Вы здесь

Следуй за солнцем. Глава вторая. Город под названием ведентор (Оливер Грин)

***

Самодовольный глупец! – доносились крики из комнаты Джона.

Сказать, что он был разозлен, да, ведь он не любил, когда его заставляли что-либо делать.

В коридоре стоял Эвен, он долго не решался войти, хоть он и его лучший друг, но все равно побаивался Джона, как и все остальные. Набравшись смелости, он все-таки тихонько стукнул в дверь два раза кулаком и вошел.

Джон сидел на большой кровати из красного дерева. Эвен, усевшись рядом с ним, стал выяснять, от чего же тот злится.

– Это правильное решение, что ты отказался от боя, тот боец в три раза сильнее тебя и в десять раз безумней, – говорил Эвен.

На что Джон усмехнулся и дал этим понять, что никакой враг ему не страшен.

Глава вторая. Город под названием ведентор

В нескольких сотнях километров от замка посреди зеленого поля расстелился город. С трех сторон его окружали высокие зеленые деревья, а вдали виднелись белоснежные скалы. Яркая Луна освещала его темные стены.

У самых ворот стояли, порядка, тридцати солдат в серебряных доспехах. Сонные и уставшие они ждали кого-то.

Город под названием Ведентор был укреплен, его окружали высокие и толстые стены, сооруженные из прочного дерева. На стенах же находились воины, которые стояли в двух шагах друг от друга: они точно следили за горизонтом и были готовы достать оружие в любой момент.

В городе не горели огни, не слышались голоса, он словно мертвый стоял посреди поля. Если нужно было сообщить важную весть, то солдаты говорили шепотом. В городе жили люди, хотя по ночам никого не было видно, но днем там кипела жизнь.

В Веденторе размещалось несколько сотен людей, строго с заходом солнца они расходились по своим маленьким домикам и тушили свет. На улицах города могли находиться только солдаты, которые в свою очередь, охраняли его. На улицах не было твердого асфальта, была лишь земля под ногами, так как идя по ней, не было шума от шагов.

Маленькие деревянные домики, чтобы их не было заметно по ночам, были вымазаны землей. Улицы были очень узкими и на каждой из них стояли большие деревянные ящики, в которых находилось оружие. Уже несколько десятков лет люди живут по таким правилам, казалось бы, этот город невидимка и его никто и никогда не найдет.

В скором времени послышался стук лошадиных копыт, воины замешкались и принялись открывать деревянные ворота, сделанные из бревен, поставленных прямо вертикально друг к другу, такое сооружение считалось очень прочным.

Свора всадников мчалась прямиком к воротам, первые четыре держали в руках факелы, чтобы остальные видели куда двигаться. Они тут же промчались через ворота и двинулись куда-то вглубь города, чтобы остальной сотне хватило места войти. В скором времени последние четыре всадника, замыкающие строй с факелами, промчались через ворота, после чего воины тут же принялись закрывать ворота, поторапливая друг друга.

Всадники гнали своих коней к конюшне, которая располагалась вблизи.

В этот момент король не спал. Высокий мужчина плотного телосложения стоял посреди балкона и наблюдал за прибывшими. Дом его был в разы больше остальных и имел два этажа. На первом этаже королевского убежища находился большой зал, заставленный обеденными столами, стульями, чашами и остальной посудой. На стенах висели красные шторы – они закрывали трещины и придавали залу королевский вид. С потолка свисали, порядком, с десяток люстр, которые освещали помещение. На втором этаже находились покои короля, там он жил вместе с женой и его двумя взрослыми дочерями. Все это сооружение находилось в центре маленького города. На первом этаже проходили переговоры между главнокомандующими и королем, также раз в месяц король устраивал пир воинам, чтобы поднять их дух. Король был очень труслив, он реже выходил из дому, чем его жена и дети.

Ветер колебал его неровно стриженые седые волосы длиною по плечи. Своим угрюмым взглядом он смотрел на воинов, которые разбегались по домам, чтобы поесть и поспать. Каждый шорох его пугал: он оглядывался по сторонам, пытаясь разглядеть в колеблющейся от ветра ветке, врага. Он поднимал то одну ногу, то другую, так как было холодно, а король стоял босым и был одет в один лишь белый халат.

Наконец не удержавшись, Далес отправился к себе в покои. Он тихо прошел мимо кровати, на которой спала жена, и у выхода из огромной комнаты захватил свою одежду. Миновав спальню дочерей, мужчина устремился вниз, в тот самый зал, где принимал гостей. Подойдя к большому деревянному столу, король стал переодеваться: неуклюже застегнул на себе черную рубаху, с трудом влез в потрепанные штаны и обулся в кожаные сапоги на босую ногу. Поправив волосы и длинную седую бороду, он направился к выходу.

Далес шел к воротам, надеясь найти командира только что прибывшего отряда. Он шел быстрым шагом по темным улицам, спотыкаясь почти об каждый камень и бугор. Встречные воины приветствовали его, а из окон выглядывали люди, которые проснулись от шума, но король делал вид, что не замечает на себе их взглядов.

Добравшись до ворот, он стал искать посреди толпы командира.

– Приветствую Ваше величество, – говорили воины, на что король кивал головой.

Его глаза бегали туда – сюда в надежде, наконец, найти этого человека. Наконец, в шести метрах от него посреди толпы всадников, король увидел низкорослого мужчину, который в полголоса ругал трех молодых юношей – это был Долан. Он похлопал одного из них по руке и направился, прихрамывая, куда – то.

– Стойте! – воскликнул король. На что все обернулись.

Долан устремился к нему.

– Приветствую Вас, – сказал он.

Тот кивнул головой и пригласил Долана отойти на пару слов. Зайдя за угол ближайшего дома, начался разговор.

– Мы потеряли десяток солдат у восточных границ. Их все больше и они становятся сильнее, – произнес командир хриплым голосом.

Далеса расстроила эта весть. Он посмотрел в серые глаза Долана и не смог ничего ответить.

Долан положил свою руку на рукоять меча, который висел у него под боком в толстом кожаном чехле, после чего раздался звук открывающихся ворот, оба оглянулись – второй отряд всадников прибыл, их количество переваливало за сотню.

Король стал волноваться: он переступал с ноги на ногу, – «слишком громко!» – бормотал он себе под нос.

***

Светлеет. Десятки волков закованных в цепи грелись в первых лучах солнца. Насытившись, они крепко спали.

В самом низу замка, куда не проникал свет, раздавались громкие звуки. В большом зале расположились больше тысячи вампиров. Они, сидя на трибунах, которые поднимались в несколько рядов вверх, ждали чего-то.

В стенах стояли факелы, а на потолке висело множество люстр, которые ярко освещали зал. Трибуны окружали небольшое круглое поле, усыпанное темно—красным песком – это поле было ограждено железными стенами, но зрители могли видеть все происходящее там, так как трибуны находились сверху. Это место было сооружено для боев. Темно—красный песок – это песок, смешанный с кровью.

С кровавого поля не было выхода, залезть наверх было невозможно, так как железные стены были очень высокими. Там же с двух сторон находились двери, которые запирались снаружи. Это поле – клетка для живых и мертвых.

Зрители кричали, требуя начала шоу. Там были и женщины и дети, у некоторых в руках можно было заметить деревянные чаши, наполненные кровью.

Джон стоял посреди этой толпы и смотрел вниз на арену. Он видел там себя – маленького мальчишку, дерущегося до последнего вздоха. Там он впервые познал боль, эта арена научила его выживать любой ценой и убивать без сожаления и пощады. С пяти лет его обучали жестокости и убийству, в неравных боях Джон всегда одерживал победу. С каждым боем мальчик становился злее и опаснее, его чувства обострялись, а сила росла. Стоя у арены, Джон вспоминал о тех временах и помнил каждый свой поединок.

Внезапно кто-то стукнул его по плечу, он обернулся и увидел Эвена, тот стоял подле него с двумя деревянными чашами, наполненными кровью.

– Пришел посмотреть? – спросил он.

Джон кивнул головой и взглянул на противоположную сторону трибун, где стоял отец. Тот о чем-то беседовал с гостями.

– На вот, держи, – сунув угощение Джону, произнес Эвен.

Тот взял чашу в левую руку и поблагодарил друга. Побеседовав еще пару минут, Эвен пошел дальше, испивая свой напиток. Джон же, взглянув на чашу, направил ее вниз и вылил кровь на арену, наблюдая, как песок жадно поглощает ее. Подняв голову, вампир заметил на себе пронзающий взгляд Правителя.

Он не любил Валафара, как отца, но уважал его, потому что боялся. Джон знал, что в схватке с ним ему уготована только смерть.

Раздался гон, зрители завопили, они устремили свои глаза вниз на поле боя. Посреди всей толпы на первом ряду стоял высокий, крупный мужчина, он находился там не просто так. Этот вампир был ведущим шоу, он объявлял зрителям имена героев, готовых напоить песок своей кровью. Его голос был очень громким и грубым, что нравилось толпе. Он уселся так, что его ноги свисали вниз на арену. Почесав лысую голову, ведущий приготовился говорить. Он поднял левую руку вверх, чтобы зрители умолкли. Когда в зале настала мертвая тишина, ведущий опустил руку и стал приветствовать зрителей, при этом выгребая грязь и застывшую кровь у себя из-под длинных ногтей.

Джон стоял неподалеку и слушал его, ему было интересно услышать имя того бойца, который вызвался сразиться с неизвестным воином.

Дверь на арене заскрипела, Джон устремил свои бледно-желтые глаза к ней.

– Я его знаю! – кричал ведущий на весь зал, увидев воина ступившего на песок, – Антагор сегодня сразится с легендарным бойцом с восточного побережья.

«Антагор!» – кричали зрители в один голос.

Босыми ногами по песку ступал мужчина, на нем были лишь черные штаны. Одной рукой Антагор махал зрителям, а в другой руке, крепко сжав, он держал меч. Он улыбался, потому что Царь выбрал именно его для этой битвы. Через его улыбку можно было разглядеть клыки, которые имели безупречно белый цвет.

Толпа кричала его имя и радовалась храбрецу, только Джон стоял молча и ни разу не улыбнулся.

Вскоре неожиданно для всех открылась вторая дверь. Соперник ступил на арену.

Толпа умолкла. В зале настала мертвая тишина. Антагор, сделав несколько шагов назад, обернулся, чтобы посмотреть на дверь, из которой он вышел, но в тот же миг раздался щелчок – двери заперли снаружи.

Перед ним стоял боец, он был огромен, ростом в три метра. Болиаф, так его звали, стоял молча на месте и глядел своими красными глазами на своего врага. Его бледное тело было покрыто массивными шрамами. В руке Болиаф держал огромную дубину, которая была покрыта гвоздями, из одежды на нем была только кожаная юбка.

Воины молча стояли напротив друг друга и ждали команды. Антагор ухватил меч двумя руками, он боялся. Водя глазами в разные стороны, он искал выход с арены.

– Это тот самый могучий воин, о котором мы так наслышаны! – наконец произнес ведущий, не скрывая свою улыбку.

Раздался рев Болиафа, он кричал во все горло словно зверь, демонстрируя себя зрителям, тогда толпа заревела вместе с ним.

Не справившись со страхом, Антагор отступил к двери и стал умолять выпустить его. Валафар, обозлившись, приказал ему драться.

«Нет!» – кричал Антагор, пытаясь выломать железную дверь.

На изуродованном лице Болиафа показалась улыбка, такая же улыбка присутствовала у его хозяина, который стоял возле Царя и посмеивался.

Наконец, не выдержав, Болиаф ринулся в бой. Он незаметно настиг Антагора и, схватив его огромной рукой за ногу, отшвырнул от двери в центр арены. Поднявшись на ноги, Антагор приготовился отразить удар врага, который быстрыми шагами устремился к нему.

– Сражайся! – кричал ему Валафар.

Болиаф приблизился к Антагору и ударил его дубиной, которую воин успел остановить своим мечом. Развязался бой. Зрители закричали во все горло.

Удар за ударом Антагор отражал смертельные и тяжелые атаки соперника. Враг был очень быстр, он не оставлял времени и шансов Антагору атаковать.

– Он играет на публику, – произнес гость Валафару.

В скором времени, когда Болиафу надоело, он выбил из рук Антагора меч и схватил его за шею: подняв его вверх на вытянутой руке, он стал кричать. У бедняги не было шансов выкарабкаться из хватки. Ухватившись за сильную руку Болиафа, он видел перед собой кричащую толпу и Царя, который злобно смотрел на него.

– Убей его! – кричали обезумевшие зрители.

Прижав к себе Антагора, Болиаф впился зубами в его шею. Кровь полилась на песок. Болиаф жадно глотал ее. Сквозь последний вздох и последний взгляд через толпу Антагор увидел Джона, который смотрел ему точно в глаза.

Напившись, Болиаф бросил мертвое тело к зрителям. Отбросив на песок дубину, Болиаф поднял руки вверх и заревел словно зверь, оскалив пасть, откуда были заметны огромные клыки. Он ходил по арене, радуясь очередной победе.

Все ликовали, только Валафар и Джон наблюдали молча. Черные глаза Царя сгорали от ярости и злости, он не хотел проигрывать, поэтому приказал предоставить другого воина.

Железная дверь снова отворилась, трое вампиров вытолкнули на арену парнишку, который сильно сопротивлялся. На него надели железные доспехи. Он кинулся на дверь, которую успели закрыть. Поняв, что ему не выбраться, он взял в руки меч и первым кинулся на Болиафа. Пытаясь его ранить, он махал лезвием не глядя.

Болиаф поднял тяжелую дубину и направил ее к нему, но тот успел увернуться, лишь малость она задела его руку. Тогда, поймав момент, он все-таки вонзил свой меч Болиафу в ногу, но упустил его из рук. Тот, сделав шаг назад, вытащил лезвие из ноги.

Зал умолк. Болиаф стоял на месте и смотрел на врага. Внезапно тот попятился назад и упал на колени, парнишка начал кашлять, из его глаз полилась кровь. Подойдя к нему, Болиаф повалил врага на спину и, толкнув его ногой, ударил дубиной в грудь, отчего тот взвыл от боли. Громила схватил полумертвого воина и, что есть мочи, швырнул о стену, на которой остался кровавый след.

Зрители восхищались столь сильным воином. Одного за другим Болиаф убивал своей дубиной, которая была покрыта ядом. Тела лежали по всей арене, а некоторые он закидывал на трибуны. Он высасывал почти из каждого кровь, становясь от этого сильнее и злее. Когда на арену затащили очередную жертву, раздался голос:

– Довольно! – не выдержав, вскрикнул Джон.

Зал замолчал. Валафар с облегчением выдохнул, его мимика лица поменялась, потому что он знал, что теперь его ждет победа. Джон подошел к отцу.

– Ты ведь этого хотел! – произнес он и пошел дальше.

Он снял с себя рубаху и направился к двери. На правой части его живота и ребрах можно было разглядеть широкие и уродливые шрамы от ожогов.

При входе ему вручили меч, он ступил на песок. Повернувшись к двери, Джон приказал закрыть ее. Перед ним стоял Болиаф покрытый кровью умерших воинов. Сделав шаг вперед, Джон посмотрел на песок под своими ногами.

«Джон-Джон-Джон!» – все громче произносила публика его имя.

Он поднял глаза и увидел, как зрители встали для него, они смотрели на Джона как на героя.

– И это твой воин? Он же мал и слаб! – смеялся хозяин Болиафа над ухом Царя.

Болиаф был в ярости, потому что новый соперник отобрал у него зрителей.

В зале наступила тишина. Джон был спокоен, его сердце билось ровно, он слушал громкое дыхание Болиафа, рассматривал его с ног до головы, пытаясь найти слабые места, но таковых, казалось бы, не было.

Громила смотрел на Джона, как на добычу, ему не было понятно, от чего же этого юношу так приветствует толпа. Болиаф размазал по лицу кровь, пытаясь вытереть ее. Они стояли напротив друг друга, Джон казался очень маленьким по сравнению с ним, он смотрел Болиафу точно в глаза, делая ему вызов, тогда тот заревел во все горло. Джон, сжав в правой руке длинный меч, первым направился к врагу. Громила бегом ринулся навстречу, через миг воины настигли друг друга.

Сквозь тишину в зале были слышны звуки столкновения меча и дубины. Зрители, отложив чаши в стороны, внимательно наблюдали за боем. В этот раз Болиаф не мог постоянно атаковать, он лишь отражал быстрые удары Джона, который наносил их раз за разом, отталкивая врага постоянно назад. Но поймав момент, Болиаф ударил дубиной по мечу Джона с такой силой, что он отлетел в сторону и воткнулся в железную стену почти наполовину.

Валафар был обеспокоен, он сжал чашу так, что та поломалась.

Джон сделал шаг назад, но Болиаф настиг его и ударил сильной рукой по лицу, тот упал на кровавый песок рядом с трупом. Не успев подняться, он увидел над собой Болиафа, который уже был готов нанести смертельный удар, тогда Джон схватил труп брата и затащил его на себя: ядовитые шипы впились в тело умершего. Пока Болиаф пытался вытащить оружие из мертвого тела, Джон скинул с себя труп и быстро поднялся на ноги, но в тот же миг он попятился назад и упал на спину.

Публика вскочила, чтобы посмотреть.

Удар был слишком тяжелым для него, но вскоре он снова поднялся на ноги и, наблюдая за Болиафом, маленькими шагами стал отходить назад. С его носа пошла кровь, которая с подбородка капала ему на живот и на песок, что с жадностью впитывал ее.

Джон вытер кровь рукой, а затем кинул свой взор на Болиафа. Его глаза загорелись ярко-желтым светом, это означало, что он был разозлен. Враг на секунду замер, он видел такое впервые.

Джон молниеносно кинулся к своему мечу, пока соперник стоял на месте. Он попытался вытащить меч из стены, но не успел – соперник пошел в атаку.

Вампир быстро и шустро уходил от ударов, пытаясь в некоторые моменты вернуть свой меч, но его попытки были напрасными. В скором времени он понял, что ему предстоит биться без оружия, потому что его меч намертво застрял в стене.

Болиаф устал, с каждым разом его атаки были все медленнее – он остановился. Джон слышал, как быстро бьется сердце врага и как громко он дышит.

– Убей его! – кричал хозяин, приказывая Болиафу.

Жадно глотая воздух, враг медленно приближался к Джону, который отходил маленькими шагами от него вдоль стены. Трехметровый воин подходил все ближе к нему, устремив свой яростный взор в желтые глаза соперника.

Наконец Джон остановился и рукой прижался к стене, он смотрел только на оружие врага, его дыхание было ровным. Ничего не подозревая, Болиаф быстрыми шагами направился к Джону и поднял дубину вверх, чтобы вонзить ее в него. С громким ревом он направил оружие на Джона и, надеясь пригвоздить его к стене, нанес удар. В этот момент Джон отскочил в сторону, тогда дубина Болиафа вонзилась в железную стену. Джон, не медля, проскочил под ногами громилы и залез тому на спину, оттуда он сделал прыжок вверх и зацепился за стену. Болиаф попытался его достать, прыгая на месте и хватая за ноги. Джон полез вверх по стене, хватаясь за маленькие уступы.

Заметив это, Эвен направился бегом к другу, он знал, что он взбирается за мечом. Наконец, прибыв на место, Эвен вручил Джону свой меч. Тот схватил оружие правой рукой, а левой он повис на стене, наблюдая за Болиафом, который смотрел на него снизу и размахивал дубиной, крича от злости во все горло.

Джон, оттолкнувшись ногами о стену, спрыгнул неподалеку от врага. Будучи с мечом он направился к нему. Снова развязался бой.

Джону удалось порезать сопернику ногу, отчего тот закричал от боли. Кровь полилась на песок. Вампир наносил врагу резаные раны одну за другой.

Болиаф снова успел ударить его в живот, отчего тот отлетел на несколько метров. Поднявшись, Джон остался на месте: он наблюдал за истекающим кровью врагом. Он зачехлил свой меч, его руки были пусты.

Наконец вампир ринулся к Болиафу: оттолкнувшись о песок, он прыгнул на врага и залез ему спину, а затем, достав меч, Джон вонзил лезвие в плечо громилы. Тот взвыл от боли и скинул соперника, кровь быстро стала покидать тело Болиафа, он уронил дубину и стал нащупывать рану, тогда Джон побежал к стене и с разбегу, оттолкнувшись ногами об нее, сверху нанес смертельный удар Болиафу в спину. Тот упал намертво.

Джон смотрел, как его глаза все еще бегают по сторонам.

После длительного молчания зал завопил во все горло. Джон стоял над мертвым телом врага, его глаза горели ярко-желтым пламенем.

***

Яркие лучи солнца охватили Ведентор. После холодной ночи жизнь снова вернулась в эти места. Маленькие дети бегали по узким улочкам и кричали, радуясь теплому утру. Они наперегонки мчались к воротам, которые вот-вот должны были открыться. Двое крепких мужиков начали крутить деревянное колесо, от чего ворота стали подниматься вверх.

Воины ворчали на детей, которые так торопливо лезли через врата, не дождавшись их полного открытия.

Сонные женщины, ухватив в обе руки по пустому ведру, выходили за стены. Там неподалеку находился колодец, из которого они набирали чистую воду. Некоторые ребята помогали своим матерям таскать тяжелый груз, потому что мужчины были заняты другим делом – они несли вахту на стене с утра и до ночи.

Каждый день женщины вставали на рассвете, за весь день они должны были постирать грязную одежду мужчин, накормить и напоить лошадей. В свое свободное время многие из женщин уходили в лес, надеясь найти хоть что-нибудь съедобное, потому что еды в городе не хватало. Большинство людей в Веденторе были истощены, кроме одной порции овса за целый день они больше ничего не ели.

Люди не держали скот, так как от него было слишком много шума по ночам. Мужчинам полагалось по две порции овса и кусок мяса, если за свой обход они его добывали, что было очень редко.

Взрослые осознавали всей беды, они знали, что находятся на грани жизни и смерти, только дети, радуясь каждому прожитому дню, не думали о том горе, что настигло человеческий род.

Две конницы под командованием Долана и Нестора аккуратно пробирались к выходу через толпу жителей. С каждым рассветом они уходили на обход границ. Мальчишки махали им руками, тем самым прощаясь с ними.

Наконец, отойдя от города на небольшое расстояние, два командира, поговорив между собой, попрощались, и конницы удалились по разные стороны. Каждая конница обходила свою территорию: одна на юге, а другая на востоке. Так они охраняли свои земли и при обнаружении врагов, убивали их.

***

Преодолев путь в половину дня, отряд Долана остановился передохнуть в чащи темного леса, куда лучи солнца почти не проникали.

Усевшись на холодную землю, воины, достав пайки, принялись обедать. Подле них стояли лошади: пощипывая траву, они постоянно поднимали головы, опасаясь чего-то. Животные были запуганы из-за частых смертельных боев, которые происходили между вампирами и людьми. Также в тех местах, где постоянно бывал отряд, лошади являлись легкой добычей для голодных хищников.

Сквозь черную чащу леса доносился вой стаи волков, которые, учуяв запах отряда, не осмеливались приблизиться. Некоторые мужчины бродили неподалеку, скрываясь за густыми деревьями: они внимательно смотрели себе под ноги, надеясь найти какие-нибудь ягоды, чтобы накормить свои семьи.

В скором времени, закончив обедать, воины спешно оседлывали лошадей и шли дальше вслед за своим командиром.

Долан подозвал к себе дюжину всадников и приказал им двинуться вперед на пару километров, чтобы узнать, что их ждет там. Те, послушно ударив коней в бока, помчались вдаль.


На своем пути они не встретили ни одной живой души: птиц и животных в этих краях давно уже не было, большинство из них погибли от острых клыков и когтей тварей, что обитали в лесах, оставшиеся в живых же покинули эти места уже давно.

Убедившись, что в округе нет врагов, воины развернули лошадей и направились обратно.

Миновав половину пути, они остановились. Лошади занервничали и стали метаться в разные стороны. Трое мужчин упали на сырую землю, их кони умчались прочь. Повеяло холодом.

На их пути, под высокими зелеными деревьями, стоял черный, словно ночь, конь, а на нем сидел всадник. Его лица не было видно из-за капюшона на голове.

Воины оголили мечи, один из них направил на незнакомца стрелу, готовый в любой момент выпустить ее тому в голову. Неизвестный всадник стоял на месте и смотрел на мужчин.

Вдруг позади них послышался шум, они обернулись и заметили еще пятерых всадников, которые медленно приближались к ним.

– Прочь с дороги, иначе… – произнес мужчина тридцати лет дрожащим голосом.

– Нет, – перебил его всадник на черном коне.

Воины узнали этого мужчину, отчего потеряли дар речи и попытались сбежать, но были окружены. Они прижались друг к другу, не зная куда деться.

– Джон? – произнес один из юношей.

Вампиры, окружившие их, начали смеяться.

– Что тебе нужно? – неуверенно спросил человек.

Джон улыбнулся, демонстрируя острые клыки, затем направился к ним. Он приблизился к человеку, задавшему этот вопрос, и спросил:

– Что нужно мне от такого ничтожества как ты?

– Нас много, наш отряд неподалеку, заметив наше исчезновение, они придут за нами!

От чего Джон снова улыбнулся.

– Как имя твоего командира, не Долан ли? – спросил вампир, глядя в испуганные глаза мужчины.

Но тот, опустив глаза вниз, ничего не ответил. Тогда Джон слез с коня и подошел к этому всаднику. Схватив его за ногу, он скинул мужчину на твердую землю. Его товарищи от страха ничего не могли сделать, они лишь молча наблюдали за врагами. Джон поднял его и схватил одной рукой за шею, отчего тот стал задыхаться.

Вскоре он отпустил мужчину, заметив юношу у которого по щекам потекли слезы. Вампиры стали смеяться над ним во весь голос, отчего слезы у того потекли быстрее. Тогда Джон стащил его с рыжего коня и кинул, что есть мочи, о землю, затем он схватил его за руку и поднял на ноги, юноша стал вытирать слезы дрожащими руками. Джон развернул его лицом к людям и произнес:

– Это ваши мужчины?

Мужчины молчали, не имея смелости, что-либо сказать. Тогда Джон приказал людям сложить оружие – те послушно бросили мечи и стрелы на землю.

Вампиры скинули людей с лошадей и положили их животами на землю. Убийцы связали им руки позади спины, а затем поставили на колени. Джон подошел к лошадям и, сняв с них всю амуницию, припугнул, чтобы те бежали прочь. Вампиры привязали пленников к лошадям и направились в замок, натянув себе на головы темные капюшоны, чтобы не обжечься лучами солнца, но Джон не пошел вместе с ними, он остался на месте, а подле него, стоя на коленях, был тот самый юноша, который плакал.

Паренек не понимал, почему его не увели с остальными, в его сердце все еще была надежда, но вампир привязал его к дереву, на вопросы юноши, зачем он это делает, убийца не отвечал. Джон присел рядом с ним и, взглянув в его голубые и испуганные глаза, достал кинжал. Не смотря на все его просьбы помиловать, вампир нанес первую колотую рану ему в грудь, тот завопил от боли. Вытащив лезвие, Джон снова вонзил его человеку в живот, а затем следующие три удара ножом были нанесены в ноги несчастного.

Вытерев кровавый кинжал о штаны пленника, вампир убрал его в чехол. Раненый кричал и ревел от сильной боли, его одежда пропиталась кровью и прилипла к телу. Оседлав коня, Джон ринулся прочь.

Остановившись неподалеку, он стал взбираться по веткам на дерево. С самой верхней ветки было видно истекающего кровью юношу. Тот являлся приманкой для своего отряда, что находился неподалеку. Его крики и мольбу о помощи можно было услышать за несколько сотен метров, на что рассчитывал Джон.

Когда стало темнеть, вампир понял, что никто не придет. Он слез с дерева и, оседлав коня, направился к обессилившему юноше, который из-за сильной потери крови уже не мог что-либо говорить. Перерезав ему горло, Джон направился сам на поиски отряда.