Вы здесь

Тридцать дней, тридцать ночей. Глава 1 (Кэтрин Манн, 2012)

Глава 1

Подобраться к королевской особе сложно. Подобраться к неуловимому принцу Медине почти невозможно.

Стуча зубами от холода, фотожурналистка Кейт Харпер дюйм за дюймом продвигалась в темноте по узкому деревянному карнизу третьего этажа, ведущему к покоям принца Дуарте Медины. Стены его отеля на острове Мартас-Виньярд очень гладкие, и ухватиться не за что, но она из тех, кто привык бороться до конца.

Что бы ни случилось, она сделает снимок и получит за него хорошие деньги. От этого зависит будущее ее сестры.

С гавани дул ветер, развевая подол ее зеленого атласного платья, подделки под «Дольче и Габбана». Пальцы ее ног закоченели, поскольку она сняла туфли на каблуках на соседнем балконе. К счастью, сейчас не идет снег.

Попасть на эксклюзивное мероприятие на фешенебельном курорте, принадлежащем Дуарте Медине, было непросто. Но Кейт удалось проникнуть на ужин после репетиции церемонии бракосочетания одного из клиентов, пообещав бестолковой дилетантке собрать материал о ее бывшем бойфренде в обмен на приглашение. Когда Кейт оказалась внутри, ей нужно было увильнуть от охраны, найти принца Дуарте и сфотографировать его. Осмотревшись вокруг, она решила, что проход по карнизу – это ее единственная возможность попасть в его покои. Жаль, что пальто и перчатки у нее забрали на входе.

Ей казалось, что от мини-камер, встроенных в ее серьги, мочки ушей порвутся. Она собственными руками изготовила эти устройства, похожие на изумруды в золотой оправе, взяв две старые камеры в форме пуговиц.

Бледный луч маяка пронзал густой туман, сирена ревела каждые двадцать секунд, заглушая музыку и голоса гостей, собравшихся на первом этаже. До балкона принца оставалось несколько шагов.

Еще немного… Еще…

Наконец-то. Ее сердце так бешено стучало, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Схватившись за ограждение балкона, Кейт перекинула через него ногу.

Вдруг сильная мужская рука схватила ее за запястье. Она вскрикнула, когда вторая рука схватила ее за щиколотку, на которой был браслет, изготовленный ее сестрой в качестве талисмана на удачу. Кажется, он ей не помог.

Горячие пальцы обжигали ее кожу. Один мощный рывок – и она, перевалившись через ограждение, приземлилась на балкон. Ее платье задралось. Оставалось надеяться, что не слишком высоко. Обретя равновесие, она стала нервно одергивать одной рукой платье и неожиданно наткнулась на стену.

Нет, это была не стена. У стен нет мышц и жестких волосков на груди и от них не пахнет мускусом. Она бы возбудилась, если бы так не беспокоилась о будущем сестры и ее зубы не стучали бы от холода.

Слегка отстранившись, Кейт увидела загорелый мужской торс в расстегнутой шелковой черной рубашке или халате. Это одежда для карате?

Боже, неужели Медине в качестве телохранителей нанимают ниндзя, как монархи из фильмов?

Медленно подняв голову, Кейт увидела сильную шею и твердый квадратный подбородок, покрытый щетиной. Затем на нее уставились угольно-черные глаза, и она, к своему ужасу, поняла, что это тот самый человек, которого она собиралась сфотографировать.

– Вы не ниндзя, – пробормотала она.

– А вы весьма посредственная акробатка. – На лице принца Дуарте не было и намека на улыбку.

– Потому что в детстве меня выгнали из спортивной секции.

Это был самый странный разговор в ее жизни, но, по крайней мере, Медина не сбросил ее с балкона. Пока.

Он по-прежнему не отпускал ее руку. Под его сильными мозолистыми пальцами ее кожа горела.

Дуарте посмотрел на ее босые ступни:

– За то, что вы без разрешения ходили по гимнастическому бревну?

– За то, что я разбила нос одному мальчику. – Она сделала это после того, как он назвал ее сестру слабоумной.

Кейт потрогала свободной рукой серьгу. Она должна сделать снимки. Когда еще ей представится такая уникальная возможность?

Королевство, которым правили Медина, перестало существовать двадцать семь назад, после того как король Энрике Медина был свергнут в результате государственного переворота, во время которого погибла его жена. В течение многих лет ходили слухи о том, что старый вдовец заперся вместе со своими тремя сыновьями в неприступной крепости в Аргентине. Через некоторое время люди забыли о семье Медины. До тех пор, пока у нее не возник профессиональный интерес больше узнать о человеке на зад нем плане одной из сделанных ею фотографий. В результате появилась статья, в которой Кейт поведала всему миру о трех принцах Медина, преспокойно живущих в Соединенных Штатах. Таким образом она выпустила джинна из бутылки. К сожалению, гонорара, полученного за ту статью, не хватило для решения ее финансовых проблем.

Возможность сделать редкое фото с каждым днем все больше отдалялась. С ее подачи папарацци со всех уголков земного шара стали преследовать Медину.

Но ей удалось превзойти их всех, потому что Дуарте Медина стоит сейчас прямо перед ней. Его близость так волнующе на нее подействовала, что она пошатнулась. Он притянул ее к себе, чтобы не позволить ей потерять равновесие.

– Вы превращаетесь в ледышку. – Если бы он озвучивал рекламу, любая женщина, услышав его голос с экзотическим акцентом, купила бы что угодно. – Вам нужно войти в помещение, если вы не хотите потерять сознание.

Чтобы он смог позвать охрану и она ее схватила? Ракурс оставлял желать лучшего, но она надеялась, что ей удалось сделать несколько приличных снимков.

– Спасибо за заботу. – Ей следует называть его принц Дуарте или ваше высочество?

Направляясь сюда, Кейт предполагала, что незаметно сделает снимки и уйдет. Она совсем не ожидала, что столкнется лицом к лицу с неотразимым принцем и он отнесет ее на руках в свою комнату.

Его лицо находилось всего в нескольких дюймах от ее. У нее не осталось никаких сомнений в происхождении принца. Монархия Медины брала свое начало на острове Сан-Ринальдо у побережья Испании. Глядя на скалы, окутанные туманом, Кейт без труда представляла себе, как он управляет своей родной страной. Можно легко забыть, что он столько лет прожил в Соединенных Штатах.

Дуарте снова поставил Кейт на пол, и ее босые ступни утонули в мягком ковре. Все в комнате, начиная с белых диванов и изысканно украшенного шкафа ручной работы и заканчивая огромной кроватью на четырех столбиках, указывало на высокое положение ее хозяина.

Принц изучал ее из-под тяжелых полуопущенных век. Его рука лежала у нее на талии.

– На этот раз Рамон действительно превзошел самого себя, – произнес он с улыбкой.

– Рамон? – Ее редактора зовут Гарольд. – Не понимаю, что вы имеете в виду. – Но она готова ему подыграть, если это означает, что она сможет здесь задержаться еще на несколько минут. Разумеется, для того, чтобы сделать снимки.

– Отец жениха славится тем, что всегда присылает самых лучших… э-э… – на его загорелой шее затрепетала жилка, – компаньонок для своих деловых партнеров, чтобы добиться их расположения. Должен сказать, что вы превзошли их всех.

– Компаньонок? – растерянно пробормотала Кейт. Нет, это не может быть то, о чем она подумала.

– Полагаю, он хорошо вам заплатил, учитывая ваше оригинальное появление. – Его верхняя губа искривилась в презрительной усмешке.

Заплатил? Черт побери, он думает, что она дорогостоящая девушка по вызову. Она не пошла бы на это даже ради своей сестры, но, если задержится здесь ненадолго, возможно, ей удастся собрать информацию для небольшой заметки на весьма пикантную тему.

Кейт положила руку ему на плечо и почувствовала жар, исходящий от его тела.

– И как часто прежде он делал вам столь щедрые подарки?

Взгляд его темных глаз задержался на ее сосках, предательски проступивших под тканью платья.

– Я никогда не пользовался услугами… э-э… как бы выразиться? Платных компаньонок.

– Ни разу? – спросила Кейт, как сделала бы на ее месте любая хорошая журналистка.

– Никогда, – произнес он резким тоном, не оставив никаких сомнений.

Кейт сдержала вздох облегчения:

– О.

– В конце концов, я джентльмен и не могу выставить вас на балкон. Оставайтесь здесь, пока я не распоряжусь, чтобы вас отсюда незаметно вывели. Не хотите пока чего-нибудь выпить?

Внутри у нее все сжалось. Почему она так волнуется, выполняя задание? Это ее работа. У нее высокая квалификация и большой опыт. Она подумала о тех днях, когда, будучи сотрудницей информационных изданий, освещала различные темы, начиная с паломничества в Иерусалим и заканчивая последствиями землетрясения в Индонезии.

А сейчас она работает на интернет-издание.

Кейт подавила истерический смешок. Боже, до чего она только опустилась. Но разве у нее есть выбор, когда тиражи новостных изданий сокращаются с каждым днем?

Да, она нервничает, черт побери. От выполнения этого задания зависит не только ее дальнейшая профессиональная репутация, но и благополучие ее сестры. Ей нужно где-то достать деньги, чтобы Дженнифер в следующем месяце не выгнали из специализированного учреждения, в котором она живет. Дженнифер взрослая, но разум у нее как у ребенка. Она нуждается в защите и особом уходе. Кейт единственная, кто способен ей это дать. Кейт, которая находится всего в двух шагах от банкротства.

Рука принца скользнула вверх по ее спине и легла ей сзади на шею. Ее кожу начало покалывать. Если она хочет получить то, за чем сюда пришла, ей необходимо собраться с духом. В присутствии этого мужчины, чья близость так ее волнует, она не сможет подготовиться к дальнейшим действиям.

– Здесь поблизости есть дамская комната, чтобы я могла немного освежиться, пока вы будете разливать напитки? Когда я от вас выйду, я не должна выглядеть так, как будто шла на ваш балкон по карнизу.

– Я вас провожу.

Этого ей совсем не нужно, но она справится. Она попадала и в более серьезные передряги.

– Просто объясните на словах. Я хорошо ориентируюсь в закрытых пространствах.

– Полагаю, вы хороши во многих вещах. – Дуарте наклонился, и его теплое дыхание коснулось ее шеи. – Раньше я никогда не пользовался услугами вроде тех, что предлагаете вы, но, должен признаться, в вас есть что-то притягательное.

«О, черт».

Его дыхание обожгло ее обнаженное плечо, губы находились в нескольких дюймах от ее кожи. Ее грудь налилась под тесным корсажем платья. Она опустила глаза и посмотрела на браслет – подарок сестры. Это придало ей сил.

– Где ванная? – Кейт огляделась в комнате, в которой было несколько высоких дверей. Все они были закрыты.

– Вон там, – произнес он чарующим голосом, и по ее спине побежали мурашки.

– Я предпочла бы пойти туда одна.

– Я бы не хотел, чтобы вы заблудились, – прошептал Дуарте.

Он коснулся губами мочки ее уха, или ей это показалось?

Затем его большая ладонь легла ей на лицо с другой стороны, и Кейт захотелось к ней прижаться.

Неожиданно он отстранился, и его черный костюм для занятия восточными единоборствами зашуршал.

– Войдите вон в ту дверь, Кейт Харпер.

Дуарте указал ей направо рукой, в которой были обе ее серьги.


Дуарте ждал этого момента с той самой секунды, как узнал, что за тварь из желтой прессы положила конец уединению, которое так старательно оберегала его семья. Теперь, когда серьги Кейт Харпер находятся у него в руке, ее шансы на новую сенсацию равны нулю. Его предупредили о том, что она находится на Мартас-Виньярд. Он нашел ее скрытые камеры еще до того, как они покинули балкон.

Всю свою жизнь он прятался от прессы. Он знал все уловки папарацци. Отец твердил ему и его братьям с юных лет, что их безопасность зависит от анонимности. Все трое получили образование и хорошую физическую подготовку.

Его сегодняшнюю тренировку прервала охрана. Увидев на мониторе постороннюю женщину, он решил посмотреть, как далеко она зайдет.

В своем облегающем зеленом платье она была самим воплощением соблазна и будила в нем первобытные мужские инстинкты. Она бы отлично смотрелась на белом диване, стоящем рядом с ней. А еще лучше – в его постели.

Но он был асом по части самоконтроля. Стоило ему только напомнить себе о ее профессии, как ему стало легче сдерживать свои порывы.

Кейт Харпер уперлась рукой в бок:

– Не могу поверить, что вы все это время знали, кто я на самом деле.

– С того самого момента, как вы покинули вечеринку.

Ему прислали ее фотографии, когда он наводил справки о журналистке, которая написала статью о том, к чему много лет никто не проявлял интереса. На этих снимках она была совсем другой. Обычной женщиной в брюках цвета хаки и безликих футболках, без макияжа и с волосами, собранными в конский хвост, а не в элегантную высокую прическу, как сейчас.

Ее ярко-красные губы плотно сжались.

– Тогда зачем делать вид, будто вы приняли меня за девушку по вызову?

– Торговля своим телом ненамного хуже того, чем вы занимаетессь. – Стараясь не обращать внимания на ее губы, он убрал в карман ее серьги.

Жизнь его семьи начала рушиться, когда его отец во главу угла поставил покой и безопасность. Стресс был для Энрике Медины страшнее, чем террористы-экстремисты с Сан-Ринальдо.

В открытую балконную дверь проникал холодный ветер, и Кейт, поежившись, сложила руки на груди:

– Что вы теперь собираетесь делать? Позовете охрану или полицию?

– Должен признаться, я был бы не прочь в довершение к пальто и перчаткам снять с вас все остальное. – Дуарте закрыл балконную дверь.

– Послушайте меня, принц Дуарте, или ваше высочество, или как мне вас там следует называть. – Слова все быстрее и быстрее срывались с ее губ. – Давайте успокоимся.

Он поднял бровь.

– Хорошо. Я буду спокойной. Вы можете быть каким угодно. – Она поправила растрепавшиеся волосы. – Вы не хотите, чтобы вас преследовали папарацци, правда? Раз уж я здесь, почему бы вам не разрешить мне сделать один-единственный снимок и спокойно уйти? Можете выбрать любой фон, какой вам нравится.

– Какой мне нравится? Для вас это игра? – Дуарте приблизился к ней, и Кейт только сейчас поняла, что он тоже без обуви. – Лично для меня это совсем не игра, поскольку речь идет о безопасности моей семьи.

Короли, даже те, у которых нет своей страны, подвержены угрозам. Мать Дуарте погибла во время переворота на Сан-Ринальдо, его старший брат серьезно пострадал, пытаясь ее спасти. В результате его отец, король Энрике Медина, помешался на безопасности. Он построил неприступную крепость на острове в нескольких милях от города Сент-Огастин, что находится на Атлантическом побережье Флориды. Там он и воспитывал своих троих сыновей. Только став взрослыми, Дуарте и его братья смогли оттуда вырваться. Они разъехались по отдаленным уголкам страны, где, держась в тени, смогли вести нормальную жизнь. Дуарте выбрал остров Мартас-Виньярд у побережья штата Массачусетс, Антонио – Галвестон-Бэй в Техасе, а Карлос – город Такома на берегу залива Пьюджет-Саунд в штате Вашингтон. Дуарте ушел из отцовского дома, взяв только чемодан с одеждой.

Кейт легонько коснулась его запястья:

– Я сожалею о том, что произошло с вашей семьей. Сожалею о трагической гибели вашей матери.

Ее слова задели какие-то струны глубоко внутри, заставив его перейти в нападение.

Дуарте провел ладонью по ее ушам:

– Насколько сильно вы сожалеете?

Нужно отдать ей должное, она не отступила назад. Она пристально уставилась на него голубыми глазами, которые были ярче, чем вода у берегов Сан-Ринальдо.

– Как вы смотрите на то, чтобы я сняла вас в одежде ниндзя у балконного ограждения?

– Как вы смотрите на то, чтобы вас сняли обнаженную в моих объятиях?

Кейт возмущенно ахнула:

– Вы самодовольный, напыщенный…

– Я принц. – Он поднял указательный палец. – И все теперь об этом знают благодаря вашим отличным профессиональным инстинктам.

– Вы злитесь на меня, и я вас понимаю. – Кейт зашла за диван, словно желая создать между ними барьер. Однако ее спина по-прежнему оставалась прямой, а взгляд – холодным. – Но тот факт, что вы принц, вовсе не дает вам права держать меня в этой роскошной ловушке.

– Вы смеете перечить принцу в его собственном доме? – произнес Дуарте с притворным возмущением.

Кейт не рассмеялась.

– Почему вы позволили мне сюда войти? Почему не отобрали камеры на балконе и не позвали охрану?

Кейт Харпер принадлежит к тем женщинам, которые быстро берут себя в руки в трудных ситуациях. Его это восхищает.

– Вам действительно так нужен этот снимок?

Она так крепко вцепилась в спинку дивана, что ее короткие красные ногти утонули в белом плюше.

– Больше, чем вы можете себе представить.

Как далеко она готова зайти ради этого снимка?

На одно короткое мгновение ему захотелось узнать, как далеко простираются эти границы. Его инкогнито в любом случае уже раскрыто. Но, вспомнив, что для его отца это разоблачение стало тяжелым ударом, он запретил себе думать о прелестях Кейт и отвернулся.

– Вам следует немедленно уйти. Воспользуйтесь дверью прямо за вашей спиной. Один из охранников выведет вас на улицу.

– Вы не отдадите мне мои камеры?

Дуарте снова повернулся к ней:

– Нет. – Засунув руку в карман, он поиграл ее серьгами. – Впрочем, вы можете попытаться забрать у меня ваши украшения.

– Я не вступаю в борьбу, когда у меня нет ни малейшего шанса на победу. – Ее губы изогнулись в полуулыбке. – Дайте мне хотя бы какую-нибудь безделушку, чтобы я смогла ее выставить на интернет-аукционе.

Она снова рассмешила Дуарте. А его в последнее время не так-то просто рассмешить.

– Вы забавная. Мне это нравится.

– Отдайте мне мои серьги, и я прямо сейчас стану артисткой разговорного жанра.

Кто эта женщина в дешевом платье и с браслетом из пластмассовых бусин на ноге? Большинство людей, оказавшись в подобной ситуации, молчали бы потупившись или нервно бормотали слова извинений. Впрочем, она, несмотря на свою сомнительную профессию, умнее многих, кого он знает.

Кейт Харпер причинила его семье достаточно хлопот. Вдруг в его голове промелькнула тревожная мысль. Что, если снимки из ее камер сразу поступили на интернет-портал?

Снимки их двоих.

Дуарте потрогал ее серьги в кармане и неожиданно придумал способ, как ему одновременно отомстить Кейт и удовлетворить свое желание, не создав себе при этом новых проблем. Возможно, другой человек на его месте хорошенько подумал бы, прежде чем принять это решение, но отец научил его доверять своим инстинктам.

– Мисс Харпер, – сказал он, зайдя за диван и встав рядом с ней, – у меня есть к вам одно предложение.

– Предложение? – Попятившись назад, она наткнулась на столик, и стоявшая на нем лампа с монетами опрокинулась. – Я думала, мы с вами уже обсудили эту тему. Даже у меня есть свои пределы.

– Жаль. Это могло бы быть… – Остановившись на середине предложения, он поставил на место лампу с испанскими дублонами, найденную среди обломков затонувшего корабля у побережья Сан-Ри наль до, – подарок его брата Антонио. – Но мое предложение совсем иного рода. Поверьте, мне нет необходимости заниматься сексом в обмен на что-либо.

Кейт настороженно посмотрела на него:

– Тогда о каком обмене пойдет речь?

Она потрогала босой ногой браслет на другой ноге. Дуарте наблюдал за каждым ее жестом, довольный тем, что заставляет ее нервничать. С каждой секундой его план нравился ему все больше.

Это лучший выход. Единственный выход.

– Видите ли, у меня непростые семейные обстоятельства. Мой отец болен. Причина в том, что из-за вашего профессионального вмешательства весь мир теперь знает, кто мы такие.

Кейт поморщилась:

– Я правда очень сожалею. – Затем ее волнение снова исчезло, и голубые глаза заблестели. – Итак, что конкретно вы мне предлагаете?

– Мой отец хочет, чтобы я женился и обзавелся наследником. Он даже нашел для меня женщину.

Ее глаза расширились.

– У вас есть невеста?

– Как же вы, репортеры, хватаетесь за мельчайшую крупицу информации. Вы похожи на голодных птиц, клюющих хлебные крошки. Нет, у меня нет невесты. Если вы хотите очередную крошку, не злите меня.

– Я снова приношу вам свои извинения. – Кейт потерла мочку уха. – Так как насчет нашей сделки?

– Как я уже сказал, мой отец болен.

Когда король сбежал с Сан-Ринальдо, он подхватил гепатит, от которого чуть не умер. Врачи всегда опасались, что перенесенная болезнь может вызвать печеночную недостаточность.

– Я не хочу его расстраивать, пока его здоровье оставляет желать лучшего.

– Конечно нет. Семья очень важна. – Глаза Кейт были полны сочувствия.

Отлично. Он нашел ее слабое место. Дальше ему будет проще.

– Точно. Итак, у меня есть то, что нужно вам, а вы можете дать мне кое-что взамен. – Он взял ее руку и поцеловал холодные пальцы. Судя по тому, как расширились ее зрачки, эта сделка доставит удовольствие им обоим. – Ваша статья лишила мою семью анонимности. Теперь давайте обсудим, как вы будете отдавать этот должок.