Вы здесь

Тропа плача. Пролог (В. Н. Чирков, 2015)

© 2015 Виктор Чирков. Тропа плача.

© 2015 Виктор Чирков. Иллюстрации в тексте.

* * *

Говоришь все это уже знакомо? Говоришь, уже видел ИХ, значит, и ТВОЙ кирпич вложен в основание пирамиды ИХ мощи!

Теперь пришло время взглянуть на деяния души и рук своих…

Обратные стороны веры, сколько их? Как все смешалось…

Кто-то размножился, другие – исчезли, иных давно съели.

Однажды человек встретил Бога и спросил:

– Что для тебя тысяча золотых?

– Один грош…

– А что для тебя тысяча лет?

– Один миг…

– Так дай мне один грош…

– Подожди один миг.

Сотворил Он людей по образу и подобию,

Наделил даром творения…

Залюбовался на свои создания, задумался о дальнейшей судьбе любимых детей…

Когда Он очнулся от мыслей своих – ужаснулся, так велики оказались издержки, и в их числе – Три сферы…

Снова погрузился Творец в размышления…

Долгими и тяжелыми были его думы, и длятся они – по сей день…

Тем временем создания рук Его продолжают творить, являя свету новые полчища чудищ…

Почему вы так не любите людей?!

А почему мы их должны любить?

Посмотри вокруг, и ты усомнишься в здравом уме существ, создавших все это…

Белое черное, черное белое,

Кто определит, где истина.

Неужели пингвин двуличен, полярный медведь – праведник, а черная кошка корень всех несчастий?!

Упрощенное обобщение… для каждого свое, и как объяснить, не посвятив в логику допущений от первого дня…


Пролог

Низкое белесое небо отражалось в бесконечной водной глади, придавая ей сходство с молоком… Ближе к берегу белое царство нарушали выступавшие из воды черные камни. Такие же валуны обрамляли песчаный пляж с белым прямоугольным строением. От него по пологому склону поднималась к дому на возвышенности вымощенная серыми плитами тропинка.


Конус света откуда-то сверху освещал зеленое сукно. Ловкие руки с крепкими черными когтями сдавали карты. Резкая граница между светом и тьмой отсекала все происходившее за пределами стола, словно мир сжался до границ игрового поля.

– Сколько можно ждать? – произнес мягкий, вкрадчивый голос.

– Мне тоже надоело разминаться, но для игры нужен четвертый! – согласился с ним бас.

Клуб табачного дыма, очень похожий на червовую масть, выплыл на освещенное пространство, навстречу ему направилась несколько стилизованная пика.

– Можно я? – донеслось из темноты.

– Мал ты еще да и играешь плохо.

– Где же он? Снова опаздывает…

– А играет хорошо…

– Особенно после того, как мы построили душ и он смывает тину, карты перестали выскальзывать, вообще все стало отлично…

В дополнение к медленно дрейфовавшим табачным призракам над столом появилось кольцо.

– Подумаешь, фигура… – прокомментировал бас.

Кольцо тем временем засветилось, увеличилось в диаметре, пройдя сквозь пику и червь. Объекты из дыма тут же растаяли. Обруч резко раздался, опоясал стол вместе с сидевшими за ним игроками.

– Только вернулись, и снова – что за напасть, – чуть не плача произнес мягкий голос.

– Опять набор в рекруты! Сил больше нет терпеть такое безобразие, – согласился бас.

– Только нас избавили от службы на вилле «Последний приют», как снова… А еще спрашивают, почему мы людей не любим…

– А освободили-то люди.

– Думаешь? – усомнился третий игрок.

– Сам рассуди – демон был точно, тварь эта, которая в ванне нас держала…

– Но командовал человек?!

– Ну-ну, человек! Руки его помнишь? Я вот жезл запомнил на долгое время… Мог и уничтожить…

– Только это теперь благополучно завершившаяся история, прошлое, а настоящее… Кому-то снова придется отправиться на Землю и вредить, вредить…

– Кому именно? – спросили из темноты.

Обладатель баса развел руками…

Но что-то произошло в недрах великих сфер, и свечение погасло…

– Обошлось! Обруч исчез!

– Да, сегодня обошлось…

– Может, снова великий день?

Пророчество, вариант будущего, один из тысяч возможных… Кому он нужен?! По этой причине кресло на срезанной вершине пирамиды пустовало. Слой пыли покрывал все – полированные грани, стеклянный пол, три шара со скрытыми внутри символами трех связанных миров. Но неожиданно пирамида осветилась, стала прозрачной. Вспыхнули, словно ярчайшие лампы, шары. Неведомо откуда налетевший ветер сдул вековую пыль. Внутри стекла быстро замелькали картины, трое приходят в мир, Тропа плача… Через все образы, словно нить Ариадны, проходят маленькие золотые листочки.

– Все равно никто не смотрит, – произнес неведомый голос, – а пришельцы многих заставят пожалеть…

Свет угас, пыль снова стала хозяйкой зала.