Вы здесь

Рассвет Тьмы. Глава 4. Тридцать минут назад (Сергей Тармашев, 2010)

Глава 4

Тридцать минут назад

– Случай очень тяжелый, Ваше Высочество! – Пожилой Оранжевый маг в чине Главного Лекаря столичной больницы сокрушенно развел руками. – Мы испробовали все методы, но так и не преуспели в излечении. – Он развернул пергамент и протянул его Принцессе. – Я тщательно фиксировал все предпринимаемые попытки, взгляните сами, Ваше Высочество. Алхимия не дала нужного эффекта. Исцеляющие заклинания на какое-то время останавливают распространение заражения, но после этого гниение поражает здоровые ткани с удвоенной силой! – Главный Лекарь уныло покачал головой. – Ногу необходимо срочно ампутировать, иначе мы скоро потеряем ребенка.

Лежащая на грубо сколоченных из неструганых досок больничных нарах девочка лет десяти, услышав слова Лекаря, побледнела еще сильнее. Ее глаза расширились от ужаса, и с обескровленных губ сорвался слабый всхлип. Большего произнести она не могла, болезнь высосала из ребенка почти все силы. Стоящая на коленях на немытом полу седая женщина в поношенных одеждах простолюдинки тихо заплакала и зашептала молитву Олдису Покровителю.

– За что ты так с нами, о Великий Боже, кто же возьмет в жены убогую, как же ей теперь жить… – негромко причитала мать, бережно стирая катящиеся по впалым щекам дочки слезы. Испуганные глаза еле живой девочки беспомощно вздрагивали, роняя слезинки, взгляд, в котором с каждым ударом сердца все сильнее гасла надежда, с трудом переходил с Главного Лекаря на Принцессу и обратно.

Айлани пробежала глазами историю болезни. Все понятно: ржавый гвоздь, столбняк, инфекция, несвоевременное обращение к лекарям вследствие бедности, газовая гангрена. Принцесса печально вздохнула и снова осмотрелась вокруг. Огромный покосившийся барак из давно прогнивших досок и крышей из битой черепицы, пристроенный к основному зданию столичной больницы со стороны двора и потому незаметный в зарослях зелени, был до отказа забит больными. Люди в ужасной тесноте лежали прямо на грязных досках длинных нар, тянущихся в два яруса вдоль обеих стен барака, и не было ни больничных одежд, ни постелей. Кто-то лежал на рваном тряпье, кто-то на охапке соломы, но большинство больных не имели под собой ничего. Ужасная антисанитария, спертый воздух, писк крыс, безо всякого страха снующих под нарами, – вот какой была медицина для нищих граждан Редонии. Айлани сунула пергамент в руки Тэрвису и с негодованием крикнула:

– Почему мне сразу не сказали про девочку? Почему вообще я впервые вижу это место?! Как вы могли, Наставник Тэрвис, скрывать от меня эту… эту… я даже не могу назвать это пропитанное грязью место больничной палатой! Половина несчастных обречена! Почему никто не оказывает им помощи? Я и представить не могла, что у вас столь жестокое сердце, Наставник!

Тэрвис опустил глаза.

– Это повеление Вашего отца, Принцесса. Его Величество Король Геордин под страхом казни запретил кому бы то ни было сообщать Вам о существовании в больнице корпуса для черни.

– Лорд Тэрвис всегда оказывал нам неоценимую помощь! – вступился за старика Главный Лекарь. – Если ли бы не его искусство и золото, этот корпус давно уже перестал бы существовать даже в таком виде!

– Но почему, уважаемые Лорды, здесь все находится в жутком запустении?! – Айлани никак не могла поверить своим глазам.

Способностей к магии у нее поначалу не наблюдалось, и юная Принцесса шокировала весь дворец на церемонии своего одиннадцатилетия. Подхвативший в ту зиму жестокую простуду Король постоянно чихал и кашлял во время торжества и даже был вынужден отказаться от произнесения поздравительной речи, как вдруг именинница под изумленные взгляды придворных подошла к трону и положила свои маленькие ладошки на грудь и лоб Геордина. «Папа, ты заболел! Тебя нужно лечить!» – просто заявила девочка, и кисти ее рук вдруг осветились мягким белым светом. Спустя мгновение Король был полностью здоров. В тот момент все буквально онемели от неожиданности.

Очень скоро выяснилось, что юная Айлани оказалась не просто волшебником. Олдис Покровитель даровал ей удел Белого Мага – весьма редкостный дар для любого Королевства. Геордин был в восторге: в Редонии появился свой Белый Маг! А ведь никогда раньше здесь такого не случалось, и всегда приходилось ходить на поклон к соседям, подчас через весь человеческий мир. После воцарения на Престоле Короля Геордина в Редонии вообще мало осталось магов, не говоря уже о волшебниках высоких рангов.

Когда к’Зирдский хан Кил Им Пах, вступивший в сговор с дряхлым безумцем Родбонгом, вероломно напал на войско Короля Эдрионга Справедливого прямо во время празднования по случаю рождения Наследника, в жестокой резне погибли все боевые маги Редонии. После этого сумасшедший Синий маг выкрал прямо из королевских покоев Королеву и новорожденного Принца и запер их в своей башне на окраине столицы. Пылающий праведным гневом Канцлер Геордин собрал все имеющиеся в столице силы и долго штурмовал башню вероломного мага. Ценой огромных потерь ее удалось захватить, но Родбонг жутким заклинанием умертвил себя и королевскую семью прямо на глазах Канцлера. Месяц Редония не могла прийти в себя от невиданного по своему коварству чудовищного преступления, и если бы не блестящий политический гений Канцлера, вовремя заключившего мир с к’Зирдами, оставшаяся без боевой магической мощи страна рисковала быть обращенной в руины безжалостными песочниками.

После окончания траура встал вопрос о Престоле. Так как вся королевская семья погибла в результате подлого заговора мага Родбонга, Редонии был нужен новый Король. Дворянская элита страны, принадлежащая к древним родам, единодушно выбрала Канцлера Геордина, который своей храбростью и мудростью спас страну от гибели и на деле доказал, что является верным сыном Редонии. Но, видимо, у обезумевшего Синего мага оставались тайные сторонники среди волшебников королевства, которые фанатично разрушали королевство даже после его смерти. После коронации кое-где поползли слухи, что в ту роковую ночь все происходило не совсем так, как рассказывал Геордин и его сподвижники. Будто некоторые маги ощутили открытие мощного портала со стороны осажденной башни Родбонга, через который запросто можно было пересечь добрую половину Парна. Кто-то даже утверждал, что не чувствовал возмущений магических потоков, должных неизбежно сопровождать битву, погубившую магов армии Короля Эдрионга. Почти три десятка сражающихся магов неизбежно оставили бы след в тонкой материи волшебных энергий. Были и другие, еще более грязные слухи.

Король Геордин поначалу старался не обращать внимания на подобные сплетни, дабы лишний раз не будоражить страну, и без того переживающую тяжелые времена. Но после того, как в своей башне был найден разорванным в клочья Лазурный маг, бывший некогда близким соратником Родбонга, стало ясно, что заговор еще не побежден. Тайная полиция срочно принялась спасать положение, выявляя мятежников. В конце концов крамолу удалось уничтожить, но смутьяны сделали свое дело – репутация Редонии была подорвана. Оставшиеся в живых двое Лазурных магов покинули страну, эмигрировав в южные королевства, и на службе у Короля Геордина остались лишь маги низших рангов, ряды которых тоже очень быстро поредели.

За минувшие три десятка лет ситуацию так и не удалось выправить, поэтому появление в пользующемся среди волшебников дурной славой государстве Белого Мага было по праву расценено как первое благоволение Олдиса Покровителя. Сама же Принцесса обнаружила великую тягу к искусству врачевания, и через несколько лет слава о ее доброте и целительной силе разошлась по всей стране. А когда год назад восемнадцатилетняя Айлани остановила эпидемию пустынной лихорадки, охватившую прилегающую к границе Ратхаш провинцию, свое восхищение ее талантом выразили все дворянские роды и влиятельные семьи Редонии.

С тех пор юная Принцесса не отказывала в лечении никому, считая своим долгом исцелить чуть ли не весь Парн, и это временами вызывало тень недовольства на лице Короля. Геордин не раз заявлял, что Принцессе не пристало растрачиваться на простолюдинов, для этого существуют маги низших рангов. Ее Высочество лишь весело смеялась в ответ на подобные замечания, относя их на счет отцовской заботы о дочери. Но то, что Айлани увидела в больничной пристройке для нищих, повергло ее в шок. Она никак не ожидала такого отношения к гражданам королевства, пусть даже и совсем небогатым.

– Это все, что в наших силах, – грустно ответил Главный Лекарь. – Казна не выделяет средств на лечение неимущих, как при Короле Э… – Маг осекся и поспешно продолжил, отводя глаза в сторону: – Без надлежащего финансирования мы мало что можем сделать. Закупка у травников и охотников алхимических ингредиентов требует золота, оплата труда самих алхимиков требует золота, лечащие маги должные получать жалованье, а на это опять же требуется золото! Все в медицине упирается в золото, а у нас его нет. Люди работают из милосердия, но на одном лишь голодном энтузиазме далеко не уедешь. Маги и алхимики в конечном итоге теряют интерес к работе и уходят в частную практику, где можно достойно зарабатывать своим умением. Некому становится лечить нищих. – Он безнадежно обвел рукой вокруг и закончил: – Мы здесь хоть как-то можем о них позаботиться, пусть даже и не обо всех. А что творится в провинциях…

Главный Лекарь удрученно замолчал, глядя на тихо причитающую возле больной девочки мать. Айлани посмотрела на беззвучно роняющего слезы ребенка, сняла капюшон и принялась расстегивать застежки дорожного плаща.

– Ваше Высочество! Что Вы делаете?! – опешил Тэрвис. – Вас же могут узнать! Здесь множество людей!

– Я собираюсь оказать помощь моим подданным, раз больше некому! – отрезала Принцесса. Она сняла плащ и бросила его Наставнику. Тот лишь хмуро покачал головой и обреченно вздохнул:

– Его Величество не простит ослушания…

– Хватит! – прервала старика Айлани. – Никто никому ничего не сделает! Я с этим разберусь сама! А сейчас оставьте меня! Все! И вы тоже! – Она посмотрела на мать больного ребенка, в ужасе взирающую на расшитую золотом и драгоценными камнями мантию Королевской Семьи.

Старые маги почтительно поклонились и торопливо отошли подальше. Вслед за ними засеменила простолюдинка, то и дело тревожно оглядываясь на неподвижно лежащую на грязных нарах дочь. В больничном бараке немедленно стихли голоса, и лишь едва слышный шепот: «Принцесса! Принцесса Айлани здесь! Смотрите! Это точно она!» легким ветром пролетел над заполненными людьми нарами.

Айлани отбросила грязную тряпку, заменявшую девочке одеяло, и внимательно осмотрела больную ногу. Некроз тканей уже практически достиг паха, резкий запах гниющей плоти ударил в нос. Она бросила на Наставника колючий взгляд и потянулась к висящему на поясе богато отделанному мешочку. Работа предстоит не из легких, поэтому необходимо приготовиться тщательно. Принцесса достала горсть магического порошка и несколько минут аккуратными полосками насыпала небольшую Пентаграмму Силы. В бараке повисла мертвая тишина, и несколько сот пар глаз не сводили взглядов с тоненькой фигурки Принцессы.

Еще раз убедившись, что в силовых линиях нет обрывов, через которые могла бы произойти утечка энергии, Айлани осторожно встала в центр пентаграммы. Девушка подняла руки перед собой и слегка развела их в стороны. Линии пентаграммы слегка засветились теплым белым светом. Принцесса закрыла глаза, сосредотачиваясь. Она вызвала Око Целителя и, не открывая глаз, посмотрела сквозь него на больную девочку. Придется повозиться, состояние больного запущенное хуже некуда. Заражение уже выплеснулось в кровеносную систему, ампутация ноги ничего бы не дала, лишь малую отсрочку смерти и большие мучения. Айлани быстро набросала в уме курс лечения. Сначала Детоксикация. Потом Жизненная Сила. Далее Исцеление. Нет, пожалуй, лучше Великое Исцеление, случай слишком тяжелый. После Регенерация и снова Жизненная Сила. Напоследок Восстановление, без этого обессиленный болезнью детский организм не справится с восстановлением тканей в таком объеме… Часа два работы, не меньше. А ведь еще необходимо осмотреть остальных пациентов, их тут человек триста, если не больше. Похоже, расписание на предстоящие пару недель придется полностью пересмотреть. Она приподняла руки чуть выше и негромко зашептала слова заклинания. Свет пентаграммы начал усиливаться, разгораясь все ярче.

Стоящий в другом конце барака пожилой Главный Лекарь удивленно покачал головой, глядя на очередную ослепительно яркую белую вспышку, взлетающую над Пентаграммой Силы и окутывающую больного ребенка.

– Истинный потенциал магической силы Принцессы невозможно достоверно воспринять магу нашего с Вами ранга, достопочтенный Лорд Тэрвис, – тихо обратился он к Наставнику. – Остается лишь возносить благодарности Олдису Покровителю за то, что он ниспослал Редонии Белого Мага с белой душой. Признаться, я никак не ожидал подобного от дочери тирана и убийцы…

– Осторожнее, друг мой! – предостерег его Тэрвис. – У тайной полиции Геордина повсюду есть уши. Даже в этом месте я бы не советовал разговаривать слишком свободно. Я уже слишком стар и прожил жизнь. Поэтому и решился нарушить запрет Короля, приведя сюда Принцессу. Меня не страшит ответственность перед палачами, более боюсь я пыток совести. Вам же, дорогой друг мой, посоветую быть осмотрительнее. У Вас есть семья, дети и внуки.

– Вы мудры, как всегда, милорд. – Главный Лекарь слегка склонил голову. – И все же мое сердце радуется тому, что видят сейчас мои глаза. Вечером я вознесу молитву Олдису за Ваше здравие и буду просить о всяческой удаче для Принцессы Айлани в любых делах ее и начинаниях.

Оба мага зажмурились от особенно яркой вспышки света. Наставник обернулся к стоящей у дверей санитарке.

– Голубушка, позовите сюда всех магов, не занятых в данный момент в чародействе. Пусть явятся незамедлительно! – Он наклонился к Главному Лекарю: – Скоро Ее Высочество приступит к плетению Великого Исцеления. Увидеть это сложнейшее заклятье в ее исполнении будет крайне поучительно для любого медицинского специалиста.


Было уже далеко за полночь, когда Айлани поняла, что больше не может сплести ни одного, даже самого простого заклятия. Еле передвигая ноги от усталости, Принцесса, опираясь на руку старого мага, вышла из больничного барака, сопровождаемая Главным Лекарем и дежурными лечащими магами. Свежий ночной воздух, принесенный с теплого моря ласковым бризом, несколько освежил ее. Резкий приток кислорода вызвал легкое головокружение. Только сейчас девушка поняла, как сильно она устала. Почти шестнадцать часов непрерывного волшебства вымотали ее настолько, что уже не хотелось ни есть, ни пить, одно желание – добраться до постели и уснуть в ту же секунду перевешивало все остальные потребности. Устало попрощавшись с персоналом больницы, Принцесса села в карету и покинула столичную лечебницу. Старая фрейлина принялась хлопотать вокруг нее, словно наседка вокруг цыпленка, заботливо подкладывая шелковые подушки и укрывая пледом ручной работы из тончайшей сабийской шерсти.

– Спасибо, Лимми, – поблагодарила женщину Айлани. Королева-мать умерла, когда маленькой Принцессе едва исполнилось пять лет, с тех пор Айлани находилась на ее попечении. Седая фрейлина не имела детей и относилась к дочери покойной Королевы, словно к своей собственной. – Только не надо сейчас всех этих подушек и одеял, иначе я засну прямо здесь. А мне обязательно надо принять ванну, я до сих пор чувствую ужасную вонь, пропитавшую насквозь тот барак. Распорядись, чтобы всю мою одежду выстирали с особым пристрастием.

– Разумеется, Ваше Высочество! – тут же закудахтала старушка. – Выстирают еще как! И не один раз. А после этого я заставлю придворных лекарей обнюхать каждую ниточку, не приведи Олдис Покровитель, подхватить какую заразу в этом жутком рассаднике инфекций! – Она укоризненно погрозила Лорду Тэрвису сухим старческим пальцем: – А ты куда смотрел, старый хрыч?! Затащил ребенка в какую-то зловонную яму! Тоже мне, Лорд Наставник!

Айлани улыбалась, глядя, как сухопарый Тэрвис пытается спрятаться от сердито ворчащей Лимми за маской невозмутимости. Похоже, его защита долго не выдержит, разгневанная старушка взялась за старого мага всерьез. Пора было спасать Наставника.

– Лимми, прекратите сейчас же! – Принцесса сделала строгое лицо. – Как вам не стыдно, мы помогали исцелять страждущих, там сотни людей погибают без медицинской помощи!

Старая фрейлина неохотно отстала от Тэрвиса и уселась в угол, бросая на мага недовольные взгляды.

– Страждущих они спасали, поглядите на них! – тихо ворчала себе под нос старушка. – Во всей Арзанне, оказывается, есть только один целитель, и некому больше сутки напролет сидеть в этом рассаднике всевозможной заразы, кроме как молоденькой Принцессе! На балы Вам надо чаще ходить, Ваше Высочество, вон, балетмейстер придворный жалуется, третье занятие подряд пропускаете…

Айлани улыбнулась. Старая фрейлина неисправима, и прекратить бесконечный поток сетований порой было выше человеческих сил. Слова старушки напомнили ей о странной фразе Главного Лекаря столичной больницы, произнесенной в самом начале дня.

– Лорд Тэрвис, что хотел сказать Лорд Ирлин, когда упомянул, что средства на лечение неимущих не выделяются казной теперь?

Лимми тут же замолчала, настороженно переводя взгляд с Принцессы на Наставника. Тэрвис насупился и произнес:

– Я не совсем понимаю, о чем идет речь, Ваше Высочество. Возможно, я пропустил какую-то часть разговора, это следствие моего возраста, прошу простить меня…

– Ваше Высочество, может, все-таки желаете подушечку, хоть бы под ножки? – вдруг снова засуетилась фрейлина. – Или же водицы ароматной, из магического ключа доставили три часа назад, посланник специально от наследного Принца…

– Так! – Айлани пнула ногой шелковую подушку с такой силой, что она вылетела в раскрытое окно. – Я вам не маленькая девочка! Мне уже девятнадцать, и я никому не позволю делать из себя идиотку! – Принцесса хлестнула взглядом так, что старая фрейлина мгновенно оказалась в своем углу.

– Миледи Графиня! – официальным тоном обратилась к ней Принцесса. – Будьте так любезны, не лезьте не в свое дело! А вы, Лорд Тэрвис, – она обернулась к Наставнику, – извольте сейчас же ответить на мой вопрос!

Старый маг съежился и нехотя произнес, не глядя на девушку.

– При прежнем Короле Эдрионге, прозванном народом Справедливым, лечение неимущих граждан Редонии осуществлялось за счет королевской казны. Королевская семья осуществляла патронаж над всеми больницами Королевства, а Королева Арилла каждую пятницу лично посещала на свой выбор тот или иной стационар, не гнушаясь поездками в дальние провинции. После гибели прежней Королевской фамилии в результате подлого заговора… вероломных магов, сокровища старой династии бесследно пропали. Считается, что незадолго перед смертью их спрятал обезумевший предатель Родбонг. С тех пор больше не нашлось желающих нести на себе это тяжкое бремя. – Лорд Тэрвис замолчал, и в карете повисла напряженная тишина, неожиданно прерванная голосом фрейлины.

– Позволю себе добавить, Ваше Высочество, – неожиданно официальным голосом, безукоризненно соблюдая этикет, заявила Графиня, – что прежняя королевская династия помимо врачевания полностью содержала и образование для неимущих. Когда-то во всей Редонии было невозможно найти ни одного неграмотного простолюдина. – Она поджала губы и закончила: – Осмелюсь также сообщить, что за все вышесказанное Лорда Тэрвиса и меня неминуемо ожидает эшафот, если об этом станет известно тайной полиции или Его Королевскому Величеству. – Она замолчала и вдруг, обернувшись к Наставнику, погрозила ему сухоньким кулачком, тихо забормотав: – Кто тебя за язык тянул, старый хрыч? Великий Олдис, да будет воля твоя на то, чтобы отсох язык у этого болтливого старика, совсем выжившего из ума…

Старый маг съежился еще сильнее, виновато косясь на тихо бушевавшую в своем углу фрейлину. Айлани откинулась на мягкую спинку ложа и погрузилась в мысли, глядя на плывущие мимо в окошке кареты звезды.

Ей всегда нравились звезды, с самого детства. Еще ребенком она любила притвориться спящей и, когда няньки и фрейлины выходили из опочивальни, тихонько отодвинуть тяжелые оконные портьеры, а после, став постарше, тайком выскочить на балкон. Там маленькая Принцесса ложилась на мягкий густой ковер, устилавший пол, и подолгу разглядывала звезды. Они были такие разные, словно люди. Очень большие, угловатые, причудливых форм, размером с горошину, средние, с вишневую косточку, и бесчисленное множество маленьких, словно какой-то далекий волшебный ветер разметал по черному полю серебряную пыльцу неизвестных прекрасных цветов. Она даже давала некоторым особо запоминающимся звездам свои имена…

Как просто все было в те детские годы. И как сложно все стало сейчас. Айлани тяжело вздохнула. Слишком много неожиданных подробностей выяснилось сегодня. Неприятных подробностей. Необходимо хорошо обдумать все увиденное и услышанное. Отцу предстоит сложный разговор. На этот раз ему не отвертеться одними лишь общими фразами. Но сначала надо хорошенько выспаться. Утро вечера мудренее, как говорится. И, пожалуй, сперва стоит навестить Дарнэля. Возможно, он сможет что-то добавить или посоветовать. Конечно, Дарнэт более старшего брата искушен в дворцовых интригах, но вот онто как раз ничем не станет помогать сестре, скорее наоборот, лишь все усложнит в своих бесконечных попытках с выгодой для себя использовать любое сомнительное известие.

Принцесса снова вздохнула. Последние пять лет королевский дворец напоминал ей осиное гнездо, только и ждущее, чтобы хоть кто-то сунул внутрь неприкрытую толстой одеждой руку. Братья-погодки не любили друг друга, постоянно ссорились и интриговали, и злые языки шептали по углам, что за смертью Короля неизбежно последует смерть одного из Принцев. Сыновья Геордина не смогут ужиться вдвоем в одном Королевстве…

Айлани поймала себя на мысли, что практически спит. Она встрепенулась, заставляя раскрыться слипающиеся глаза. Сначала в ванную, только потом в альков. Благо карета уже въезжала в распахнувшиеся ворота королевского дворца.

На следующий день Айлани проснулась поздно, разбуженная задорным лучиком полуденного солнца, который нахально лез сквозь веки, бесцеремонно прогоняя сон. Она открыла глаза и некоторое время просто нежилась в постели. Но вскоре в памяти всплыли события вчерашнего дня, и безмятежное настроение покинуло Принцессу. Она протянула руку к золотому колокольчику, стоявшему на ночном столике, и позвонила, вызывая фрейлин. Опочивальня тотчас наполнилась деловитой суетой, которую возглавляла вездесущая и неутомимая Лимми, успевавшая уследить за умыванием, укладыванием и облачением и при этом еще умудряясь разузнать настроение Ее Высочества относительно блюд, желаемых на завтрак.

Поздний завтрак Принцессы уже подходил к концу, как вдруг Айлани с удивлением почувствовала мощный всплеск магической силы где-то совсем рядом. Девушка встала из-за огромного роскошного стола, окруженного замершими словно изваяния официантами, и вышла из своих палат на центральную дворцовую лестницу. Магические возмущения мощнейшим потоком лились откуда-то сверху, с этажа Короля. Это более чем странно. Во всей Редонии не было мага подобной силы, который сумел бы вызвать такие потоки энергий. Заинтригованная Айлани отпустила фрейлин и поднялась в отцовские покои. Там было на удивление пусто, лишь замершие на своих местах гвардейцы-охранники да молчаливые слуги. Судя по всему, отец не планировал на сегодня никаких приемов. Принцесса прошла через огромные площади королевских палат и подошла к массивным дверям отцовского кабинета. Магический источник ощущался где-то за ними. Девушка сделала еще шаг, и личные телохранители Короля Геордина преградили ей дорогу.

– Я очень сожалею, Ваше Высочество! – вежливо доложил начальник охраны. – Но мы не можем Вас впустить. Приказ Короля.

Принцесса опешила.

– Мне необходимо видеть Его Величество по срочному делу государственной важности! – заявила она удивленно. Впервые в жизни ее не пускали к отцу.

Телохранитель покачал головой.

– Это невозможно, Ваше Высочество. – Он виновато пожал плечами. – Его Величество дал четкий приказ никого не впускать. Даже Вас. И особенно Принцев. Никого.

Сказать, что слова гвардейца сильно удивили Айлани, было бы явным преуменьшением. Она секунду помедлила и спросила:

– Кто на приеме у Его Величества?

Последовавший ответ телохранителя поразил ее еще сильнее предыдущего.

– Никого. – Гвардеец явно был удивлен вопросом. – Король с самого утра не желает никого видеть. У него прескверное настроение.

Загадок становилось все больше. Если к отцу никто не входил через двери, значит… Значит, кто-то пришел через старый, никогда не запускаемый портал, установленный в его кабинете. Но для активации портала нужен минимум Лазурный ранг магии, подобных магов в Редонии нет вот уже тридцать лет. А Белому Магу волшебство порталов недоступно. Единственно возможный ответ в этой ситуации – портал открыли извне. Кто-то пришел к отцу, кто-то, кого он ожидал с самого утра. Принцесса вернулась к себе и вызвала Наставника. Тот явился очень скоро, в его глазах читалось беспокойство. Айлани жестом велела слугам пойти вон.

– Вы тоже чувствуете сильные возмущения, Наставник? – спросила Тэрвиса девушка, когда они остались наедине.

– Был открыт очень мощный портал. Очень мощный. – Старый маг нахмурился. – Его сила настолько велика, что даже самый слабый из магов красного ранга, находящихся в Арзанне, почувствовал его. – Тэрвис замялся. – Последний раз такой портал открывался в покоях Его Королевского Величества десять лет назад.

– Кто приходит к отцу таким способом? – спросила Айлани. Старик явно что-то не договаривал. – Ну же, Наставник, выкладывайте. Я что, должна выпытывать у вас ответ на каждый свой вопрос?!

– Не знаю, Ваше Высочество. И никто не знает, – нахмурился маг. – Только это недобрый знак. И в прошлый раз, и в позапрошлый, за десять лет до прошлого, после таких визитов Король был вне себя, подозревая предателя почти в каждом. Тайная полиция становилась особо жестока, выжигая слухи и кривотолки, а на Королевство обрушивалась очередная немилость Богов. – Он помолчал немного, словно обдумывая, стоит ли говорить дальше, и продолжил: – В первый раз в провинциях вспыхнула эпидемия амебной дизентерии, унесшая почти два миллиона жизней, во второй произошло восстание черни под руководством Лже-Эдрионга, самозванца, выдававшего себя за чудесным образом спасшегося от смерти сына Короля Эдрионга. Вы были еще очень юны, Ваше Высочество, и вряд ли Вам известны подробности, но тогда многие представители провинциального дворянства поддержали восстание, и подавить его удалось только с помощью…эээ… наших союзников.

– К’Зирды?! – Глаза Айлани расширились от изумления. – Отец отдал земли Редонии на разорение к’Зирдам? Не может быть!

Старик покачал головой:

– Три града были полностью разрушены, два из них так и не возродились из пепла. Более трехсот тысяч граждан Редонии убили и угнали в рабство, но это был единственный способ остановить гражданскую войну.

– Это чудовищно… – выдохнула Принцесса. – Но придворные гувернеры учили, что восставших кровожадных убийц усмиряли отряды наемников!

– Так и есть, – согласился Тэрвис. – Редония заплатила к’Зирдскому хану немалую меру золота, чтобы войска песочников не забыли остановиться и повернуть назад после подавления восстания.

– Все это ужасно! – Принцесса сдавила пальцами виски, чувствуя, как сильно бьет в голову кровь. – И я ничего не знала обо всем этом… До вчерашнего дня я считала, что родилась Принцессой самого счастливого на Парне Королевства! А сейчас мне страшно, Лорд Тэрвис…

– Сейчас страшно всей Арзанне, Ваше Высочество, – ответил Наставник. – По столице уже поползли слухи, люди готовятся к беде. Лавочники еще пока не подняли цены на продукты, но стоит произойти чему-нибудь, как они взлетят до небес, появятся очереди, упадет торговля, суеверные Вакри перестанут возить наши грузы. – Маг прошептал несложное заклинание, и сердцебиение у Принцессы пришло в норму. – Вам необходимо сохранять спокойствие и демонстрировать подданным уверенность в себе. Это пойдет на пользу всем.

Айлани тряхнула головой, чуть не рассыпав копну волос, старательно уложенную в прическу в виде диадемы, скрепленную бриллиантовыми заколками эксклюзивной работы. Известнейший на весь Эфрикк ювелир из Сабии выполнял этот заказ ко дню восемнадцатилетия Принцессы. Подобных украшений не существовало во всем мире, что лишний раз подчеркивало уникальность шедевра знаменитого мастера и вызвало завистливые взгляды и печальные вздохи придворных дам.

– Вы правы, Наставник. И я планирую не только демонстрировать. На этот раз я не останусь в стороне от событий. Идемте. Мы едем к Наследному Принцу. Мне есть о чем с ним поговорить. После него настанет черед отца отвечать на вопросы. У меня есть стойкое ощущение, что что-то вскоре произойдет. Я чувствую вибрацию очень странных потоков магической энергии. В них присутствует нечто, чего я никогда ранее не ощущала. Нечто… – Она запнулась, пытаясь подобрать нужное определение. – Нечто неживое!

При этих словах старый маг вздрогнул, будто кто-то невидимый неожиданно нанес ему удар плетью.


Наследный Принц Редонии герцог Дарнэль жил на территории Королевского Дворца, поэтому сам процесс поездки к брату был действом больше символическим, нежели реальным. В детстве Айлани любила ходить к нему пешком по тенистой аллее дворцового парка, утопающей в ярко-зеленой листве тропических деревьев и кустарников, источающих душистые ароматы приморской растительности. Свежий ветер приносил прохладу с ласкового теплого моря, и под густыми кронами вечно цветущих деревьев всегда можно было спрятаться и от полуденного зноя, и от назойливых нянек и гувернанток, вызывая тем самым среди них немалый переполох.

Дворец Наследника являлся сателлитом Королевского, испокон веков Наследник Престола жил в нем согласно традиции. Изначально его отдельный вход использовался редко, лишь для официальных церемоний и праздничных мероприятий, ибо все прочие перемещения было гораздо проще осуществлять по внутренним переходам. Однако лет пятнадцать назад холодность в отношениях принцев с отцом и друг с другом стала настолько явной, что Король распорядился замуровать все внутренние переходы. Младший из принцев, герцог Дарнэт, с тех пор жил в родовом замке Геордина в центре Арзанны, его неприязнь к Дарнэлю с каждым годом все возрастала.

И теперь, чтобы попасть к Дарнэлю, Айлани приходилось пользоваться каретой, так как этикет не позволял Принцессе идти пешком по улице подобно простолюдинке. Это вызывало постоянное недовольство Айлани, ведь пока закладывали и подавали карету, можно было успеть дойти до старшего брата дважды.

Наконец карету подали, и Принцесса отправилась во Дворец Наследника. Немного поразмыслив, она решила не брать с собой Наставника и фрейлин, дабы не привлекать ненужного внимания к своему визиту излишне многочисленной свитой. Смотреть из окна кареты на тянущийся вокруг живой туннель было совсем не так интересно, как разглядывать его когда-то в детстве, идя пешком под зелеными сводами, и Айлани задумалась, выстраивая в уме ход предстоящей беседы. Что известно Дарнэлю о происходящем? И что он захочет ей рассказать? Она подозревала, что перед ней раскрылись далеко не все мрачные тайны королевства, но выяснять все это предстояло очень осторожно и аккуратно. Не хватало еще, чтобы Наследный Принц заподозрил какой-нибудь заговор или интригу, плетущуюся вокруг него, и начал вести себя подобно Дарнэту, подозревающему в подлых и враждебных намерениях даже собственную тень. С младшим Принцем общаться было решительно невозможно, он ненавидел всех подряд, в том числе и сестру, хотя она до сегодняшнего дня вообще не интересовалась ничем, кроме медицины.

Резкий сигнал горна встречной кареты, требующей дороги, отвлек Айлани от размышлений, и она взглянула в окно. А вот и Дарнэт, легок на помине. Принцесса с удивлением смотрела на проезжающую мимо карету Младшего Принца. Окна его экипажа, как всегда, плотно занавешены, от оконного проема слабо веяло защитной магией. Как это он заставил себя выбраться к брату и не лопнул от злобы при этом? Неужели он заранее знал о том, что откроется неизвестный портал, или это совпадение? Может, он просто проезжал мимо, в его свите есть пара магов низших рангов, они могли почувствовать… Но тогда Принц должен был попытаться сперва нанести визит отцу, а уж только потом брату, которого он так сильно ненавидит… Или он уже знал, что Король никого не принимает? Но откуда? Принцесса нахмурилась. Вопросов становилось все больше.

Айлани покинула карету, и вокруг нее моментально забегали всевозможные камердинеры, распорядители и слуги. Принцесса изъявила желание немедленно увидеть Наследного Принца и решительно направилась в покои Наследника. Вопреки ее опасениям, Дарнэль не стал уклоняться от встречи, и спустя десять минут она уже входила в его личный кабинет. Это было хорошим знаком. Принимая сестру в кабинете, а не в зале для официальных приемов, Наследный Принц демонстрировал свое доброе расположение и намерение провести беседу в доверительной атмосфере. Айлани мысленно обрадовалась. Хоть кто-то в этом дворце еще не сошел с ума от паранойи.

Наследный Принц стоял у огромного, в два человеческих роста, стрельчатого окна, скрестив руки на груди, и задумчиво смотрел куда-то вдаль, словно где-то там, очень далеко, должны были вот-вот появиться ответы на какие-то очень интересующие его вопросы.

– Что за печаль омрачает чело моей любимой сестренки? – Дарнэль обернулся и весело улыбнулся сестре. – Неужели отец отказался принимать прописанную тобою микстуру? – Наследный Принц был бы сама беззаботность и жизнерадостность, если бы не тревожный взгляд настороженных глаз.

Айлани осталась серьезной. Она окинула взглядом кабинет, выбирая для долгого разговора место поудобнее, и опустилась в роскошное кресло, отделанное редчайшей кожей с нежного брюха щиторога и инкрустированное золотом.

– Почему именно отец? – Она слегка прищурилась. – С чего ты взял, что разговор пойдет о нем? Или Дарнэт тоже приезжал по поводу отца? Я видела его карету по пути сюда. Он чуть не врезался в меня. Что его так сильно взволновало? Он был еще злее, чем обычно.

Наследный Принц поморщился.

– Дарнэт последнее время ведет себя более чем странно, ты же знаешь. – Он посмотрел на свою ладонь и несколько раз сжал руку в кулак, потом размял кисть, словно у него затекли пальцы. – Сегодня он и вовсе превзошел самого себя. – Дарнэль нахмурился какой-то своей мысли и посмотрел на Принцессу: – Но мне казалось, что речь пойдет не о нем, ведь так, сестренка?

– Не только, – уклончиво ответила Принцесса. – Но вполне вероятно, что и о нем тоже. – Она бросила взгляд на замерших подле двери слуг. – Нам надо серьезно поговорить, Дарнэль. Наедине, – многозначительно добавила она.

Наследный Принц перестал улыбаться.

– Хорошо. – Он повернулся к слугам и произнес: – Оставьте нас! – Слуги поклонились и торопливо направились к дверям.

В этот момент Дарнэль неожиданно захрипел и рухнул на пол без сознания. Слуги бросились к нему.

– Дарнэль! Что с тобой? – Айлани первая оказалась у бессознательного тела Наследника Престола.

– Наследный Принц не дышит! – в ужасе произнес кто-то. – Лекаря! Скорее зовите лекаря!

– Уложите его на диван! – распорядилась Принцесса. – Немедленно!

Слуги, суетясь и мешая друг другу, уложили Принца на огромный диван и растерянно мялись возле.

– Все вон! – Айлани выпрямилась и принялась развязывать висевший на поясе мешочек с магическим порошком. Слуги неуверенно переглядывались между собой. – Я сказала вон! – рявкнула Принцесса, и челядь поспешно засеменила к выходу.

Айлани вызвала Око Целителя. Да, события развиваются все быстрее, и она вынуждена признать, что не поспевает следовать за ними. Дарнэль был поражен сильнейшим ядом и почти уже мертв. Жить ему оставалось не более четверти минуты. Яд вызвал обширные судороги мышц, легкие свело, сердце уже остановилось, мозг терял последние остатки кислорода. Возиться с созданием пентаграммы Силы не было времени. Придется без нее, впрочем, сил у Белого Мага даже так хватит не на один десяток пациентов. Она выпрямила руки над телом Принца и начала плести заклинание.

Яд оказался непрост, ничего подобного Айлани ранее не встречалось. Вернуть Дарнэля к жизни удалось быстро, но вот избавиться от последствий воздействия неизвестного яда получилось не сразу. Вещество серьезно ингибировало действие Жизненной Силы и практически не реагировало на Исцеление. Пришлось после Детоксикации сразу же сплести Великое Исцеление, что заняло изрядное количество времени. Принц пришел в себя только через час, к тому моменту Айлани уже закончила лечение, и вокруг Дарнэля хлопотали придворные лекари, проводящие общеукрепляющие процедуры. Неподалеку от них стоял хмурый начальник личной охраны Принца и с подозрением следил за каждым движением целителей. Вооруженные до зубов телохранители, появившиеся откуда ни возьмись в огромном количестве, не ограничились лишь тем, что замерли по обе стороны дверей кабинета. Молчаливые воины блокировали все коридоры, входы и выходы, и никто не мог ни войти, ни выйти из дворца. Начальник охраны подозревал всех, кроме, разве что, Принцессы, и срочно вызванные следователи из Тайной Полиции уже приступили к расследованию по горячим следам. К тому моменту, когда Принц открыл глаза, они как раз закончили составление списков тех, кто имел возможность подсыпать отраву Наследнику Престола.

– Как ты себя чувствуешь? – Айлани взяла брата за руку и проверила пульс.

Наследный Принц слабо улыбнулся.

– Голова немного кружится, и тело словно из ваты. – Дарнэль был еще слаб, и голос его звучал тихо и нетвердо. – А в остальном я в порядке. – Он ласково посмотрел на Принцессу. – Моя маленькая сестренка спасла меня, ведь так? – Наследный Принц с трудом окинул взглядом кабинет, набитый суетящимися лекарями, и обессиленно откинулся на подушки. – Великие Боги послали тебя, не иначе. Это просто чудо, что ты оказалась здесь так вовремя…

В этот момент рядом выросла затянутая в кольчугу фигура начальника личной охраны.

– Ваше Высочество, клянусь, к вечеру Вы получите головы заговорщиков. Мы полностью блокировали дворец, следователи уже допрашивают поваров и официантов, задержаны все камердинеры и слуги. Никто не сможет вырваться из сужающейся петли, скоро последует неминуемая расплата…

Наследный Принц сделал слабый жест, останавливая телохранителя.

– Не стоит, граф. – Он поморщился. – Отпустите людей и остановите расследование.

Начальник охраны в недоумении перевел взгляд с Принца на Принцессу.

– Но, Ваше Высочество… – осторожно запротестовал он. – Ведь заговорщики могут в любой момент повторить это подлое нападение…

– Прекратить. Вы поняли меня, граф? – Дарнэль устало закрыл глаза. – Выполняйте.

Айлани встала на сторону телохранителя.

– Дарнэль, я, конечно, всегда была против репрессий и казней, но этих заговорщиков необходимо изобличить! – Она наклонилась поближе к брату и сказала вполголоса: – Яд, которым тебя отравили, был не похож ни на один, мне известный. Это очень сильное вещество, сопротивляющееся магии исцеления. Мне пришлось серьезно поработать с твоим отравлением, и вряд ли кто-то еще смог бы справиться. Нельзя оставлять такой яд в руках злодеев! Их обязательно нужно отыскать!

Наследный Принц отрицательно покачал головой.

– Нет. Никого искать не надо. Олдис Покровитель захотел, чтобы я остался жив, и ты оказалась здесь в нужный момент. И хватит об этом. – Он тяжело вздохнул и открыл глаза. – Граф, все предпринятые вами действия прекратить немедленно. – Наследный Принц приподнялся на подушках и повысил голос: – Все! Оставьте нас!

Люди замерли, услышав повеление Принца, и в кабинете на миг воцарилась тишина.

– Нам с Принцессой необходимо уединиться. Все вон! – Дарнэль посмотрел на начальника личной охраны. – Граф, проследите, чтобы ни одно слово не покинуло пределов этого кабинета. После того как Ее Высочество Принцесса изволит отбыть домой, зайдите ко мне. У меня есть к вам разговор. А сейчас выполняйте!

Телохранитель выпрямился и отсалютовал своему хозяину, после чего обернулся к присутствующим в кабинете людям и окинул их тяжелым недобрым взглядом, не предвещавшим ничего хорошего. Кабинет Принца мгновенно опустел. Начальник охраны вышел последним и плотно запер за собой массивные двери высотой в три человеческих роста. Айлани перевела взгляд на Дарнэля.

– Теперь ты объяснишь мне смысл своего столь странного поведения? – Принцесса присела рядом с братом на краешек дивана. – Надеюсь, ты не думаешь, что я поверю в этот внезапный всплеск набожности?

Наследный Принц зло поморщился.

– Это Дарнэт, сестрица. – Глаза Айлани расширились. – Он заехал под предлогом обсудить внезапное открытие портала, которое уже взбудоражило всю Арзанну. Якобы как раз проезжал мимо, когда маг из его свиты почувствовал небывалый всплеск возмущения потоков магических энергий. – Дарнэль скривился. – Надо же, какое совпадение! – Принц перевел дух, силы возвращались к нему медленно, и долгая речь все еще давалась с трудом. – Заодно мой любимый братец похвастался своим новым ажурным перстнем, будто бы работы гномов, который он получил в дар от некоего вакрийского купца. Перстень был и вправду хорош. Тончайшая работа, весь словно сплетен из золотых нитей толщиной в человеческий волос. Об одну из них я и укололся, когда он пожимал мне руку. Думал, случайность… – Наследный Принц поднес к глазам правую ладонь. – Даже следа не осталось. После ухода Дарнэта рука начала немного неметь, но, признаться, я не придал этому значения. Никак не ожидал, что братец решится избавиться от меня лично. – Он немного помолчал. – Так что Великий Олдис и вправду послал тебя ко мне именно в эту минуту, сестренка.

Дарнэль закрыл глаза. Айлани потрясенно смотрела на него, с трудом веря услышанному. Это чудовищно, немыслимо, это просто невозможно! Брат пытается убить брата, да что вообще происходит в Редонии?! Она встала с дивана и решительно направилась к дверям.

– Если ты собираешься выразить Дарнэту свое возмущение, то только зря потратишь время, – сказал ей вслед Принц. – Лучше сделай вид, что ничего не произошло, иначе станешь его заклятым врагом. – Дарнэль слабо хихикнул. – Он и так не обрадуется твоему неожиданному появлению у меня, смешавшему ему планы.

– Я иду к отцу! – заявила Айлани обернувшись. – Я потребую, чтобы он прекратил все это! – Глаза Принцессы гневно сверкнули. – В Королевстве упадок, подданные живут в бесконечном ужасе и унизительной бедности, сын Короля пытается убить родного брата, от меня скрывают правду чуть ли не обо всем на свете! Я этого так не оставлю!

Дарнэль усмехнулся, не открывая глаз.

– Ты ничего не изменишь, сестренка. Все гораздо, гораздо сложнее, чем ты думаешь. – Он на мгновение замолчал и продолжил уже другим, тихим и грустным тоном: – Отец ничего не сделает. Он не в силах. Если бы он мог, то давно уже изменил все. Но Боги прокляли его… – Наследный Принц открыл глаза и снова поднес к ним ладонь. – А Дарнэт… Дарнэт перешел последнюю черту. Я не останусь в долгу. Будь осторожнее, сестренка, не попади между жерновов. Хорошо подумай, надо ли тебе покидать страну розовых иллюзий, в которой тебе было так хорошо все эти годы. – Он умолк.

Принцесса упрямо тряхнула головой, отчего бриллиантовые заколки чуть не вылетели из прически.

– Ну уж нет! Сидеть сложа руки и смотреть, как вы тут убиваете друг друга, а заодно и Королевство, я точно не буду! Отцу придется объясниться, и я отправляюсь к нему немедленно!

Айлани энергичным шагом покинула кабинет Наследного Принца. Безнадежной гримасы, исказившей печальное лицо Дарнэля, она уже не видела.


Пока карета несла ее назад во дворец, Принцесса обдумывала предстоящую беседу с отцом. Первым делом Король попытается просто отмахнуться от ее вопросов и перевести разговор на другие темы. Айлани очень хотелось избежать такого поворота, и она пыталась прикинуть, насколько жесткую позицию стоит занять, чтобы не перегнуть палку. Отец с самого утра был не в духе, это, без сомнения, следствие ожидания таинственного посетителя, пришедшего через зловещий портал. Но после всего, что произошло у нее на глазах за последние два дня, Принцесса твердо решила получить ответы на все возникшие вопросы. Она готова просидеть под дверьми до ночи, пока Король не позволит дочери посетить его.

Однако ждать не пришлось. У огромного дворцового крыльца карету Принцессы уже ожидал начальник личной охраны Короля Граф Вэллад. Вид его был мрачен. На некотором удалении от него стоял Лорд Наставник, ни слуг, ни фрейлин, ни других телохранителей вокруг не было. Принцесса, не дожидаясь полной остановки кареты, сама открыла дверцу.

– Что случилось, Граф? – Айлани легко спрыгнула на землю, и белоснежные кружева пышного шелкового платья плюхнулись на пыльные каменные плиты крыльца.

Начальник охраны хмуро посмотрел ей в глаза.

– Ваше Высочество, я вынужден просить Вас о содействии. – Он нахмурился еще сильнее. – Его Величество Король Геордин до сих пор не покинул своего кабинета. Мы не можем нарушить королевский приказ и войти туда. Но я очень беспокоюсь за Его Величество. Наши сигнальные амулеты перестали действовать незадолго до Вашего появления у дверей королевского кабинета. – Телохранитель показал ей небольшой амулет, встроенный в наручи доспехов. Кристальная пластинка размером с лошадиный глаз должна была менять свой цвет в зависимости от состояния здоровья подопечного. В данный момент амулет не показывал никаких цветов. – И до сих пор не функционируют.

– И какую помощь вы хотите получить от меня, Граф? – поинтересовалась Принцесса. – Вы же знаете, что никакая магия, отличная от исцеляющей, мне не доступна. В вашем распоряжении есть несколько магов. В конце концов, вы могли бы попросить Лорда Тэрвиса просканировать кабинет! – Она недовольно прищурилась. – Сигнальные амулеты не действуют уже несколько часов, а вы только сейчас решили проявить беспокойство!

– С Вашего позволения, Ваше Высочество, – вступился за начальника охраны Тэрвис, – мы с Графом уже перепробовали все доступные нам способы. – Старый Наставник подошел поближе. – Внутри кабинета установлена сильнейшая магическая Завеса Непроницаемости, проникнуть через которую наших сил недостаточно.

– Его Королевское Величество заранее приказал не тревожить его, несмотря на любые странности или события, – мрачно добавил телохранитель. – Он так и приказал: «Ни при каких обстоятельствах».

Айлани покачала головой.

– Но что же я могу сделать в этой ситуации, Граф?

Начальник охраны поднял голову и посмотрел в небо.

– Ну… мы же не посмеем применить силу к Принцессе! – Он старательно разглядывал легкие штрихи перистых облаков, застывшие высоко в нежной лазури неба. – Если вдруг Принцесса проигнорирует наши требования и войдет в кабинет Короля сама, то мы ничего не сможем с этим поделать.

Айлани слегка прищурилась. Предложение телохранителя было как нельзя кстати.

Стоящие на страже у огромных дверей королевского кабинета охранники при приближении Принцессы не проявили к ней никакого интереса, и Айлани, аккуратно прошмыгнув меж закованных в латы фигур, толкнула массивные двери. В первое мгновение ей показалось, что отец заперся изнутри, но потом она почувствовала, как массивная дверь медленно открывается, поддаваясь ее усилиям. Тщательно смазанные петли не издавали ни звука. Принцесса подумала, что ей ни разу в жизни не приходилось открывать эту дверь самой. Надо же, какая она оказалась тяжелая. Видимо, под резной обшивкой из дорогих сортов дерева скрывались стальные плиты. Она вздохнула. Судя по тому, что ей удалось узнать за прошедшие сутки, отцу было чего бояться, недостатка в недругах он не испытывал и любовью своих подданных не пользовался. Айлани не стала открывать тяжелую створку настежь и проскользнула внутрь, едва только дверная щель стала достаточно широка. Завесу Непроницаемости она почувствовала, лишь только перешагнув порог помещения. Принцесса упрямо сжала губы и решительно шагнула сквозь мутную непрозрачную стену, подобно дрожащему мареву, висящему в воздухе. Ее взору открылся отцовский кабинет, и Айлани замерла как вкопанная от неожиданности.

Магический портал светился мертвенно-бледным свечением. В своем любимом кресле, почему-то развернутом широкой спинкой к окну, сидел Король. Его лицо было бледно, руки бессильно лежали на массивных подлокотниках, словно плети, на лбу проступили крупные капли пота. Отец пытался сохранить невозмутимое выражение лица, но добиться этого ему полностью не удавалось, и глаза Короля со страхом глядели на собеседника. Прямо перед ним стоял человек, наглухо закутанный в черную мантию некроманта. Зловещая фигура в глубоко надвинутом на глаза капюшоне, подрагивала, отчего по складкам ткани бежала легкая рябь.

– Ттты меня не таккк пппонял, кккороль, – свистящим голосом шипел некромант. – Эттто не пппредложение, я не сссобираюсссь ннничего обсссуждаттть. Таккк будеттт. Я лишшшь поссставил тттебя в изззвестносссть.

Король Геордин слабо дернулся в протестующем жесте.

– Но, Кён’Л’Жейсн! Ты же обещал! У нас договор! – Глаза отца расширились, словно от боли.

Некромант едва слышно засмеялся отвратительным кряхтящим смехом.

– Усссловия дддоговора изззменилисссь. Тебе лучшшше побыссстрее усссвоить эттто. Иначе я быссстро найду тттебе зззамену. Напппример, твой младшшший нассследниккк прекрасссно подойдеттт, – донеслось из-под черного капюшона.

Король вздрогнул и сжался, словно он всем телом прислонился к прохладной стене, но та неожиданно оказалась горячей, словно раскаленная печь.

– Дарнэт?! – против воли вырвалось у отца.

Некромант согласно кивнул. Слегка подрагивающий капюшон качнулся вниз-вверх словно небольшими рывками, отчего закутанная в черное фигура стала производить еще более жуткое впечатление. Айлани почувствовала, как в груди предательским холодом растекается страх.

– Он, кссстати, не пппротиввв, – уведомил Короля некромант. – Воттт тттолько боюсссь, чттто у тттебя ссстало нессскольккко меньшшше нассследниккков, – добавил человек в черном, явно веселясь. Похоже, реакция Геордина его забавляла.

Отец похолодел.

– Что ты сделал с Дарнэлем, Кён’Л’Жейсн?! – вскинулся Король. Он хотел было добавить что-то еще, но не стал. То ли не смог, то ли что-то его удержало, и Геордин безвольно обмяк в своем кресле. Айлани никогда не видела отца столь жалким.

– Я? – удивился некромант. – Ннничего. Ммменя эттто не касссаетссся. – Он едва пожал плечами. – Мне всссе равннно, кккакая марионетттка будеттт сидеттть на тттроне. – Черный плащ беззвучно задрожал в такт короткому и тихо кашляющему смеху. – Мне пппора, кккороль. Ввважные дддела ждуттт.

Некромант сделал пару шагов к светящемуся порталу и оглянулся на Принцессу. Мгновение он изучал ее. Айлани усилием воли заглушила в себе страх и гордо взглянула в лицо жуткому существу, однако под глубоким капюшоном различить что-либо было невозможно.

– Дддумай быссстрее, кккороль, – посоветовал некромант, не поворачивая головы к Геордину. – На будущщщее сссоветую тттебе пппрочнее зззакрываттть дддвери. – Фигура в черной мантии развернулась к порталу и дрожащей походкой скрылась в холодном свечении.

Портал мгновенно погас. Айлани бросилась к отцу.

– Папа! Что с тобой? – Она схватила его за руку. – Ты холоден, словно лед! – Глаза Геордина были мутны, дыхание прерывисто.

– Кён’Л’Жейсн… – натужно выдохнул Король. – Он… зачаровал меня… коснулся каким-то… магическим предметом… всегда… так… я не в силах ему перечить…

Айлани уже вызвала Око Целителя. Зловещую магию она нашла сразу. Кровь отца была во власти заклятия некроманта, подчиняя себе работу мозга. Принцесса почувствовала знакомый оттенок магической энергии, впившейся в синапсы Короля. Яд, который чуть не убил Принца Дарнэля, и поработившее отца заклятье имели одну природу, мертвенно-холодную, лишенную даже малой тени жизни. Однако в отличие от яда, поразившего старшего брата, это заклятье было хоть и сильным, но не смертельным. Некромант не желал убивать отца, он лишь подчинил себе его волю. Принцесса зашептала заклинание и потянулась к мешочку с магическим порошком. Она сплела Детоксикацию и плавным жестом развеяла в воздухе небольшую горсть порошка, усиливая эффект. Измельченный до состояния пудры порошок высочайшего качества на мгновение застыл в воздухе легкой туманной взвесью и исчез в мягкой вспышке белого магического света.

– Папа, ты меня слышишь? – Айлани осторожно положила ладонь на покрытый каплями болезненного пота лоб Геордина. – Потерпи немного, сейчас тебе станет легче! – Она зашептала, произнося заклятье Лечения, и ее руки засветились белым свечением.

Двери в королевский кабинет распахнулись настежь, и в помещение вбежал граф Вэллад в сопровождении десятка отцовских телохранителей и личного королевского лекаря.

– Ваше Высочество, что с Королем? – Склонившийся над Королем Вэллад тут же замолчал, заметив, что Принцесса плетет заклинание.

Он отошел в сторону и сделал короткий жест. Повинуясь его безмолвному приказу, телохранители быстро заперли двери в кабинет, встав на стражу внутри и снаружи. Королевский доктор, Оранжевый волшебник высшей ступени, молча замер рядом с Айлани, понимая, что лучшее, что он может сейчас предпринять для лечения Короля, – это не вертеться под ногами у Белого Мага. В кабинете воцарилась тишина, прерываемая лишь тихим шепотом Принцессы и шипением магического порошка, исчезающего в белых вспышках.

Айлани закончила лечение спустя полчаса. Магия некромантов была исключительно сильна и вдобавок весьма въедлива. Старческий организм Короля настолько ослаб от ее воздействия, что Геордин не мог даже шевелить языком. Было ясно, что получить хоть какие-то объяснения сейчас не удастся.

– Лорд Мэдирт, – обратилась Принцесса к королевскому лекарю, – Его Величеству более ничто не угрожает, однако он очень слаб и нуждается в отдыхе, и в первую очередь в спокойном и глубоком сне. Позаботьтесь об этом.

– Слушаюсь, Ваше Высочество, – склонил голову маг.

– А вы, Лорд Вэллад, – она посмотрела на начальника охраны, – проследите, чтобы никто не прерывал королевский отдых.

– Будет исполнено, Ваше Высочество! – отчеканил главный телохранитель и кивнул своим людям.

Телохранители бережно вытащили обмякшего Геордина из кресла и понесли к выходу из кабинета.

– Ваше Высочество, могу я узнать, что произошло с Королем? – спросил лекарь. – Какую терапию применять в дальнейшем? – При этих словах Лорд Вэллад остановился и посмотрел на Принцессу.

– Не сейчас, Лорд Мэдирт, – ответила Айлани и слегка кивнула телохранителю. Тот, привычно почувствовав очередную дворцовую тайну, кивнул в ответ. – Будет лучше, если все здесь произошедшее останется в этих стенах. Кто бы что ни видел, слышал или догадался, пусть оставит это при себе. Вы, как личный лекарь Его Величества, объявите, что у Короля недомогание, вызванное затяжным переутомлением от государственных дел. Посему он пребывает в отдохновении и никого не принимает.

– Как пожелаете, Ваше Высочество, – маг понимающе качнул головой. – Будут ли указания по дальнейшему лечению?

– Теперь Его Величество здоров и не подвержен никакому недугу, – ответила Айлани, – но преклонные годы берут свое, и укрепляющее зелье будет весьма кстати. Пусть Король выпьет его, как проснется.

– Все будет исполнено в точности, я сам смешаю зелье! – Волшебник отвесил церемониальный поклон. – Теперь, с Вашего позволения, я вернусь к Его Величеству. – Он спешно покинул королевский кабинет.

Айлани вышла из отцовского кабинета в глубокой задумчивости. Сейчас, когда напряжение от лечения спало, ее вновь охватил страх. Она вспомнила то немногое, что смогла услышать из разговора отца с некромантом. Неужели Геордин заключил договор с этими исчадиями зла? Но это же невозможно! Никто в трезвом уме не станет связываться с детьми Некроса, вечно жаждущими плоти и крови! Отец бы никогда не стал этого делать!

Однако то, что она услышала, свидетельствовало об обратном. Внезапно ей вспомнились слова Дарнэля, когда брат сказал, что Боги прокляли отца. Неужели Дарнэль знал обо всем? И Дарнэт тоже? Более того, тот жуткий яд, которым он хотел отравить своего старшего брата, Дарнэт мог взять только у некроманта! Значит, у него тоже есть какой-то договор с некромосом?! Вот что имел в виду некромант, когда говорил о марионетке на троне!

Королевская семья с ног до головы запятнана общением с гниющими детьми Некроса! Эта мысль не укладывалась в ее голове, несмотря на очевидные факты. Айлани чувствовала себя подавленной и разбитой, будто это ее кровь, а не отца только что очищали от жуткой магии мертвых. Слишком много всего навалилось на нее за два дня.

У дверей кабинета ее ждал Наставник Тэрвис. Увидев Принцессу, он шагнул было к ней, но девушка жестом остановила его:

– Я хочу побыть одна, Наставник. Через два часа велите подать карету, я хочу еще раз навестить Наследного Принца. Но до того момента мне надо многое обдумать. – С этими словами она прошла мимо.

Старый Лорд Наставник не стал возражать. Он лишь молча кивнул и остался стоять на своем месте, провожая Айлани взглядом. Принцессе сейчас приходится нелегко, но тут ей никто помочь не в силах. Если в яркий день резко срываешь с себя розовые очки, то солнце, бывшее еще мгновение назад нежным и ласковым, безжалостно бьет тебя по глазам обжигающим болью светом.