Вы здесь

Поворот дороги. Глава 2 (Дебби Макомбер, 2011)

Глава 2

– Во Флориду? – эхом повторила Бетани. Неужели ее свекровь собирается ехать на машине через всю страну? В одиночку?

– Ох, Бетани, не начинай и ты, пожалуйста! – со стоном сказала Руфь. – Я в состоянии совершить такое путешествие.

– Почему бы вам не полететь на самолете? – Насколько ей было известно, свекровь не боялась полетов.

– Я, разумеется, могу так поступить, но это же совсем не одно и то же! – Руфь бросила салфетку на стол. – Годами Ричард обещал мне поездку через всю страну. Я планировала маршрут и всем друзьям сообщала, что мы приедем. Затем у Ричарда на работе неизменно случалось что-то неотложное. – Она крепко сжала губы. – Он трижды отменял поездку, прежде чем я решила, что с меня хватит.

Ричард был всем известным трудоголиком, даже выходные проводившим в офисе своей строительной фирмы и пропускавшим бесчисленные бейсбольные игры и фортепианные концерты своих детей. Он и умер в офисе. Сколько времени прошло с тех пор? Семь или восемь лет, по подсчетам Бетани.

Грант болезненно воспринял кончину отца. Они не были особо близки, но Грант всегда с почтением относился к Ричарду и уважал его преданность делу. Что же касается Робин… в общем, она была сделана из того же теста, что и ее отец. Едва закончив юридический колледж, вышла замуж, но спустя три года развелась. Робин посвящала все свое время работе, и в ее жизни не было места ни для чего – или кого – иного. Даже ее преданность семье меркла перед взлетами и падениями ее головокружительной карьеры. Бетани видела свою золовку на Рождество, и с тех пор прошло уже много времени. Изредка они болтали по телефону, и Робин никогда не забывала прислать поздравительные открытки ко дню рождения Эндрю и Энни, но лично она не принимала участия в их жизни, как, впрочем, и в жизни всех прочих людей, за исключением своих коллег.

– Да и лет мне меньше не становится, знаешь ли, – продолжила Руфь, прервав размышления Бетани. – Если я действительно собираюсь увидеть страну, откладывать больше нельзя. Я собиралась пригласить с собой Робин, но нам обеим известно, что она сочтет это колоссальной тратой времени. Не думаю, что за последние десять лет она отсутствовала на работе более недели.

Бетани нечего было сказать. Свекровь была права: Робин ни за что не согласилась бы отправиться с матерью в путешествие через всю страну, на две или три недели оторвавшись от работы, чтобы посвятить себя семье.

– За все эти годы я всего лишь три раза возвращалась в родной город, – с тоской в голосе произнесла Руфь. – Дважды ездила на похороны родителей и еще раз – в коротенький отпуск. Но я поддерживаю связь с несколькими одноклассниками. Диана и Джейн вместе с семьями приезжали погостить у меня в Сиэтле. Собравшись вместе, мы почувствовали себя так, словно снова стали подростками! Мы отлично провели время, а грядущая встреча выпускников дает прекрасную возможность увидеть их вновь. Я намерена ехать. – Она откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди.

Бетани не собиралась спорить.

– Тогда вам следует привести свой план в исполнение, – мягко сказала она.

– Я так и сделаю, – ответила Руфь. – Уезжаю первого июня.

– Но это же совсем скоро! – Бетани удивленно вскинула брови.

– Да, вечер встречи назначен на семнадцатое, и у меня будет достаточно времени насладиться достопримечательностями. Давно мечтала увидеть национальный мемориал «Гора Рашмор»{1} и Бэдлендс{2}. Мои бабушка и дедушка, как тебе известно, были родом из Северной и Южной Дакоты.

Бетани очень не хотелось расстраивать Руфь, но она действительно переживала, сумеет ли пожилая дама преодолеть за рулем столь значительное расстояние. К тому же ее свекровь была таким доверчивым человеком!

Руфь смерила ее упрямым взглядом:

– Прежде чем начнешь возражать, я хочу, чтобы ты знала: я взяла машину напрокат, потому что обратно собираюсь лететь на самолете. Я уже забронировала билет на рейс из Флориды в Сиэтл. Поэтому даже не думай отговаривать меня.

Бетани не стала спорить со свекровью, а просто погладила ее по руке.

– Никто больше не путешествует на машине, – грустно добавила Руфь. – Все торопятся жить. Мои дети выросли, и, как мне ни больно это говорить, оба сильно меня разочаровали. Я редко вижусь с Грантом и Робин. Мне шестьдесят восемь лет и… – Голос ее сорвался. – Я не настолько стара, чтобы со мной обращались, как с хрупкой статуэткой или с умалишенной.

Потянувшись через стол, Бетани взяла Руфь за руку, вспоминая об отношениях Кейси Гетц с матерью Лидии. Через несколько лет совершить такое путешествие для Руфи станет затруднительным, поэтому нужно было ехать сейчас или навсегда отказаться от давней мечты.

– Я составлю вам компанию, – тихо произнесла Бетани.

Руфь резко вскинула голову:

– Ты?

– Я уже несколько лет не брала отпуск. – За исключением нескольких поездок с детьми к родственникам последний раз в отпуске она была еще с Грантом. Они посетили Италию на десятую годовщину свадьбы.

Свекровь продолжала взирать на нее, не в силах вымолвить ни слова.

– Смена обстановки пойдет мне на пользу, – заверила Бетани. – Мне нужно принять несколько важных решений, требующих обстоятельного размышления. Поездка поможет мне во всем разобраться.

– Ты говоришь серьезно? Ты и правда поедешь со мной?

– Разумеется. – Бетани улыбнулась, видя, какой радостью осветилось лицо Руфи.

– Я хочу посетить Новый Орлеан!

– С радостью, – ответила она.

– А также Брэнсон, Миссури…

– Только вы, я и «Окридж Бойз»[1], – со смехом добавила Бетани, радуясь внезапно принятому ею решению.

– И Энди Уильямс[2], – благоговейно добавила Руфь, прижимая руки к груди.

– И Энди Уильямс, договорились. – Бетани была рада реакции свекрови. – Мне может потребоваться несколько дней, чтобы разобраться с делами, – предупредила она. К счастью, Джулия вполне могла справиться со всем сама.

– Как я тебе уже говорила, собираюсь отправиться в путь сразу после Дня поминовения[3], – сказала Руфь. В глазах ее блестели слезы. – Бетани, ты даже не представляешь, как я рада!

– Я тоже, – искренне ответила Бетани.

Ее спонтанно принятое решение казалось ей очень уместным, потому что ей действительно требовалось время, чтобы обдумать поведение Гранта. Она не знала, возможно ли и нужно ли им было снова становиться семьей. После всех испытаний, выпавших на ее долю, Бетани с трудом могла представить их воссоединение. И все же… Она не могла не задумываться о том, будет ли достаточно ее чувств к Гранту и любви, пережившей развод, чтобы предпринять вторую попытку и восстановить семью. Сумеет ли женщина, которой она стала, найти место для Гранта в своей новой жизни, столь отличной от той, что она вела прежде?

– Ты совершенно точно решила ехать? – настаивала Руфь.

– Да.

Нахмурившись, свекровь испытующе воззрилась на Бетани:

– Ты ведь не из жалости это делаешь?

– Нет. – Бетани подавила улыбку.

– Ну, мне все равно, какими соображениями ты руководствуешься. Я очень рада, что ты составишь мне компанию.

Она захлопала в ладоши от радости, как маленькая девочка.


– Мам! – закричала Энни, едва завидев входящую Бетани. Главный офис «Праздников Бетани» располагался в Куин-Энн-Хилл, и фирма быстро поглощала расположенные на втором этаже здания помещения. – Куда ты запропастилась? Джулия ждет тебя уже полчаса, а остальные менеджеры приедут через пятнадцать минут.

– Прошу прощения, – пробормотала Бетани.

– И на звонки ты не отвечала. – Энни следовала за матерью по пятам, как кошка.

– Я была с бабушкой Руфью.

Энни мгновенно замерла на месте:

– С ней же все в порядке, не так ли?

– Лучше и быть не может.

Бетани прошла в кабинет и взяла со стола желтый блокнот. Хотя Джулия уже находилась в конференц-зале, Бетани не торопилась присоединиться к ней. Вместо этого она стала просматривать записи о пропущенных вызовах. Увидев имя Гранта, на мгновение замерла.

– Папа звонил, – глядя ей через плечо, сообщила дочь. – Я с ним поговорила.

Бетани тут же развернулась, чтобы смотреть Энни в лицо. В последние несколько лет отец и дочь восстановили некогда доверительные отношения. Они были очень похожи: оба очаровательны и несговорчиво-упрямы. Их воссоединение началось, когда Тиффани бросила Гранта. Энни конечно же ничуть не сожалела о распаде этого брака. В действительности она даже не трудилась скрывать свою радость.

– Думаю, в последнее время папа снова стал самим собой, – откровенно сказала Энни.

– Хорошо, – ответила Бетани, снова погружаясь в просмотр записей звонков.

– Он очень старается наладить отношения со мной и Эндрю.

Бетани в упор посмотрела на дочь.

– Он ваш отец, и вы двое – самые дорогие для него люди. – Она сомневалась, что Грант понимал, как близок он был к тому, чтобы навсегда лишиться расположения детей в те годы, когда превыше всего ставил Тиффани.

– Ты собираешься перезвонить ему? – поинтересовалась Энни.

Бетани тут же придумала отговорку.

– Я сделаю это, когда у меня будет свободное время, – твердо произнесла она. – Не могу же я и дальше заставлять Джулию ждать.

Пока они спешно шли по коридору, Энни сообщила:

– Вэнс звонил после обеда.

Вэнсом звали ее бойфренда из колледжа. Они встречались уже три года. Бетани понимала, что чувства дочери к этому молодому человеку предельно серьезны, но они оба еще слишком незрелы, чтобы думать о вступлении в брак. Несмотря на возраст и достижения, в глазах Бетани Энни по-прежнему оставалась очень юной. Привязанность Энни к ней и Гранту казалась Бетани немного чрезмерной. Девочка бежала к ним за советом или ободрением, что бы ни случилось. Возможно, то было следствием развода. Часто Бетани задумывалась: неужели и она сама в возрасте Энни столь же сильно зависела от родителей? Она очень в этом сомневалась. Однако ей не нужно было справляться с гневом и болью вследствие распада семьи.

– Вэнс звонит и пишет тебе эсэмэски по крайней мере шесть раз за день, – произнесла Бетани. Не было бы преувеличением сказать, что ее дочь и этот молодой человек постоянно находятся на связи.

– Он пригласил меня на обед в «Спейс Нидл»{3}! – радостно объявила Энни.

Бетани изумленно вскинула брови:

– У вас какая-то особенная дата?

– Нет, насколько я могу судить. Уж я бы не забыла, будь уверена.

С этим сложно было поспорить. Как и Грант, Энни отличалась поразительной памятью на даты, цифры и фактические данные, поэтому она всегда была лучшей ученицей по истории и математике. Бетани вспомнились бесконечные игры на тренировку памяти, в которые отец с дочерью играли в машине во время семейных поездок, провоцируя друг друга на все более изощренные подвиги запоминания.

– Так по какому же поводу приглашение?

Дочь взирала на нее широко раскрытыми глазами.

– Я почти уверена, что он собирается сделать мне предложение, – прошептала она.

Бетани стоило неимоверных усилий скрыть свое беспокойство.

– В самом деле?

Энни кивнула:

– Когда на прошлой неделе я упомянула о предстоящем бракосочетании Эндрю и Кортни, Вэнс сказал, что положительно относится к семье и браку.

– Семейные узы очень важны, – уклончиво ответила Бетани.

– Да, а наши взгляды по вопросам церкви, семьи и политики практически совпадают. Это же хорошо, как считаешь? – Энни с надеждой смотрела матери в лицо, ища поддержки.

– Согласна. Но одно-единственное замечание вовсе не означает, что Вэнс готов сделать тебе предложение, Энни, – мягко произнесла Бетани, в душе дивясь наивности своей дочери. Она не хотела, чтобы девочку постигло разочарование, и понимала, что любая мать всегда будет оберегать свое дитя.

– Ну, Николь видела его в ювелирном магазине университетского квартала. Вполне разумно предположить, что он выбирал обручальные кольца. Зачем еще парень может пойти в такое место?

Причин тому может быть очень много, мысленно возразила Бетани, но не стала портить восторженного настроения дочери.

– И когда же день икс?

– В пятницу вечером.

– Превосходно. Надеюсь, тогда-то все и разрешится.

Обручится ли дочь или нет – Бетани все равно за нее переживала, но сейчас было неподходящее время для обсуждений.

– Спасибо, мам! – на ходу бросила Энни, направляясь к двери своего офиса.

– Энни! – позвала ее Бетани. – У меня тоже есть для тебя новости.

Дочь тут же развернулась. На лице ее отразилась тревога.

– Когда я разговаривала с бабушкой, она сообщила мне о своем намерении поехать на машине во Флориду на следующей неделе. Я решила сопровождать ее.

Энни открыла от изумления рот:

– Вы с бабушкой едете на машине во Флориду?

Бетани рассмеялась:

– Не драматизируй. Мы взрослые женщины и в состоянии о себе позаботиться. Бабушка давно мечтала о путешествии через всю страну, но по тем или иным причинам осуществление ее задумки откладывалось. Теперь она твердо намерена ехать, а я не могу отпустить ее одну.

– Что насчет тети Робин? – Не успели слова слететь с языка, как Энни тут же отрицательно покачала головой. – Не обращай внимания. Тетя Робин ни за что не согласится потратить на это время.

Бетани кивнула:

– Я приняла это решение… спонтанно.

– А как же бизнес? – Дочь кивнула в сторону конференц-зала, в котором уже начали собираться менеджеры их фирмы.

– Джулия прекрасно справится с заказами ближайших нескольких недель, – спокойно произнесла Бетани. – Ну а я буду поддерживать с ней связь по телефону и электронной почте, если возникнут вопросы, требующие немедленного решения.

Энни продолжала взирать на мать.

– Вау, мам! Как это на тебя не похоже – принимать решения, повинуясь мгновенному порыву.

– Верно, но мне нужно многое обдумать, а эта поездка даст мне время все взвесить.

– А папа знает?

– Еще нет, – ответила Бетани. Прежде чем исчезнуть в конференц-зале, она добавила: – Уверена, бабушка сама сообщит ему, когда будет к этому готова.

Совещание с Джулией пришлось сократить до минимума в связи с прибытием менеджеров. Женщины договорились встретиться на следующий день. Когда наконец Бетани вернулась в свой офис и стала делать звонки, она намеренно оставила Гранта на потом. По всей стране рынок недвижимости все еще находился в упадке, но в Сиэтле ситуация начала стабилизироваться. Грант работал риелтором в одном из крупнейших отделений фирмы, и у него было много обязанностей.

Его ассистент немедленно соединил Бетани с бывшим мужем.

– Бетани. – Он явно обрадовался, услышав ее голос.

– Здравствуй, Грант. Энни сказала, что ты звонил, – сразу перешла она к делу, понимая, что оба они – занятые люди.

– И когда это наша маленькая девочка успела превратиться в столь энергичную бизнес-леди?

Бетани улыбнулась:

– Полагаю, этот талант она унаследовала от тебя.

– Сомневаюсь, – ответил Грант. – Ведь именно ты основала собственное дело.

У Гранта был особый дар – он мог любого человека заставить почувствовать себя особенным, что не раз помогало ему в работе. Теперь он обратил свои чары на нее, чего не делал уже много лет.

– Я хотел узнать, что ты решила по поводу ужина в пятницу. Ты так и не дала мне ответа.

В напоминании Бетани совершенно не нуждалась, ведь приглашение Гранта не шло у нее из головы на протяжении трех последних дней.

– Я подумал, что мы могли бы сходить в тот маленький мексиканский ресторанчик, который нам очень нравился, – продолжал он, явно расценивая молчание бывшей жены как колебание. В этом он не ошибался. – Он все еще находится на старом месте – можешь в это поверить? – Грант нервно засмеялся. – Что скажешь? Ты и я, в память прошедших дней?

Бетани сжала телефонную трубку с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Она прикрыла глаза, явно утомленная тем, что он слишком часто употребляет эту фразу.

– Наше прошлое не всегда было счастливым, Грант.

– Знаю, – тут же согласился он. – Но нам же нужно обсудить свадьбу Эндрю.

– Мы можем прекрасно сделать это и по телефону.

– Могли бы, – поправил бывший муж, – но я предпочел бы поговорить за бокалом «Маргариты». – Бетани слышала, как он вздохнул. – Тебе же, бывало, нравилось пить «Маргариту» с добавлением льда. Ты и по сей день так делаешь?

В действительности Бетани даже не могла припомнить, когда последний раз пила этот коктейль. Несомненно, в том были повинны многие часы работы и полное отсутствие развлечений.

– Вроде того.

– Так ты поужинаешь со мной в пятницу вечером? – Грант не умолял, но в его голосе проскальзывали тоскливые нотки.

Выдохнув, она обхватила себя рукой за талию и наконец произнесла:

– Да.

– Я заеду за тобой…

– Встретимся в ресторане в семь часов, – быстро перебила Бетани, которую перспектива ехать в одной машине с бывшим мужем вовсе не приводила в восторг.

– Значит, в семь, – повторил он, не скрывая радости. – До встречи.