Вы здесь

Радомир. Путешествие в Семиречье. Глава 8. Сокол (А. В. Карючин, 2015)

Глава 8. Сокол

Собирался Месяц скорешенько,

снаряжал небесную лодочку —

нос-корма у нее позолочены,

рытым бархатом обколочены.

А борта жемчугами иссечены

и увиты златом и серебром.

«Песни Птицы Гамаюн», Клубок шестой

Время в Китеже летело быстро. Каждое утро и вечер друзья ходили на веду с мудрым старцем Родословом. Днём же все вместе трудились в цветущем саду Радомира, купались в озере или проводили время на Укромной Полянке, где вовсю кипела работа над лодкой.

Под мудрым началом Твастара, друзья покрыли деревянный остов Сокола особым раствором, который придал ему прочность; затем вставили лавочки-сидушки и принялись работать над вёслами.

Радомиру всё было очень интересно, и он засыпал Твастара многочисленными вопросами. Мастер же был очень рад поведать Радомиру знания, которые из поколения в поколение передавались в его роду.

«Любая мелочь свой толк имеет! – любил повторять Твастар. – Во всём есть свой особливый смысл!»

– А почему мы для остова лодки именно кедр взяли? – как-то спросил Радомир, осторожно обводя края бортов васильковой краской.

– Потому что кедр лёгкостью обладает и мягкостью. Его обрабатывать легче, – ответил Твастар, что-то вытачивая на носу Сокола.

– А разве это хорошо, когда корпус мягкий? – удивился Радомир.

– Для того мы его зазнамо раствором защитным покрыли, он как раз кедру крепости придаёт.

– А лавочки почему же тогда из дуба?

– Сидушки должны тяжелее быти, чтобы Сокол устойчивостью обладал.

– Сколько ты, Твасти, кушаешь, тебя и вправду только дуб выдержать сможет! – засмеялась Всеслава. – А не боишься о дубовую твёрдость свою мягкость отшибить?

– Не боюсь! – улыбнулся Твастар. – Тем боле, что мы наши лавочки-сидушки нонче ватолой обвернём.

– А что это за «ватола» такая? – спросил Радомир.

– То такая мягкая ткань из толстой пряжи. Из неё особливо ладно одеяла и подстилки выходят, – ответил мастер, вытаскивая из мешка бережно смотанную верёвку.

– А это ещё зачем? – воскликнула Всеслава, подбежав к мастеру и схватившись за верёвку рукой.

– То суть кудельные нити, – нахмурившись, ответил Твастар, забирая верёвку у любопытной девочки.

– А чего они пахнут так странно? – нюхая свою руку, поморщилась Всеслава.

– И ничтоже странного тут нет! Я их, перед тем как в верёвку сплетать, цельных два дня в отваре из дубовой коры вымачивал, понеже прочность и стойкость повысить.

– А зачем она нам? – спросил Радомир.

– Это обвязка, что вдоль борта пойдёт. У неё много предназначений, вот, например, если Славка за бортом окажется, чтобы ей было за что ручонками ухватиться.

– А чего это я за бортом окажусь? – насторожилась Всеслава.

– А мы будем тобою глубину измеряти!

– Да ну тебя, пустобрёха… – махнула рукой Всеслава и, нарочито развернувшись спиной, принялась помогать Светловзору лощить вёсла.

– А вёсла у нас из кедра или из дуба? – спросил Радомир, помогая Твастару с обвязкой.

– Нет, – улыбнулся мастер, – вёсла у нас из клёна. У него древесина плотная, а со временем ещё больше волокнами скручивается. Поэтому, чем старше станутся наши вёсла, тем более упругими и вязкими сделаются. Любым бурям и течениям с лёгкостью супротивиться станут.


Так проходил день за днём, неделя за неделей, и вот, наконец, настал долгожданный день испытаний!

Обгоняя друг друга, вихрем неслись друзья к своему укромному месту, где их ждал Сокол. Вытянутый нос лодки гордо вздымался вверх, а грациозные, опоясанные небесно-голубой полосой, борта светились на солнце мягким бежевым цветом.

Твастар нежно погладил дерево рукой, одобрительно кивнул и воскликнул:

– Ну что ж, защитный слой уже высох. Пора нашу лодию на воду ставить!!!

Взяв лодку с двух сторон за специальные выдвижные ручки, друзья бережно понесли её к пологому берегу Светлояра. Войдя по колено в озеро, они осторожно опустили Сокола на воду, и он, словно радуясь, закачался на лёгких волнах.

– Какой красивый! – восхищенно промолвила Всеслава, – Твастар, ты молодец! У тебя здурово получилось!

– Без вашей помощи ничего бы не вышло, – скромно ответил мастер, со светящимся от радости лицом. – Залезайте внутрь, а мне нужно ещё кое-что тут померить.

Светловзор, Всеслава и Радомир перелезли через высокие борта и уселись на удобных мягких скамейках. Внутри приятно пахло деревом. Вёсла, вставленные в уключины, нетерпеливо поскрипывали, словно спрашивая, когда же они понесут лодку по водной глади.

Твастар в это время, находясь по грудь в воде, тщательно замерял расстояние от верхнего края борта до воды. Сперва он измерил с одной стороны, затем с другой. Вид у него был несколько растерянный.

– Корова чёрная, а молоко белое… больно мудрёно… – бормотал он себе под нос. – Неуж сызнова несообразность случилась… отселе доселе поменьше должно…

– Чего ты там бормочешь, великий мастер? Али случилось чего? – нетерпеливо подпрыгивая на сидушке, крикнула ему Всеслава.

– Покамест не разобрал, – ответил Твастар, задумчиво почёсывая белокурые волосы. – Ано согласно моим замереньям, Сокол с нами внутри вмале ниже должон опуститься…

Твастар вновь обошёл вокруг лодки, как вдруг, прямо около него, из-за борта выглянуло озорное веснушчатое лицо Всеславы.

– Твастарушка, – прошептала она загадочным голосом, осторожно оглядевшись по сторонам, – может это потому, что в лодке ещё тяжёленького мастера не хватает!?!

Из-за борта послышался звонкий смех. Твастар залез в лодку и, перевесившись, повторил свои замеры.

– И правда, – сказал он с улыбкой, – я ведь вес на нас четверых рассчитывал.

– То есть больше четырёх человек Сокол не вынесет? – поинтересовался Светловзор.

– Да он и полдюжины легко поднимет! – ответил Твастар. – Только будет быстрее всего и проворней, когда нас четверо в нём восседает.

Оглядев ещё раз пристальным взглядом, нет ли внутри течи, Твастар с важным видом устроился у руля и скомандовал держать курс на противоположный берег.

Светловзор и Радомир дружно взялись за вёсла и Сокол, послушно заскользив по волнам, гордо вышел из заводи.

Несмотря на то, что мальчики гребли в пол силы, лодка, словно птица, удивительно быстро и бесшумно летела по воде. Заметив удивленные взгляды друзей, Твастар довольно улыбался, но молчал, ожидая очевидного вопроса.

– Великий мастер, – наконец не выдержала Всеслава, – как же ты это сделал?

– Здесь есть несколько заповедных секретов! – с удовольствием начал объяснять Твастар. – Во-первых, особливая форма, по Родному Всемеру размеренная. Во-вторых, особливый раствор, оным мы наружные борта покрыли. На воде тот раствор пузырьки образует, иже Соколом править дюже сподручно. Во-третьих, в задней части я поместил ларь неприметный, видите? И ежели этот короб с помощью этого рычажка приоткрыть… – с этими словами Твастар резко дёрнул вниз маленькую деревянную ручку, располагающуюся в хвосте лодки, слева от руля.

Внезапно вода под лодкой забурлила, и Сокол, подпрыгнув на месте, рванулся вперёд так быстро, что у всех засвистело в ушах. Светловзор и Радомир с трудом удержались на местах, да и то, только потому, что крепко держались за вёсла. Всеслава же от неожиданности кубарем повалилась с сидушки.

Резко дёрнув правило на себя, Твастар повернул ускорительный рычаг назад, и Сокол, описав крутую дугу и срезав огромную волну, как вкопанный замер на середине озера.

– Ух, ты!!! – восторженно произнесла Всеслава, снова взбираясь на лавочку и потирая ушибленную макушку. – Это на чём же твой ускоритель работает?

– На водородной силе! Внутри короба – водоросли особые. При соприкосновении с водой али влажным воздухом, они множество пузырьков выделяют. А те пузырьки уже и толкают лодку вперёд.

– Здурово! – сказал Радомир. – И насколько такого ускорения хватит?

– Пока ненамного, – скромно ответил Твастар. – Водоросли эти больно редкие. Сейчас хватит только, чтобы озеро повдоль переплыть. Потом надо день дожидаться, зане они внутри двигательной коробки сызнова силу набрали.

– Значит, такой ускорительный рывок можно раз в день совершать! – Светловзор в восторге потрепал его за плечо. – Так это замечательно, Твастар! Ты самый искусный мастер, которого я знаю!

Твастар поклонился с довольной улыбкой. Вдруг его лицо озарилось, и он, сунув руку запазуху, начал там что-то искать.

– Я же совсем позабыл, – воскликнул он, доставая из рубахи резную деревянную фигурку парящего сокола. – Вот с этим мы будем воистину самыми быстрыми мореплавателями!

Перебравшись вперёд лодки, Твастар водрузил фигурку на её нос таким образом, что маленький сокол и вправду оказался летящим над водой.

– Вот теперь нам ещё только васильковой краской вёсла покрыть, да обереги к бортам приладить. И тогда уж можно хоть на Синее Море, хоть на Белое, хоть на Варяжское отправляться! – с любовью глядя на Сокола, промолвил Мастер.

– А почему васильковой? – улыбнулась Всеслава. – Небось, под цвет твоих глаз?

– Понеже в воде неприметнее было! – обиделся Твастар. – Чтобы нас костобоки в пути не приметили…

– Да ладно тебе, костобоки… – передразнила его Всеслава. – Сказки всё это. Их уж и нету давно в наших краях.

– А кто это, костобоки? – спросил Радомир.

– Злокозненный народ! – сдвинув брови, ответил Светловзор. – Но войны искусные, тем по миру и промышляют. Где украдут чего, где сломают, чтобы другим не досталось. Родичи мне мои сказывали, что от этих разбойников лучше держаться подальше.

– Да ладно вам. Нас на Соколе теперь ни один костобок не догонит! – махнула рукой Всеслава. – Ты нам, Твастарушка, лучше покажи, как с твоим водородным ускорителем управляться!

Твастар с радостью уступил место Всеславе и подробно объяснил, что и где нужно нажимать.

– Вот, глядите! – ткнул он указательным пальцем в округлый, гладкий как камень, короб. – Это и есть двигательный ускоритель. Тут вот две ручки: справа – правило, то бишь, хвост соколиный, чтоб направлением управлять. А слева, вот тут – ускоритель, оный за скорость главенствует. Ежели его вниз отогнуть, то двигатель приоткроется, пузырьки наружу устремятся, а лодка в противоположную сторону ускорится! А сбоку вот здесь – слюдяное оконце. Оно уровень силы показывает. Если полоска пузырьков наверху, то ускоритель силою полон, а коли внизу, то силушку водородную надо пополнить.

– А как её пополнять? – заинтересовался Светловзор.

– На воду встать да подождать, пока двигатель напитается. Или же можно воды прямо в ускоритель налить, но всё равно день ждать придётся, пока чудо-водоросли пузырьками наполнятся.

– Ну, всё понятно! – хлопнула в ладоши Всеслава. – А как ты так сделал, что я с лавочки бухнулась? Как Сокола ловко так на скорости развернуть?

– Для этого надо его разогнать, а потом ускоритель резко наверх потянуть, чтобы силу закрыть и, одновременно с этим, правило в сторону отвернуть, – охотно пояснил Твастар.

– Угу, – Всеслава кивнула, хитро прищурила глаза и, открыв двигатель, направила Сокола на середину озера.

Разогнавшись пуще прежнего, так, что у Радомира вновь засвистело в ушах, Всеслава быстро дёрнула за оба рычага, и Сокол молниеносно развернулся на месте, описав крутую дугу. Не удержавшись, девочка с визгом вылетела из лодки и, пролетев не меньше пяти саженей, вверх тормашками плюхнулась в воду. Тысячи брызг взлетели в воздух, заискрившись на ярком солнце, и со звоном упали вниз прямо на голову рассерженной Всеславы.

Твастар привстал в лодке и с улыбкой воскликнул:

– Батюшки Святорусы! Всеславушка, ты уж прости, я ведь забыл тебе показать. Тут есть ещё особливые крепы для ног. Как раз для того, чтоб на скорости из лодки не выпасть…

– Ну, подожди! Доберусь я ещё до тебя, чудо мастер! – крикнула ему в ответ Всеслава, погрозив из воды кулачком.

Не выдержав, друзья разразились заливистым смехом.