Вы здесь

Путешествие к своей мечте! Раз за разом, жизнь за жизнью я обречена проходить один и тот же путь, пока не выполню предначертанное. Глава 5 (Н. И. Завитаева)

Глава 5

Сартан

Всё шло по плану. Девчонка ничего не соображает. Служанки доложили, что она абсолютно послушна, не задает никаких вопросов и делает всё, что ей говорят. К обряду всё готово, завтра вышлю из замка, и всё вернётся в прежнее русло.

Я подошёл к дверям храма. На пороге застыла фигурка человечки. Пройдясь взглядом по девушке, я поймал себя на мысли, что ночь не будет так уж скучна, как казалось. У неё довольно симпатичная фигурка, худенькая, но с достаточно соблазнительными выпуклостями на положенных местах. Может не стоит отправлять её сразу? Всё-таки жена. А вот когда надоест, тогда можно будет и отослать. Я прикоснулся к её плечу, она слегка повернула голову и уставилась на мой хвост. Ох, что это был за взгляд! По всему телу прошла дрожь, и я в шоке уставился на её лицо. Ни на кого у меня ещё не было такой реакции, ни разу за все мои пять тысяч лет. Казалось, она сейчас схватит своими ручками хвост и… Нет! Надо прекращать подобные мысли. Она всего лишь игрушка, а смотреть на хвост демона… это оскорбление. А уж прикасаться к нему позволено только самым близким людям и равной! Ни одна моя любовница не позволяла себе подобной вольности, смотреть не осмеливалась, да даже за мысли, чтобы попытаться прикоснуться, я убивал. Девчонка же… чёрт, из головы вылетело, как её зовут… В общем, она уже протянула руку.

– Прекрати, – не сдержавшись, я зарычал.

Она подняла взгляд, и меня как будто по голове ударили. Какие у неё глаза. Тёмно-карие, цвета шоколада, с маленькими разноцветными крапинками, из-за которых глаза казались бездонными. Странное дело, но мне вдруг захотелось запереть её где-нибудь, чтобы никто не смел, кроме меня, смотреть в эти глаза. С усилием выкинув эти бредовые и несвойственные мне мысли из головы, схватил её за руку и быстро пошёл к алтарю. Там нас уже ждал жрец, рядом стояли отец с матерью и Демидос.

Когда мы поднялись, мне пришлось отпустить руку будущей жены, и жрец начал обряд. Когда пришла очередь сделать надрез на руке Светы (я всё-таки вспомнил её имя!), заметил, как она дёрнулась, но жрец, предупреждённый об особенностях, крепко держал её. На миг полыхнуло так, что пришлось зажмуриться. Что за ерунда происходит? Наша кровь начала смешиваться, и из чаши полился свет. Соединив наши руки, жрец начал завершать свою часть обряда, и наши запястья опалило болью. Света снова попыталась выдернуть свою руку, видимо от боли чары начали слабеть, значит нужно быстрее всё закончить и отправить девчонку в комнату, пока она ещё полностью не пришла в себя.

Когда свет исчез, я увидел у себя на запястье рисунок. Быть этого не может! Обручальная татуировка всегда одинакова, похожа на браслет из переплетённых рун древнего языка. У меня же на запястье тоже был браслет, но не из рун, а в виде рисунка. На моей руке спал дракончик. Ящер полностью обвивал своим телом запястье, голова лежала на хвосте, и он был хрустальный. Рукой я чувствовал, что это рисунок, но если не трогать, то казалось, что дракон из настоящего хрусталя. Кинув взгляд на Свету, я увидел, что на её запястье обычная тату. Нужно поскорее освободиться и всё-таки поговорить с девушкой, я ведь так и не нашёл времени узнать, как она здесь оказалась, и кажется, это было моей ошибкой.

К нам подошёл отец.

– Поздравляю, сын! В ближайшее время начнём подготовку к передаче трона, – сказал он.

Ну конечно, отец пытается как можно быстрее сплавить на меня всю власть и уйти на покой.

– Спасибо, отец.

Едва я успел ответить, как подошёл Демидос и, естественно, не смог удержаться от усмешки, а вот то, как он смотрел на мою практически жену, мне совершенно не понравилось.

– Поздравляю, друг, наконец-то ты стал почти женатым демоном! Осталось только самое приятное, – произнёс он, ухмыльнувшись, и взял Свету за руку. – Поздравляю, принцесса.

Дем прикоснулся губами к её руке с тыльной стороны на более долгое время, чем требовалось для обычной вежливости. Кинув взгляд на лицо Светы, я заметил, как она покраснела, и меня привело это в бешенство. Никому не позволено прикасаться к ней, она моя!

– Демидос, не забывайся, – прошипел я, с трудом сдерживаясь.

– Ревнуешь?

– Дем, – с угрозой произнёс я, сдерживаясь, чтобы не кинуться вперед, из последних сил.

– Ладно, успокойся, что-то ты нервный стал. Неужели так не терпится? – Демидос продолжал издеваться.

Я всё же дёрнулся к нему, но тут же остановился, успев взять себя в руки. Не понимаю, что со мной творится? Что за непонятное чувство собственности? Она ведь мне совершенно не нужна. Завтра же утром отправлю её подальше!

– Все уже ушли на бал, советую поторопиться, – я сумел произнести ровным голосом. – Проводите принцессу в покои.

Стоявшие сзади служанки тут же подхватили Свету под руки и увели.

– Сын, покажи руку, – вдруг раздался голос отца.

За этой перепалкой я совершенно забыл о нём. Подняв руку, я увидел, как меняется лицо Владыки. Никогда не видел его в таком шоке.

– В чём дело? Почему не появился стандартный браслет? Ты уже видел нечто подобное?

– Нет. Но при заключении брака ВСЕГДА появляется переплетение рун, я никогда не слышал, чтобы было по-другому и мне это не нравится. Жрец, – отец позвал не успевшего уйти жреца.

– Я слушаю, Владыка, – произнёс он, кланяясь.

– Посмотри на руку моего сына. Ты видел нечто подобное раньше? – спросил отец.

Я поднял руку и увидел, как жрец в одно мгновение стал бледнее смерти.

– Что это? – спросил уже я. Мне совершено не понравилась его реакция, чувствую, хорошую подлянку устроила мне эта девочка.

– Я не совсем уверен. Но мне кажется, нечто похожее я видел в одной из древних книг в закрытом хранилище, – едва выговаривая слова, произнёс жрец.

– Ты хоть что-то помнишь из того, что читал? Хотя бы чего теперь ждать? – Отец на удивление быстро взял себя в руки.

– Если я правильно помню, такие знаки появлялись на избранниках Судьи. Можно сказать, это печать верности и одновременно страж, – став ещё белее, произнёс жрец.

– Но этого не может быть! Судьи исчезли из нашего мира сотни тысячелетий назад. О них уже никто ничего толком не помнит.

– Может, объясните мне, кто такие Судьи и во что я вляпался? – еле сдерживая злость, произнёс я.

– Судья мира. Они вершат суд над каждым живым существом, никто не может спрятаться от них и каждый заплатит по своим поступкам. Они могут всё, как помиловать, так и предать смерти, но не путайте с палачом. Судья лишь выносит приговор, а исполняет его сам мир, защищая оправданного либо уничтожая виновного. Над ним никто не властен. И если это действительно знак Судьи, значит, спустя тысячелетия он вернулся в наш мир и теперь всё изменится. Поставив свой знак, он показал, что заметил вас и скоро будет вынесен приговор. Никто не может предугадать, какой поступок переполнит чашу терпения Судьи, и нельзя заранее узнать, какое наказание будет назначено. Но известно одно: никто из помеченных не уходил от наказания.

Все молча уставились мне на руку.

– Так. Всё. Хватит. Нас ждут в зале. Никто не должен понять, что что-то не так. Сартан, тебе придётся какое-то время прятать знак, пока мы не разберемся, что он значит. Жрец, отправляйся в библиотеку и найди всё, что сможешь о Судьях. Идёмте на бал. Сартан, тебе придётся пару часов поприсутствовать, а потом можешь быть свободен. Расспроси свою жену, может она что-то знает. Хоть у неё на руке обычная тату, а значит, знак не имеет к ней отношения, но лучше убедиться в этом.

Развернувшись, отец пошёл прочь из зала. Я и Демидос последовали за ним.

Мы вошли через неприметную дверь позади трона. К нам присоединилась Владычица, с тревогой поглядывая на нас. Я послал ей успокаивающий взгляд, и тревога в глазах матери поутихла. Как только мы вошли, все голоса тут же смолкли. Отец уселся на свой трон, рядом с ним, с правой стороны, на трон меньше размером села Владычица. С левой стороны стоял мой трон, он был таких же размеров, как и у матери, но скромнее. После коронации, мой трон уберут, и я буду занимать место отца, а моя жена – место моей матери. Отец поднял руку, и разговоры возобновились.

– Иди в зал, сын, скоро ты не сможешь больше так расслабиться, – произнёс отец, и я, наклонив голову в знак согласия, спустился в зал.

Мне совершенно не хотелось веселиться, перед глазами до сих пор стояли глаза Светланы. Это бред, но мне хотелось немедленно подняться к девушке и прижать её к себе. Я вышел в сад, где освещались только тропинки. В парке было полно уединённых местечек: во время таких праздников пространство вокруг никогда не освещали ярко, позволяя парочкам спрятаться от лишних глаз. Я направился вглубь сада, к дальней беседке. Она стояла довольно далеко от тропы и была одной из самых уединённых в саду. Расположившись на любимом диванчике, я позволил своим мыслям уйти к невесте, практически жене. Все мои реакции на неё были удивительными, я никогда не испытывал особых чувств к любовницам, а с этой человечкой я даже ни разу не поговорил, но мне уже хочется защищать её от всех и постоянно быть рядом. Всё время видеть её, прикасаться. Что за чертовщина? Неужели это обряд так повлиял?

Не успев расслабиться, как следует, я услышал позади себя шорох и почувствовал запах духов. Аграта. Чёрт, вот только её мне сейчас не хватало!

– Ваше Высочество, Вы так быстро покинули нас.

Я почувствовал, как она подошла ко мне сзади и прикоснулась к плечам.

– Аграта, чего ты хочешь? – Я не захотел даже оборачиваться.

– Вы сегодня совершенно не обращаете на меня внимания, а я так соскучилась. Я могу вам чем-то помочь? – На этих словах она обошла меня и практически легла на скамью, стараясь как можно теснее прижаться к моей груди.

Как только она прикоснулась ко мне первый раз, я почувствовал странную щекотку на запястье, но не обратил внимания. Теперь же, когда Аграта практически улеглась на меня, я явственно почувствовал шевеление на руке. Занятый этими мыслями, я не успел отреагировать, когда Аграта потянулась к моим губам. И тут произошло странное. Я почувствовал сильную боль на месте брачной метки и увидел резкую вспышку. Аграта отлетела от меня в другой конец беседки и, ударившись головой о стену, потеряла сознание. Ещё я успел заметить, что эта вспышка была подозрительно похожа на мой знак, и как бы в подтверждение моим мыслям передо мной сверкнули шоколадные глаза, а после всё исчезло. По запястью прошла щекотка, и всё пропало. В шоке я резко задрал рукав и успел заметить, как на морде дракоши моргнули глаза такого же цвета, как у моей жены. А из пасти теперь угрожающе торчали клыки.

– Что произошло? – раздался слабый голос из угла беседки.

Не успел я ответить, как прибежала охрана.

– Ваше Высочество, с Вами всё нормально? Мы почувствовали всплеск магии, – произнёс один из них.

Тут же появился отец.

– Что произошло? Ты решил в честь своей свадьбы уничтожить наш замок? – хмуро произнёс он.

– Отец, нужно поговорить. Стража, проводите леди в её покои и позовите лекаря, – приказал я, на мгновение отвлекшись.

– Пошли в кабинет, – сказал отец, разворачиваясь к замку.

В кабинете я подошёл к бару, плеснул себе вина и выпил залпом. Отец, пройдя к столу, вопросительно посмотрел.

– Что там произошло? Откуда был всплеск магии?

– Из татуировки.

– Что ты имеешь в виду?

– Аграта решила, что моя свадьба ничего не значит и вполне можно развлечься. Когда эта дура навалилась на меня, татушка ожила, а когда решила поцеловать, дракоша разозлился и отшвырнул её от меня в другой конец беседки.

– Покажи, – сказал отец, вскочив с кресла. Подойдя ко мне, схватил за руку и уставился на узор. – Скажи мне, если я ошибаюсь, но в храме зубов не было видно?

– Не было. Как понимаю, это предупреждение уже для меня, что не стоит изменять жене, – ответил я, поморщившись и залпом выпив бокал, чтобы тут же наполнить его заново.

– Ну что же, поздравляю, если не хочешь лет так полторы тысячи блюсти целибат, придётся тебе налаживать отношения с женой. Судя по всему, печать не даст тебе сходить налево. Надейся, что хотя бы в течение её жизни, а не твоей.

– Будем надеяться, что жрец что-нибудь выяснит. Не нравятся мне подобные шутки.

Отец засмеялся и, расслабившись, хлопнув меня по плечу, сказал:

– В зал можешь не возвращаться, иди к жене и доведи обряд до конца. Завтра отправимся в библиотеку и будем искать какие-нибудь сведения.

Я направился к спальне, она так и осталась в моей комнате. Подойдя к двери, я дёрнул дверь, но она оказалась закрытой. Ничего не понимаю! У меня же нет с той стороны замков. Закрыть её возможно только магией, но Света не обладает ею. Я внимательно просмотрел на дверь магическим зрением и отшатнулся. Как такое возможно? Дверь будто вросла в стены, а на самой двери непонятное плетение. Но этого просто не может быть! Никто, кроме королевской семьи, не может использовать в замке магию, а тем более на самом замке. Но это именно то, что здесь произошло. Кто-то повлиял на сам замок. Да этого даже мы не можем!

«Отец, у нас проблема», – я мысленно позвал отца.

– Что ещё случилось?

Отец тут же оказался рядом. Я кивнул на дверь.

– Посмотри внимательно.

Отец окинул указанное пространство взглядом, и его брови в удивлении поднялись на лоб.

– Ты же говорил, что девочка не обладает магией.

– Да, и ты сам это видел, она была пустышкой, если только не является очень сильным магом, который в силах спрятать свои таланты так, чтобы даже по ауре ничего не было видно.

– Это не возможно, я бы заметил. Ты хотя бы удосужился найти время и узнать, как она оказалась в твоей спальне?

– Откуда…

– Сартан, в моём доме никто ничего не может от меня скрыть, так что я в курсе, что ты эту девушку в первый раз видел. Ладно, сейчас придут маги, будем открывать, но почему-то мне кажется, что твоей жёнушки там уже нет.

– Почему-то у меня такое же чувство…

В этот момент подошли маги, и мы общими усилиями стали взламывать неизвестную нам защиту. Никто из магов также не встречал ничего подобного, и от этого у меня появилось очень плохое предчувствие.

Взлом защиты продолжался без малого час. Но когда мы вошли, наконец, в комнату, она была совершенно пуста, чего, в принципе, и можно было ожидать. Отец прошёл мимо меня к окну и толкнул створки.

– Есть предположения, как девушка, не обладающая ни каплей магии, смогла закрыть дверь так, чтобы четыре самых сильных мага страны возились с ней больше часа, потратив все свои силы, и исчезнуть с двухсот метровой высоты, не имея крыльев?

В этот момент я увидел на столе у окна записку. Схватив её, я начал читать, пытаясь сдержать ярость. Эта мелкая человечишка посмела надо мной подшутить! Я её из-под земли достану, верну и запру в спальне до конца её жизни. Отец вытащил у меня из кулака письмо и, прочитав его, хмыкнул:

– А она мне нравится! Надо было присмотреться к девочке. Думаю, сейчас она уже далеко, времени после обряда прошло немало, так что все поиски начнём с утра. А пока стоит подумать, что за подарки она могла нам оставить.

И, развернувшись, покинул комнату. За ним вышли и маги. А я, подойдя к окну, начал всматриваться в темноту. Дурочка, куда же ты удрала? Что-то сильно сжалось в груди при мысли, что она где-то в лесу, совершенно одна. Весь гнев на её выходку испарился, осталась только тревога и непонятная тоска, как будто я только что потерял что-то очень важное. Радовало только одно: после обряда, даже не полного, между нами образовалась пусть и слабая, но связь. В глубине сердца я чувствовал, что с ней всё в порядке, она совершенно спокойна. И со временем связь не ослабнет; она будет становиться всё сильнее, потому я найду девушку, чего бы мне это не стоило, потому что, кажется, я наконец-то нашёл свою половинку.

Не знаю, сколько ещё простоял бы так, но меня отвлекли крики. В один момент была тишина – и вдруг всё разразилось криками и не только в замке, но и на улице. Громче всего были слышны женский визг и отборный мужской мат.

«А вот, по всей видимости, и подарки». С какой-то весёлой злостью я вышел из покоев, отправившись к самым шумным местам.

Всюду творилось нечто невообразимое. Демоницы, независимо от положения в обществе, визжали и чуть ли не запрыгивали на находившихся рядом демонов. Весь пол всюду превратился в живой ковёр из всевозможных земноводных, а стены покрыла противная зелёная слизь. И самое странное, что на всё это не действовала магия. Судя по воплям с улицы, там творилось то же самое.

– Ну, жёнушка, попадись ты мне.