Вы здесь

Приключения Сандро, или Почему кактусы колючие?. Глава 6 (А. А. Кутьев, 1969)

Глава 6

В которой читатель знакомится с маленьким кактусом по имени Сандро.


У малышей-кактусов, как и у взрослых, жизнь была такой же тяжёлой и лишённой какой-либо радости. В то время, когда дети богачей в первый раз, с огромной неохотой, собирались в школу, дети кактусов начинали уже самостоятельно зарабатывать на жизнь. Где уж тут было думать о школе! Чтобы не умереть с голода, приходилось искать хоть какую-нибудь работу. Найти её было не просто. Кому посчастливилось, должны были работать с раннего утра до поздней ночи. За это они получали немного еды и несколько мелких монет.

Одним из таких обездоленных детей был маленький кактус по имени Сандро. Семья их жила в старом покосившемся домике на самой окраине города. Эту лачугу и домом-то назвать было нельзя. Бедное жилище было сбито из тоненьких досочек. Крыша давно сгнила, и когда шёл дождь, то он проходил через неё, как сквозь сито.

И всё-таки, семья не унывала. Жили они хотя и бедно, но очень дружно. Ранним утром, когда солнце ещё только золотило вершины гор, а богачи видели «пятый» сон, Сандро вставал и помогал маме по хозяйству. Работы по дому хватало. Надо было натаскать воды, принести хвороста, присмотреть за младшими братишками и сестрёнками. Воды нужно было натаскать много. И не только принести, но и нагреть её, ведь мама целыми днями стирала бельё для горилл, чтобы заработать хоть немного денег.

Часто, глядя на мамину худенькую, сгорбленную фигурку, на её красные от бесконечной стирки руки, Сандро задумывался: почему так в жизни происходит? Почему одни должны всё делать ничего не получая, а другие, наоборот, всё получать ничего не делая?

Он понимал, что это несправедливо, что так не должно быть. Но как изменить всё это, он не знал.

После того, как работа по дому была закончена, Сандро брал сундучок с сапожными щётками, кремом для обуви, бархатной тряпочкой и …

Ты думаешь, начинал приводить в порядок свою обувь? Нет. Своих ботинок, как, впрочем, и у большинства его сверстников, он никогда не имел, и круглый год ходил босиком. Ведь ботинки стоили больших денег, не каждый кактус мог позволить себе такую роскошь.

И так, он брал с собой всё, что нужно чистильщику обуви, накидывал на плечи старенькое пончо, надевал на голову соломенную шляпу с широкими полями и отправлялся на главную площадь.

Там, на углу площади, он садился и ждал своих клиентов, которые в это время ещё только просыпались.

Это был на редкость неунывающий кактус, который, несмотря на все невзгоды судьбы, никогда не терял присутствия духа. Даже когда было особенно тяжело, он старался не показывать этого и напевал весёлые песенки.

Oн чистил обувь до зеркального блеска. В них можно было увидеть собственное отражение. Богачи бросали за это несколько мелких монет, он складывал их в жестяную коробочку. Все заработанные деньги он относил маме. Ведь на мамины деньги всю семью прокормить было тяжело, поэтому помощь Сандро оказывалась весьма кстати.

Сандро старался работать изо всех сил, ведь он был самый

старший мужчина в семье. Отца арестовали давно, когда Сандро был ещё совсем маленьким. Когда-то, доведённые до отчаяния непосильным трудом, кактусы решили пойти на поклон к правителю страны с просьбой облегчить их жизнь.

– Может быть, он не знает, как тяжело живётся нам? – говорили некоторые из них.

– Конечно, он нам поможет, – поддерживали их другие.

Во дворец все попасть не могли. Решили выбрать самых уважаемых и достойных. В их числе был и отец Сандро.

Зря надеялись наивные кактусы. Самая главная обезьяна их даже слушать не стала.

– Бросьте этих бунтовщиков в тюрьму, чтобы другим неповадно было! – приказала она стражникам и те, схватив безоружных кактусов, быстро исполнили приказ.

С тех пор прошло много лет. Сандро вырос, но никогда не забывал об отце. Вечерами, когда у него появлялось немного свободного времени, маленький кактус часто думал о том, как освободить отца и его товарищей из темницы. Но сделать это было не просто. Днём и ночью заключенных усиленно охраняли и никого не подпускали даже близко к тюремной двери.