Вы здесь

Трэтеры. Книга 2. 1 глава ( GVELA)

© GVELA, 2018


ISBN 978-5-4493-0253-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга писалась для души и от души


Женская сказка, фантазия, о мужской любви


Книга об очередной попаданце, в чужой мир, изменившийся не по своей воле. Вынужденной подстраиваться к новым реалиям, пытаться выжить и, как свойственно всем попаданцам – спасать мир. Впрочем, мир – это мелко, ему досталась целая Вселенная. А чем все это закончится – читайте.


От автора: Прошу обратить пристальное внимание, что в книге есть нецензурные выражения. Ограничение по возрасту не ниже 18+. И помни, уважаемый читатель, книга написана в жанре СЛЭШ. Если вы не приемлете подобные отношения, не открывайте книгу.


Всем остальным храбрецам – приятного прочтения!

1 глава

– Бортовые системы нескольких видов: электроснабжение, температурный режим, управление, связь, жизнеобеспечение, ориентация в пространстве, двигательные установки и система аварийного спасения. Они взаимосвязаны. Отключение одной повлечет сбой работы другой системы. Космический корабль – сложный многофункциональный организм. Но передвижение в космическом пространстве не ограничивается пассажирскими, военными и грузовыми кораблями. Созданы высокотехнологичные космические станции для исследовательских работ или обороны. Иногда их используют для заселения колонизируемых планет как перевалочную базу. Многие колонисты предпо…

– Астор, достаточно. И с Ульна, и с нас. Есть опасность, что мозги вскипят от обилия информации.

Долгая спячка и отсутствие связи с внешним миром плюс лишние уши в нашем лице – и нашего интеллектуала заносит на неопределенно большое количество времени.

– А что? – развел руками виновник очередной двухчасовой лекции о космическом пространстве.

– Я всего лишь поинтересовался, долго ли нам лететь и как быстро летают остальные? Ёк макарёк. Кто же знал-то?!

Дети, они и на просторах космоса остаются детьми. Лер, в противовес Ульну, очумевшему от количества выданной Астором информации, слушал искин с открытым ртом. Пожалуй, знания ему пойдут на пользу. И адаптироваться к местным реалиям у детей всегда выходит легче, чем у взрослых. Меня спасает моя же покалеченная психика, которая еще и не то перенесла.

Орх? Он родился в этом мире. Пусть и хлебнул через край рабства и унижений, но ему проще. А вот Ульн… И вроде рожден в этой Вселенной, и в то же время я все сильнее убеждаюсь – в космосе ему не место. Изменения хоть и пошли на пользу выходцу с Рури, но несущественно.

Астор, с дикцией ведущего с телевидения и даром сказочника, подавал знания в сжатой, но доступной для нас форме. Иногда я и сам не лучше Лера замирал, развесив уши. Но сейчас, когда мы практически завершили гиперпрыжок, отвлекаться на пространную речь было не ко времени.

Нет, я не прочь узнать о полностью автономных высокотехнологичных компьютеризированных домах, способных не только выполнять всю надомную работу, привычную для нас, но и следить за здоровьем и безопасностью своего хозяина. На Земле, кажется, я тоже что-то подобное слышал про Умные дома. Предполагалось дойти до того, чтобы, простите, в унитазе делать забор анализов, и, в случае серьезного заболевания хозяина, мгновенно изолировав больного, отправлять данные в медицинский центр, вызывая медиков.

Создатели же, как пояснил Астор, пошли гораздо дальше, снабдив подобные дома регенераторами и медицинскими капсулами, обслугу – дроидами и роботами, а охрану – таким вооружением, что придурков, решающихся сунуться на чужую территорию, не находилось.

Преступность они явно искоренили. При тотальном контроле особо не побалуешь. С одной стороны, это круто, а вот с другой… Мне такие засланцы-засранцы в тыл «врага» неприятны. Как жить, если в собственном доме тебя постоянно пасут?! Причем и днем, и ночью, и даже на толчке. Шаг вправо, шаг влево – расстрел. Не понимаю, как они решали проблему свободы личности и развития индивидуальности? Ведь без гениальных людей, которым свойственно выделяться из серой массы, создать что-то новое невозможно. Не привлекает как-то меня подобная жизнь.

Еще вопрос: за каким «надом» Создатели, или – как их еще называют – Ушедшие, ушли? Почему? Для чего? От кого-то бежали? Или, наоборот, эта Вселенная стала им мала? Вопросы, вопросы, вопросы… И ни единого полного ответа.

Астор молчит, как фанатик на допросе. Возможно, в их времена мир и был прекрасным, упорядоченным. Но сейчас?! Сейчас, судя по тому, что успел увидеть я, мир очень далек от совершенства. Ашшеры, поедающие рархов. Рептиры, истребившие практически под ноль трэтеров. Пираты, вольготно чувствующие себя в космических глубинах. Процветающее рабство…

Нет, жизнь и мерзость людскую, что сидит во многих из нас, в рамках не удержать. Если только искоренять подчистую. А это уже геноцидом попахивает, что некоторые отморозки с успехом провернули в разное время на Земле. Сколько угробили невинных душ?! До сих пор, как вспомнишь историю, так передергивает. Но при всем желании всеобщего блага, убрав все черное, мы автоматически перестанем понимать, что есть белое. Замкнутый круг.

Сколько раз меня в детдоме били девчонки, потому что я мимо не могла пройти, когда зверушку какую мучили. Не понимая и не чувствуя боль утрат, дети бывают очень жестоки. Спасибо, я ожесточенной на мир не выросла, пронесло как-то. Так и тут, чтоб его, не могу мимо просочиться, чтобы не влезть в заварушку Вселенского масштаба.

Подумать только, я один, как шизик, герой должен бросаться на амбразуры грудью, спасая мир от говна, в которое население само, по собственной воле, проваливается все глубже и глубже. Пока не нахлебается, хрен чего поймет.

Нет, ну почему так всегда, а?! Миры разные, а проблемы те же?! Это проклятие у меня такое, что ли?

Сидит во мне пакость уродливая, совестью и честью зовется, и никак не хочет выбираться, укоренившись и в новом теле, и в подёрнутых сумасшедшинкой мозгах. Обещал спасти трэтеров, вот и прусь к черту на кулички. Вернее, уже приперся.

Бунтарский дух во мне сдохнет последним, как любил говорить Вирцег, когда я умудрялся послать этого мудака, сдерживая рвущийся вой от боли в скручивающихся узлом мышцах. Не хочу вспоминать о лаборатории, а само как-то выходит. Не избавиться нам от тех воспоминаний. Никак.

Надо отвлечься. О чем там еще трещал Астор? Ах да, о звонках с эффектом присутствия. Почти наш скайп, только круче. Позвонил – и словно возле собеседника оказался. Бродишь рядом в виде голограммы, как у нас Астор любит разгуливать по кораблю. Удивительно, но она способна повторять все твои движения, разговаривать, чувствовать запах, видеть окружающую обстановку и даже ощущать в полной мере то, к чему прикоснулась пальцами. Шикарно? Не то слово. Это фантастика! В общем, для моего приземленного понимания чудес – это Япония моего времени, но в более продвинутой версии.

И снова ложка бяки в бочку мёда. При всем внешнем благополучии эти радости жизни не каждому по карману. И чем дальше общество уходит в минимизацию человеческого труда, тем хуже живет большинство. Тут тебе и нищета, и преступность, и перенаселение. Казалось бы, столько планет – живи не хочу. Ан нет! Везде свои законы и закидоны. При этом все, живущие во Вселенной, не одного вида и мыслят совершенно по-разному. Попробуй договорись с каждым?! Весь на соки изойдешь. Вот и получается, что тот, кто сильнее, тот и прав. Поганенько, конечно, но ничего не поделаешь. Расы и образ жизни у нас, может, и разные, а стремления и мерзость в мозгах чаще всего одни и те же: деньги, роскошь, власть, бессмертие и вседозволенность.

Понесло… Эк меня поперло в рассуждения о глобальном. Во мне умер философ. И хорошо, что умер, а то сам с собой от тоски бы подох, дискутируя, что было первым – курица или яйцо.

Лучше о нас и наших повседневных проблемках. Одежда, выданная нам Астором, выше всяких похвал.

И-де-аль-на! Наниты вместо ткани – ошеломить Ушедшие умеют, ничего не скажешь. Интересное изобретение, а главное – полезное. Нанит по сути это что? Маленький робот, не имеющий интеллекта, выполняющий заложенную в него программу. На Земле, насколько я знаю, велись только разработки и первые тесты. За возможность изучить скаф, что сейчас на мне, земные ученые убили бы, не задумываясь, кого угодно.

Накладка вышла, когда Астор попросил активировать скаф после того, как полностью в него облачишься. Активация – банальная капля крови в уголок рукава, на запястье, – и всё. Предполагалось, что скафы – это громоздкие, неудобные, тяжелые скафандры с дополнительными баллонами для дыхания, объёмными гермошлемами, прилично сковывающие движение тела.

Я был приятно удивлен, получив в свое распоряжение небольшой герметично упакованный пакет с темно-серебристой тканью внутри. Вес приблизительно килограммов в пять не соответствовал тому, что я воспринимал визуально. Обувь, как оказалось, шла отдельно. Спрятанных кислородных баллонов, фильтров или, на худой конец, шлема на голову не обнаружил.

Астор предпочел загадочно отмалчиваться, предлагая проверить все на практике. То бишь надеть и проверить.

Трудно оставаться спокойным, когда с тебя буквально стекает слой «кожи» прежнего скафа и стремительно, зыбучим песком, поглощает твое тело серебристая пленка. Ощущение, что по тебе ползает полчище муравьев, благо не кусаются. Это не то, что мне хотелось бы повторить.

Ульн матерился так, что у меня уши вяли. Но я в это время боялся открыть рот, чтобы напомнить о присутствии Лера, так как наниты упорно подбирались к моему подбородку, и я не был уверен, что на нем они и остановятся. Остановились. Дальше не полезли. Напряжение слегка отпустило.

Капля крови – активация. Секунда, две – и легкое покалывание во всем теле начало не слишком приятно отдавать тем же внутри.

Я успел заметить, как все повалились на пол. Не понимая, что произошло с хозяином, Халк стал тыкаться носом в бессознательного Лера. И меня накрыла темнота.

– Прошу прощения, Лэрд. Произошедшее мною не планировалось. Данные по «Искре» распаковались только после начала конфликта защитного костюма с вашей кровью.

В башке отдавало тупой болью, но пошевелиться и сесть я смог.

– Что с остальными?

– Проснулись. Лечебные капсулы не понадобились. Сейчас так же, как и вы, все возвращаются обратно в командный отсек.

– Платформа, – дошло до меня. – А я было подумал, морская болезнь накрыла. Давай подробнее, почему так произошло, и что там у тебя за инфа открылась? Кстати, почему не было конфликта с прежним скафом? Он ведь точно так же был из нанитов. Или нет?

– ФР-ПС25С – военная разработка из легкой брони для диверсионных групп с целью незаметного проникновения на территорию противника. В ходу более короткое название «Фрип».

– И? – боль постепенно утихала. Жить, похоже, буду.

– «Фрип» полностью состоит из нанитов последней разработки. Полученные данные говорят о сферах действия нанороботов: защита кожных покровов, фильтрация воздуха, жестко контролируемое количество самовоспроизводства (репликации), способность частичного самовосстановления и временной замены повреждённых участков тела носителя костюма.

– Пока ничего нового, Астор, – раздраженно поерзал я на движущейся платформе. – Вопрос остается открытым: из-за чего мы потеряли сознание при активации скафа? Мне не улыбается умереть в метре от лечебной капсулы и на том свете винить себя еще и за смерти близких мне людей.

– Лэрд, я признаю частичную вину. Ранее доступа к информации по «слезам Ушедших» я не имел. И узнал об угрозе неприятных последствий конфликта двух разработок Создателей только после распаковки файла.

– В смысле? Судя по тому, что я все еще в скафе и у меня ничего не отпало, не отросло и не болит, то все в норме. Или это временно?

– Угроза для жизни отсутствует полностью, Лэрд. Признаюсь, произошли небольшие изменения, – я с ужасом почему-то схватился за уши, боясь нащупать ослиные. Астор в ответ на мое движение совсем по-человечески закатил к потолку глаза и укоризненно вздохнул.

– Внутренние изменения нанороботов «Фрипа», капитан, вступили в симбиоз с эрситами, образовав лучшую из возможных защит вашего тела. Точно такие же изменения произошли практически у всех членов команды.

– А теперь поподробнее про эрситов? И с кем не произошло это радостное событие? – не удержался я от сарказма. Попытаться морду набить голограмме, конечно, можно, но что-то мне подсказывает, что вряд ли у меня это получится.

– «Слезы Ушедших», как называете вы, и или «Искра», как их называли Создатели, состоят из роботов, гораздо меньших по размерам, чем наниты и более усовершенствованных. Эрситы многофункциональны. Абсолютно все они репликанты, но с заложенной в них программой клонирования в определённых случаях. Например, при серьезных ранениях – потери конечностей или внутренних повреждениях. При их использовании устраняются дефекты ДНК, отфильтровываются, расщепляются и производятся любые противоядия при отравлении. Происходит заметное усиление кожных покровов носителя и омоложение организма с последующим сохранением в нужном состоянии.

В данный момент, Лэрд, все ваши органы покрыты тонкой микропленкой, созданной из эрситов. В случае ранения или угрозы утери органа эрситы способны восстановить или, полностью растворив, заменить его.

Нет, я, конечно, слышал, что капли дают бессмертие, но до конца в это не верил. И только сейчас, слушая Астора, до меня стало доходить, какой куш мы отхватили. Даже немного страшно! Не стареть и жить столько, сколько пожелаешь, – такое не укладывается в голове! Мать Вселенная, это какими же придется мыслить категориями?! Ни днями, ни годами, а столетиями! Тысячелетиями! Ох, как бы не двинуться на радостях!

– То есть меня, вернее, нас, убить практически невозможно? – верю и не верю. Для меня и долгой жизни простого третэра по самые уши хватало, а теперь…. Даже не знаю… теряюсь…. В голове каша…

– «Фрип», вступив в симбиоз с эрситами, усилил свои функции по защите. Примите мои поздравления, Лэрд. Вы бессмертны.

– Э, нет. Всегда есть какое-то громадное жирное «но», чтобы было не так вкусно. Притормози, хочу дослушать здесь, чтобы знать, что рассказывать остальным.

– Я продолжу, Лэрд. Отходы жизнедеятельности вашего организма станут полностью усваиваться. Благодаря этому при крайней необходимости вы способны пробыть долгое время без пищи и воды. Наниты, вытягивая воду и необходимые микроэлементы из окружающей среды, поставляют их эрситам, а те, переработав полученное, позволят вам жить и в таких экстремальных условиях.

– Хорошо, – согласно кивнул я, продолжая ожидать подвоха. Интуиция вопит, что без него никак.

– Для полноценной работы организма сна требуется не менее двух часов из каждых сорока восьми.

– То есть, чтобы бегать бодрым козликом, мне необходимо всего два часа сна за двое суток? Ничего себе!

– Эрситы способны блокировать боль. Растворять попавшие в тело инородные предметы. Так же, как и наниты, если их защитных свойств недостаточно, чтобы сдержать удар.

– Дырка от лазера, как правило, не пуля, там так просто не залатаешь.

– Почему? – удивленная голограмма – само по себе забавное зрелище.

– Уничтоженные ткани удаляются, происходит стремительная регенерация, и вы снова здоровы, капитан.

– Жаль на Халка такого костюма не придумали. Я ему тоже Искру» всунул в пасть.

– Вы невнимательны, Лэрд. Скафов было предоставлено определённое количество, рассчитанное на всех членов экипажа и существ любого вида.

– Вот я баран! – от удара по лбу, кажется, увидел пару золотистых звездочек. – Наниты! Они же не имеют строгой формы. Вернусь – запихну пса в костюм, пусть с нами вечность кукует.

– Пока мы с Вами беседуем, Лэрд, Лер выполнил то, что пожелали вы. Халк уже пришел в себя и, кажется, у него появилась новая способность, которую сейчас тестирует маленький хозяин.

– Знаешь какая именно?

– Телепатическое общение в примитивной форме: визуальная передача четких образов, действий или желаний.

– Астор, я все понимаю, бывают существа в мире очень везучие, но это уже слишком. Не может быть столько плюшек в одной корзине! Если эта самая корзинка не в руках девочки, идущей ночью через лес, где за соседним деревом ее поджидает голодный волк, позарившийся отнюдь не на выпечку. Ладно, списываю как подарки для стимула разобраться с рептирами и спасти трэтеров. Но все же что-то меня гложет и не отпускает.

– Интуиции стоит доверять, Лэрд.

– Это ты к чему? – нервно дернул ухом я. – Я всегда ей доверяю. Она не раз спасала мне жизнь.

– Я могу продолжать?

– Это еще не всё? – не слишком ли много за раз информации?!

– К сожалению, дальше новости будут не слишком приятные.

– Фух, наконец-то, – удивительно, но на душе как-то полегчало.

– Эмпатический дар оде Орха усилился.

– Плохо, – он, бедный, теперь от нас шарахаться будет. Чувствовать эмоции других – еще то наказание.

– Предположительно, через несколько дней эмпатическая чувствительность начнет снижаться.

– Это хорошо.

– И через месяц пропадет окончательно, оставив лишь слабый отголосок от дара.

– А вот это плохо.

– Изменения у вас, Лэрд, привели к тому, что развивающиеся дары полностью угасли, зато усилилась полная невосприимчивость к любым телекинетическим атакам. И я не завидую смертнику, решившему насильно покопаться у вас в голове.

Из неприятного: я больше не смогу свободно снимать с вас образы, как мы проделывали ранее.

– Астор, я могу как-то помочь Орху?

– Да. Будьте с ним рядом. Ваша невосприимчивость к подобным дарам способна гасить эмпатическую связь посторонних, при этом вы всегда будете знать, где находится любой из вашей команды, капитан.

– Безопаснее, согласен. Я так понял, с Лером все нормально, никаких новых особенностей?

– Нет.

– Уже легче. Бессмертный ребенок, способный извергать, к примеру, огонь, – то еще счастье. Кстати, а он вырастет или останется в таком возрасте?

– Оптимальный пик силы и развития тела приходится на двадцать пять лет. Каждый из вас достигнет этой точки и остановится в изменениях.

– Когда я давал эти слезы, не подумал, что Лер – всего лишь ребенок, и все у него могло пойти по-другому. Ладно, хорошо то, что хорошо заканчивается.

– Ам… Лэрд, – неуверенно переступающий с ноги на ногу мужчина уже не умиляет, а настораживает.

– Говори.

– Из-за легкого сбоя в организме оде Ульн станет чаще нуждаться в партнерах.

– Круто, – присвистнул я. – У тебя никаких оригинальных программ для разрядки в этом плане нет?

– Мои программы не рассчитаны на существ его вида и его вкусов, – с легким пренебрежением выдал искин.

– Хочется, но не буду, – притормозил я себя, любопытство до добра не доводит, – спрашивать, какие пристрастия у нашего Ульна. И это все его проблемы?

– На данный момент, да. Но подобная неприятность есть и у Вас, Лэрд.

– В смысле? – всегда так – рано радоваться нельзя!

– Усиленная выработка гормонов, соответственно, прибавит сексуального желания.

– Как-то блокировать это можно? – почему вечно все скатывается к сексу? Нет, мне нравится, но с Орхом у меня определенно начнутся проблемы… Черт!

– Нет.

– Добивай. Выкладывай сразу всё, и пошли к нашим, – сдался я.

Чему бывать, того, как говорится, не миновать. Вся моя жизнь состоит из постоянных изменений, пора и привыкнуть к шуткам Судьбы.

– По показателям лечебной капсулы, оде Орх не в состоянии справиться с количеством поглощаемой им Вашей энергии, Лэрд. Вам для нормального функционирования организмов – Вашего и оде Орха – необходимо найти еще двух партнеров.

– Капец, – устало прислонился я к стене, соскочив перед этим с платформы, – приплыли. За что, грабли вам в подарок?!

– И последняя информация – по эрситам.

Не нравится мне его многозначительный взгляд и длинная театральная пауза. Очень не нравится!

– Постепенно, если не будет смертельных ранений, Ваше тело полностью заменится эрситами. К сожалению, любая плоть неспособна существовать бесконечно долго, даже при постоянном обновлении клеток.

– Клёво, – я устал удивляться. Жизнь, она такая странная и непредсказуемая дама, что стоит поберечь свои нервы, они, вроде, не восстанавливаются, или делают это долго и плохо. Хотя… – Выходит, убить меня можно только как нежить, отрубив голову?

– Сомневаюсь. При Вашем уровне насыщения эрситами она прирастет обратно.

– Жуть, – нервно хохотнул я, представив, как моя головушка ножками-ножками – и к телу…

– Так, Астор, я услышал, понял. Никому и ничего объяснять не буду – завалят вопросами. Разъяснишь им все сам. Каждому в своей каюте и наедине. Ульну и Леру лишнее про нас с моим партнером знать не стоит. Тем более про кандидатов в любовники.

Орху скажешь, чем и как я могу помочь. Смягчишь удар, когда я повинной овцой оправдываться к нему приду. И понимаешь, что погано? Мне нравится эта мысль. Знать бы, как Орх отнесется к пополнению, если оно вообще у нас будет. Пока я никаких изменений в себе не чувствую, желание во мне и до этого обморока было. Поживем – увидим.

– Я донесу доступным языком необходимую информацию.

– Постарайся, Астор. Слушай, а обувка неплохая. Когда надевал эти гавнодавы, думал, ты приколоться решил. Они же размера на три больше были. А сели как влитые. И крепежи держат на совесть. У нас на Земле такие туфелЯ с руками и ногами бы оторвали. В первую очередь, байкеры и готы, а потом военные и остальные неформалы. Озолотились бы. Мда… пошел я сдаваться, нечего тянуть…

Вообще во время полета поражало многое. И физические изменения, и одежда, и сам корабль, не говоря уже про вид в мониторах. Но сильнее всего вызывало изумление изменение самого обыденного. Например, фрукты, что мы ели на завтрак в первый день. Вот никогда бы не допёр, что таким способом я прошел вакцинацию от какой-то очень страшно-смертельной бяки, бушующей во времена Создателей. Уклоняться от такой приятной прививки не стал, как и напоминать Астору, что наш организм теперь задолбаешься убивать. Черт его знает, куда нас занести может, лучше перестраховаться, раз есть такая возможность. Создатели тоже, думаю, не хилые были, а заболели, раз вакцину придумали. Так что лучше съесть и не болеть, чем выкобениться и сдохнуть.

Лер шустро запихал фрукт в пасть Халку, тот, морщась, как ребенок, впервые попробовавший лимон, – был в прошлом такой опыт с Витей – мужественно его проглотил. Ульн немного побурчал, но фрукты съел, успев сообщить, что худшей гадости он еще не пробовал. Не знаю, на вид как круглое синее мохнатое яблоко, по консистенции напоминает банан, а на вкус что-то отдаленно похожее на грейпфрут и киви в одном. Специфический вкус, но не смертельно.

С Ульном последнее время всё сложнее общаться. Либо хмуро смотрит, либо недовольно молчит. Устал что ли от полетов? Твердой земли под ногами хочется?

– Мы достигли цели, – прервал мои размышления Астор.

– Сканирование пространства не выявило объектов, несущих для нас угрозу, Лэрд. Выход из гиперпрыжка через три, две, одну. Выход. Ставлю навигационную метку. Цель в прямой видимости.

И снова здравствуй, чернота космоса. Последние несколько часов полета в тоннеле с серебристыми росчерками звезд, как свет в метро за окнами поезда, были интереснее. После стремительного перемещения ощущение зависшей мухи в киселе накрыло с головой. Придется привыкать к переходам и перестройке после.

Прямо по курсу два корабля. Если сравнивать с «Чернышом», то по габаритам они нам проигрывают. А вот если прикинуть к бывшему пиратскому кораблику – про «Юпитер» молчу – то да, – опасные зубастые монстры во всей своей красе. Неясно другое. С какого такого фига, мы оказались перед их носом?!

– Астор, что за шутки? – Ульн возбуждённо попытался подскочить на кресле, забыв, что пристегнут.

– Они не представляют для нас угрозы.

– Поясни, – приказал я.

Придется четко прояснить с Астором наши взаимоотношения и обязанности. Не слишком ли беспечно я доверился машине? Все же, каким бы высокоинтеллектуальным созданием искин ни был, он, в первую очередь, набор кодов и закорючек. Его смерть совсем другая, в отличие от нашей. Заботит ли его наша безопасность именно так, как мы её понимаем?

– Данные летательные аппараты не способны нанести критического урона. Оснащение для сканирования устарело на несколько поколений. Пробить нашу защиту им не под силу. Они – слепы.

Все это прекрасно, Астор, но для начала ты должен был предупредить меня, как пилота и владельца этого корабля, которым ты признал меня сам. Важные решения, способные нанести вред прямо или косвенно нашему здоровью и жизни, мы должны принимать сообща. Если ты собираешься игнорировать меня как своего ведущего, лучше высади нас на ближайшей планете и лети на все четыре стороны. Мы заберем только свои вещи и покинем «Черныша».

Голограмма сменилась на молодого парня в костюме, очень похожим на наряд одалиски, плавно опустившегося на пол и уткнувшегося в пол лбом.

Не понял, это что за представление? Или Создатели у нас с Востока? Мне гаремных мальчиков, полуголых и долбящих лбом пол, для полной экзотики не хватало. Остается надеяться, что Орх не посчитает выходку Астора моим пристрастием к подобным вещам.

– Ох, ты же! Это он чего, Эльтан? – глаза Ульна, кажется, стали с кулак размером, хвост нервно хлестнул по ногам, пришлось бедолаге его шустро ловить и удерживать.

– Иногда я также просил милости у хозяина, – я резко повернулся к Орху. Не понравился мне его голос. Глухой и хриплый. Рабство не забывается. Блин блинский, Астор, чтоб его!

– Эль, а что это на нём? – кому что, а Лер у меня, как всегда, оригинален. – Красивое.

Да кто же спорит?! Голограмма парня прекрасна. Эдакий нежный трепетный наложник, смиренно павший ниц у ног своего хозяина. И бесит, и манит, черт его подери. Но главная хреновина – это моя буйная фантазия. Я же, первым делом, в этих полупрозрачных одеждах вижу Орха, и перед глазами стоит танец у костра для пиратов. Ох, мать моя женщина! Срочно отвлечься, а то гормоны бунтовать начинают. Не сейчас… У меня здесь выделывающийся искин и два вражеских корабля на носу, а я о мягких губах Орха грежу и не только о них.

– Отвлечься.

Халк, согласно гавкнул.

– А ты молчи, засранец. Я задолбался за тобой убирать. Вроде, жрешь меньше, чем гадишь, а кучи слоновьи. И почему я не чувствую твоего раскаяния, а?

– Кстати, об этом, – Ульн недобро бросил взгляд в сторону пофигиста-пса. – Утром я хотел выйти из своей комнаты. Он мне не дал. Разлегся на пороге. А потом за ним убирал пирамиду я.

– Халк? – пес довольный, что я наконец-то обратил на него внимание, подбежал, ткнувшись лобастой головой мне в руку. – Я тебе показал, куда надо ходить в туалет? Показал. А ты? Почему Ульна не выпускал из комнаты? Будешь баловать – накажу.

Халк, как будто понимая, что его ругают, прижав уши, виновато лизнул ладонь.

– Он сам виноват, – заступился за друга Лер.

– И чего я сделал? – насупился наш рогатый.

– Вчера, когда ты ел мясо, дразня Халка, ты не подумал, что он способен отомстить? – с легким презрением в голосе добавил Орх.

– Тебя забыли спросить, – огрызнулся Ульн, отворачиваясь и снова ловя своевольный хвост.

Не понял? И чего опять не поделили? Нет, определенно, надо пообщаться с местным чертом. А лучше попросить Астора – пусть проверит его в лечебной капсуле. Вдруг какое отклонение вылезло, а мы время теряем?!

Кстати, о нашем интеллектуале. Так и лежит, головы не поднимает. Ой, чудик, даром, что искусственный мозг, ведет себя как мальчишка.

– Астор, кто я для тебя?

– Вы мой хозяин, Лэрд, – сообщил он, не меняя позы. Это человеку сложно долго находиться в одном положении, но не голограмме.

– И ты не хочешь от нас избавиться и уйти в самостоятельное плавание по просторам Вселенной?

– Нет! – парень мгновенно подскочил.

А все же как тонко сработано. Ушедшие были гениальными творцами. И движение, и мимика, и даже эмоции человеческие. Или он, действительно, адаптируется, подстраиваясь и обретая все более живое мышление?

– Я не хочу снова остаться один. Лэрд, прошу, простите!

– Скажи, Астор, кем ты себя ощущаешь? Машиной или разумным существом?

– Моя психоматрица выбрала лучший вариант развития, подстраиваясь под характер своего хозяина, – механическим голосом произнес искин, разрушая красоту момента и спасая от иллюзии, что я вижу перед собой человека. – Сейчас идет отладка незначительных нюансов. Через короткий промежуток времени я буду ощущать себя живым, Лэрд.

И снова вернулся в исходное положение: мордой в пол, руки перед собой.

Вот так вот. И как теперь я могу бросить почти человека?! А никак. Да и не хочется, если честно, куда-то уходить. «Черныш» – это гораздо больше того, о чем я вообще мог бы мечтать. И Астор… А что Астор? Искусственный мозг, способный стать другом. Как там говорили: я мыслю, значит, я существую? Тогда Астор не менее человек, в широком понимании этого слова, чем все мы.

– Эль, он сказал, что не страшно, и я ему верю, – очень серьезно произнес Лер. – Давай, останемся, а?

– Астор, хватит валяться, вставай. Если ты внимательно считал с меня, то должен знать, я подобное не люблю. А у Орха эти твои распластывания ниц вообще вызывают изжогу. Так что бросай дурью маяться и приводи себя в порядок. У нас два потенциальных врага под боком гуляют, а мы разборки устраиваем, как дети малые. Но все же скажу главное. Астор, перестраивайся быстрее и в следующий раз все важные вещи, такие, например, как столкновение в, казалось бы, пустующем секторе с чужими кораблями, сообщай заранее. Ясно?

– Как прикажете, Лэрд, – кивнул молодой мужчина в нормальных черных брюках и белой рубашке с шаловливо расстёгнутой верхней пуговицей.

– Я осознал свою ошибку, Лэрд, – задумчиво кивнула голограмма. – Из-за неправильных расчетов я упустил из внимания ваши жизненные принципы.

– И снова тайны, – фыркнул Ульн. – Ёк макарёк.

– Лэрд, мне следовать за кораблями скрытно или атаковать их?

Вернёмся к нашим баранам. Вернее, к тому, зачем мы, собственно, приперлись в этот сектор Вселенной.

– Астор, ты можешь сказать, на каком из них есть тот, кто посылает «зов»? Мы рядом, но я почему-то не стал слышать его отчетливее. Странно. И сбоит постоянно. Не могу понять, на каком из двух?

– Перехожу к взлому данных…

– Эль, они не заметят, что Астор решил покопаться у этих разумников в мозгах? – Орх даже не повернулся, продолжая отслеживать движение чужих кораблей на мониторах.

– Думаю, он знает, что делает, – очень надеюсь, что это так. Глупо погибнуть, ой как не хочется. – Классы у нашего корабля и у их слишком разные, чтобы прочухать о нашем вмешательстве. Астор, что там у тебя? Сколько тебе понадобится времени, на взлом?

– Уже, – улыбнулась голограмма, совсем человеческим жестом взъерошив волосы, которые тут же вновь приняли свою первоначальную прилизанную форму.

«Зов» вибрировал, прерываясь и пунктирной линией возобновляя монотонное жужжание внутри черепной коробки. Жутко хотелось избавиться от него, как от надоедливой мухи. И никак.

– Не нравится мне это… – Ульн, нервно барабаня пальцами по подлокотнику кресла, откинулся на спинку, прикрывая глаза. – Внешне на ловушку не похоже, но кто его знает. Влепят по нам чем-нибудь, и будем в вакууме бессмертными кусками плавать.

– Ульн, возможно, прав насчет ловушки, – неожиданно поддержал его Орх. – Если это рептиры, то они вполне могли имитировать «зов».

– Чтобы заманить выживших трэтеров? Угу, такое возможно. Если все рассчитать правильно, то создать мнимый «зов» не проблема. Рептиры не так глупы, как думали предки. Я с ними встречался и дураками назвать их не могу. А хотелось бы. – Эти твари не просто так же утаскивали бескрылый молодняк? Для чего они им, если не для изучения? – Извините, друзья, но выбора у нас все равно нет. Я должен узнать, кто на том конце телефона. Если это ловушка, то будем надеяться на чудо-технику, доставшуюся нам от Создателей. И если они могли предвидеть, то вряд ли спроектировали «Черныша» только для того, чтобы нам в самом начале попасть в лапы врагов.

– Лэрд, все данные у меня. Озвучить?

– Ты провел сканирование кораблей?

– Да, Лэрд. Все единицы техники и живых организмов подсчитаны. Я могу назвать вам каждого поименно, дать краткую биографическую характеристику, срок контракта по найму, отчет средств на счету. Даже перечислить меню каждого.

– Впечатляет, – оценил Орх.

– Астор, ты можешь показать схематично расположение кают на кораблях и отметить, где что?

– А лучше сразу безопасный маршрут по кораблю до капитанского кресла, – пошутил Ульн.

– Маршрут обдумывается, – механически выдал Астор.

– Выведешь данные сканирования на монитор? Кто именно наши противники?

– Вывожу на монитор, – перед нами развернулось объёмное изображение макета кораблей. Потрясающе реалистичное. Смотришь на движущие фигурки существ, как за личной жизнью сверху подглядываешь. Хищные существа с толстыми крокодильими хвостами – никто иные, как ненавистные рептиры. Астор для нашего удобства подсветил места скрытых огневых точек и ловушек. Теперь картина предстала в полной мере.

– Ух, ты! – подскочил поближе к голограмме Лер, пытаясь пальцем дотронуться до идущего по коридору рептира и проходя его насквозь. – Как живые!

Халк, решив проверить самостоятельно, ринулся в центр проекции, безуспешно пытаясь поймать хоть кого-то из голограммных существ. Безрезультатно.

– Не засекут? – вполне оправданно заволновался Ульн.

– Отследить мое вторжение в программы интексов невозможно.

– Интексов? – удивился я. – Искинов, что ли?

– Правильнее будет называть их интексами, Лэрд.

– Интексы, так интексы. Астор, скажи, а почему, если рептиры захватили трэтеров, у них нет технологий, подобных «Чернышу»?

– Меня конструировали и создавали Ушедшие. Я говорил. Я подарок от моих хозяев для своих детей.

– Астор, а это кто? – перламутровый коготок Лера указал на неподвижную точку в дальнем отсеке ближайшего к нам корабля.

– Наша цель, – подтвердил мою догадку интекс.

– Почему он не двигается и не видно его тела? – подключился Ульн.

Фигурка неизвестного лежала на кровати, но почему-то четко не проявлялась в голограмме. Возможно, он находится в лечебной капсуле, и поэтому сканирование затруднено?

– Их слишком много, у нас нет шансов попасть к ним незамеченными.

– Согласен с Орхом, это самоубийство. Эльтан, удовлетворение твоего любопытства не стоит наших жизней.

– Помолчи, Ульн.

– И не подумаю. В постели руководи, а здесь я поболее твоего имею права говорить все, что думаю.

– Ульн, уймись, – раздражение приходится сдерживать. Не время для выяснения отношений.

– Хватит! Верни меня на Рури. Я сыт по горло полетами, космосом, пиратами, рептирами и вами!

Ульна уже трясло от злости. Или не от неё?

– Астор, готовь лечебную капсулу! – рявкнул я, стремительным движением оказываясь рядом с беснующимся Ульном и несильным ударом вырубая его.

– Эль, что с ним? – ощерившийся было Лер успокоился.

– Нервный срыв? – предположил Орх, реагируя на произошедшее довольно спокойно. Стальные нервы у парня.

– Он предупреждал меня, что старшие расы не отпускают людей надолго в космос. Что-то там с мозгами не то происходит. Я думал, после изменения у него таких проблем не будет, если они вообще имели место быть. Не верю я этим «старшим». Астор, капсула готова?

– Да, Лэрд.

– Эль, я за ним прослежу, а ты разберись здесь, – садясь рядом с бессознательным Ульном на прибывшую платформу, мимолетно поцеловал меня Орх.

– Я бы сейчас с удовольствием продолжил, – тихо, чтобы не услышал ушастый Лер, шепнул я.

– Заманчиво, но не к месту, – подмигнул Орх. – Позже наверстаем.

– Постой, – притормозил я любимого, – Лер, иди с ним. Мало ли, вдруг этот друг очнется и буянить начнет. Поможешь ласково утихомирить.

– Не доверяешь? – нахмурился Орх.

– Вот только этого мне не надо, ладно? – не удержался я от легкого подзатыльника. – Лер без членовредительства успокоит рогатого. Один укус, и он в отрубе.

– Легко, – радостно оскалился паршивец. Давно он на Ульна зуб точит. Боюсь, и без потребности кусанет. Ничего, сон полезен.

– Лер, только не ошибись с дозировкой, он нам живым нужен. Все же свой, пусть и слегка не в себе.

– Лэрд, необходимо принять решение. Корабли готовятся к переходу в гипер.

– Приплыли, – усевшись обратно в кресло, я перевел голограмму ближе к себе, уменьшив масштаб, чтобы удобнее было крутить ее руками. – Астор, есть варианты проникновения на нужный нам корабль?

– Любое приближение к противнику будет замечено. Вариант: взятие под контроль сразу двух интексов кораблей дает вероятность успеха в 60%.

– Нет, рисковать мы не станем. 40% провала – это много. Не пойдет. Астор, что у нас по вооружению? Мы в состоянии принять бой и уничтожить их?

– Да.

– Мне нравится твоя уверенность. Ладно. Что еще? Есть ли какая-нибудь возможность уничтожить рептиров, не проникая на корабль?

– Несколько возможностей.

– Коротко и, по существу. Мне необходимо сделать так, чтобы нужный нам объект остался жив и не пострадал от наших действий. Если он умрет, то на кой-черт мы сюда перлись? Мне необходима информация, Астор. Он должен выжить.

– Применение усыпляющего газа в девяноста процентах случаев не несет угрозы для живых существ.

– А кто попадает в десятку оставшихся?

– Менее развитые формы жизни.

– Время, Астор. Уйдут в гипер, придется играть в догонялки, а я этого не хочу. Делаем так. Второй корабль уничтожить. В первом усыпляешь всех, перемещаешь меня на него, я смотрю, кто и что там меня звало. Забираем выжившего на «Черныша», и после разносишь к чёртовой матери рептиров. Эти твари для допроса бесполезны. Будут молчать. У них нет чувства боли и страха, чтоб Арсерту икалось и на том свете. Выполняй, Астор.

– Принято. Приступаю, Лэрд.

С брезгливостью переступаю через спящие тела ненавистных рептиров, быстрым шагом направляясь в отсек, словно на поводке, поддавшись зову в голове.

Чем ближе подхожу к капсуле, установленной в каюте, тем заполошнее бьется сердце. Глянул – и чуть не поседел.

Скелет, обтянутый кожей, некогда бывший трэтером. Окутанный всевозможными трубками. Измученный, с чудовищными ранами, так и не затянувшимися до конца, с варварски выдранными крыльями, рваными частями, укрывающими плечи. И с поразительно ясным чистым взглядом, заглядывающим в самую душу.

– Ты… пришел… – губы еле двигаются…

Голос даже в голове слышится с безграничной усталостью и облегчением.

– Да, пришел. Я спешил, как мог. Потерпи, я помогу, – не могу смотреть на него, сердце разрывается от жалости.

– Я… ждал…

Его попытка улыбнуться, как ножом по сердцу. Я узнал его! Это тот самый молодой бескрылый трэтер, Витор, из моего сна! Но сейчас он с крыльями. Вернее, с тем, что от них осталось. Проклятые рептиры! Ненавижу!

– Я видел тебя во сне. Ты говорил с оде Одинре. Но тогда ты еще был бескрылым. Потерпи, парень, я вытащу тебя отсюда.

– Нет… мое время пришло… – прошептал он и, словно собрав последние силы, быстро заговорил. – Найди остальных… я покажу тебе, где те, с кем меня забрали. Торопись. Уничтожь наших врагов. Мы должны выжить, чтобы мир обрел равновесие. Ты сильный. Пока еще чужой. Я чувствую. Но ты наше спасение. Помоги, брат.

– Я найду трэтеров и помогу, чем сумею. Обещаю, братишка, – в душе словно лампочку зажгли, так тепло и светло стало.

Я почувствовал лежащего рядом трэтера, не физически, а всем своим существом. Странно. Непонятно. Немного дико для бывшего человека. Но безумно прекрасно. А он… Совсем мальчишка по меркам нашей расы. Только недавно обрел крылья, а свет почти угас. Вся его боль, ненависть и надежда потекли ко мне сплошным потоком. Витор солнечно улыбнулся, как будто увидел что-то прекрасное. Лицо перестало хмуриться, а из уголка глаза побежала хрустальная слезинка.

В моей голове всплыла картинка с точными расчетами и местоположением нужной мне планетарной базы.

Теплый ласковый свет, исходящий от трэтера, неровно мерцнул.

Я удивленно провел по щеке, заметив каплю, упавшую на крышку лечебной капсулы. Я плачу? Внутри от понимания, что я не в силах помочь и он уходит, все скрутило. Как будто медленно выдирают кусочек души там, где место Витора в ней. Не так сильно, как было со смертью сына, но очень похоже. Все трэтеры так чувствуют друг друга? Тогда понятно, почему они братья.

– Я… дождался… – тихий вздох, еле заметное движение груди. – Мой свет с тобой, брат.

Последний вздох, и свет, излучаемый им, погас. Энергия развеялась, частично коснувшись меня и приглушив боль от его потери. Его свет со мной. Стало муторно и холодно.

– Авето, Витор, – вырвалось у меня сквозь слезы.

Черт, я и забыл, когда последний раз плакал.

– Ну что же, ублюдки, мой счет к вам растет, – злость на несправедливость мира буквально клокотала во мне.

Быстро покинув корабль, я вернулся на «Черныш». Ни Лер, ни Орх не издали ни звука, видя мое состояние. Астор, судя по их не менее угрюмым лицам, транслировал мою прогулку по кораблю на монитор.

– Астор!

– Слушаю, Лэрд.

– Уничтожь эту мерзость, чтобы и напоминания о них в этом мире не осталось. Достойное погребение для моего брата – на телах поверженных врагов.

С особой радостью я наблюдал за взрывом корабля, вспыхнувшим и погасшим в просторах космоса. Я бы с удовольствием насладился видом горящего врага, но вакуум испоганил все зрелище.

– Астор, что там с Ульном?

– Небольшое нервное расстройство. Требуется корректировка. Пребывание в космосе для него нежелательно. Состояние здоровья оде Ульна требует длительных периодов нахождения на планете.

– Ясно, и эрситы не помогли. Тебя это не удивляет, Астор?

– Он будет вторым существом, неспособным оценить эрситов в полной мере.

– Вторым? А кто первый?

– Один из их Создателей.

– Еще один повод, чтобы не мучить Ульна. При первой же возможности вернем его обратно на Рури. Астор, считай у меня из памяти координаты базы от Витора. Это важно. Сразу же летим туда. Хотя, постой. Перемещаемся на ближайшую жилую планету, хочу немного побродить в местном обществе. Узнать, какие слухи ходят про трэтеров и рептиров. А после прямиком летим на Рури, вернем внуками и детям Ульна, пока он в своем уме. И потом на базу. Там, скорее всего, придется повоевать.

– Это займет несколько минут, Лэрд. Прошу Вас подумать о разговоре с вашим братом, так мне будет легче считать. Эрситы позволят мне взять только то, что Вы сами решите показать. Есть контакт. Выполняю. Расслабьтесь, капитан. Произвожу поверхностное снятие воспоминаний… – лёгкий зудящий шум в голове, покалывание – и тишина. – Координаты получены. Обрабатываются. Курс на ближайшую жилую планету. Перелет займет двадцать девять часов.

– Лер, – тряхнув головой, поднялся я из кресла, – прости, малыш, настроение ни к черту. Мы позже поговорим. Хорошо?

– Ладно, – обняв меня, он свистнул Халку, – мы поплавать.

– Орх, я…

– Пойдем, тебе необходимо расслабиться, – увлекая меня в страстный поцелуй, он потянул в сторону нашего отсека.

– Хм… слишком медленно, – подхватил я на руки хохочущего любимого, – я злой и голодный, тебе придется очень постараться, чтобы утихомирить меня…

– Уже боюсь. Поставь меня на ноги, а то я так ходить разучусь.

– Мне нравится носить тебя на руках. Орх, станцуешь?

– Если сил на это останется, – и он призывно облизнул губу.

– Доигрался, дорогой.

Рыкнув, я прибавил скорости и чуть не пропустил дверь в свою каюту. Смех Орха усилился, убирая разлад в моей душе. Такой отдых мне всегда по сердцу.

Планета была чужда как по виду, так и по духу, буквально отталкивала от себя с первых минут своего появления на мониторах. Огромная безжизненная пустыня, редкие прожилки рек и моря с парой океанов совсем не делают её привлекательной для жизни.

– Чем порадуешь, Астор? – не думал, что пилотское кресло способно надоесть. Неудобное оно какое-то, что ли? Или это я слишком долго в нем просиживаю.

– В сети есть упоминание о рептирах, про трэтеров нет ни слова.

– Жаль. Есть что-то важное?

– В моих списках данная планета проходит под номером Ар-56490 Пр. Здесь ее называют Парса. Вам это не понравится, Лэрд. Она известна своими рынками рабов и публичными домами на любой вкус и достаток.

– Дьявол! – я от души долбанул кулаком по подлокотнику кресла. Удивительно, как он остался цел. – Астор, мы способны хоть как-то помочь рабам?

– Я не обладаю достаточной мощью, чтобы атаковать целую планету. Разрушить определенные квадраты могу. Спасти всех? Не получится, – виновато склонив голову, произнес интекс.

– Воевать с целой планетой и системой слишком самонадеянно, Астор. Я тебя о подобном и не прошу. Меня интересует, способны ли мы, в случае необходимости, поставить целую планету на уши?

– Зона поражения не покроет площадь всей планеты. Два-три точечных удара на полное уничтожение жизни и уход в гипер возможны, но невыполнимы.

– Дай, угадаю, – хмыкнул я. – Запрет на подобное от Создателей? Не застывай изваянием, я и не думал в подобном ключе. Истребление целой планеты – это перебор. У меня с головой не все в порядке. Но не до такой степени. Правда, если это не планета рептиров. Астор, ты проверил трофейные банковские карты? Как на них с наличкой? Не вычислят, если мы их начнем использовать?

– По имеющимся у меня обновленным данным, суммы на картах умеренные. Я перевел все деньги на единую карту на ваше имя, Лэрд. Пользуйтесь. Безопасно.

– Превосходно, Астор. Теперь просвети меня по сумме на этих картах. Я, как ты знаешь, совершенно не в курсе здешних цен. Давай, по соотношению. Например, на эти деньги я могу купить корабль, допустим, последнего класса?

– Сумма на вашем счете не покроет и десятой доли подобной покупки.

– Так, уже теплее. Хорошо, а малый катер?

– Не нового образца. Класс третий, максимум.

– Угу, сообразил. Шиковать не выйдет, но на жизнь деньги есть.

– Прошу прощения за вопрос, Лэрд, но я не понимаю. Вы недовольны уровнем обслуживания на «Черныше»? Вам не нравятся хранящиеся на корабле продукты?

– Все чудесно, Астор. Не волнуйся. Мы все очень благодарны тебе за твою заботу. Я спрашивал просто чтобы немного уловить цены. И не собирался никоим образом тебя обидеть. Ты лучший из интексов.

– Это называется подлизываться, Лэрд, – расплылась в лукавой улыбке голограмма мужчины.

– Есть такое дело, – не удержался я от смешка. – А сейчас серьёзно. Мы можем как-нибудь приструнить местных работорговцев?

– При желании обойти охранную систему я могу. Пустить усыпляющий газ и вывести нужных существ на корабль тоже. Но это рискованно, Лэрд. Полностью все систему защиты Парсы я не в состоянии охватить и перенастроить.

– Эй, чур, меня. Я на всю планету и не замахивался. И даже на город рот не раскрывал. Хочется, конечно, всю эту мразь размазать по поверхности. Но мы не Создатели, Астор, так что как выйдет, так выйдет. Понимаешь, я и улететь не могу. Чувство такое, что предаю тех, кто рабами выживает.

– Комплекс героя, Лэрд?

– Скорее, отказ мозга, Астор. Не попадись ты на моем пути, и как бы я жил дальше? Долго сумел бы бегать от рептиров? Смог бы уберечь Лера с Халком? И Орх… остались бы мы вместе при местных реалиях жизни? Вот как оно, Астор. Сплошные «бы» мешают. А сейчас есть шанс помочь тем, кто рядом.

Я отлично знаю, каково быть вещью в руках людей, считающих себя вправе распоряжаться твоей жизнью. Нет, Астор, это судьба, попасть на Парсу. И пройти мимо мы не могли. Для чего-то же все имеющиеся плюшки мне даны?

– Плюшки? – заинтересовался интекс.

– Дары. Мои собственные и ты с «Чернышом».

– Есть вероятность получить повреждения при силовом методе освобождения рабов.

– Ясно. Итак, Астор, начнем с прогулки по городу. Выберем не слишком большой. Система защиты должна в нем, как мне кажется, быть послабее, чем в мегаполисе.

– Хочу возразить, Лэрд. Скрыться в случае погони удобнее в многонаселённом центре.

– Думаешь? Хм… пожалуй, ты прав.

– Как вы планируете приобрести рабов? Ваших сбережений хватит на тридцать-сорок существ. В зависимости от расценок на товар.

– Коробит, когда слышу «товар» в отношении живого разумного существа. Грр, – раздраженно рыкнул я. – Чувствую себя придурочным Робин Гудом.

Астор, после этого дела, если все пройдет удачно, проверишь меня на психические отклонения, как Ульна. Что-то меня в герои прет, когда не надо.

– Слушай, а у нас много тех штучек, что ты запускал на корабль рептиров?

– Предлагаете усыпить всю планету? – искренне удивился Астор, вылупившись на меня, как на восьмое чудо света. – Лэрд, вы немного недооцениваете размеры планеты.

– Астор, не пугай меня размахом, – отмахнулся я, подавляя нервный смешок. – Достаточно подобные сюрпризы иметь при себе. Но хотелось бы так, чтобы при использовании самому не отрубиться.

– Если не снимать шлем, то опасности не будет.

– Уже лучше. Подготовь десяток. Есть?

– Да, Лэрд.

– Отлично. Кстати, сколько времени они действуют и какой радиус захвата?

– Тридцать минут стабильного сна. Дальность – сто шагов.

– Их я видел в деле, неслабо сработали. Уверен, что на меня не подействует?

– Я введу формулу газа нанитам, нейтрализация будет происходить на уровне кожи. Однако я предлагаю перестраховаться. Долгое нахождение в зоне поражение небезопасно и для Вас.

– Долгое, это сколько?

– Несколько часов.

– Понял. Можешь не переживать, Астор, стоять в эпицентре я не планирую. Это скорее НЗ на непредвиденный случай. Я забыл спросить про вес и могу ли я спрятать их в своем костюме?

– Лэрд, – тоном умудрённого опытом воспитателя в детском саду выдал интекс, – вооружение и защита Создателей не требуют стабильной формы. Посмотрите на пример.

Десять серых глянцевых кругляшей с выпуклой серединой удобно лежали на въехавшей в отсек платформе.

– Активация Ап-7 имеет несколько возможных схем. Первая – дистанционное управление под руководством интекса. Вторая – закладка определённых параметров, при выполнении которых происходит активация. К примеру, при изменении температурного режима, состава воздуха, силы удара, тембра или смены голоса, либо определенного временного промежутка.

– Я могу взять их в руки?

– В данный момент Ап-7 не предоставляет опасности. Выработка токсина не начата.

Все же руки тянуть к военным игрушкам я поостерегся, склонившись почти вплотную к ним и стараясь рассмотреть.

– Ничего себе! – мелкие – в несколько миллиметров – микророботы, внешне очень похожие на блох. Как-то притаскивал Витюшка домой бездомного щенка, мы его соседям отдали, но, что такое кишмя кишащие блохи в шерсти, до сих пор без кривой гримасы вспоминать не могу. – Астор, серьёзно, именно в брюшках находится газ?

– Ап-7 способен вырабатывать его самостоятельно, – кивнула голограмма.

– Потрясающе! Я так понимаю, эти насекомые и по отдельности производят данный газ?

– Нет, капитан. Для выработки газовой смеси необходимо определённое количество роботов с разными функциональными задачами.

– Угу, я понял. Как мне его переносить? Есть специальные контейнеры?

– Приложите к себе одну из Ап-7, Лэрд.

Выбрав, прикоснулся кругляшом к руке и еле сдержал себя, чтобы не начать стряхивать с себя массово шествующих по всей руке насекомых, ручейком устремившихся к моему поясу. И там, сливаясь цветом со скафом, формируя знакомую исходную круглую форму, они застывали.

– Астор, эта демонстрация стоила мне одного седого волоска.

– Вы не можете поседеть, Лэрд, – обеспокоился интекс.

– Я образно. Сколько штук я могу переносить на себе подобным образом?

– Столько, сколько уместиться на вашем скафандре, Лэрд, – расплылся в плутоватой улыбке Астор.

– Хм… десять, как хотел, брать не буду, а еще парочку «Упов» прихвачу.

Второй раз прогулку насекомых организовывать не стал, сразу приставив их к поясу. Слившихся с костюмом в режиме хамелеона, их, только зная, что они там, можно было нащупать. Но увидеть? Если только особо постараться и точно быть уверенным, где искать.

– Для защиты есть еще несколько видов малого вооружения, – вплывшая в помещение вторая платформа с более разнообразными по форме и виду демонстрационными образцами непроизвольно притягивала взгляд.

В большинстве своем они имели круглые или овальные формы и небольшие размеры. Где-то «насекомыши» были крупнее, где-то мельче, но все несли в себе приличную убойную силу.

В итоге минут через пятнадцать я сам себе напоминал Новогоднюю елку, обвешанную вместо игрушек девайсами Ушедших. Помимо трёх Ап-7, к ним добавились: Эр-2 (разрывные гранаты) 2 шт., Эн-5 (та же граната, но уже с таймером и в том же количестве), Ап-5 (газ с отсроченным снотворным эффектом) 2шт., Апр-1 (газ с мгновенным смертельным исходом), на всякий пожарный случай, 2 шт. Но больше всего я был в восторге от трех жучков. Два – размером с небольшого сверчка, с радужно сияющими брюшками, и один, в два раза мельче, – глянцевый, черненький, исполняющий функцию маячка и прослушки. Незаменимая вещь в моих делах. «Сверчки» в количестве десяти особей каждого вида вольготно устроились вокруг рукава рядом с запястьем, ничем не выдавая своего местонахождения. Остается только не перепутать, что серые на правой руке – для применения против одного существа, в крайнем случае, так как они несут смертельный яд Апр-1, а белые, соответственно, на левой руке, просто усыпляют, как и при действии Ап-7.

– Вооружен и очень опасен, – усмехнулся я, заканчивая экипировку и устраивая десяток «слухачей» медалью на груди. – За заслуги перед Родиной и вклад в науку Земли.

– К нам направляются Лер, Халк и оде Орх. Вы будете говорить им о своем плане, капитан?

– Придется.

Тихий шелест отъезжающей двери сообщил о появлении в отсеке остальных членов команды.

– Эль, ты куда-то собираешься? – привычный для нас поцелуй в щеку стал своеобразной традицией. Как у семейной пары, не один десяток лет живущей вместе. Главное – нам нравится.

– Эй, это что за детский сад? – дернув на себя смеющегося парня, снова поцеловал. – Я тебе говорил, что люблю твои губы? Нет? И правильно, лучше доказывать поцелуями.

Начинает беспокоить Орх, последнее время частенько избегающий близости между нами. Вот и сейчас спина моментально напряглась, стоило мне недвусмысленно опустить свою руку ему на поясницу. Он все чаще ссылается на то, что силенок у него маловато для моих растущих аппетитов. Я мозгами понимаю, что перебарщиваю. По несколько часов в день, помимо ночных забав, не выпускать его из постели – ненормально. Но и сделать ни черта не в состоянии. Мне, тупо, мало.

Внутри слабо попыхивающий вулкан, готовый в любую, черт его подери, минуту рвануть в полную силу. И вот тогда на поверхность выйдет всё то звериное, что я сдерживаю в себе. С каждым днем я все отчетливее понимаю, что предки были правы: трэтеры не в состоянии оставаться моногамными.

– Эль! О, опять целуетесь! – бесцеремонно отстранив от меня Орха, Лер уселся на мои колени, с легким вызовом бросив взгляд на моего любимого. Местный же засранец, который, несмотря на отсутствие Ульна, продолжает гадить прямо перед дверью его каюты, развалился у моих ног. Взаимная нелюбовь как она есть.

– Эль, ты не забывай, я быстро расту. Ты подожди, я вырасту и тоже буду тебя целовать. Даже лучше, чем Орх, – мстительно добавил малец, показав язык Орху, хмыкнувшему от подобного заявления.

– К тому времени я стану еще старше. Думаю, ты найдешь себе получше.