да? – первой нарушила молчание Захарра. – Среди слуг болтали… Я слышала. Они говорили, что из-за твоего проступка король убил всю твою семью, а тебя приговорил к казни. Астрагор этому помешал, предотвратил событие – поменял одну вероятностную ветку на другую. Но взял с тебя высокую плату…

– Каждый из нас обязан чемь-то Астрагору, – покачал головой повар. – Каждый подписаль договор с ним.

– Скажи, а ты не хотел уйти? – горячо спросила Захарра. – Убежать, разорвать договор? Вернуться к семье, а?

Снова жалобно скрипнул табурет, повар грузно поднялся, разминая сгорбленную, затекшую спину.

– Я ни на что не жалуюсь, мальенькая госпожа. – Его темные, как у жука, глаза превратились в едва заметные щелки. – Я всем доволен. А тьебе давно пора на занятье… Иди, а то ведь накажет.


Длинный, узкий коридор несся навстречу. Захарра изо всех сил мчалась по каменным плитам Южной стены, опаздывая на урок. Только бы успеть, иначе Астрагор и вправду не пощадит. Когда-то, летая на Звездочке, она забыла про время и пришла на десять минут позже… Ее высекли на глазах у всех учеников, и это было так унизительно! А как больно…

К счастью, тяжелые дубовые двери залы, где обычно проходили занятия, еще не открылись. Вдоль стены, замерев в почтительном, боязливом ожидании, стояла небольшая группа учеников, человек десять. Из-за слабого света тонких восковых свечей в коридоре царил полумрак, но Захарра с удивлением узнала Рока, почти скрывшего лицо под капюшоном темно-сливовой мантии, как всегда надменного Войта, невозмутимого Рэта и всегда ехидного Феликса. Неужели сегодня на уроке будут присутствовать почти все старшие? А вот же Фэш – сидит на низкой лавочке чуть поодаль, руки сложил на груди, хмурится… Захарра усмехнулась: брат совсем от рук отбился, ходит мрачный, скоро от Рока не отличить будет.

Но каково же было ее удивление, когда она услышала неприятно-знакомый, напыщенный голос золотого ключника:

– Что ты здесь делаешь, Захарра Драгоций? Сегодня будет урок только для старших учеников.

– Тогда сам чего пришел? – не скрывая презрения, с вызовом спросила Захарра. Она мельком взглянула на Фэша, словно ища у него поддержки. Но брат отвел глаза и еще больше нахмурился.

Зато вперед выступил Войт:

– Господин Ляхтич был принят в круг старших учеников. А тебя, Захарра, просто пригласили на урок. Считай это большой честью, ведь раньше такого не бывало… И знай свое место.

Захарра скривилась и демонстративно пожала плечами – Войт всегда был надменным занудой. Но отступила – нельзя его ослушаться. Марк расплылся в победной улыбке. К его счастью, он не заметил злорадной ухмылки Войта, с прищуром глядевшего ему в спину. Захарра бы сто раз подумала над тем, какой тайной мыслью вызвана такая улыбка.

Звякнул колокольчик, двери широко распахнулись. Все ученики один за другим потянулись в зал. Фэш и Захарра шли последними.

В этой комнате почти не было мебели. Разве что зеркало у стены – в человеческий рост, поставленное на низкие кованые ножки. Высокие, узкие окна с витражными стеклами чередовались с темной обшивкой стен. С потолка свисали каскады свечей на железных кольцах, в дальнем углу пылал камин – единственное яркое пятно в этом месте.

Астрагор стоял посреди залы, заложив руки за спину – его прямая, худосочная фигура, затянутая в тугой черный костюм, делала его похожим на некую чудную трость с человеческой головой.

Захарра давно не видела своего учителя, поэтому с особенным любопытством вглядывалась в него. Ей показалось, что лицо Духа стало еще желтее и суше, темная пропасть глаз – бездоннее, а резкая складка у самых уголков рта – жестче.

Ее вдруг кольнула неприятная мысль, что учителю давно пора менять свое тело. Этому наверняка уже несколько сотен лет…

Между тем ученики встали перед учителем полукругом.

Астрагор качнулся вперед, теряя неподвижность, и произнес:

– Сегодня у нас необычный гость. Рок, покажи нам его.

Сын Астрагора не замедлил исполнить приказание, щелкнул пальцами: засеребрилась дымка, являя черный силуэт человека со связанными за спиной руками. Пленник выглядел изможденным, голодным и больным. С каким-то равнодушным интересом он вглядывался в лица присутствующих, глаза его лениво перебегали с одного лица на другое.

– Этот человек хотел пробраться в наш замок, – ровным голосом произнес Рок, обращаясь ко всем. – Он не желает говорить, с какой целью. Ваши действия?

– Часовое зелье? – первым предположил Рэт.

– Болевой эфер, – громко высказался Марк.

– Перейти в его прошлое и все узнать, – добавил свою версию Феликс.

Рок дернул уголком рта. Он глянул на Астрагора, и тот едва наклонил голову.

– Это сильный часовщик, – начал Рок. – Он принял настой, блокирующий действие часового зелья. Память его также недоступна. Он сильный и, можно сказать, стойкий – выдержал двухчасовую пытку болью.

Предложения посыпались одно за другим:

– Стереть ему память!

– Разыскать его родственников! Зачасовать всех, если не признается!

– Бить его, пока не попросит пощады…

– Остановить ему время!

– Состарить до смерти!

Захарра задумчиво наморщила лоб. Нет, она не собиралась ничего говорить, потому что Войт наверняка прав – она не старший ученик, а значит, просто присутствует на уроке. Но подумала, что сильный часовщик может бояться только одного…

– Перекинуть его в другую параллель, если не заговорит, – громко произнес Фэш. – Поменять ему судьбу.

Захарра улыбнулась. Все-таки они с братом очень похожи.

Девочка перевела взгляд на пленника: безразличие на его лице сменилось легкой обеспокоенностью. Он оценивающе прищурился, глядя на Фэша.

– Подойди сюда, племянник.

Мальчик выступил вперед.

– Мне нравится твое предложение, – скрипуче произнес Астрагор. – Что ты для него выберешь?

– Допустим, предложить ему побыть русалкой на Черных Болотах. Нет ничего хуже, чем всю жизнь провести в грязной, вонючей воде, думая, что ты с рождения злобная и тупая полурыба… – Фэш сделал вид, что задумался. – Для этого всего лишь надо отмотать время его жизни до нулевой точки, а после начать с чистого листа.

– У тебя кишка тонка, гаденыш! – неожиданно прорычал пленник. – Силенок не хватит!

– Посмотрим, – невозмутимо продолжил Фэш, вытягивая часовую стрелу. – Прикажете начинать, господин учитель?

Астрагор молчал, явно не спеша с ответом. Все присутствующие с интересом следили за происходящим. Пленник буравил взглядом Фэша. А тот казался таким спокойным и уверенным… Захарра в волнении закусила губу: ясно, что брат блефует. Или нет? Можно легко отмотать время, но перекинуть душу человека в другой временной коридор да еще в новую параллель? Не может быть, чтобы Фэш это умел!

– Хорошо, – наконец медленно произнес Астрагор. – Покажи, чему научился.

И мальчик уверенно вскинул часовую стрелу.

– Стой!

По всей видимости, невозмутимый вид Фэша пошатнул уверенность «гостя».

– Не надо… Я буду говорить.

Его худое и бледное, заросшее щетиной лицо исказила злобная ухмылка.

– Я все равно знаю, что мне не жить, – горько добавил он, глядя только на Фэша. – Всем известно, что твой учитель любит красть людские души… Впрочем, тебе нечего волноваться. – Короткий смешок. – Твою душу он давно забрал.

На какое-то мгновение Захарре показалось, что Фэш сейчас растеряется, ведь пленник даже не знал, сколь точно бил в цель! Но лицо мальчика оставалось непроницаемым.

Повинуясь едва заметному кивку Астрагора, Рок вновь щелкнул пальцами, и пленник исчез.

Ученики зашевелились, будто выходя из некоего оцепенения, тихо зашептались, кто-то с облегчением вздохнул.

– Молодец, племянник… – В голосе Астрагора послышалось одобрение. – Ты ведь знал, что пока не умеешь работать с параллелями. Но поддержал мое предположение. Не растерялся. Похвально… Твоя рука тверда. Но что ты скажешь насчет еще одного испытания? – Астрагор скользнул взглядом по ученикам. – Ведь на месте пленника может оказаться предатель – любой из нас. Будет ли твоя рука столь же тверда, если тебе придется допрашивать… Марка? Твоего товарища по Ордену?

Против воли Фэш зло ухмыльнулся. Захарра хмыкнула: да уж, окажись золотой ключник предателем, ее рука тоже бы не дрогнула.

На губах Астрагора промелькнула быстрая усмешка.

– Легко идти против давних врагов. Или тех, кто нам не нравится. В этом случае мы зачастую тверды и принимаем быстрое, легкое решение. Но иногда нам приходится выступать даже против самых близких людей… Захарра, выйди вперед.

Ее сердце содрогнулось от нехорошего предчувствия.

– Допустим, твоя сестра предала нас, – глухо произнес Рок, после того как девочка встала напротив Фэша. – Она перешла на сторону врага, но была поймана и возвращена в замок. Она не хочет говорить. Ты должен ударить.

На какой-то миг Захарре показалось, что Фэш растеряется, отступит. Она видела едва заметные признаки – напряженная шея, заострившиеся скулы, слегка прикушенная нижняя губа – и ужас в глазах – крохотные огоньки на самом дне зрачков, где-то там, под искристой коркой голубого льда радужки.

«Не медли, Фэш, – умоляла про себя Захарра. – Он не простит тебе слабости…»

В то же время она внутренне сжалась от ужаса – кто знает, до чего дойдет сегодня Астрагор в стремлении «обучить» своего лучшего ученика.

Прошло всего несколько секунд, а казалось – час пролетел.

Фэш с силой размахнулся и послал вперед часовую спираль:

– Боль!

Захарре не удалось подавить вскрик: левое плечо взорвалось дикой, острой болью. Наверное, от эмоций или потрясения, боевой эфер брата вышел особенно сильным: боль разрасталась в груди болезненными витками, и девочка, не выдержав, обхватила себя руками за плечи и пошатнулась. На ее лбу выступили крупные капли пота, глаза затуманились от сдерживаемой боли.

«Только бы не упасть, только бы не упасть…» – тупо повторяла она про себя.

Но хуже всего было видеть торжествующую ухмылку золотого ключника – вот уж кто вовсю наслаждался ситуацией!

– Близятся непростые времена, – проскрипел Астрагор. – Вы все должны быть готовы бороться не только с нашими врагами, но и с товарищами, если они вдруг перейдут на другую сторону. Ваша рука не должна дрогнуть при встрече с предателем, даже если это ваша родная сестра.

Захарра, уже пришедшая в себя после удара, вдруг поняла, что весь этот спектакль – большое, негласное предупреждение всем им, но особенно – Фэшу. А может, и ей. Потому что только у них двоих появились друзья за пределами Змиулана.

Тем временем Рок снова вышел вперед:

– Все могут идти, кроме ключников. И ты, Захарра Драгоций, останься.

Когда все остальные ученики, возбужденно переговариваясь после увиденного, высыпали через дубовые двери в коридор, Астрагор поманил оставшихся пальцем, приглашая подойти поближе.

– Вы все приглашены в Черновод на празднование дня рождения Огневых – рубинового ключника и его сестры. Что скажете, Драгоции?

– Великий Дух… – Фэш первым приблизился к дяде. – Разрешите не ехать на праздник… Скоро предстоит поход в Расколотый Замок, и я хотел бы побольше потренироваться. Я не уверен насчет числового знака своего ключа.

Марк отреагировал мгновенно: насмешливо поджал губы, демонстрируя полное пренебрежение.

– Я ценю твою тягу к знаниям, племянник, – жестко усмехнулся Астрагор. – И все же… ты не забыл о моем маленьком поручении?

Фэш опустил голову:

– Не забыл, учитель.

– Я рад, что у тебя хорошая память. И все же сочту нужным напомнить лишний раз, что вы должны как можно чаще проводить время с остальными ключниками. Знать, что они говорят, о чем думают, что предполагают. И самое важное – передавать мне. И не забудьте, что я говорил вам двоим о друзьях. О силе и слабости.

Астрагор оглядел каждого из мальчиков долгим испытующим взором, после чего махнул рукой:

– Можете идти.

Фэш и Захарра вышли первыми, а Марка Рок задержал возле дверей и, придвинувшись чуть ли не вплотную, что-то заговорил ему вполголоса. У золотого ключника сделался очень задумчивый вид – он явно был заинтригован.

Захарра намеревалась пойти на крышу чтобы хорошо обдумать то, что сейчас произошло. Но ее мгновенно догнал Фэш, останавливая за руку.

– Прости меня, – едва слышно произнес он. – Если бы я этого не сделал, он наказал бы нас обоих.

– Я знаю, – серьезно кивнула Захарра. – Поэтому умоляю тебя – будь осторожен сам. Неизвестно, что он в следующий раз может попросить… Понимаешь?

– Еще как понимаю.

– Да, знаешь… – Захарра оглянулась. Рок и Марк были увлечены разговором, так что вряд ли могли их подслушать. А остальные ученики находились чуть поодаль, явно ожидая момента, когда Рок освободится и сообщит, что они будут делать дальше. – Ты прав насчет того, чтобы немного отдалиться от ребят, – быстро-быстро зашептала она. – Тебе нельзя открыто с ними общаться, когда рядом есть кто-то из… наших.

Фэш невольно скосил глаза на Рока с Марком и скривился.

– Угу… Кстати, а как дела у… тех наших?

Он вопросительно приподнял бровь.

Захарра еле подавила смех.

– Кое-кто как раз написал мне письмо, – с намеком произнесла она. – Там даже про тебя есть.

Девочка вытащила из кармашка платья вчетверо сложенный листок, тут же спрятав его в ладони.

– Я знаю, что тебе небезразлично. Бери.

Захарра протянула ему руку, показав краешек письма, будто дразня.

Фэш колебался. Он бросил долгий взгляд на листок и сделал рукой движение, будто намеревался забрать его.

– Вы только посмотрите! – громко произнес Марк. – Нашему среброключнику пришло письмо! Интересно, кто тебе пишет?

– Это мое письмо! – возмутилась Захарра и спрятала листок за спину.

Фэш круто развернулся и закрыл собой сестру, готовый к любому действию своего давнего врага.

К сожалению, Захарра не видела, что, лишь заслышав первое восклицание златоключника, к ней неслышно подкрадывался Феликс. Проклятый мальчишка выхватил листок из ее пальцев и отбежал на некоторое расстояние.

– Отдай!!! – завопила Захарра, бросаясь к нему.

Но Марк уже заступил ей дорогу. В его руке блеснуло острие часовой стрелы.

– Ты же не хочешь, чтобы я отмотал твое время далеко назад, да? – издевательски прошептал он. – Не слышала, что нам сейчас говорил великий Астрагор? Я могу воспользоваться моментом и наказать предателя, получающего письма неизвестно откуда.

– Это я-то предатель? – так же тихо, чтобы другие не слышали, возмутилась Захарра. – Это ты здесь никто, чужак!

– Это мы еще посмотрим, – процедил в ответ золотой ключник. – А еще я могу вспомнить неприятный случай с Нортом и сделать что-нибудь подобное с тобой. Так что остынь, малышка.

– Только тронь ее, придурок, и сам пожалеешь о своем времени.

Стрела Фэша взяла на прицел лоб Марка.

– А ну попрятали стрелы, – вмешался Рок, причем говорил он также тихо. – Здесь вам не место для поединков.

– Это письмо от Василисы Огневой! – между тем вскричал Феликс, пробежав глазами первые строчки. – Она рассказывает, как ей неплохо живется у Черной Королевы… И спрашивает, как там дела у нашего Фэша, почему он ей не ответил, ха-ха…

Все, кто слышал это, засмеялись, и щеки Фэша покрылись легким румянцем.

– При чем здесь я? Это письмо Захарры!

Он люто взглянул на сестру, но она уже давно поняла свой промах и лишь жалобно скривилась в ответ. Ведь Фэш выглядел таким подавленным, ей просто хотелось его подбодрить. Ну вот, проявила слабость… Попалась… Да и вообще-то надо было не спешить, а вручить ему письмо позже, без свидетелей.

Между тем Феликс начал зачитывать письмо вслух.

– «Привет, Захарра! – начал он писклявым голосом под одобрительный хохот остальных. Конечно, громче всех смеялся Марк. – Ты не представляешь, как здесь здорово…»

Захарра рванулась к нему, но неожиданно была остановлена железной рукой Рока.

– Пусть читает, – глухо велел он. – С некоторых пор нам всем интересно узнать, как же проводит свои дни черная ключница.

Марк осклабился, явно наслаждаясь замешательством Захарры: рядом с Роком стоял, заложив руки за спину, сам Астрагор.

– Дальше, – велел он Феликсу.

– «В замке почти нет людей, а всю работу выполняют клокеры… – продолжил тот нормальным, почтительным тоном. – Я знаю, что это механические куклы, но они так похожи на людей, поэтому выглядят страшными… Черная Королева рассказывает много интересного, а еще обучает меня разным эферам… Я познакомилась с интересными девчонками, у каждой из них есть свой особый дар. Больше всего мне нравится дружить с Грозой, она умеет очень неплохо драться. Видела бы ты, что она вытворяет в воздухе, – ни один мальчишка с ней не справится, потому что она очень ловкая и сильная. Да, скоро я поеду в Гильдию прорицателей, это где-то далеко в горах. Черная Королева говорит, что это очень важно. Наша Снежка так выросла, ты ее не узнаешь – я летаю на ней каждый день. Очень скучаю по тебе! Надеюсь, скоро увидимся. Да, как там Фэш? Я ему писала, но он не отвечает. Еще злится, наверное? Скажи ему, если сможешь, что я ничего не знала про его родителей, ладно? С нетерпением жду встречи, Василиса»… Все.

На Захарру было жалко смотреть: лицо ее побледнело, а губы мелко дрожали. Она сейчас так люто ненавидела Феликса! Но тот лишь ехидно прищурился в ответ – да, Захарра приходилась близкой родственницей – племянницей самому Астрагору, но ее положение в ранге учеников было чуть ли не самым низким. Она оглядела лица других учеников: да, все они казались обеспокоенными – скорее всего, переживали, чтобы учитель не покарал их всех за это злосчастное письмо. Но поразило ее другое – ни в одном взгляде, направленном на нее, девочка не увидела даже капли сочувствия.

«Вот тебе и наши…» – горько подумала она. Впрочем, эта мысль вдруг подарила ей утраченную уверенность: она давно перестала считать их своей семьей, этих «товарищей» по Ордену. Конечно, всех, кроме Фэша.

– Значит, они посетят прорицателей, – между тем задумчиво произнес Астрагор. – Интересно, зачем это понадобилось? Неужели Черная Королева решила играть по-крупному? Собралась менять будущее… Как тебе удалось получить это письмо? – вдруг спросил он, не глядя на Захарру. – Ты ведь не давала его на проверку Року, не так ли?

Девочка втянула голову в плечи и лишь затем отрицательно покачала головой:

– У меня есть летун… Самолетающее письмо…

– Вот как? – заинтересовался Астрагор. – И как же оно действует?

Захарра побледнела еще больше.

– Перелетает из личного уголка в личный уголок, – едва слышно прошептала она.

– Как любопытно… Придется проверить все ваши комнаты. Может, найдется еще что-нибудь интересное. Рок, займись этим.

Тот мгновенно поклонился:

– Будет сделано, учитель.

– Так вот где находится самое слабое место Змиулана. – Астрагор обратил свои бездонные черные глаза к Захарре. – Но мы сумеем извлечь из этого особую выгоду.

Астрагор перевел взгляд на Фэша, тут же опустившего голову, и растаял в воздухе, оставляя учеников в полном замешательстве.

– Поздравляю, вы доигрались, – жестко произнес Рок. – Пусть каждый из вас вернется в свою комнату и ждет моего прихода.

Как только он закончил свою речь, всех учеников как ветром сдуло – наверное, спешили припрятать подальше свои личные секреты.

– Зачем ты с ней переписываешься? – прошипел Фэш, когда они с Захаррой завернули за угол. – Лучше бы ты Нику писала! Всех нас подставила.

Та одарила его сердитым взглядом.

– Надо было меньше сомневаться, – огрызнулась она. – Если бы ты сразу взял письмо, то никто бы ничего не узнал.

– Могла бы на словах рассказать… Да и вообще, мне оно не нужно было! – пуще прежнего разозлился он. – Я тебе зачем летуна отдал, а? Надо было сразу догадаться, для чего он тебе… Если узнают, что это я его сделал…

– Никто ничего не узнает, – угрюмо произнесла Захарра. – Если снова будут спрашивать, я скажу, что купила его в Астрограде.

Фэш на это ничего не сказал. Еще раз сердито зыркнув на сестру, он пошел вперед быстрым шагом и вскоре исчез за поворотом.