Вы здесь

Супербой, Маньяк и Робот. Герои школьного вечера. Глава 3 Механика мести (Эдуард Веркин)

Глава 3 Механика мести

После занятий Витька заскочил домой, по-быстрому перекусил и побежал в гараж. Генка был уже там. Он уже развел огонь в печке и нажарил себе черного хлеба.

– Я всю ночь не сомкнул глаз, – вздохнул Генка. – Мысли томили голову, а сомнения грызли душу мою. И лишь под утро забрезжил предо мной свет истины.

Генка откусил кусочек хлеба.

– Если говорить короче, то я ни фига не выспался, но зато кое-что придумал. Король бала должен быть один, а нас двое. Насколько я понимаю, ты к славе равнодушен и на почетное звание не претендуешь?

Витька попробовал сделать лицо человека, равнодушного к славе.

– А следовательно, у нас нет необходимости строить двух полноценных роботов. Да у нас и времени на это не хватит – осталось меньше недели. Значит, нам нужно сделать один нормальный костюм робота и один фиговенький, лишь бы не узнали, кто под ним прячется. Главный робот будет похож на бочку…

– Почему на бочку?

– Во-первых, так и в самом деле раньше было, – сказал Генка. – Во-вторых, этот робот всем напомнит старые советские фантастические фильмы. Ты нашу «Планету Бурь» видал?

– Черно-белый еще?

– Сам ты черно-белый! – возмутился Генка. – Будь здесь Жмуркин, он бы тебя прибил на месте. Это же классика мировой кинофантастики! По этому фильму сам Спилберг[7] учился! Так вот, в «Планете Бурь» робот как бочка с ногами. В конце фильма он тонет в раскаленной лаве, но спасает людей…

– Пожалуй, ты прав, классика сейчас в моде, – задумчиво сказал Витька. – Возврат ко всяким корням… Видел нашу сборную на последней олимпиаде? Их одели, как в тридцатые годы прошлого века. Так что старинные роботы – это нормально…

– Это не нормально, это космато! – воскликнул Генка. – Это косматейше! Кстати, знаешь, почему во всех старых фильмах роботы похожи на бочки с ногами?

– Потому что люди всегда хотели иметь железных рабов, но только похожих на уродов, – ответил Витька.

– Нет. Потому что раньше спецэффекты были слабенькие. А состряпать бочкообразный костюм робота и засунуть туда каскадера – элементарно! Мы поступим так же. Только наш робот будет одноруким.

– Почему одноруким? – поинтересовался Витька.

– Потому что одной рукой, которую мы замаскируем под манипулятор, он будет действовать. А другой рукой станет управлять всякими хитрыми и вредными штуковинами, засунутыми в корпус. Понятно?

– Понятнее не бывает. С чего начнем?

– Со стиральной машины.

Витька непонимающе посмотрел на друга.

– Да-да, с обычной стиральной машины, – повторил Генка.

– А что ты собираешься стирать?

– Ничего стирать не будем. Машину возьмем за основу…

– Машинка квадратная, а ты говорил, будет бочка с ногами.

– Серота, – сказал Генка. – Это новые машины квадратные, а старые круглые. Цинковая бочка, а в дне мотор, вот и все. Значит, нам нужна старая машина…

– Я на свалку не пойду, – сразу же сказал Витька. – Сейчас холодно, если там зимой заблудишься, назад уже не выйдешь… И вообще, мне надоело по помойкам болтаться…

– На свалку идти не надо, – успокоил Генка. – Мой папаша как раз прикупил матери на Новый год в подарок новую машинку, а старую выкидывать собирается. Надо ее только сюда притащить.

Витька вздохнул, с грустью посмотрел на горячую печку и стал одеваться.

Стиральная машинка оказалась на редкость тяжелой. Ребята с трудом спустили ее по лестнице, а по улице тащить уже не смогли. Генке пришлось сбегать за санками. И лишь погрузив машину на санки, они смогли доставить ее в гараж. Всю дорогу Генка клятвенно уверял, что главная тяжесть в стиральной машине – это мотор. Стоит его убрать – и машина станет как перышко.

Буржуйка погасла, и сарай промерз. Витька принялся разводить огонь, Генка же занялся машиной. Для начала он срезал шнур электропитания, свернул его в моток и запасливо повесил на гвоздик. Затем Генка перевернул машинку вверх днищем и стал отвинчивать мотор. Но оказалось, что болты совершенно проржавели и мотор можно только срезать. Генка снял со стены ножовку по металлу и принялся спиливать крепления. На это у него ушло примерно полчаса. Наконец Генка вынул мотор на свет и осмотрел со всех сторон.

– Теперь привяжи его себе на шею и утопись, – предложил Витька.

– Пригодится, – Генка положил мотор на верстак. – Я из него потом точило сделаю…

– И мозги себе заточи, – поежился от холода Витька.

– У меня хоть есть, что затачивать, – нашелся Генка, выволок из угла кувалду и принялся выбивать у машинки дно.

Очень скоро Генка разогрелся и даже снял теплую куртку. Витька же, напротив, мерз. Ему никак не удавалось растопить буржуйку. Витька исчиркал уже коробок спичек и извел две газеты, но все бесполезно. В конце концов ему надоела эта канитель, он вытащил канистру с бензином, нацедил горючего в консервную банку и плеснул в печку. Зажег спичку.

– Стоять! – заорал Генка.

Но было поздно. Спичку Витька уже бросил.

Бензин вспыхнул. Из буржуйки вырвался длинный язык пламени и лизнул Витьку прямо в лицо. Витька охнул и свалился на пол.

– Цел? – Генка бросил кувалду и подскочил к другу.

– Цел, – повернулся Витька, – только морду опалило…

Генка засмеялся. Вид у Витьки и в самом деле был забавный – ни бровей, ни челки, ни ресниц не осталось.

– Сколько раз можно повторять! – Генка достал из печки щепку. – Так с бензином не работают! Бензин очень быстро испаряется, а испарившись, взрывается! Нельзя кидать спичку в пустую бензиновую бочку! Нельзя плескать бензин в печку! Если хочешь разжечь огонь, смотри!

Генка обмакнул щепку в канистру, подождал, пока стечет лишнее горючее, а затем сунул щепку в печь и сразу поджег. Огонь загорелся.

– Вот так, – Генка показал Витьке язык, – а в наказание за свою глупость иди выбивай дно. Твоя очередь.

Витька вытер лицо рукавом, взял кувалду и стал долбить ею по дну. Витька разогрелся и бил уже изо всех сил. Дно не выдержало такого мощного напора и вывалилось на пол.

– Молодец, – похвалил Генка, – молотком махать – твое призвание.

Он подошел к бочке и осмотрел ее со всех сторон.

– Мне кажется, бочка узковата. Я в нее не влезу. Надо ее разрубить вдоль.

Генка извлек ящик с инструментами и стал задумчиво в нем копаться. Сначала он вытащил из него ножницы по металлу, затем решил, что это слишком хилый инструмент для расчленения стиральной машины. Для этих целей больше всего подходило зубило.

– Значит, так, – Генка проверил остроту зубила, – я как главный инженер-конструктор буду зубило держать. Ты как грубая и бессмысленная рабочая сила лупи кувалдой. Усек?

– Понял. – Витька поудобнее перехватил орудие труда.

Генка приставил зубило к никелированному боку стиральной машинки, Витька размахнулся и нанес первый удар. Корпус машины оказался не таким уж толстым и крепким, и за десять минут Витька и Генка разрубили бок сверху донизу. После чего совместными усилиями они растянули корпус в стороны и, чтобы он не сжался обратно, вставили деревянные распорки.

– Теперь…

– Так-так-так, – издевательски сказал Жмуркин, как всегда, незаметно вошедший в гараж. – Дайте угадаю с трех раз. Вы с горя решили улететь на Луну? И для этих целей переоборудуете антикварную стиральную машину? Посмотри, Снежок, вот этого низкорослого молодого человека с глупой физиономией зовут Юра. А фамилия у него Гагарин…

Снежок улыбнулся Генке, улыбнулся Витьке, подошел к стиральной машинке, обнюхал. После чего улегся на свое любимое место, поближе к печке.

– Ты, Жмуркин, Гагарина не трожь, – сказал Генка. – А то я не посмотрю…

– Ладно, Крокодайл, не лезь в мензурку. Я вам показать кое-что принес.

Жмуркин поставил на пол продолговатую резиновую капсулу, на боку ее красовались две готические буквы «SB».

– Достал все-таки… – выдохнул Генка.

– А ты что думал? – Жмуркин расстегнул молнию на капсуле и вытащил на свет свернутый костюм Супербоя.

Костюм переливался удивительно яркими красками. Жмуркин скинул куртку и обрядился в Супербоя.

В костюме он выглядел настоящим героем и даже как будто стал выше. Генка завистливо потрогал плечи Супербоя и угрюмо посмотрел на невзрачную стиральную машину, распоротую по борту.

– А самое главное заключается в том, – хвастался Жмуркин, – что такой костюм во всем городе один, я это гарантирую… Значит, звание Короля бала мне обеспечено…

– Дай померить! – не выдержал Генка.

– Бери, – смилостивился Жмуркин и осторожно стащил с себя костюм.

Генка сразу же натянул на себя Супербоя и принялся приседать, подпрыгивать и вертеться в разные стороны. Витька стоял рядом и завороженно следил, как играют на Генке искусственные мускулы. Витьке все больше казалось, что их затея с изготовлением самодельных костюмов роботов – полный бред. И они так увлеклись Супербоем, что совершенно выпустили из виду Жмуркина.

Вдруг Снежок потихонечку заскулил.

– Я так и думал, – сказал Жмуркин. – Вы собираетесь сделать из этой ржавой бочки новогодний костюм.

Витька и Генка разом обернулись. Пока они примеряли Супербоя, Жмуркин умудрился влезть в разрезанную по боку стиральную машину.

– Жалкая выдумка. – Жмуркин посмотрел на себя в полированный лист металла, пришитый к стене в качестве зеркала. – Впрочем, такая выходка в вашем репертуаре. Тяжелая штука, между прочим. Как вы собираетесь в ней танцевать? А это что за палки?

Жмуркин начал раскачивать распорки.

– Оставь эти палки в покое, – посоветовал Генка. – Это не для средних умов. И тем более не для психов.

Но Жмуркин уже выдернул одну распорку и уцепился за вторую. Делал он это исключительно из присущего ему духа противоречия и врожденной вредности.

Бывшая машина скрипнула. Вторая распорка выскочила, и цилиндр сжался.

Жмуркин ойкнул и сел на пол.

– Отлично! – воскликнул Генка. – Жмуркин законсервировался. Очень удобно! Можно хранить годами.

– Достаньте меня отсюда! – потребовал Жмуркин. – А то я на вас Снежка натравлю.

– Снежка? – Генка повернулся к собаке. – Ну-ну… Снежок, иди к папочке!

Снежок завилял хвостом, улегся на брюхо и пополз к Генке. Он наклонился и потрепал пса по голове.

– Снежок! – позвал Жмуркин. – Снежок, а ну-ка куси этих придурков!

Генка достал из кармана конфетку и угостил собаку. Снежок лизнул его руку.

– Везде предательство. – Жмуркин с грохотом прокатился по полу.

Генка стянул костюм Супербоя и упаковал его в сумку.

– Знаешь, Витька, – сказал он, – в нашем городе недавно объявился маньяк. Он заманивает в ловушку маленьких мальчиков, заворачивает их в ковер и щекочет их за пятки до тех пор, пока они не сойдут с ума. Так вот, открою тебе одну маленькую тайну: этот маньяк – я!

Генка, перебирая в воздухе пальцами, направился к Жмуркину.

– Прекрасная идея, – согласился Витька и стал подбираться к Жмуркину с другого бока. – Я всегда знал, что этот маньяк – ты.

Жмуркин принялся лягаться, пытаясь отбросить Генку и Витьку подальше.

Снежок жалобно скулил.

Они возились довольно долго, потом ребята выдохлись и отпустили запакованного в железо Жмуркина.

– Обещай, Жмуркин, – сказал Генка, – торжественно обещай! Клянись Снежком!

– Чего еще? – насторожился Жмуркин.

– Клянись, что на карнавале ты даже не подойдешь к Ивановой!

– Хотел бы я, Генка, показать тебе фигу, да руки несвободны, – отозвался Жмуркин. – Поэтому показываю тебе фигу мысленно.

– Ну, как знаешь, – Генка стал одеваться. – Костюм у нас с Витькой теперь есть, мы его тебе после карнавала вернем. Не волнуйся, завтра мы придем и тебя освободим. Где-то к вечеру, когда у тебя воспаление легких как раз начнется. А пока нам пора домой.

– Да, – сказал Витька, – пойдем. Ужин скоро.

– Это подло, – возмутился Жмуркин.

– Мир подл и безжалостен, – заметил Витька. – Что тут поделаешь?

– Ладно, – сломался Жмуркин, – ладно. Обещаю. Я не подойду к вашей Ивановой. Она мне, кстати, не очень-то и нравится. Доставайте меня отсюда!

Генка посмотрел на Витьку и сказал:

– Вообще-то я этот… человеколюб.

– Я тоже, – добавил Витька.

И они вместе извлекли Жмуркина из бывшей стиральной машины.

– Вы не гуманисты, – сказал Жмуркин, – вы бараны.

Жмуркин оделся, собрался, пристегнул поводок к ошейнику Снежка, и они ушли.

– Вообще-то он подал нам дельную мысль. – Генка поднял с пола стиральную машину. – Она и в самом деле тяжеловата… Четыре часа в ней не попрыгаешь. Надо сделать что-то полегче.

– А давай корпус из картона вырежем, – предложил Витька.

– Точно! У тебя деньги есть?

– Двадцать рублей…

– Хватит! Бежим в строительный магазин!