Вы здесь

Странники вселенной. ПЕРЕКРЕСТОК МИРОВ (В. А. Белов, 2007)

ПЕРЕКРЕСТОК МИРОВ

– Все живы? – спросил Владимирский, утирая кровь со лба.

– Не знаю, как там сзади, а я, кажется, умер, – простонал Чертогонов, потирая ушибленный бок. – Как вы, ребята?

– Да живы мы, живы, – отозвался Вовка. – Даже не описались. И кошка ваша цела.

– Ах живы?! – заорал толстяк, неожиданно разъярившись. – Уж лучше вам было убиться! Сейчас я сам вас… Вы какого хрена запрыгнули в вертолет?!

– А что такого-то? – пробурчал Вовка.

– Что такого?! – продолжал орать Чертогонов. – Да вы хоть понимаете, что мы невесть где и можем навсегда тут остаться? Одному богу известно, когда мы попадем домой и попадем ли вообще.

– Как? – испуганно ахнула Юлька.

– Вот так! – рявкнул толстяк. – А вы чем думали? – набросился он на полковника. – Не могли подождать, пока я выброшу их отсюда?

– Я не видел, что там у вас за возня сзади, – ответил Владимирский. – А потом нас засосало в эту чертову воронку. И вообще, я думал, что отсюда есть выход.

– Думал, думал, – передразнил Чертогонов. – Да мы могли на Марсе оказаться или в открытом космосе. О-хо-хо. Ладно уж, куда приехали, туда приехали. Не хнычь, Рыжик, что-нибудь придумаем. А кстати, откуда дым? Мы что, горим?

– Сейчас посмотрим, – ответил Владимирский, вылезая из вертолета.

Остальные последовали вслед за ним наружу.

– М-да-а, – невесело промолвил полковник, взглядом оценив размеры катастрофы.

Вертолет представлял собой жалкое зрелище. Он зарылся носом в землю и деформировался, отвалившийся от удара хвост лежал чуть поодаль, две лопасти винта согнулись в дугу, двигатель дымился.

Вовка, заботливо удерживая на руках Марусю, со вздохом констатировал:

– Отлетались.

– Ну, могло быть и хуже, – философски заметил Чертогонов.

– Куда уж хуже, – угрюмо отозвался полковник.

– В конце концов, мы-то живы.

– Дядя Жора, а может, починим? – с надеждой спросила Юлька, глядя на Владимирского.

– Угу, – пробурчал полковник. – Как разбитую бутылку.

Он упер руки в бока и свирепо посмотрел на Чертогонова.

– Ну и кто мне объяснит, что случилось? С чего это мы вдруг оказались вверх тормашками?

Чертогонов пожал плечами.

– Я, конечно, не специалист, но предположить могу. Мы поднимались вверх и когда прошли зону соприкосновения миров, продолжили движение уже вниз. Удивляюсь как нас вообще на части не разорвало гравитационными полями. А то могли бы и вовсе подвергнуться молекулярному распаду, ведь неизвестно же, какие физические процессы происходят в коридоре между мирами.

– Хватит грузить меня своей ахинеей, – отмахнулся полковник. – И так башка трещит.

Он глянул по сторонам, осматривая местность. Вертолет упал на равнину. До самого горизонта простиралась ровная, как стол, степь, поросшая густой травой.

– Так значит мы… – произнес полковник и осекся. – А где это мы вообще? Что это? Другая планета, четвертое измерение или еще какой-нибудь параллельный мир?

– Откуда мне знать? – Чертогонов снова пожал плечами. – Я биолог, а не физик.

– Ну и что мы теперь будем делать? – продолжал спрашивать Владимирский.

– Как это, что?! – воскликнул Вовка. – Надо бежать Светку с Колькой выручать!

– Да куда бежать-то? – хмуро проворчал Владимирский. – Сами еще не знаем, где находимся. Была бы машина цела, могли бы сверху осмотреться.

– Не надо было разбивать, – сказал Чертогонов.

– Между прочим не я все это придумал, – огрызнулся Владимирский. – И не я перевернул вертолет вверх тормашками. Вы могли бы меня предупредить, что так может получиться.

– Откуда я мог такое знать? А вы не первый день за штурвалом или что там в этом драндулете.

– Да вы никогда ничего вовремя не знаете! – совсем рассердился полковник. – А туда же… Человечество он спасать отправился. Еще про поля гравитационные мне тут впаривает!

– Дяденьки, не надо, – остановила их перепалку Юля. – Пока вы тут ругаетесь, Светка с Колькой, может, уже погибают.

Чертогонов смущенно кашлянул.

– Действительно, чего это мы? Извините, Георгий. Мы ведь остались живы только благодаря вам.

– Да ладно, – ответил полковник. – Вы тоже меня простите. Это все нервы, столько всего произошло за два дня. Не бойся, Юленька, мы не подеремся, – он с улыбкой подмигнул девчонке. – Вот покричали, пар выпустили, теперь можно рассуждать здраво. Знаете, что меня смущает? Почему здесь так пусто? На Земле воронка в небе находилась прямо над лабораторией. Значит, и здесь второй вход должен был бы быть где-то рядом.

– Видимо, это не совсем так, – сказал Чертогонов. – Иначе здесь было бы несколько сотен тварей. Черт его знает, куда делся второй вход в этот мир.

– Значит, надо искать, – решительно сказал Вовка.

Маруся в его руках мяукнула, словно поддерживая мальчишку.

– Конечно, надо, – согласился Чертогонов. – Но к поискам приступим завтра.

– А почему не сегодня? – спросила Юля.

– Насколько я успел заметить, солнце клонится к закату. Во тьме мы все равно ничего не найдем. Хоть выспимся толком.

– Это разумно, – поддержал Владимирский. – Жаль только, что спать придется на голодный желудок.

Чтобы не замерзнуть ночью, они нарвали травы посуше и натаскали небольшой стожок. В этом стожке и заночевали. Однако это мало помогло, утром все встали продрогшие, голодные и недовольные.

– Заберем с собой из вертолета все полезное и пойдем вон туда, на юг, – предложил Чертогонов.

– А почему обязательно на юг? – поинтересовался Вовка.

– Так всегда принято, когда не знаешь, где находишься. Говорят, там теплее.

Из полезного в вертолете оказались лишь пара автоматов, огнемет и аптечка. Полковник собрал все оставшиеся патроны в одну обойму. На вопросительный взгляд Чертогонова он ответил:

– Всего три штуки. Даже застрелиться на всех не хватит.

Владимирский закинул автомат за спину, отдал аптечку Юльке, а Вовке вручил огнемет.

– Тащи свою бандуру, ты с ней уже освоился.

– А может, я лучше кошку понесу, – предложил парнишка.

– У нее четыре ноги, – ответил Чертогонов. – Она и сама ходить умеет.

Собрав весь свой нехитрый скарб, незадачливые путешественники отправились в путь. Впереди шагали Чертогонов и Владимирский, переговариваясь на ходу, за ними чуть ли не бежала Юлька, едва поспевая, следом тащился Вовка с огнеметом на плече. Замыкала шествие верная Маруся.

– Вы уверены, что мы переместились? – спросил полковник. – Может быть, мы где-нибудь в окрестностях Беловодска.

– Тогда бы мы упали в тайгу, – возразил Чертогонов. – Мы на другой планете, это точно. Ночью я смотрел на небо – ни одного знакомого созвездия.

– Послушайте, я вот о чем подумал, – продолжал Владимирский. – Все эти твари появились из прохода в лаборатории. Ведь ни одна из них не выпала из воронки в небе.

– И что?

– А вдруг воронки в небе и в лаборатории вели в совсем разные миры. Что, если мы совсем не там, куда утянуло ребят?

– Теоретически такое, наверное, возможно, – согласился Чертогонов, вздохнув.

– Меня сейчас больше интересует практическая сторона. Эти твари за пару дней заполонили окрестности Беловодска. Если все они выползли отсюда, то здесь их должно бы кишмя кишеть. А мы еще ни одной не встретили.

– Пока я знаю не больше вашего.

– Эй, люди, будьте человеками! – послышался сзади жалобный призыв Вовки. – У вашей кошки уже язык через плечо, а вы все шагаете. Давайте отдохнем. Вон уж лес какой-то видно.

Чертогонов посмотрел вперед и действительно увидел на горизонте темную массу.

– В самом деле лес? – спросил он Владимирского.

Тот посмотрел вдаль и кивнул.

– Похоже на то.

– Давай свою зажигалку и не хнычь, – сказал Чертогонов, снимая с плеча Вовки огнемет. – Дойдем до леса, там и отдохнем.

Когда до первых деревьев осталось менее километра, Владимирский спросил:

– Не наткнемся ли мы там на этих тварей? Ведь они любят прятаться в тени.

Чертогонов присмотрелся и вдруг ахнул.

– Что еще случилось? – с тревогой спросил полковник, потянувшись к автомату.

– Вот это да! Да вы сами посмотрите. Это же осины. Наши земные осины.

– Это хорошо или плохо?

– Отлично! В этом осиннике нам никакие оборотни не страшны. Сюда они не сунутся.

Достигнув опушки леса, Чертогонов опустил огнемет на землю и объявил:

– Привал.

– Я есть хочу, – пожаловался Вовка, плюхнувшись под дерево. – И Маруся тоже хочет.

– Да, это было бы неплохо, – согласился Чертогонов. – Георгий, вы ведь, кажется, охотой увлекаетесь. Может, подстрелите чего-нибудь на обед?

– Не уверен, что здесь водятся зайцы или утки, но по лесу прогуляться не мешает, – согласился Владимирский.

– Вот и прогуляйтесь. Вы, ребятки, соберите хворост для костра. Только далеко все не разбредайтесь, не забывайте, что мы не дома. Если что, сразу назад. А я пока займусь нашим вооружением на случай, если повстречаем тварей.

Полковник направился в глубь леса. Юлька пинком подняла Вовку, который уже совсем расслабился, и также погнала его в лес. Чертогонов вынул из ножен свой палаш, срубил пару тонких осинок и занялся изготовлением разнообразных кольев и колышков. Маруся, сидя возле огнемета, с интересом наблюдала за его действиями.

По лесу разнеслось гулкое эхо выстрела, кошка встрепенулась.

– Не бойся, Марусенька, – успокоил ее Чертогонов. – Это наш Семеныч какую-то дичь подстрелил. Скоро будем обедать. Хотя, между прочим, уж ты-то могла бы и сама о себе позаботиться. Мыши здесь наверняка водятся или что-нибудь подобное.

Кошка мяукнула в ответ, явно не согласившись с хозяином.

– Да-да, – не принял ее возражение Чертогонов. – В конце концов ты хищник, хоть и мелкий. Как это сказал кто-то из поэтов… – он наморщил лоб, вспоминая. – Или это у Крылова в басне было… Ну, не важно. В общем, там говорится, что «страшнее кошки зверя нет». Ты должна соответствовать своей репутации.

Чертогонов еще долго разговаривал с кошкой, выстругивая колья. Их беседа была прервана появлением Владимирского.

– Как это ни странно, Сергей, но я действительно наткнулся на зайца, – сообщил полковник.

С этими словами он поднял за уши тушку крупного зверька, продемонстрировав Чертогонову свой трофей.

– А где обещанный костер? – спросил Владимирский.

– Ребята где-то запропастились, – озабоченно ответил Чертогонов. – Я уже начинаю беспокоиться. Как бы не пришлось еще и их искать.

Кошка снова насторожилась. Затрещали сучья и на опушку выбежала Юлька.

– Дядя Сережа, дядя Жора, там такое!.. – закричала она. – Идемте скорее!

– А Вовка где? – спросил полковник.

– Там, – девочка махнула рукой в сторону леса. – Да идемте же скорее.

– Что случилось-то?

– Увидите. Пойдемте.

По-прежнему держа убитого зверька за уши, Владимирский последовал за девчонкой. Чертогонов взвалил на плечо огнемет, взял в охапку свои колья и скомандовал:

– Маруся, за мной.

Кошка нехотя поднялась и направилась вслед за людьми.

Через несколько минут Юлька вывела мужчин из осинника. Влево и вправо тянулись заросли, впереди же снова простиралась степь, клином врезавшаяся в лес. Посреди степи возвышалась огромная гора. У Чертогонова отвисла челюсть, когда он разглядел из чего сложена эта гора, а полковник выпустил из рук свой охотничий трофей.

Здесь были собраны в одну кучу части автомобилей, самолетов и еще какой-то необычной техники явно неземного происхождения, а так же прочий металлический хлам. Основу же грандиозного кургана составлял военный корабль, расколотый надвое.

– Что это? – недоуменно пробормотал Владимирский.

– Вы меня спрашиваете? – ошалело отозвался Чертогонов.

Мужчины переглянулись.

– Признаюсь, до сих пор этот мир казался мне необитаемым, – сказал Владимирский. – Но это… Как все это здесь оказалось?

– Очевидно, так же, как и мы, – ответил Чертогонов.

– Это я могу допустить. Но кто собрал все это железо в одну кучу? У кого, скажите, хватило здоровья притащить сюда целый крейсер?

– Не знаю. Но, видимо, кто-то здесь следит за порядком. Наверное, наш вертолет тоже скоро окажется в этой куче. А железо-то давно здесь ржавеет. Обратите внимание вон на тот самолет. Вон там, внизу. Видите? У него свастика на крыле. Он тут со второй мировой. А вон, кажется, английский танк, такие производили еще в начале века.

– Может быть, здесь есть люди, – предположила Юлька.

– Может быть, – согласился Чертогонов. – А вы тут никого не встречали?

– Ни одной живой души.

– А где ж твой шебутной дружок? – поинтересовался Владимирский.

Ответом послужил дикий вопль. Через мгновение показался Вовка. Он выпрыгнул из-за остова странной конструкции и что было сил бросился к своим спутникам, крича на ходу.

– Чего это он так верещит? – удивился Чертогонов.

– Смотрите, за ним же кто-то гонится.

С оружием в руках мужчины устремились навстречу парнишке. Юлька поспешила за ними.

Поравнявшись с Чертогоновым и Владимирским, Вовка спрятался за их спины. Его преследователь остановился, видимо, смущенный численным превосходством незнакомцев.

Это было существо величиной с теленка, отдаленно напоминающее муравья. Оно было заковано в блестящий хитиновый панцирь, который поскрипывал и издавал стук и шуршание при каждом движении. Насекомое остановилось в нескольких метрах от путешественников, пощелкивая мощными челюстями и покачивая головой. Оно словно присматривалось к незнакомцам.

– Это кто? – спросил Чертогонов Вовку.

– А я знаю?! – взвизгнул тот в ответ. – Как выскочит, зараза, я чуть не обоср… ну, это самое… испугался в общем.

Странное существо качнуло головой и снова защелкало челюстями.

– Можете считать меня сумасшедшим, но мне кажется, что он говорит с нами, – сказал Чертогонов.

– У вас действительно не все дома, – проворчал полковник. – Это же безмозглый таракан, хоть и очень здоровый. Он не может разговаривать.

– Он больше похож на муравья, – возразил Чертогонов.

– Вы биолог, вам виднее.

– Ой, Маруся! – воскликнула Юлька.

Кошка выбежала вперед, приблизилась к существу и замерла в напряженной позе. Муравей пошевелил усиками и потянулся навстречу, снова защелкав челюстями. Маруся слегка отпрянула, но тут же потянулась вперед.

– По-моему, Марусе он понравился, – сказал Чертогонов.

В этот момент насекомое слишком громко щелкнуло челюстями. Кошка мяргнула, ударила лапкой по блестящей броне и в три прыжка вернулась назад к людям.

– А по-моему, все совсем наоборот, – заметил полковник.

Странное существо направилось к ним.

– Эй, эй, мы тебя не трогали, – попытался утихомирить его толстяк. – Не приставай.

– Стреляйте, дядя Жора! – заорал Вовка.

– Без паники, – спокойно сказал Владимирский. – Сейчас я пристрелю этого таракана.

Но Чертогонов остановил его.

– Не советую. Посмотрите туда.

Вся огромная гора словно зашевелилась. Повсюду из металлического хлама высовывались черные блестящие головы с усиками-антеннами. Воздух наполнился щелканьем сотен крепких челюстей.

Юлька взвизгнула.

– Бог ты мой! – воскликнул Владимирский. – Да их тут сотни.

– Какое там. Тысячи, – поправил его Чертогонов.

– Это же муравейник! – догадался Вовка.

– Предлагаю отступить, – сказал Чертогонов. – Пока эти зверюги не рассердились и не сожрали нас.

Владимирский хлопнул его по плечу и указал кивком в сторону леса.

– Смотрите.

Из-за деревьев показался человек и направился прямо к путешественникам. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это женщина. На ней была одежда странного фасона, больше подходящая мужчине – сапоги-ботфорты, широкие кожаные штаны, кожаная долгополая куртка, широкополая шляпа. Лишь длинные волосы и мягкие черты лица выдавали в ней представительницу слабого пола.

К удивлению путешественников она защелкала языком, подражая насекомым из железного муравейника. Те защелкали в ответ. После короткого диалога шум утих и странные существа скрылись в своем жилище. Остался лишь тот муравей, что гнался за Вовкой. Он подошел к женщине, та ласково похлопала его по блестящему панцирю, как старого знакомого.

Путешественники переглянулись.

– Каково? – спросил Чертогонов. – А вы говорили, безмозглый таракан. Выходит, что с ними все-таки можно общаться.

Женщина окинула незнакомцев взглядом и произнесла несколько слов на непонятном для них языке.

– Что это за тарабарщина? – удивился Чертогонов. – Кто-нибудь языками владеет?

Вовка пожал плечами, а Юлька неуверенно сказала:

– Ну-у, мы в школе вообще-то немецкий учим, только…

– С вами все понятно, – кивнул Чертогонов. – Эх, молодежь.

– А вы разве не владеете? – спросил полковник. – Вы, помнится, говорили, что общаетесь с зарубежными коллегами.

– Дело в том, что все они неплохо владеют русским. Я вообще никаких иностранных языков не знаю. А как насчет вас?

– Ну, – Владимирский озадаченно почесал в затылке. – Я когда-то служил в Африке, учил английский, французский. Но сомневаюсь…

– С вами тоже все ясно, – снова кивнул Чертогонов. – «Мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь,» – процитировал он.

– Вот именно, – со вздохом подтвердил полковник.

Женщина снова повторила свою фразу. Муравей нетерпеливо щелкнул челюстями и качнул головой.

– Вроде, похоже на английский, – неуверенно сказал Владимирский.

– Ладно, давайте уже приступим к переговорам, – предложил Чертогонов. – А то даже неудобно, человек тут надрывается, а мы внимания не обращаем. Как-нибудь столкуемся.

Он выступил вперед и обратился к женщине:

– Послушайте, мадам…

– Мисс, – поправила его Юлька. – Если она англичанка, то тогда мисс. Или миссис.

– Да какая, к черту, разница?! – отмахнулся толстяк. – Слушайте, дамочка. Как бы это вам объяснить? Понимаете, мы сами-то люди не местные…

– Ну, прекрасно, – усмехнулся Владимирский. – Вы еще милостыню у нее попросите. Как погорелец в электричке, ей-богу.

– Да что вы все время мне мешаете? – возмутился Чертогонов. – Может быть, сами будете говорить?

– Да, пожалуй, так будет лучше, – кивнул Владимирский.

Он отодвинул Чертогонова в сторону и сам обратился к женщине. Используя чудовищную смесь русских, английских и французских слов, полковник попытался объяснить ей, кто они такие и как прошли через проход между мирами, оказавшись здесь. При этом Владимирский помогал себе руками, отчаянно жестикулируя.

К всеобщему удивлению, женщина поняла, что ей говорят. По крайней мере она, кажется, уловила общий смысл объяснений полковника. Женщина кивнула и произнесла несколько слов.

– Это явно английский, – уже уверенно определил Владимирский. – Только какой-то странный.

– Конечно странный, если языка толком не знаешь, – язвительно заметил Чертогонов.

– Да нет, дело не в этом. Много чужеродных слов. И речевые обороты странные. Так, пожалуй, говорили еще во времена крестовых походов.

– Вам-то откуда знать, как тогда говорили? – усомнился Чертогонов. – С каких это пор вы стали лингвистом?

– Слишком долго по миру мотался.

В этот момент женщина снова произнесла несколько слов, указав на себя, и уставилась на путешественников вопросительным взглядом.

– Чего? – переспросил Вовка.

– По-моему, она сказала, что ее зовут Джоана, – предположил Чертогонов.

– Верно, – согласился полковник. – И кажется, она хочет узнать наши имена.

Владимирский по очереди представил женщине своих спутников. Джоана кивнула и поманив пришельцев рукой, пошла прочь. Странное существо последовало за ней.

– Идем, – сказал Владимирский. – Она зовет нас с собой.

– Идем, – согласился Чертогонов.

Все отправились вслед за женщиной и ее насекомоподобным спутником. Последним поплелся Вовка, жалуясь на ходу:

– Ну вот, опять куда-то идти. И опять не жравши.

– Давай шагай, спасатель, – отозвался Чертогонов. – Ты же больше всех в бой рвался.

– Так то в бой, – уныло сказал Вовка. – А мы все только идем куда-то. Даже пожрать толком не можем вторые сутки.

Они снова углубились в лес и через некоторое время вышли на широкую поляну, в центре которой стояло одноэтажное каменное строение со множеством деревянных пристроек.

– Она здесь живет? – спросила Юлька.

– Наверное, – ответил Чертогонов. – Интересно, здесь есть еще кто-нибудь? Спросите ее, Георгий.

Владимирский переговорил с Джоаной и сообщил:

– Из людей она здесь одна.

– Из людей? – переспросил Чертогонов. – Что это значит?

– Откуда мне знать? Она так сказала.

Джоана сделала приглашающий жест рукой и первой вошла в дом. За ней последовал ее насекомоподобный друг. Путешественники переглянулись и также вошли в дом.

– Я есть хочу, – снова напомнил о голоде Вовка. – Как ей объяснить? Эй, Джоана!

Он выразительно почавкал и похлопал себя по животу. Подружка пихнула его в бок.

– Что ты все о жратве?! Мы же в гостях, веди себя прилично.

– С вашими приличиями можно коньки отбросить, – пробурчал Вовка.

– Между прочим, я с ним солидарен, – поддержал парнишку Чертогонов. – Семеныч, хватит этого зайца за уши таскать. Джоана, мясо наше, все остальное ваше. Ням-ням, буль-буль! Ферштейните? Или как там по-заграничному шпрехается?

– Verstehst[1] – подсказала Юля.

– Вот-вот, это самое и есть, – кивнул Чертогонов.

Джоана и без перевода Владимирского поняла о чем идет речь. Она быстро развела огонь в печи и с помощью мужчин принялась готовить обед. Ребята тем временем осматривали жилище отшельницы.

Жилое помещение состояло из четырех комнат, разделенных деревянными перегородками. Обстановку составляла деревянная мебель, грубо сколоченная, но крепкая. Единственным украшением служил прямой меч, висевший над камином в гостиной.

– Ух ты! – восхищенно воскликнул Вовка.

Он снял со стены тяжелый клинок и повертел в руках.

– Положи, где взял, – одернула его Юлька. – Это чужое.

– Да ладно, я же не украл. Просто посмотреть взял.

В гостиную вошла Джоана. Увидев меч в руках парнишки, она что-то спросила. Вовка понял ее по-своему.

– Да положу я, положу, – проворчал он. – Уж и посмотреть нельзя.

К ним заглянул Владимирский.

– Она спрашивает, нравится ли тебе этот клинок? – перевел он вопрос хозяйки.

– Еще бы! – оживился Вовка. – Мне бы такой! Всех бы оборотней положил.

Он поднял клинок над головой и с гордым видом поинтересовался:

– Похож я на Конана?

Юлька насмешливо фыркнула.

– На придурка ты похож.

Джоана что-то сказала, Владимирский перевел:

– Это меч ее предка, он был мальтийским рыцарем. Ладно, положи на место. Юля права, надо вести себя прилично. Идите погуляйте, к обеду позовем.

Ребята вышли во двор, а взрослые продолжили свои хлопоты. Когда стол уже был накрыт, с улицы вдруг послышался испуганный вопль. Владимирский и Чертогонов выбежали из дома.

У крыльца стояла Юлька и давилась от смеха. Вовка с испуганным видом прижимался спиной к стене сарая. Перед ним стояло странное существо в перьях, напоминающее индюка, но чуть крупнее, на четырех конечностях и без крыльев. Существо рассерженно шипело и наскакивало на парнишку.

– Черт возьми, что это за зверь? – удивился Владимирский.

– Мечта гурмана, – ухмыльнулся Чертогонов. – Курица с четырьмя ногами. Вовка! Хватит валять дурака. Отгони эту птицу и айда в дом. Обед стынет. Только руки вымыть не забудь.

Когда с трапезой было покончено и путешественники, наконец, утолили голод, все собрались у камина в гостиной. Насекомое, которое Джоана называла ант, улеглось возле огня. Рядом с ним примостилась Маруся.

– Неплохо было бы узнать поконкретней, где мы оказались, – произнес Чертогонов. – Расспросите ее, Георгий.

– Да-да, – поддержала его Юлька. – Может быть, она знает что-нибудь, что поможет нам разыскать Светку с Колькой.

Полковник снова приступил к переговорам, используя весь свой небогатый запас иностранных слов и жестикуляцию.

– Она ничего не знает о наших ребятах, – перевел Владимирский ответ Джоаны. – Но сейчас спросит у своего таракана.

– Так значит, эти анты действительно разумные существа! – воскликнул Чертогонов.

– Очевидно, так, – согласился Владимирский.

Джоана защелкала языком. Ант кивнул и защелкал в ответ. Джоана принялась переводить его речь, полковник, в свою очередь, переводил ее.

– Как я понял, тут неподалеку есть город, называется Сильвер-сити. Вчера там открылся портал, так они называют проход между мирами. Из портала появились метаморфы.

– Кто? – переспросил Вовка.

– Оборотни, – пояснил Владимирский. – Здесь их называют метаморфами.

– Меткое название, – одобрил Чертогонов.

– Метаморфов было очень много, – продолжал Владимирский. – Была большая битва, погибло много людей, но всех тварей уничтожили.

– А Светка с Колькой? – спросила Юлька.

– Подробностей ант не знает. Эти тараканы не подходят к городу слишком близко. Люди охотятся на них, делают из их панцирей доспехи. Эту броню не пробивает даже солнечный луч.

– Солнечный луч? – переспросил Чертогонов. – Как это понять?

– Не знаю. Так сказала Джоана, если я правильно понял. Видимо, какое-то местное оружие.

– Ну да ладно, это не так уж важно, – сказал Чертогонов. – А вот портал в Сильвер-сити, это, наверное, и есть наш проход, открытый в беловодской лаборатории.

– Тут есть одна неувязка, – заметил Владимирский. – Если появление метаморфов в Сильвер-сити было неожиданностью, значит, и в наш мир они явились вовсе не оттуда. Как это объяснить?

– Ну-у, очевидно, когда мы изменили вращательное движение воронки в другую сторону, изменилось так же и направление коридора, – неуверенно предположил Чертогонов. – Иначе я это объяснить не могу. Я уже говорил, что не силен в физике.

– Заметно, что не сильны, – кивнул Владимирский. – Все ваши научные теории напоминают мне бред сумасшедшего.

– Важно одно, – произнес Чертогонов. – Наши ребята здесь и, возможно, еще живы.

– Почему «возможно»?! – ужаснулась Юлька.

– Всякое могло случиться, лучше быть готовыми к худшему.

– Значит, их надо искать в этом Сильвере? – спросил Вовка.

Чертогонов кивнул.

– Да. Георгий, расспросите Джоану об этом городе. Что за люди там живут? Как им удается избежать истребления метаморфами? И что это вообще за мир такой? Спросите ее.

– Этот город одна из человеческих колоний на этой планете, – перевел полковник ответ Джоаны. – Как и большинство других он построен выходцами с Земли.

– Значит, тут присутствуют и другие разумные существа кроме антов? – спросил Чертогонов.

– Да. В этом мире собраны представители всех обитаемых планет вселенной. Метаморфы одни из них. Это не их родина, они тоже гости на этой планете.

– И как же они все тут собрались? – удивилась Юлька.

– Так же, как и мы. Это уже как раз из области физики, в которой мы все не сильны. Похоже, что все коридоры гиперпространства проходят через эту планету, такое у нее расположение. Порталы открываются каждый день и на планете появляются все новые существа. Самые свирепые и агрессивные из них, это метаморфы. Но их поселения очень далеко отсюда, в окрестностях Сильвер-сити они не появляются, так как город стоит на залежах серебра. Само название Сильвер-сити и означает – серебряный город. Под защитой серебра обосновались гуманоидные расы. Сильвер-сити, это город людей. Там собраны все нации Земли.

– Как они только понимают друг друга? – удивился Вовка.

– Они создали свой язык, в основу которого лег английский. Именно на нем разговаривает Джоана. Управляется город советом священников во главе с епископом.

– Так-так-так, – Чертогонов потеребил подбородок. – Значит, если я правильно все понял, эта планета не что иное, как некий перекресток миров. Все пути во вселенной ведут в это огромное общежитие.

Полковник кивнул.

– Похоже, что так.

– Ну, что ж, сегодня переночуем здесь, а утром пойдем искать этот серебряный город. Спросите, как туда добраться.

– Джоана говорит, что пошлет этого таракана на ту свалку и он приведет к утру своих приятелей, – перевел Владимирский ответ хозяйки. – Они отвезут нас к городу.

– Вот это да! – оживился Вовка. – Верхом на муравьях я еще не ездил.

– Ты и на велике-то до сих пор ездить не научился, – фыркнула Юлька.

– Молчи, женщина, – оскорбился Вовка.

– Джоана хочет предупредить нас, – продолжал полковник. – Она говорит, что в Сильвер-сити очень суровые законы. Кто приходит туда, уже не может покинуть город просто так.

– А как она сама оказалась здесь, на отшибе? – поинтересовался Чертогонов.

– Она еще ребенком жила в селении близ Сильвер-сити, но епископу не понравилась дружба селян с антами. Всю родню Джоаны истребили в одну ночь, ей удалось бежать. Теперь она живет здесь под защитой антов. Но даже тут она не чувствует себя в безопасности. Правители Сильвер-сити слишком фанатичны. Защищая свою святую веру, они готовы истребить всех инакомыслящих, будь то люди или любые другие существа.

Чертогонов поморщился.

– Ну да, чего еще ожидать, если у власти священники. Не удивлюсь, если в городе царит инквизиция. Поэтому вам, ребята, придется остаться здесь.

– Ни за что! – воскликнул Вовка.

– Мы пойдем с вами, – поддержала друга Юлька.

– Бесполезно, – Владимирский махнул рукой. – Если уж они в лабораторию за нами поперлись и в вертолет залезли, тут тем более не отстанут. С нами хоть под присмотром будут.

– Вот-вот, – поддакнул Вовка. – В конце концов, мы все теперь одна команда, все чертогоны.

– Кто?! – изумленно воскликнул Чертогонов, буквально обалдев от такого заявления.

– Чертогоны, – повторил парнишка. – Разве не так? Сколько мы уже этих гадов вместе перебили.

Чертогонов не нашелся, что ответить и лишь махнул рукой. Полковник рассмеялся.


Рано утром всех разбудило нетерпеливое щелканье. Наскоро позавтракав, путешественники вышли на улицу, где их поджидали пятеро антов. Попрощавшись с Джоаной, все уселись на бронированных существ и тронулись в путь. По совету женщины путники не стали брать с собой оружие, Чертогонов оставил даже свой палаш. Марусю также оставили в доме отшельницы.

Анты вывезли своих седоков из леса и побежали по степи ровным шагом. Впереди бежал налегке, указывая дорогу, друг Джоаны. Вовка не переставал восхищаться необычными скакунами.

– Во несутся! И не трясут нисколько. И даже не устают. Вот бы в школу на таком приехать. Все бы обалдели!

– Действительно выносливые, – согласился Владимирский. – Столько километров отмахали и даже не запыхались.

– А чего вы хотите? – отозвался Чертогонов. – Наш земной муравей способен поднять в пятьдесят раз больше собственного веса. А эти громилы натаскали кучу металлолома на свой муравейник. Мы для них как пушинки.

Вскоре впереди показался высокий земляной вал. Остановившись перед насыпью, анты защелкали челюстями.

– Чего это они? – удивилась Юлька.

– Приехали, – сказал Чертогонов, слезая. – Видимо, дальше они идти не могут, ведь люди охотятся на них. Это, наверное, граница Сильвер-сити.

Все спешились. Владимирский хлопнул одного из антов по спине и сказал:

– Спасибо, таракашки. Дальше пойдем сами.

Чертогонов первым поднялся на вал, остальные последовали за ним. Анты выжидательно смотрели на людей снизу.

Поднявшись на вал и поглядев вперед, Юлька ойкнула, а Вовка воскликнул:

– Ни фига себе!

– Словно другой мир, – произнес Владимирский.

– Да, – согласился Чертогонов, кивая. – Вот вам и цивилизация.

Картина, открывшаяся глазам путешественников, представляла собой резкий контраст унылой степи, оставшейся за валом. На огромной территории раскинулись возделанные поля, где трудились сотни людей, и цветущие сады, сверкающие изумрудной зеленью в лучах солнца. А далеко впереди, почти на горизонте, величественно возвышались стены и башни огромного города.

– Идилия, – умиротворенно произнес Владимирский. – Люди мирно работают на земле. Что может быть лучше труда на свежем воздухе?

– Отдых, – убежденно ответил Вовка.

– Тебе бы только отдыхать, лодырь несчастный, – укорила его Юлька. – А работать кто за тебя будет? Покушать-то ведь любишь.

– Дядя Жора, чего она постоянно ко мне цепляется?

– Юля права, – наставительно сказал полковник. – Именно труд сделал обезьяну человеком. А после хорошей работы и отдых гораздо приятней. Я вот тоже подумывал стать фермером-огородником. Как в отставку вышел, сразу домой отправился. Кто бы мог подумать, что меня сюда занесет, на край вселенной.

– Не думаю, что вы хотели бы работать так, как эти ребята, – заметил Чертогонов. – Присмотритесь, большинство из них в цепях. Кстати, некоторые, по-моему, вообще не люди.

Присмотревшись внимательней, все поняли, что Чертогонов прав.

– Рабы? – спросил Владимирский, помрачнев.

Чертогонов кивнул и ответил:

– Или каторжники. Что, впрочем, почти одно и то же.

– Может, они сами были виноваты, – робко высказала предположение Юлька. – Нам-то чего бояться?

– Смотри сама не провинись, – съязвил Вовка. – А то арестуют тебя тут и будешь вместе с ними мотыгой махать.

– Ладно, не пугай Рыжика зря, – сказал Чертогонов. – Пошли в город, там разберемся, что к чему. Всем вести себя прилично, никуда нос не совать. Может быть, к пришлым тут относятся более снисходительно, но на грубости лучше не нарываться.

– Оружие зря оставили, – посетовал полковник. – Без ствола я как голый. Хоть бы ножик какой-нибудь, а то ведь неизвестно, как нас тут встретят.

– Ох уж эти мне военные, – Чертогонов покачал головой. – Все бы вам за оружие хвататься.

– Кто бы говорил, – усмехнулся Владимирский. – Тоже мне, мирный биолог… с полным багажником пластида и дробовиком.

– Ладно, хватит ворчать. Пошли.

Чертогонов первым спустился с вала. Ребята вопросительно посмотрели на Владимирского. Тот пожал плечами и махнул рукой.

– Ну пошли.

Потеряв путешественников из вида, анты внизу развернулись и побежали в обратную сторону. Лишь один из них, друг Джоаны, осторожно поднялся на вал и залег под деревцем, провожая взглядом четверых пришельцев.

Аккуратно обойдя поле, засеянное неизвестной культурой, путешественники вышли на дорогу и зашагали к городу. Их скоро заметили.

– Приготовьтесь, господа скитальцы, – сказал Чертогонов. – Нас встречают.

К ним приближались трое всадников на лошадях. Подъехав, один из них свесился с седла и что-то грозно рявкнул.

– Семеныч, чего ему надо? – спросил Чертогонов.

– Спрашивает, кто мы такие, – ответил Владимирский.

– Ну так объясните ему.

Полковник приступил к переговорам, его товарищи тем временем рассматривали грозных всадников. У каждого на поясе висел прямой короткий клинок, с другой стороны виднелась кобура. Все трое были одеты в одинаковые черные штаны, белые хлопчатые рубашки и кожаные безрукавки. Головы всадников охватывали белые платки, повязанные на пиратский манер, с черным крестом на лбу.

Выслушав Владимирского, старший из всадников задал еще несколько вопросов, потом кивнул в сторону города и что-то рявкнул.

– Они приглашают нас в город, – сказал полковник. – Они проводят нас.

– Ну, пошли, – согласился Чертогонов. – Тем более, что от их приглашения, как мне кажется, будет трудно отказаться.

Путешественники зашагали к городу, всадники держались позади. Вовка, оглядываясь по сторонам, дернул Чертогонова за рукав.

– Дядя Сережа, смотрите. Тут и в самом деле не только люди.

Он указал на волосатых звероподобных существ, работавших в садах. Все они были скованы цепями.

– На снежных людей похожи, – сказала Юлька, кивнув на лохматых.

– Да, – согласился Чертогонов. – У нас их изображают такими.

– А вон гуманоиды какие-то, марсиане, – Вовка указал на безволосых желтокожих существ, высоких и худых, с приплюснутыми головами. – Интересно, за что их всех в кандалы заковали?

– Цепи-то серебряные, – заметил Владимирский. – Серебра в здешних краях, видать, и в самом деле завались. Ох, не нравится мне все это. Идем под конвоем, чувствую себя арестантом каким-то. Не оказаться бы нам среди этих ребят.

– Не надо каркать раньше времени, – сердито сказал Чертогонов.

У путешественников уже гудели ноги от усталости, когда они наконец подошли к городской стене. Широкий ров, заполненный стоячей позеленевшей водой, окружал город. Подъемный мост был опущен и, по всей видимости, уже давно не поднимался, а огромные ворота, обшитые серебряными листами, открыты настежь. Вход в город охраняли три десятка вооруженных людей в том же обмундировании, что и всадники, кроме того грудь каждого воина прикрывала пластина черной брони антов. В бойницах наверху также виднелись солдаты с арбалетами.

– Странное у них вооружение, – произнес полковник. – Интересно, что они держат в кобурах?

– Может, бутерброды, – предположил Вовка.

– Сомневаюсь.

Старший из всадников остановил путешественников. Переговорив с охраной у ворот, он передал своих подопечных пятерым солдатам. Те повели пришельцев в город.

Город был оживлен. По широкой дороге, ведущей в глубь Сильвер-сити и являвшейся, видимо, центральной улицей, сновали взад-вперед всадники и пешеходы в пестрых одеждах, проезжали разнообразные повозки. Воздух наполнял разноголосый гомон. Из окон высотных монументальных зданий выглядывали люди, переговариваясь меж собой, некоторые с интересом разглядывали новоприбывших. Здесь, похоже, были собраны все расы Земли – чернокожие, азиаты, европейцы.

Пройдя километра полтора по центральной магистрали, солдаты свернули на боковую улочку. Вскоре они привели четверых пришельцев к высокой круглой башне, вход в которую охранялся десятком солдат. Чертогонова, Владимирского и ребят в очередной раз передали из рук в руки. По узкой лестнице их проводили на самый верх и заперли в просторном помещении с окнами на все стороны, забранными решетками.

– Куда это нас привели? – поинтересовался полковник, осматриваясь. – Если это тюремная камера, должен признать, что она вполне комфортабельна.

Обстановку помещения составляли широкий стол, огромный шкаф и мягкая мебель: диваны и кресла.

Чертогонов тут же развалился на одном из диванов.

– Отдыхайте, – сказал он. – Скоро к нам пожалует кто-нибудь из начальства, надо набраться сил.

– Занятный городок, – произнес Владимирский, глядя в окно. – Тут переплетены различные архитектурные стили. Вон дома с плоскими крышами, такие я видел в Ливии. Только там они несравнимо меньше размерами, все одноэтажные. Здесь же самый маленький дом этажей в десять. А вон те здания явно готические. Есть и современные «коробочки», только что не из панелей собраны. А вон далеко сооружение, похожее на католическую церковь. Там, наверное, заседает их священный совет во главе с епископом. Только больно уж этот храм здоровый, по-моему, немногим меньше Эмпайра.

– Чего меньше? – не понял Вовка.

– Небоскреб есть такой, – пояснил Владимирский. – В Нью-Йорке.

– Эх, Вова, – с укором сказал Чертогонов. – Столько лет за партой просидел и ни черта не знаешь. Чему вас только в школе учат?

– Подумаешь, – Вовка пожал плечами. – Ну не знаю я, как этот дом американский называется. Что такого-то? Зато я закон Бойля-Мариотта знаю.

Юлька насмешливо фыркнула и сказала:

– Он засыпался на нем, вот физичка и заставила его этот закон вызубрить.

– Да ладно уж, – отмахнулся Вовка. – Забыла, как сама на контрольной плавала? У меня же и списывала.

– В итоге оба двойки получили, – напомнила девочка.

Владимирский рассмеялся, а Чертогонов наставительно произнес:

– Современный человек, ребята, не должен зацикливаться на каком-то определенном направлении развития. Надо расширять кругозор, повышать эрудицию, развивать мозги.

– Может, классиков почитать на досуге? – ехидно осведомился Вовка.

– Это тоже было бы неплохо, – вполне серьезно ответил Чертогонов. – Уверен, что в литературе ты такой же специалист, как и в географии. Наверняка даже не помнишь, кто такой Гамлет, не говоря уж о героях отечественной классики.

– Чего сразу не помню-то? – обиделся Вовка. – Помню. Это Шекспир написал. Он невесту задушил, когда она платок посеяла.

Владимирский снова рассмеялся, а Чертогонов с улыбкой заметил:

– Ну, хоть автора не перепутал, уже хорошо.

– Это был Отелло, неуч, – возмутилась Юлька. – Спутал негра с датским принцем. Хоть бы кино посмотрел.

– Да что вы все на меня набросились?! – воскликнул Вовка. – Вот вернемся домой, перечитаю я ваших классиков. И географию выучу. И еще чего-нибудь.

– Давай-давай, – кивнул Чертогонов.

Владимирский, все так же глядя в окно, сказал:

– Вообще здешние архитекторы явно страдали гигантоманией. Словно им не хватало места. Улочки тесные, дома один выше другого. Вы только взгляните, Сергей.

– Да ну его к черту, этот город, – отмахнулся Чертогонов.

– Ну, не скажите, – не согласился Владимирский. – Еще неизвестно, что нас ждет. Вдруг придется провести здесь остаток жизни.

– Вот и успеем насмотреться, – ответил Чертогонов. – Но лично мне не хотелось бы тут задерживаться. Не бойся, Рыжик, – подмигнул он Юльке, заметив ее испуганный взгляд. – Мы придумаем, как отсюда выбраться.

– Надо еще узнать, что с Колькой и Светкой, – напомнил Вовка.

– Расспрашивать о них прямо, я думаю, не стоит, – сказал Чертогонов. – Кто знает, какие тут порядки. Постараемся узнать о наших ребятах как бы невзначай.

– Вон уже с полей все возвращаются, – сказала Юлька, поглядев в окно. – А про нас совсем забыли.

В этот момент загремели засовы, запиравшие дверь.

– Можешь успокоиться, – произнес Чертогонов. – О нас уже вспомнили.

Дверь открылась и в помещение вошел симпатичный молодой человек в длинном черном одеянии, похожем на сутану, с серебряным крестом на толстой цепочке поверх одежды. В руках он держал кожаную папку. Человек в черном придвинул кресло к столу, сел в него, раскрыл свою папку и вдруг сказал на чистейшем русском языке:

– Здравствуйте, господа.

Полковник, уже приготовившийся к роли переводчика, слегка опешил, а Чертогонов удовлетворенно произнес:

– Ну, слава богу. Я уж думал, что тут все изъясняются на этой тарабарщине.

– Так и есть, – подтвердил человек в сутане. – Вы находитесь в городе-республике Сильвер-сити, здесь запрещены все иные языки, общаться можно лишь на официальном серебряном языке.

– Серебряный язык? – переспросил Чертогонов. – Что за чушь?

– Постарайтесь это усвоить, – бесстрастно продолжал молодой человек. – Это основной закон Сильвер-сити. Его нарушение карается трехдневным тюремным заключением, а при повторном нарушении каторжными работами. Покинув это здание, вы станете гражданами города и будете обязаны говорить только на языке республики.

– Ничего себе порядочки! – возмутился Вовка. – Мы ж этого вашего серебряного не знаем совсем. Что нам теперь, молчать все время?

– Вы быстро его освоите, – ответил человек в сутане. – Он очень прост. У других получается.

Чертогонов взглянул на полковника.

– Это так, – подтвердил тот, кивая.

– Легко вам говорить, – проворчал толстяк. – Вы же два языка почти знаете. А нам что делать?

– Перейдем к делу, – прервал его молодой человек. – Я из департамента прибытия. Мое имя Ник.

– Николай, что ли? – уточнил Чертогонов.

– Ник, – повторил человек в сутане.

– А отчество ваше как? – спросила Юлька. – И фамилия?

– Просто Ник, – снова повторил чиновник.

– Зачем тебе его фамилия? – пробурчал Вовка. – Жалобу писать собралась, что ли?

Чертогонов улыбнулся, а чиновник строго потребовал:

– Будьте серьезнее.

– Ладно, – сказал Чертогонов. – Говорите, что хотели. Какие у вас тут еще законы есть?

– Спрашивать буду я. А наши законы вы сами узнаете со временем. У вас будет возможность изучить их. Итак, откуда вы прибыли?

– С Земли, конечно, – ответил Вовка. – Не с Марса же.

– Это и так ясно, не считайте меня полным идиотом. Я спрашиваю, откуда именно с Земли вы прибыли? Город?

Полковник открыл было рот, но его опередил Чертогонов.

– Из Крыжополя, – ответил он.

Услышав этот ответ, Вовка как-то странно хрюкнул. Юлька сердито пихнула его в бок. Ник строго посмотрел на ребят и продолжал спрашивать:

– Как это случилось?

Владимирский взглянул на Чертогонова, предлагая ему самому вести разговор. Тот принялся вдохновенно врать:

– Мы летели на самолете, его засосало в воронку. Самолет упал на эту планету и разбился. Жуткая была катастрофа. Все погибли, только мы чудом уцелели.

– Как вы нашли Сильвер-сити?

– Просто пошли вперед и пришли сюда.

– Вы встречали кого-нибудь в пути?

– Нет.

– Ну, что ж, хорошо. Теперь назовите свои имена и род занятий. Я все это запишу.

Все по порядку представились. Когда очередь дошла до Владимирского, Ник окинул его взглядом и заметил:

– Судя по одежде, вы военный.

– Да, – ответил Владимирский. – Я летчик, полковник ВВС.

– Это хорошо. Солдаты республике нужны. Конечно, воздушного флота у нас нет, как, впрочем, и морского, но и в сухопутной армии Сильвер-сити вам найдется место.

– А почему это вы решили, что я хочу стать солдатом? – спросил Владимирский.

Ник нахмурился и строго произнес:

– Вам придется им стать, если вы не владеете каким-нибудь другим ремеслом, полезным для республики. Вы что-нибудь умеете?

Полковник пожал плечами.

– Ну, не знаю. Я мог бы заняться фермерством, например.

– В сельском хозяйстве у нас трудятся пленники и каторжники, – ответил Ник. – Если не будете соблюдать законы, окажетесь среди них. Все, я записываю вас в гвардию. Республике нужны опытные воины.

– А зачем, позвольте узнать? – вмешался Чертогонов. – Неужели скоро должна начаться война?

– Здесь постоянно идет война, – жестко ответил Ник. – Наш город находится в тылу врага. Со всех сторон его окружают полчища адских созданий и грешников, продавшихся Сатане. Мы неустанно бьемся с ними, огнем и мечом истребляя всяческую нечисть. Волей Бога мы заброшены сюда, чтобы укрепить истинную веру на этой дьявольской планете. Скоро великая армия Сильвер-сити выйдет в священный крестовый поход и обрушит праведный гнев Господа нашего на головы неверных.

Чертогонов взглянул на полковника и пробормотал:

– Кажется, я был прав насчет инквизиции. Не удивлюсь, если тут охотятся на ведьм и сжигают их на кострах.

– Что вы там бормочете? – окликнул его Ник.

– Ничего-ничего, – ответил Чертогонов. – Я внимательно вас слушаю.

– А каким ремеслом владеете вы? – переключился Ник на толстяка.

– Я ученый, биолог. Был врачом. Правда специализировался на трупах.

– То есть?

– Я патологоанатом.

– Для республики ваши профессии бесполезны. Значит, тоже будете солдатом.

– Побойтесь бога! – возмутился Чертогонов. – При моей-то комплекции? Какой из меня солдат?

– Это обсуждению не подлежит, – отрезал чиновник. – Вы должны приносить пользу республике.

– При таком подходе у вас тут каждый второй должен служить в армии, – заметил Чертогонов.

– Поменьше сарказма, любезный, – потребовал Ник. – Начинайте привыкать к дисциплине. Если зарекомендуете себя с отличной стороны, не будете уличены в ереси и сношениях с дьявольскими силами, можете дослужиться до высоких чинов. Посмотрите на меня. Я прибыл сюда три года назад и уже сделал неплохую карьеру.

– И часто здесь появляются новенькие? – спросил Чертогонов.

Полковник понял его маневр и подошел ближе. Ребята насторожились.

– Порталы открываются постоянно, – ответил Ник. – Но до города добираются немногие. На днях открылся портал прямо на площади перед Храмом священного совета. Два юных приверженца Сатаны привели в город сотни метаморфов.

Вовка встрепенулся и раскрыл было рот, но Юлька, памятуя предостережение Чертогонова, пихнула его в бок, не позволив произнести ни слова. Вовка скривился и пихнул девчонку в ответ. Ник продолжал, не обращая внимания на их возню:

– Но их коварный замысел не удался. Наши славные воины одолели адских чудищ, а их юные проводники были захвачены живыми.

– И кто же это были? – спросил Владимирский.

– Юноша и девушка их возраста, – Ник указал кивком на ребят. – И тоже, представьте себе, русские. Они несли всякую околесицу, пытаясь обелить себя и даже пытки не заставили их признать очевидную связь с Дьяволом. Но они не смогли ввести в заблуждение членов священного совета и его святейшество.

Вовка стиснул зубы от злости, на его лице выступили красные пятна. Полковник заложил руки за спину и сжал кулаки. Чертогонов остался внешне спокоен.

– Так их пытали? – уточнил он.

– Конечно, – ответил Ник. – Это обычная практика. Как же иначе узнать правду? Если бы они не оказались столь слабыми и не теряли сознание постоянно, мастер пыток клещами вытянул бы из них истину. Но священный совет и без того признал их вину.

– И что теперь с ними будет? – робко спросила Юлька.

– Их казнят.

– Казнят?! – вскричал Вовка. – За что?

– Зачем столько эмоций? – недовольно поморщился чиновник. – Их вина признана и они, естественно, будут казнены. Через два дня перед началом крестового похода они будут публично сожжены. Их казнь положит начало нашим славным победам над дьявольскими силами в этом походе во имя Господа.

Чертогонов кивнул и произнес:

– Понятно.

Ник снова углубился в свои записи и объявил:

– Вы двое отправитесь сейчас в казармы. Службу начнете рядовыми. Будете служить в разных подразделениях.

– Почему не в одном? – поинтересовался Владимирский.

– Так положено, – отрезал чиновник. – А вы, молодые люди, будете приписаны к церковной школе северо-восточного округа. Жить будете там же. Но перед этим вам всем придется пройти обряд крещения.

– А если мы уже крещены на Земле? – спросил Чертогонов.

– Не имеет значения, процедура обязательна для всех. Должен вас предупредить, здесь крестят огнем.

– Как это? – спросила Юлька.

– Вот так.

Ник закатал рукав и продемонстрировал старый шрам от ожога в форме креста на левом предплечье.

– Наверное, это чертовски больно, – предположил Чертогонов.

– Во имя Господа нашего мы должны стойко переносить любую боль, – напыщенно ответил чиновник. – Теперь идемте.

Ник встал и первым направился к выходу. У самой двери он обернулся и сказал:

– Предупреждаю еще раз, за стенами этого здания вы обязаны разговаривать только на серебряном языке или не разговаривать вообще.

– Ладно-ладно, – проворчал Чертогонов. – Будем мычать или руками махать.

– Это ваше дело, – сухо ответил Ник и открыл дверь.

Все направились к выходу. По пути Юлька дернула Чертогонова за рукав и прошептала:

– Дядя Сережа, а как же?..

Но Чертогонов не дал ей договорить.

– Спокойно, Рыжик, разберемся. Что-нибудь придумаем.

Они вышли из башни. Путешественники провели в заточении довольно длительное время, уже сгущались сумерки, в небе показались две луны.

Их окружили несколько солдат, снова вывели на центральную улицу и повели в глубь города. Параллельно с ними двигалась большая колонна каторжников. Лохматые существа, встреченные путешественниками в садах, под охраной солдат возвращались с работ. Видимо, с ними не очень-то церемонились, существа шатались от усталости, у некоторых на светлой шерсти темнели бурые пятна. Один из пленников споткнулся и упал. Тут же охранник огрел его хлыстом. Лохматый попробовал было подняться, но очередной удар сбил его с ног. Жалобно мыча, существо прикрывало голову от свистящей плети руками, скованными серебряной цепью.

Прежде, чем ее товарищи успели среагировать, Юлька рванулась вперед и оттолкнула солдата.

– Не бей! – крикнула она. – Ему же больно!

Солдат схватил девчонку за шиворот и отбросил прочь, как куклу. Юлька растянулась на булыжной мостовой.

– Ах ты гад! – возмутился Вовка. – Получи!

Его ботинок врезался солдату между ног. Зверская боль согнула охранника пополам. Тут же к Вовке подбежал другой, занося над головой короткий меч. Чертогонов шигнул вперед. В тот миг, когда клинок неминуемо должен был раскроить голову парнишки, Чертогонов перехватил руку солдата и ударом кулака в челюсть отбросил его далеко в сторону.

Несколько охранников устремились к месту потасовки. Заблестели клинки. Ник наконец вышел из оцепенения, в которое впал, ошеломленный наглостью пришельцев, и что-то заорал. Солдаты затоптались в нерешительности. Ник начал что-то говорить, гневно сверкая глазами, но его речь прервал полковник.

– Засунь свои законы, знаешь куда?! – рявкнул он.

Схватив чиновника, словно куль, Владимирский бросил его в толпу солдат. Сзади на него набросились два охранника – один отлетел в сторону с разбитым носом, другой осел на землю, держась за вывихнутое плечо.

– Чего тявкал этот попик? – поинтересовался Чертогонов.

– Надо сматываться, – прохрипел полковник в ответ, уложив еще двоих противников. – Мы столько всего сразу нарушили, что из их тюряги уже не выберемся.

– Да, надо убираться отсюда, – согласился Чертогонов.

Солдаты со всех сторон набросились на дерзких пришельцев. Ник опять что-то крикнул им.

– Чего ему еще надо? – спросил Чертогонов, отбиваясь от солдат.

– Приказывает взять нас живыми, – ответил полковник.

Неожиданно на помощь пришли лохматые существа, стоявшие в колонне. Каторжник, которого защищала Юлька, набросил сзади цепь на шею солдата и повалил его на землю. Еще один хлестнул цепью другого охранника по лицу. Колонна распалась, лохматые существа набросились на своих мучителей.

– Уходим! Быстро! – крикнул Чертогонов, вытаскивая ребят за шиворот из общей свалки.

Увлекая за собой своих спутников, он выбежал на боковую улочку. Руководствуясь собственной интуицией, Чертогонов повел товарищей к городской стене, обратно туда, откуда они и пришли. Он то и дело сворачивал на разные улочки, но тем не менее сохранял одно направление.

– Что это такое? – спросил толстяк, увидев странный предмет в руках у Владимирского.

– Вытащил из кобуры у одного из тех парней. Похож на пистолет, но без спускового крючка. Хрен знает, как им пользоваться.

– Дядя Сережа, куда мы идем? – спросил Вовка.

– К воротам, – ответил Чертогонов. – Может, они еще не заперты. Потихоньку выберемся, пока тут заваруха.

– А если их уже закрыли? – спросила Юлька.

– Не знаю, что-нибудь придумаем.

– В конце концов, можно и со стены спрыгнуть, – сказал Владимирский.

– С ума вы сошли, что ли? – возмутился Чертогонов. – Там высота метров пятнадцать.

– Предпочитаете примерить кандалы? – с усмешкой поинтересовался Владимирский. – Ничего, под стеной ров с водой, не расшибемся. А ворота, скорее всего, действительно заперты. Вон, уже стемнело совсем.

Так и оказалось. Осторожно выглянув из-за угла здания, стоявшего вблизи городской стены, беглецы увидели, что ворота закрыты на огромный засов, который трудно было бы сдвинуть и впятером. Не меньше полусотни солдат стояли строем перед воротами, некоторые держали в руках факелы и фонари.

– Это они наверняка нас поджидают, – проворчал Чертогонов. – Ишь, сколько служивых понагнали. Быстро их известили. Телефоны тут есть, что ли?

В этот момент над ухом Чертогонова прошипело что-то яркое. Тот отшатнулся в сторону и ругнулся, ударившись головой о стену. Яркий луч ударил в ворота над строем солдат и рассыпался каскадом блистающих искр.

– Я понял, как эта хреновина работает! – воскликнул Владимирский, вертя в руках странное оружие. – Видимо, это и есть солнечный луч.

– Да вы совсем рехнулись! – заорал Чертогонов. – Нас обнаружили! Нашли себе игрушку!

Яркие лучи с шипением прорезали темноту, над головой Вовки в стену ударила короткая стрела, выпущенная из арбалета. Беглецам чуть ли не ползком пришлось покинуть свое укрытие. Скрывшись от огня преследователей за углом дома, они побежали по узкой улочке. Но впереди засветились факелы патрулей.

– В клещи берут заразы! – прорычал полковник.

– Сюда! – крикнул Чертогонов, с разбегу высаживая ближайшую дверь.

Остальные беглецы последовали за ним. Вбежав внутрь, они заперли дверь, подперев ее тяжелой скамьей, стоявшей тут же у стены. Деревянную дверь пробил лазерный луч и раскрошил масляный светильник на противоположной стене. Горящее масло плеснуло в стороны, деревянный пол загорелся.

– Наверх! – крикнул Чертогонов, указав на лестницу.

Все бросились вверх по ступеням. Напоследок полковник прошил дверь двумя выстрелами. С другой стороны кто-то взвыл.

На пути беглецов появился пожилой мужчина в пижаме со свечой в руке. Не задерживаясь, Чертогонов вмял его в стену и помчался дальше наверх, крикнув на ходу:

– Пардон за беспокойство, мистер!

Вовка добавил:

– Дяденька, у вас первый этаж горит! Звоните ноль один!

Старик ошалело проводил их взглядом.

– Куда мы так несемся, черт побери?! – крикнул полковник. – Не лучше ли здесь занять оборону?

– И пасть смертью храбрых? – отозвался Чертогонов. – Нет уж, извините. Нам надо на крышу.

– А что дальше? – спросил Вовка.

– Есть отличный план. Давайте быстрее!

Когда они, наконец, выбрались на плоскую крышу, у всех гудели ноги от напряжения. Снизу слышался шум погони.

– Какого же черта они понастроили такие высокие дома? – прохрипел полковник и крепко выругался. – Ну и какой там у вас план?

Чертогонов подвел его к самому краю крыши и указал вперед. Там чуть ниже темнела масса соседнего дома.

– Помнится, вы хотели прыгать в ров со стены. То здание как раз примыкает к стене. Если перепрыгнуть туда, считайте, что выбрались.

– Так далеко! – ахнула Юлька. – Я не смогу.

– Об этом надо было раньше думать, когда местные законы нарушала, – сказал Владимирский. – А теперь уже некогда рассуждать, смогу не смогу. Другого пути нет. Расстояние не так уж и велико, метра три, к тому же та крыша гораздо ниже. Если хорошенько разбежаться, все получится. Вперед!

На крыше показался один из преследователей. Метким выстрелом полковник сбил его с ног.

– Прыгайте! – крикнул Владимирский. – Это наша единственная возможность выбраться отсюда.

– А-а, была не была! – решился Вовка и первым перемахнул на соседнюю крышу.

– Вперед, Рыжик! У тебя получится, – подбодрил Юльку Чертогонов. – Володя тебя поймает. Прыгай или все тут пропадем.

– О господи! – простонала девчонка.

Она разбежалась, оттолкнулась от края крыши, взвизгнув при этом, и упала в объятия Вовки.

– Отлично, – сказал полковник. – Теперь вы. Я вас прикрою.

Чертогонов как следует разбежался и шумно упал на самый край соседней крыши. Владимирский послал еще несколько лучей в солдат, вылезавших наверх, и последовал за товарищами.

Видимо, преследователями командовал опытный человек, он предвидел такой маневр. Когда беглецы спрыгнули с крыши дома на стену, там их уже поджидали несколько солдат. Чертогонов первым вступил в бой. Бросившись вперед, он вырвал клинок из руки солдата и своей массой столкнул противника со стены. Полковник отбросил другого, выстрелом сбил еще одного. Вовка также не остался безучастным. Схватив копье, стоявшее у бойницы, он с такой силой обрушил древко на голову одного из солдат, что лишил его сознания.

Полковник взобрался на самый верх зубчатой стены. Стоя на краю, он обернулся и крикнул своим товарищам:

– Живо все сюда! Прыгаем!

Но в этот момент в бедро Чертогонова ударил арбалетный болт. Тот охнул и пошатнулся. Юлька бросилась к нему, подставила плечо. Полковник прожег арбалетчика лазерным лучом. В ту же минуту луч другого солдата впился в левое плечо Владимирского. Полковник беззвучно рухнул вниз, за городскую стену. Юлька взвизгнула.

– Уходите! – прохрипел Чертогонов ребятам. – Оставьте меня.

– Нет! – яростно крикнул Вовка.

Он попытался ткнуть копьем ближайшего солдата. Ударом меча тот выбил оружие из рук парнишки и схватив его за шиворот, шмякнул лицом о стену. Другой схватил Юльку за волосы, приставил к ее горлу лезвие клинка и что-то крикнул Чертогонову.

– Ладно, ваша взяла, – прохрипел толстяк, бросив клинок к ногам противников. – Сдаюсь. Ведите в свою Бастилию.


Утро следующего дня Вовка и Юлька встретили в огромном помещении с высоким сводчатым потолком и единственным маленьким окошком, забранным решеткой. Кроме них здесь находились еще сотни две людей, мужчин и женщин, одетых в лохмотья, избитых в кровь. Пол огромного зала покрывал толстый слой грязи, стояла невыносимая вонь.

Ребята ничего не знали о судьбе Чертогонова. При входе в тюрьму их разделили, Вовку и Юльку бросили в этот зал, а их старшего товарища куда-то уволокли.

Ребята уснули, сидя прямо у стены, рядом с решеткой, отделявшей тюремное помещение от коридора. Прилечь на загаженный пол, где при каждом шаге хлюпало и чавкало, они не решились. Вовка проснулся первым, подружка еще спала, привалившись к его плечу. Парнишка ощупал свое лицо и поморщился от боли. Столкновение со стеной не прошло бесследно, но нос, кажется, остался целым и все зубы были на месте.

Он осмотрелся, разглядывая изможденных обитателей тюрьмы. Никто не обращал внимания на новичков. Большинство узников лежали на полу, другие сидели, тупо уставившись в одну точку перед собой. Никто не разговаривал.

Юлька зашевелилась и открыла глаза. Она потянулась и, осмотревшись, недоуменно спросила:

– Где это мы?

– Все там же, – вздохнул Вовка. – Куда засунули.

– Значит, мне все это не приснилось, – упавшим голосом произнесла девочка. – А Сергея Николаевича так и нет?

– Нет, – Вовка покачал головой. – Его не приводили.

Юлька посмотрела на друга и вдруг всхлипнула.

– Все кончено, да, Вова?

– Не знаю, – прошептал парнишка.

На душе было прескверно. Юлька закрыла лицо руками, плечи ее задрожали. Вовка обнял подружку и тяжело вздохнул.

– Да не реви ты, – пробурчал он. – Может, еще выберемся отсюда.

– Как? – сквозь слезы спросила Юлька. – Дяди Сережи нет, дядя Жора погиб, Светку с Колькой тоже скоро убьют. Мы остались совсем одни. Как мы отсюда выберемся?

– Еще не знаю, но что-нибудь придумаем.

Послышался шум. Решетчатая дверь распахнулась и двое дюжих охранников бросили внутрь избитого окровавленного человека, больше похожего на кусок мяса. Несчастный растянулся на полу, уткнувшись лицом в грязь. Движимая чувством сострадания, Юлька бросилась к нему. Вовка помог ей перевернуть узника на спину. Тот взглянул вприщур на ребят единственным уцелевшим глазом и вдруг произнес на чистейшем русском языке:

– Фашисты гребанные.

Далее последовало замысловатое выражение из смеси отборного мата. Юлька скривилась, а Вовка сообщил:

– Дяденька, у вас нос сломан.

– Да у меня все сломано, – отозвался узник. – Эй, а вы земляки, что ли? Русские?

– Ага.

– А чего на нашем бакланите? Не знаете, что это запрещено?

– Теперь знаем, – со вздохом ответил Вовка.

– Понятно.

Незнакомец рассмеялся, но тут же его смех перешел в хрип. Откашлявшись, он простонал:

– Умеют тут кости ломать, сволочи.

Узник приподнялся на локтях и вдруг одним рывком встал на ноги, скрипнув при этом зубами.

– Ничего, – прохрипел он, сплюнув сгусток крови. – Просто так мы им не дадимся. Верно, шпингалеты? Попляшут еще эти церковные крысы. Слышите вы, гниды?!

Незнакомец пошатнулся. Ребята подхватили его под руки и усадили у стены.

– Как вас зовут? – спросила Юлька.

– Влад. А вы кто такие?

Ребята рассказали, кто они и как оказались в Сильвер-сити. Выслушав их, Влад хмыкнул и спросил:

– Так это ваших корешей собираются завтра казнить?

– Да, – печально ответила Юлька. – И мы ничем не можем им помочь.

– Вам бы самим кто помог, – усмехнулся одноглазый.

– А как вы сюда попали? – спросил Вовка. – За что вас в тюрьму?

– Чтобы не совался, куда не позволено. Я был солдатом. Мой полк ходил в поход на Сильверстоун – Серебряный камень. Это город в пятидесяти километрах отсюда, смешанная колония. Там живут и люди, и гуманоиды, и прочие разумные твари. Мы осадили город и топтались под его стенами три недели. В конце концов осаду пришлось снять. Многие наши перебежали туда. Вот где настоящая жизнь, нет никаких церковников, воля. Там настоящая республика, не то, что наша диктатура епископа и его прихвостней. Я тоже дезертировал и ушел в этот город. И дернул меня черт вернуться сюда. Хотел брательника с собой забрать. Вот меня и повязали А братишка на полях цепями звенит.

– Как же вы тут живете при таких порядках? – ужаснулась Юлька.

– А так и живем, – ответил Влад. – Одни в цепях, другие в вечном страхе. А епископ со своими блюдолизами жируют, сидя на наших шеях. Ничего, им недолго веселиться осталось.

– Почему? – спросил Вовка.

– Почему-почему, – передразнил его Влад. – Потому. Слишком много знать хочешь. Скоро сами все увидите. А между прочим, славную драку вы вчера устроили на Храмовой улице. Лохматых до сих пор утихомирить не могут.

– Есть охота, – пожаловался Вовка. – Когда тут кормят?

– Размечтался, – усмехнулся Влад. – Посмотри на этих доходяг. Думаешь, они от хорошей жизни так усохли? Кормят только каторжников потому, что они работают. А в тюряге это излишняя роскошь. Нас сюда засадили, чтобы мы подохли.

Ребята переглянулись.

– Надо что-то делать, – сказала Юлька.

– Бежать отсюда, вот, что надо делать, – ответил Вовка.

Влад покачал головой.

– Это невозможно. Из этих застенков не сбежишь.

– Почему? Подманим охранника к решетке и вырубим.

Влад снова покачал головой.

– Это ничего не даст. У этих парней все равно нет ключей.

– Зато у них есть бластеры, – не сдавался Вовка.

– Ты говоришь о солнечных лучах?

– Ну да, те штуки, что они носят в кобурах. Ими можно перерезать замок.

– Даже не думай об этом, парень. Тут и поумней тебя решетку грызли. Эти парни не купятся. Хоть заорись, они к решетке не подойдут. Так что придется вам ждать, пока… В общем, просто ждите.

Ребята абсолютно не поняли, чего такого они должны ждать, но переспрашивать не стали. В этот день никто из тюремного начальства так о них и не вспомнил и время прошло в томительном ожидании неизвестности.

Утром следующего дня узников разбудил странный гул. Откуда-то из-под земли шла слабая вибрация, стены тюрьмы мелко дрожали. Сверху посыпались песок и мелкие камешки.

– Вот черт! – прохрипел Влад. – Держитесь ближе к стенам, земляки.

– Что это? – встревожился Вовка. – Землетрясение?

– Хуже.

С потолка сорвался каменный блок и рухнул вниз, раздавив ногу одному из узников. Началась суматоха, все здание тюрьмы наполнилась криками ужаса. Вибрация усилилась. Плиты пола вздыбились, из разверзнувшейся дыры показалось нечто.

– Кто это?! – взвизгнула Юлька.

– Черви, – прохрипел Влад. – Видел я раньше этих тварей, но в городе они никогда не появлялись.

– Ни фига себе, червячки тут у вас! – воскликнул Вовка.

Огромное существо рывком продвинулось вперед, раздвигая каменные плиты пола. Рядом показался еще один гигант, потом появились еще двое. Словно повинуясь неведомому зову, они ломились куда-то вперед, не замечая ничего вокруг и растирая в кашу попавшихся на пути людей. Исполинские туши снесли решетку и часть внутренней стены и скрылись в глубине здания, сея хаос и панику.

Влад схватил обоих ребят за шиворот и отлепил их от стены.

– Валим отсюда! – крикнул он. – Пока эта халупа не развалилась к чертовой матери.

Он что-то крикнул узникам на серебряном языке. Заключенные толпой бросились к пролому в стене.

Охранники недолго пребывали в растерянности от внезапного появления подземных гигантов и попытались усмирить освободившихся узников. По всему зданию полуразрушенной тюрьмы закипела отчаянная схватка.

– Эх, рано! Рано! – орал Влад, размахивая клинком, отнятым у охранника. – Наши могут не сообразить.

– Кто это, «наши»? – поинтересовался Вовка.

– Не твое дело. Держитесь рядом, шпингалеты, надо пробиться к выходу.

Несмотря на жажду свободы, изможденные узники не могли противостоять немногочисленным, но здоровым и вооруженным охранникам. Воздух с шипением прорезали яркие лучи, все больше мятежников оставались неподвижно лежать среди развороченных камней, распространяя запах горелого мяса.

Когда уже казалось, что стихийный бунт будет неминуемо подавлен, узники неожиданно получили помощь снаружи. Несколько десятков вооруженных людей ворвались в здание тюрьмы, напав на охрану с тыла. Вскоре бой закончился, последние солдаты предпочли сдать оружие.

Сквозь ликующую толпу к Владу пробился чернокожий великан и быстро заговорил на серебряном языке. Влад так же быстро начал отвечать. По его тону можно было понять, что он отдает приказы. К ним подбегали люди и, выслушав одноглазого, так же быстро убегали.

– Вот вы где! – услышали ребята знакомый голос.

Обернувшись, они увидели Чертогонова, который пробивался к ним сквозь толпу, прихрамывая на правую ногу.

– Чего вы тут торчите? – сердито спросил он, приблизившись. – Ждете, когда солдаты появятся?

– Не боись, земляк, не появятся, – отозвался Влад. – Все прилегающие кварталы в наших руках.

– И чьи же это, интересно, ручки такие? – язвительно поинтересовался Чертогонов.

– Наши, – со значением ответил Влад. – В городе восстание. Мы должны были выступить после ухода войск в крестовый поход, но после вашей потасовки на Храмовой улице все ускорилось. А теперь еще и тюрьма развалилась.

– Вы тут революцию затеяли, что ли? – опешил Чертогонов.

Влад хлопнул его по плечу и весело отозвался:

– Угадал, кореш! Мой отряд, как видишь, уже выступил, сейчас к нему присоединяются другие. Скоро весь южный район будет в наших руках, в городе уже идут бои. Больше мы не будем рабами епископа и его прихвостней.

– А ты, значит, местный Спартак, – усмехнулся Чертогонов.

– Вроде того, – ответил Влад, гордо подбоченившись.

– Казнь! – вдруг вспомнил Вовка. – Как же казнь?! Ведь это сегодня должны Светку с Колькой казнить.

– И казнят, – хмуро ответил Влад. – Такие мероприятия здесь не откладывают.

– Это мы еще посмотрим, – прорычал Чертогонов. – Где их держат, знаешь?

В этот момент к одноглазому подбежал худой человек с бородкой и что-то тревожно заговорил, размахивая руками. Влад помрачнел.

– Что случилось? – спросил Чертогонов.

– Плохие новости. Солдаты епископа начали теснить наших. А своим приятелям вы все равно ничем не поможете, только сами сгинете. Так что лучше даже и не рыпайтесь.

– Ты не умничай, декабрист хренов! – рявкнул Чертогонов. – Дай оружие и скажи, как добраться.

Влад пожал плечами.

– Дело твое, земляк. Эй, Валтар!

Одноглазый сказал несколько слов чернокожему великану и позвал соотечественников:

– Идемте.

Он вывел Чертогонова и ребят из полуразрушенного здания тюрьмы. К ним подвели оседланных лошадей.

– Эта дорога выведет вас к Храмовой улице, – принялся объяснять Влад. – Там повернете налево и приедете на Храмовую площадь. Если повезет, успеете к началу казни. Валтар поедет с вами, поможет пробиться через заслон. Вот оружие.

Чертогонов сунул за ремень бластер или, как здесь называли это оружие, солнечный луч. Другой взял Вовка. Все забрались в седла. Хмуро покосившись на ребят, Чертогонов произнес:

– Я бы предпочел отправиться без вас.

– Знаем, – буркнул Вовка. – Вы все время хотите нас где-то бросить.

– Мы вас не оставим, – сказала Юлька тихо, но решительно.

– Только не вздумайте с лошади свалиться, – предупредил Чертогонов и кивнул чернокожему. – Поехали.

Валтар пришпорил коня и четверо всадников галопом понеслись по улочке. Влад проводил их взглядом и покачал головой.

– Отчаянные ребята. Сразу видно – земляки.

Улицы были пустынны, но вскоре послышался шум, крики, знакомое шипение лазерных лучей. На окраине южного района мятежники держали оборону. Улочки были забаррикадированы, из окон домов повстанцы обстреливали солдат, воздух прорезали яркие лучи, свистели стрелы.

– Ишь ты, – поразился Чертогонов. – А совсем недавно такой тихий приятный город был. Видно, здорово им епископ насолил.

Валтар остановил своих спутников, спешился и скрылся в одном из домов. Вскоре за углом дома начали собираться вооруженные люди. Появился Валтар и принялся что-то объяснять, помогая себе жестами.

– Приготовьтесь, ребята, – сказал Чертогонов. – Насколько я понял, эти парни сейчас пробьют нам дорогу.

По сигналу Валтара отряд повстанцев бросился вперед и перемахнул через баррикаду. Закипел отчаянный бой. Обернувшись к своим подопечным, Валтар махнул им рукой.

– Вперед! – скомандовал Чертогонов.

Трое всадников устремились вперед. Их даже не пытались задержать, лишь вслед просвистели две стрелы. Через несколько минут беглецы были уже далеко от места схватки.

Улицы по-прежнему были пустынны. Жители, видимо, предпочитали отсиживаться за стенами домов. Лишь изредка мимо проносились всадники, не обращая никакого внимания на Чертогонова с ребятами.

– Вот эта Храмовая улица, – сказал Чертогонов, выезжая на широкую магистраль. – Нам в эту сторону.

Они свернули налево и направились к центру Сильвер-сити, где возвышалась громада Храма. По мере приближения к площади людей на улице становилось все больше. Через некоторое время Чертогонов и ребята предпочли спешиться, чтобы не привлекать к себе излишнее внимание попадавшихся навстречу солдат.

Вся Храмовая площадь была запружена народом, у цитадели священного совета собралось несколько тысяч человек. На краю огромной площади, по левую сторону от Храма, ровными рядами стояли колонны солдат в блистающих под солнцем доспехах.

– Похоже, восстание их нисколько не беспокоит, – пробормотал Чертогонов, пробиваясь сквозь толпу поближе к цитадели. – Поход не отменяется.

На небольшом пространстве перед Храмом в оцеплении жидкого строя солдат возвышались несколько железных столбов. К двум из них были прикованы люди, стоявшие на вязанках дров.

– Это они, – прошептала Юлька. – Мы опоздали.

На балкон цитадели вышли несколько человек в белых балахонах с черными крестами. Высокий старец в серебристой шапочке воздел руки к небу и обратился к присутствующим с короткой страстной речью. Когда он закончил, в походных колоннах развернули знамена, белые полотнища с черными крестами затрепетали на ветру. К столбам направился человек в красных одеждах с факелом в руке.

– Что делать, дядя Сережа? – в отчаянии прошептала Юлька. – Как их спасти?

– Сейчас я тут организую небольшую свалку, – ответил Чертогонов. – Вы попробуйте освободить их и бегите в церковь. Пока тут будет суматоха, выбирайтесь через окно или черный ход куда-нибудь на задворки. Меня не ждите. Пробирайтесь к тому одноглазому Спартаку. Если сумеете выбраться из города, бегите к Джоане.

Конец ознакомительного фрагмента.