Вы здесь

Фамильяры Смерти. Глава 1. Берегись автомобиля (Александр Гулий, 2017)

Глава 1. Берегись автомобиля


Несмотря на последний месяц весны, погода была отвратная, небо затянули тучи, и то и дело срывался мелкий дождь. День только начинался, а пятница даже не пыталась радовать, и настроение Юли валялось где-то возле отметки «ниже плинтуса», тихонько жалуясь на несправедливость жизни. Порыв холодного ветра ударил девушке в лицо и она непроизвольно поморщилась. Ускорив шаг, она задалась целью как можно скорее укрыться от неприветливой погоды в уютном офисе. В холле огромного здания, где она работала, как всегда, царил полумрак. Юля, радуясь возможности добраться до кофейника, стянула с себя куртку и направилась к огромному в несколько человеческих ростов зеркалу, где сосредоточенно рассматривала свое отражение ее подруга.

Одета та была просто: слегка вылинявшие черные джинсы, футболка с веселым рисунком, кожаная куртка косуха – ничего необычного на первый взгляд. Но несмотря ни на что, выглядела Гелла Константиновна Костеренко приметно. Виной этому были, как казалось Юле, яркие рыжие волосы, которые девушка любила замысловато повязывать темно-красной косынкой, и разноцветные глаза, с которыми никто не рождался уже лет так шестьдесят. Геллу знали, как личность немного не от мира сего, но не слишком строгое начальство прощало ей некоторые причуды и периодические прогулы, потому что обязанности свои она выполняла исключительно вовремя, да и к тому же могла работать удаленно. Юля знала свою подругу еще со школьных времен и могла бы ответить, почему Гелла была не такой, как все, но зачастую на вопросы посторонних лишь пожимала плечами и виновато улыбалась в ответ, мол, ну, черт его знает, может, в детстве ее в роддоме уронили.

На самом деле ее подруга была если не гениальным, то уж точно весьма талантливым математиком и статистом, но вслух об этом обычно никто не говорил. Если не хочешь всю жизнь провкалывать на местами довольно таки опасной работе в Департаменте внутренних расследований, то лучше не распространяться о своих выдающихся интеллектуальных способностях. Департамент искоренил почти всю преступность в стране за счет привлечения в свои ряды незаурядных умов, но подобная работа была мероприятием исключительно принудительным. К тому же, Гелла, в отличие от большинства молодежи, с детства мечтавшей работать в этом уважаемом месте, пылкой любви к Департаменту не испытывала. Возросший же за последние полгода по непонятным причинам уровень преступности в городе только укрепил ее неприязнь. Но, несмотря на то, что сокрытие более талантливых по сравнению с другими личностей каралось уголовной ответственностью, некоторые родители не хотели оставлять своих детей без возможности выбора жизненного пути. Поэтому Гелла скромненько отучилась в школе и университете без особых отличий и устроилась на работу в сервис-бюро Юлиного дяди, собственно, как и сама Юля. Остальные сотрудники первое время посматривали на тихую и немного замкнутую девушку косо, в основном из-за тяжелого взгляда разноцветных глаз, но потом привыкли и перестали обращать на нее внимание. По правде говоря, когда Юля еще в школе впервые увидела девочку, у которой левый глаз желтый, а правый зеленый, а все кругом кричали, что она ведьма и якобы даже демонов призывать умеет, испугалась не на шутку. Но как вскоре выяснилось, Гелла была очень даже милой, со своими странностями, конечно, но тут уж ничего не попишешь. Несмотря на некоторые причуды, на публике она вела себя неприметно и если бы не броская внешность, вполне возможно, отлично сыграла бы роль какого-нибудь привидения. Оживала девушка лишь при встрече с немногочисленными сведущими друзьями, поэтому остальным приходилось лишь довольствоваться Юлиными рассказами о том, что на самом деле она очень общительная и веселая.

– Гелька, что ты надеешься там рассмотреть, проход в параллельную вселенную? – спросила Юля, подходя к подруге.

– И тебе привет, – улыбнулась она, – да не то чтобы, скорее просто думаю, расчесаться или так сойдет.

– Сойдет, не парься.

– Впрочем, это все тлен, я так хочу спать, что могу думать лишь о мягкой постели, с которой так тяжело было расставаться.

– Вот уж ты могла бы и не прийти, – заметила Юля, – все равно тебя не ругают за это, удаленно поработала бы, да и погодка ни к черту сегодня. Кстати, что за повышенная сонливость, опять пол ночи бодрствовала?

– Меня мучила бессонница, а когда, наконец, заснула, так такое сниться начало, что просто жесть. Вроде девушку какую-то на костре сожгли.

– Не люблю такие сны, – поморщилась Юля, – неприятный осадок от них остается, кажется, что раз что-то плохое приснилось, то и со мной такое непременно случится.

– Ну, тогда я могу жить в тишине и спокойствии, – хохотнула Гелла, – вряд ли меня кто-то захочет спалить на костре.

– По-моему, тишина и спокойствие с твоей жизнью абсолютно несовместимы. Ты хоть и изображаешь тихоню, но как встретишься с Данилом или Женькой, то все, пиши – пропало.

–Ну мне же нужно ведь хоть где-то веселиться.

– Мда, железная логика, – вздохнула Юля, таща подругу к лифтам.

– Непоколебимая. А вообще, я проснулась утром с мыслью о том, что сегодня обязательно произойдет что-то необычное.

– Это магнитные бури, Гелечка. Все предельно просто, это магнитные бури. Или полнолуние, или и то и другое вместе.

– А вот и неправда ваша, – совершенно серьезно ответила она, выходя на нужном этаже и направляясь к офису. – Полнолуние только завтра, а магнитные бури закончились позавчера.

– Значит у тебя ломка, одно закончилось, а другое еще не началось.

– Ну не скажи, чутье еще ни разу меня не подводило.

– Ладно, посмотрим. До твоих чрезвычайных происшествий еще дожить надо.

– Доживем, никуда не денемся, – уверенно заявила Гелла и, отперев двери офиса, прошествовала к своему столу в уголке только для того, чтобы завалиться спать на нем же.


* * *


– Если вас не устраивает цена, я могу продать их кому-нибудь более сговорчивому. Вам ли не знать, что желающих найдется тьма-тьмущая и у моего дома очередь выстроится.

Зэсс вальяжно откинулся в кресле, наблюдая за гостями ничего не выражающим взглядом темно-серых, в полумраке казавшихся мутными омутами, глаз. Трое крепких мужиков буравили его полными ненависти тупыми взглядами. Еще один гость, невысокий мужчина с пустыми водянистыми глазами и надменным лицом, нервно елозил в кресле напротив, размышляя над тем, стоит ли платить молодому наглецу столь баснословную сумму или же проще и дешевле будет просто его убрать. Но ведь не исключено, что этот хитрый выродок мог иметь запасной план на случай непредвиденных обстоятельств. В конце концов, осторожность одержала верх над жадностью.

– Хорошо, я заплачу. Здесь все фотографии?

– Конечно! – насмешливо воскликнул юноша. – За кого вы меня принимаете? Я же не дилетант какой-то, работаю тихо и профессионально. Об их существовании никто не узнает.

– Я надеюсь, иначе пеняй на себя, – сухо ответил мужчина, – и каковы гарантии?

– Самая лучшая гарантия лежит в кейсе у вашего подручного.

Мужчина скривился, будто его заставили сожрать ведро лимонов, но, тем не менее, кивнул одному из своих телохранителей. Молчаливо-хмурый детина взял стоявший у его ног кейс и, поставив его на столик, открыл отработанным движением. Зэсс мельком просмотрел количество купюр и, посчитав в уме получившуюся сумму, удовлетворенно кивнул.

– Очень приятно иметь с вами дело.

– Чтоб ты сгинул, ублюдок, – процедил мужчина и, схватив фотографии, быстро вышел из кабинета. Телохранители молча последовали за ним. Дождавшись, когда стихнут их шаги, Зэсс тяжело вздохнул и устало прикрыл глаза. Вот уже сколько времени его жизнь все больше и больше походила на непрекращающееся испытание. Последнее дело грозило крупными неприятностями, достигнуть компромисса и обезопасить себя удалось с большим трудом. Иногда неудавшийся журналист жалел, что занялся этой работой. Искать и запечатлять компроматы на различных особ было не так-то уж и просто. Но, тем не менее, именно эта работа не давала ему погрязнуть в скуке и рутине. Парень усмехнулся, вспоминая, каким образом у него оказались фотографии, доставившие столько хлопот. Начиналось все до неприличия банально, как и всякая щекотливая история. Очередная обманутая дамочка желала знать, с кем именно спит ее неосмотрительный муженек, и в один замечательный солнечный день Зэсс отправился выполнять этот пустяковый заказ. Однако, осторожно спускаясь с крыши на специально имеющемся для таких случаев тросе, неудавшийся журналист неожиданно заметил рыбку покрупнее. В неприметной, как и множество других, пятиэтажке любовным утехам предавался не только муж клиентки, но и один из самых влиятельных криминальных авторитетов города. Причем, дамочка, затянутая в кожу и кляп во рту наряду с застегнутыми на его запястьях наручниками, свидетельствовали о любви данного индивидуума к крайней степени извращения. Естественно, устоять от соблазна запечатлеть это действо Зэсс не смог. Именно поэтому только что у него состоялся обстоятельный и опасный разговор, убивший много нервов и принесший еще одну огромную сумму денег. В дверь кабинета тихо постучали и, не дожидаясь разрешения, в комнату вошла Идалия.

– Ты уже освободился? – спросила она, плавно опускаясь на подлокотник кресла.

– Как видишь, – пожал плечами Зэсс, приглаживая немного растрепавшиеся каштановые волосы своей компаньонки.

– Тяжелое выдалось дело.

– Угу, и полный кейс денежек. Весьма неплохой стимул.

– Ты не боишься, что он захочет вернуть столь привлекательную сумму?

– На сегодня я свое отбоялся, – усмехнулся юноша, – но о переезде в соседний город придется задуматься. Хотя, с такими деньгами мы могли бы уехать на какой-нибудь остров Тихом океане и жить там припеваючи, завтракая ананасами.

– Как знаешь, – наморщила красивый нос Идалия, – пойдем, я приготовила ужин.

Зэсс нашел ее раненой в одном из бандитских переулков, выполняя очередной заказ. Молодая воровка и мухлевщица перешла дорогу не тем людям и должна была окончить свой земной путь еще два года назад, но добродушный фотограф пожалел девушку и дал ей второй шанс. Идалия не подвела и стала хорошей компаньонкой для сборщика компроматов. Ее смекалка помогала Зэссу ловить крупную рыбу в мутной воде подпольной мюнхенской жизни и выходить невредимым из опасных переделок.

Первый выстрел раздался в середине трапезы. Зазвенели разбитые стекла, Зэсс технично свалил Идалию на пол и сам упал сверху.

– Ты цела?

– Да. Что будем делать?

– Быстро дуй в кабинет, бери деньги и проваливай.

– А как же ты? – воскликнула девушка.

– Я задержу их, пока ты не уйдешь. Встретимся в «Пьяном жеребце» через час.

Идалия коротко кивнула и ползком начала пробираться к выходу из столовой. Зэсс, внимательно вглядываясь в темноту улицы за окном, достал пистолет. Раздобыть подобное оружие и получить права на его хранение и ношение было далеко не просто, но, к счастью, неудавшийся журналист был достаточно богат, чтобы позволить себе подобную роскошь. На крыше соседнего здания в свете полной луны замаячил темный силуэт и Зэсс, не раздумывая, выстрелил. Стрелок на мгновение замер и, медленно перегнувшись через бортик крыши, полетел вниз. Удовлетворенно кивнув, сборщик компроматов быстро ретировался из столовой. Спустя час он направился в паб с забавным названием «Пьяный жеребец». Владелец заведения был давним знакомым Зэсса и временами предоставлял ему и Идалии убежище. Опасность юноша почувствовал загодя и успел отпрыгнуть в другую сторону прежде, чем его настигла пуля. Вот только нападавших было несколько. Сборщик компроматов резко дернулся и очередная пуля, долженствующая попасть в сердце, угодила в плечо. Зашипев от боли, Зэсс выхватил пистолет и выстрелил в ответ. Послышались стоны и грязные ругательства. Но от следующей пули парень увернуться уже не успел, кусок свинца насквозь пробил легкое и Зэсс упал на мостовую, захлебываясь кровью. Контрольный выстрел в голову довершил дело и двое стрелков отправились докладывать об удачном завершении задания.

Идалия сидела в «Пьяном жеребце» и затравлено глядела на человека, которому им с Зэссом так не посчастливилось перейти дорогу. В паб зашло двое молодчиков, один из них прижимал к себе окровавленную руку и тихо сквернословил. Первый кивнул боссу и тот, удовлетворенно хмыкнув, жестом отослал подчиненных. Молодая воровка внутренне сжалась, ей до последнего хотелось надеяться, что те двое охотились не за Зэссом.

– Я принесла ваши деньги, – тихо сказала девушка, – фотографии тоже у вас, вы обещали оставить меня и моего напарника в покое.

– Что ж, раз обещал, придется выполнять свои обещания, – хохотнул мужчина. – Первую часть сделки я уже выполнил.

– В каком смысле? – не поняла Идалия.

– Мои люди оставили твоего напарника в покое, в вечном покое. Теперь твой черед.

Испугаться Идалия не успела, громкий выстрел погрузил мир в темноту.

Очнулся Зэсс в прекрасном состоянии, казалось, что он может переворачивать горы одним щелчком пальцев. Поднявшись с холодной мостовой, парень попытался вспомнить, что он здесь делает, как тут его взгляд наткнулся на лежавшее посреди дороги тело. Осознав, наконец, что произошло, он, едва не упав, попятился как можно дальше от собственного трупа. Приятный женский голос заставил его вздрогнуть и резко обернуться.

– Нетрудно догадаться, что тебя убили, – сказала среднего роста девушка с густыми черными, как смоль волосами до пояса и ярко-синими глазами. Одета она была в облегающее короткое синее платье, а за ее спиной стоял высокий парень в кожаных штанах и легкой белой рубашке. С первого взгляда было понятно, что они близнецы. Убедившись, что Зэсс достаточно их изучил и готов внимать, девушка продолжила: – Мы жнецы, как ты, наверное, мог догадаться. Мы забираем души людей и вершим над ними суд, если вкратце. Меня зовут Ярослава, а это мой брат Александр.

– И как, я хорошо вел себя в этом году? – ошалело пошутил неудавшийся журналист.

– Даже не знаю, что тебе ответить, – усмехнулся Александр, – наверное, все-таки хорошо.

– И теперь вы отправите меня на небеса в раю развлекаться, что ли?

– А вот отсюда начинается самое интересное, – произнес жнец, – ты подходишь нашему отделу по определенным параметрам и мы предлагаем тебе работу.

– Твоя компаньонка, к сожалению, тоже убита, – ответила на его невысказанный вопрос Ярослава, – И нет, она не обладала нужными качествами, чтобы присоединиться сейчас к тебе.

– Эмм… ну ладно, работа, так работа, – пожал плечами Зэсс. – Но если Идалия мертва, почему вы и ее не забрали? Или забрали?

– Ею занялись ребята из здешнего отдела, – сказал Александр. – Мы вообще не местные, просто наше отделение еще не до конца укомплектовано, а в Мюнхене сотрудников достаточно, вот и решили тебя к нам перенаправить.

– И куда же мы теперь?

– Ну, вот пошли, мы тебе все и расскажем.


* * *


Гелла резко открыла глаза и дернулась, от чего лежавшая с рядом с ней стопка бумаг упала на пол. Один из сотрудников их небольшого офиса собрался помочь все поднять, но девушка жестом остановила его и, выдавив немного вымученную улыбку, тихо сказала:

– Все в порядке, не отвлекайся от работы.

– Эй, Гелька, ты чего? – спросила Юля, обеспокоено глядя на подругу. – На тебе прямо лица нет.

– Сон какой-то странный приснился, – ответила девушка, пытаясь справиться с неожиданно нахлынувшей головной болью. Сон и вправду был необычный. Его главный смысл оставался четким и понятным: когда-то в прошлом убили сборщика компроматов, но ни лиц, ни имен, ни подробностей Гелла вспомнить не могла, а такое с ней случалось крайне редко. Спустя пять минут она забросила бесполезные попытки все вспомнить и предалась прочтению очередной книги в стиле фэнтези, попутно имитируя исполнение рабочих обязанностей, с которыми она справилась дома еще несколько дней назад. Однако смутная тревога, от чего-то не покидавшая ее с самого утра, усилилась еще больше. Где-то вдалеке громыхнуло и, оглянувшись на окно, Гелла увидела, как небо на востоке затянуло грозовыми тучами.


* * *


– Папа, нам нужно срочно поговорить!

Дмитрий Лисецкий, глубоко вздохнув, поднял глаза на дочь и как можно спокойней произнес:

– Проходи. Только быстро, я занят.

Олеся тут же прошествовала к отцовскому рабочему столу и села в кресло.

– Мне нужно решить один вопрос, но без твоей помощи не обойтись.

– Что опять?

– Стефана помнишь?

– Оборвыша этого? Как же не помнить такой семейный позор? И что с ним? Ты же вроде бросила его.

– Он меня обокрал.

– Что? – оторвался от бумаг Лисецкий и злобно глянул на дочку. Та съежилась под тяжелым взглядом не любящего дурные вести отца, но, тем не менее, продолжила.

– Я заметила только недавно, у меня пропала сережка с бриллиантом, из набора, который ты мне подарил два года назад.

– Ты же понимаешь, что я не пошлю никого решать этот вопрос, не будучи уверен в твоих словах. Ты точно не потеряла эту чертову сережку?

– Нет, он украл ее, – уперто заявила Олеся, поджав губы, – и я хочу, чтобы ты преподал ему урок.


* * *


Остаток дня прошел спокойно и ужасно скучно. Юля с трудом дождалась окончания рабочего дня, и из офиса вышла, чуть ли не пританцовывая от радости.

– Какая-то ты слишком веселая, – сказала все больше и больше мрачнеющая Гелла. Чувство тревоги било набат в голове и игнорировать его становилось все тяжелее.

– Я радуюсь возможности покинуть работу, чего непонятного? На улице даже дышать легче!

– Не скажи, – возразила Юлина подруга, завязывая на голове косынку, – хорошо будет, когда дождь пойдет, а сейчас пыльно, душно и парит.

– Какая ты сегодня невеселая и неактивная, – делано огорчилась Юля, одевая на голову наушники. – Ладно, до понедельника, зануда!

– Ага, пока, – ответила Гелла, собираясь направиться в противоположную подруге сторону. – Ты там это, осторожнее по дороге домой.

– Конечно, мамочка, – засмеялась Юля и направилась к перекрестку. Путь до пешеходного перехода она преодолела за считанные секунды. В наушниках на полной громкости уже во всю играла любимая музыка и девушка, дождавшись зеленого света, направилась через дорогу, не обратив ни малейшего внимания на несущийся с огромной скоростью прямо на нее джип.


Конечно, на самом деле, черная громадина с тонированными стеклами изначально была направлена не на нее, но сейчас это не имело особого значения. Естественно, так грязно работать было не к лицу человеку со столь большим стажем, но упускать подобную возможность было нельзя, иначе объект мог что-то заподозрить. В придачу ко всему, лицо у босса было такое, что мол, твори что хочешь, но чтоб задание выполнил. Тут и свидетелей почти нет, всего-то парочка офисных работниц, одна из которых сейчас как раз переходила дорогу. Поэтому водитель джипа, благополучно наплевав на дуру, которая, воткнувшись в наушники, совершенно не смотрела по сторонам, до упора вдавил педаль газа. Вдавил, чтобы спустя несколько секунд ударить по тормозам. На дорогу что-то отчаянно крича, выскочила рыжеволосая девушка с кроваво-красной косынкой на голове. Три трупа – это уже чересчур, за такое и уволить могли, а с подобных работ, как показывала практика, увольняли только вперед ногами. Бампер джипа все же нашел свою цель, но удар получился явно не смертельным.


Гелла, вспомнив, что забыла забрать у подруги флэшку, поспешила догнать ее и, похоже, была единственной, кто заметил появление не сбавлявшего скорости огромного черного джипа. Заорав на всю улицу не своим голосом «с дороги!», она рванула к перекрестку, но Юля ее, конечно же, не услышала. Зато услышал парень, шедший сразу за Геллыной подругой. Он изо всех сил толкнул девушку к противоположному краю дороги и, хотел было отскочить сам, но не успел. Машина, визжа тормозами и виляя из стороны в сторону, врезалась в него, отбросив на пару метров.

Гелла замерла, глядя на юношу, спасшего ее подругу. Под распластавшимся изломанной куклой парнем начала медленно расползаться лужа крови. И тут, как это обычно бывало ней во всех ситуациях, требовавших немедленно действовать, в голове словно повернули выключатель. Сердце пропустило несколько ударов, а затем заработало в бешеном ритме. Путаница в голове исчезла, мозг заработал, словно компьютер, подчиняясь только здоровому анализу и отсекая лишние эмоции. Девушка моргнула и картинка в глазах стала настолько яркой и резкой, что на несколько секунд заломило виски. Заметив краем глаза, что на джипе нет номеров, Гелла опрометью бросилась к бесчувственному парню, справедливо полагая, что чтобы здесь не случилось, продолжать движение по ним двоим водитель автомобиля не станет.

– Так, правая рука точно сломана в нескольких местах, – пробормотала она, расстегивая пострадавшему куртку и безжалостно отрывая пуговицы на рубашке. Ткань обиженно затрещала, поддаваясь ее садистским действиям, и Гелла, молниеносно ощупав парня на предмет других повреждений, тихо выругалась. Разбитая голова даже несведущему в медицине человеку могла сказать об однозначном сотрясении, ребра тоже были явно сломаны – изо рта у него при каждом выдохе вытекали струйки крови, а уж про позвоночник даже думать было страшно. Позу, в которой застыл спасший Геллыну подругу юноша, ни один здоровый человек не смог бы принять, даже если бы сильно захотел.

Виновник ДТП в то же время, так и не удосужившись выйти из машины, резко сдал назад и, объехав их, умчался дальше по дороге. Гелла, проводила взглядом уносящийся джип, роясь в карманах, и достала телефон. Все больше удивляясь происходящему, она вновь пробормотала себе под нос: – Да, красавчик, тебя сейчас спасет только расторопность наших медиков. Хорошо, что у меня есть, к кому обратиться.

Быстро набрав нужный номер, девушка послушала несколько гудков и едва на том конце подняли трубку, быстро проговорила:

– Это Гелла Костеренко. Срочно реанимацию на улицу Правды восемьдесят пять дробь два, к офисной высотке, на перекрестке сбили человека, множественные переломы рук, ребер и позвоночника, разбита голова.

– Машина уже выезжает, будем через шесть минут, пострадавшего не трогать и не переносить.

Гелла нажала отбой и, встав с корточек, начала лихорадочно размышлять о том, как бы обезопасить от возможных машин парня, к которому нельзя даже прикоснуться. Оглядываясь по сторонам, она с трудом подавила желание упасть рядом с пострадавшим и поваляться там какое-то время в беспамятстве. Несмотря на то, что ее родители были медиками, от вида крови, изломанных костей, вывернутых внутренностей и тому подобных картин, ей всегда становилось плохо, слишком уж редко сейчас можно было увидеть такое в реальной жизни. Однако для подобной роскоши было еще слишком рано, поэтому она поспешила снова взять себя в руки. К девушке, медленно пошатываясь, подошла Юля, лицо у нее было зеленое, а взгляд не вполне осмысленный. Потирая разодранное плечо, она тихо спросила:

– Что же теперь делать, Гель?

– Ничего, скорую ждать. И надеяться, что когда загорится зеленый для машин, нас увидят загодя и не передут еще разок для верности.

Впрочем, первая же встречная машина едва увидев, развернувшуюся на перекрестке трагедию, поспешила остановиться.

– Боже мой, что здесь произошло? – спросил презентабельно одетый мужчина лет тридцати пяти, выскакивая из своего серебристого седана и взволновано теребя тонкую оправу очков.

– Человека машина сбила и уехала, – ответила Гелла, указывая на бесчувственного парня, – а скорая только через четыре минуты прибудет.

– Ну ничего себе! – возмутился удивленный водитель. – Давненько я о такой наглости не слышал. Сбить человека и просто уехать, это ж надо.

– Вы можете остаться с нами, пока не приедет скорая? Так нас, по крайней мере, сразу объезжать будут. Я, конечно, не настаиваю, может у вас дела…

– Что ты, дело, похоже, серьезное, дождемся скорую.

– Спасибо.

– Вы его знаете?

– Нет, впервые видим, но он вытолкнул мою подругу из-под колес. Храбрец, каких поискать, – уныло улыбнулась Гелла.

– Надо бы посмотреть, как его зовут, – принял решение мужчина и подошел к пострадавшему.

– Осторожнее с ним, он еле живой и ничуть не целый.

– Меня, кстати, Максим зовут, – сказал неожиданный помощник, аккуратно обшаривая карманы куртки на предмет кошелька или каких-то других документов.

– Я Гелла, а вон та, которую тошнит в кустах, Юля, моя подруга.

Наконец Максим достал из внутреннего кармана студенческий идентификатор с закончившимся еще год назад сроком действия и, внимательно его рассмотрев, выдал:

– Ну и имечко, весьма необычное для нашего региона.

– Кириленко Стефан, – прочитала Гелла, перегнувшись через плечо мужчины. – Ну, мало ли, может, он за границей родился, или его родители любят иностранные имена.

Вдалеке завыли сирены, и вскоре прибыла карета скорой помощи вместе с сотрудниками Департамента. Врачи быстро погрузили бесчувственного Стефана в скорую и Гелла, подбежав к дежурной медсестре, сказала:

– Можете оформить его в отдельную палату, как нашего знакомого?

– А ты его знаешь? – поинтересовалась в свою очередь сестра.

– Нет, но десять минут назад он спас мою лучшую подругу от машины, это меньшее, что я могу для него сделать.

– Ладно, оформим, по крайней мере, до тех пор, пока не объявятся его родственники. И твои родители должны об этом узнать.

– Я сама позвоню отцу и скажу, ладно?

– Только не забудь, – усмехнулась медсестра и села в скорую.

Гелла облегченно вздохнула и направилась к машине Департамента, возле которой ее уже дожидались Максим, Юля и несколько дознавателей.

– Дознаватель четыре пять ноль два, Шутеев Андрей, – сухо сказал один из мужчин, – я буду с вами работать. Ваше имя, девушка?

– Костеренко Гелла Константиновна, – ответила та, внимательно разглядывая сотрудника организации, которая уже лет двадцать как заменила собой все правоохранительные органы. После упразднения службы безопасности и полиции, во всех городах страны начал свою работу Департамент внутренних расследований. Отделение Департамента было в каждом населенном пункте, даже самом маленьком, а в крупных городах отделения службы встречались так же часто, как раньше можно было встретить полицию. За годы работы эта организация переловила почти всех опасных преступников, обеспечила порядок по всей стране, а ее сотрудники были настолько скрупулезны и дотошны, что связываться с ними не хотел абсолютно никто. В качестве дознавателей и оперативных агентов в Департамент постоянно набирали максимально незапоминающихся личностей, и поэтому сейчас Гелла напрягала свою идеальную память, на всякий случай запоминая разговаривавшего с ней человека. Что-то подсказывало ей, что это будет не последняя встреча с его сотрудниками.

– Прошу проследовать в фургон, сейчас мы отвезем вас в отделение для дачи показаний.

– У меня машина, я поеду сразу за вами, – сказал Максим и, дождавшись кивка следователя, спросил: – Как долго будет длиться допрос? Я тут вообще мимо по делам ехал, так что у меня не слишком много времени. Да и не видел я самой аварии, остался с девушками, чтобы машиной потерпевшего оградить.

– Каждый из вас будет давать показания одновременно отдельному сотруднику, так что если все так, как вы говорите, надолго мы вас не задержим.

С этими словами дознаватель сделал пригласительный жест и все, рассевшись по машинам, двинулись в путь.

Дорога заняла минут десять. За это время Юля успела надышаться нашатыря и из бледно-зеленой стать просто бледной. Гелла молча смотрела в окно и прикидывала, насколько они могут на самом деле застрять в отделении Департамента, учитывая легендарную скрупулезность его сотрудников, которая касалась даже обычных аварий и ДТП. Хотя мысль о том, что это не совсем обычное ДТП не покидала ее ни на секунду. По прибытию в районное отделение, их развели по разным комнатам и дознаватели приступили к допросу.


* * *


– Докладывай.

– Ваше указание выполнено, я проучил мальчишку, – ответил мужчина, глядя на склонившегося над бумагами Лисецкого.

– Он жив?

– Когда я уезжал, был еще жив, там оказалась парочка девиц, которые бросились ему на помощь. Учитывая обстоятельства, я посчитал, что его можно оставить в живых. Хотя, не факт, что он оклемается после такого-то.

– Хорошо, полагаю, этого достаточно. Даже если он придет в себя, то ему больше никогда не придет в голову воровать, особенно у меня.


* * *


Несмотря на уверения в том, что разбирательство со стражами правопорядка не займет много времени, длилось оно достаточно долго, и отпустили их только около восьми вечера. Юля ощущала себя абсолютно несчастной и разбитой, и, вызвав такси, поехала домой. Гелла же, сидя в маршрутке, чувствовала, как на смену сосредоточенности приходить слабость. Так всегда случалось, когда заканчивался заряд ее «бесчувственной» бодрости. К тому же, сказывалось недосыпание прошлой ночи и организм начал понемногу протестовать против такого обращения. Руки периодически мелко подрагивали, ноги стали ватными, мысли вяло путались, а в глаза девушке будто насыпали песка. Дойдя до квартиры, она наспех искупалась и моментально отключилась, едва легла в постель.

Юля же, по приходу домой, попросила родителей не трогать ее и, закрывшись у себя в комнате, упала на кровать. Несмотря на слабость, сон все никак не шел. В голове было пусто и мерзко звенело, веки были свинцово тяжелыми, но стоило Юле закрыть глаза, как она видела перед собой сбитого парня в луже крови. Не выдержав бессмысленного валяния в постели, девушка резко встала и, заставив себя не думать о произошедшем, занялась обычными делами. Вспомнив, что с момента возращения так и не переоделась, она решила сменить испачканные джинсы и футболку на чистую домашнюю одежду. От нечего делать она начала насвистывать какую-то глупую песенку, а потому раздавшийся за спиной голос заставил ее замолчать и недоуменно обернуться.

– Черт подери, да что здесь вообще происходит-то?

Увидев вопрошающего, Юля испуганно ойкнула и отскочила к стене. Посреди ее комнаты стоял Стефан, которому вообще-то было положено лежать при смерти в больнице. Вид у парня был на редкость растерянный и слегка напуганный. Создавалось впечатление, что он был удивлен не меньше девушки.

– Ты меня видишь?

–Было бы странно, если бы я тебя не видела. Как ты тут оказался? Почему ты не в больнице? Откуда ты знаешь, где я живу? Ты шпионишь за мной? Кто тебя выпустил из палаты? – скороговоркой выпалила Юля.

– Эй, эй, эй!!! Помедленнее, пожалуйста, – замахал руками парень, – мой сотрясенный мозг не в состоянии так быстро думать!

– Что ты тут делаешь?

– Сижу, как видишь, – съязвил Стефан, действительно усаживаясь в кресло, при этом на лице его мелькнуло легкое опасение человека, боящегося сесть мимо, хотя промахнуться мимо кресла было очень сложно, – я понятия не имею, как здесь оказался. Просто открыл глаза в незнакомом доме, походил сквозь стены и понял, что люди в соседней комнате меня не видят. Потом решил разобраться в случившемся где-нибудь в тишине и наткнулся на тебя.

На Юлином лице отразилась мучительная работа мысли и она, наконец, выдала:

– Так ты что, привидение, что ли?

– Угу, с моторчиком. Нет, я точно знаю, что я живой, но как-то получилось, что тело в больнице, а сознание или душа или что это, здесь.

– Кажется, я схожу с ума, – осоловело пробормотала девушка.

– Да нет, с тобой должно быть все в порядке, в конце концов, это ведь мне голову разбили.

– Точно глюк, – задумчиво изрекла потрясенная Юля, чувствуя себя героиней третьесортного мистического фильма.

– Я не глюк! – театрально закатил глаза парень. – Я Стефан! И мне нужна твоя помощь. Кстати, как тебя зовут?

– Юля.

– Отлично, Юля… У меня к тебе просьба, – немного помедлив, сказал парень, – что-то подсказывает мне, что для всех кроме тебя я так и останусь невидимым… А я должен разобраться с теми, кто это сделал со мной, поэтому мне понадобится твоя помощь.

Юля поперхнулась и некоторое время тупо смотрела на призрака, после чего с плохо скрываемым сочувствием спросила:

– Что, сильно головушкой приложился, бедненький?

– Да нет, – смутился он, – голова вроде не так сильно пострадала.

– А, по-моему, как раз наоборот! Нет, вы только подумайте! Я, и помогать искать преступника! Да с такими просьбами либо в Департамент идти, либо в дурку, но уж точно не ко мне.

– Кроме тебя меня все так же никто не видит, – раздражено взъерошил каштановую челку Стефан, – к тому же, не уверен, что Департамент возьмется за это дело.

– Отлично, просто прекрасно! Департамент не возьмется, а я возьмусь! Ты что, хочешь, чтобы я до своего дня рождения не дожила? Я, между прочим, планирую грандиозную тусовку, будет очень жаль, если я погибну, бегая за какими-то злоумышленниками.

– Но мне больше не к кому обратиться, – грустно констатировал Стефан, – Для того, чтобы пойти в Департамент, нужны какие-нибудь доказательства, которые для начала еще раздобыть надо. К тому же я понятия не имею, сколько еще буду находиться в этом состоянии. Хотя, наверное, если меня приедут добить, отсюда я тоже исчезну. Не знаю.

Юле внезапно стало очень неловко и как-то даже стыдно, но чем она может помочь? Так некстати подумалось, что будь на ее месте Гелла, то она бы точно что-нибудь придумала и еще, небось, сама бегала бы за призраком с предложением о помощи, алгебраически доказав, что без нее он ну совсем никак… Стоп! Гелла! Осененная отличной мыслью, Юля схватила телефон и торопливо набрала знакомый номер, вот только трубку никто не взял. Разочарованно отбросив его, девушка мельком взглянула на часы и поняла, что время-то позднее и ее подруга уже, наверное, спит, поставив мобильник на беззвучный режим. В голову тут же пробралась коварная мысль, что сама Юля тоже чертовски устала и пора уже, наконец, лечь в постель и провалиться в спасительное беспамятство. Глядишь, к утру и призрак исчезнет, оставшись безобидной галлюцинацией перенапряженных мозгов.

– Ладно, слушай сюда, – деловито заявила девушка, демонстративно зевая, – я ужасно устала и ложусь спать. Думать будем завтра.

– Так ты согласна мне помочь? – обрадовано вскинулся призрак.

– Нет. Я сказала, что завтра подумаю над этим.

Стефан уныло выпятил губу и сделал максимально жалобное лицо.

– Но ты же звонила куда-то.

– Я тебе вряд ли смогу чем-то помочь, но знаю человека, который может быть сможет. Вот только уже поздно и трубку она не берет, поэтому разберемся завтра, когда я дозвонюсь. А сейчас отцепись от меня и дай поспать, я на ногах еле стою.

– Хорошо, спи, конечно, – облегченно вздохнул парень.

Юле только это и нужно было, упав на кровать, она закрыла глаза и моментально заснула.