Вы здесь

Парни с обложки. 3 (Ольга Ветрова, 2007)

3

Катя поверила не сразу. Но сегодня не первое апреля. И это действительно была госпожа Стурова.

– Завтра в полдень мы ждем вас в офисе, – Валерия Стурова говорила вполне серьезно.

В полдень? Не очень-то они торопятся на работу.

Вау! Наконец-то Катя поспит до девяти.

Она всегда удивлялась, почему все, как сговорились, и Работают, и учатся с 8 утра. Дурацкая цифра. Как 8 пальцев на руках. В результате – все заспанные и злые. К Кате, например, ценные идеи приходят под вечер.

Так вот что такое гламур! Если и она перестанет вставать с петухами, может быть, тоже будет всегда мила и весела, как подруга Светик. Вот только подруги ли они еще? Катя же посадила парня из ее любимой «сотни». Неудивительно, если Светик с ней перестанет здороваться. И как раз теперь, когда им работать вместе.

Катя и Светик в одном кабинете... Валенок – и «Моноло Бланик»! Самогон – и «Вдова Клико»! А вдруг такое возможно? Вдруг путь к успеху – это не беговая дорожка для красивых стройных блондинок? А широкая такая мостовая, где поместятся и совершенно обычные девушки? Неглупые. Готовые работать даже с 8 утра...

* * *

Мама поверила сразу и заставила Катю надеть к джинсам креативную рубашку: белоснежную, на шнуровке вместо пуговиц, с изящным вырезом на груди. Мама нашла выкройку в модном журнале, специально сшила для такого случая. Конечно, в архиве эта рубашка через час стала бы серой, стоило лишь Кате слегка приобнять хоть одну единицу хранения. Но в архиве был срочно взят месяц отпуска, который вообще-то планировался на осень. Из-за чего Платон Иванович впал в пучину гнева и неблагородной Ярости.

– Одна в коме! Другая гулять собралась! – вопил он, явно мечтая поменять Катю с Милой местами. – А кто работать будет? Пушкин?!

Он посмотрел на Катю так, словно это она была виновата в том, что даже Пушкин не сможет нести архивную вахту. Будто она специально наняла Дантеса, чтобы поэт не смог.

Новые коллеги – как дворовые псы. Никогда не знаешь, завиляют они хвостами или зарычат. На Катю обычно рычали.

Но, зайдя в первый же день в лифт своего нового офиса, она столкнулась со старой знакомой. Вернее, с молодой и прекрасной – со Светиком.

– Милая блузочка, – зевая, кивнула она в Катину сторону. – Только белый цвет – тоска. Сюда бы подошло что-нибудь бирюзовое. Кстати, можешь меня не благодарить. Это тебе наплевать на мои просьбы и советы, а я вот приложила максимум усилий! Правда, если знать, куда именно прикладывать, бывает даже приятно.

Она мечтательно улыбнулась.

– Ты все-таки замолвила за меня словечко перед Валерией? – не поверила Катя.

Ничего себе! Светик не злится, а помогает. Как будто и не было долгого и ожесточенного спора в Катиной кухне.

– Вот еще, буду я тратить время на эту дамочку, которая воображает себя крутым начальником. Но у меня есть прямой доступ к начальнику покруче, – не стала скрывать девушка.

– Ты попросила Алексея Горчакова взять меня на работу?

Катя не могла припомнить, чтобы Светик хоть раз напряглась ради нее.

– Ну-у, в ход пошли не только слова. – Подруга многозначительно помолчала. – Я совершенно не выспалась. Но теперь твоя мама должна быть довольна, а госпожа Стурова – наоборот...

– Спасибо тебе, – сказала Катя, хотя так и не поняла: Светик сделала это для нее или вопреки Валерии?

– Всегда пожалуйста, – небрежно кивнула Светик. – Кстати, тебе надо сменить туфли. Твоя обувь подойдет, только если хочешь, чтобы тебя считали карлицей.

– У меня нормальный средний рост, – не слишком уверенно возразила Катя.

– Не позорь меня, носи каблуки!

Но тогда ее сочтут хромой, причем на обе ноги.

– Проходи! – Светик распахнула перед новой коллегой стеклянную дверь кабинета.

Одного на двоих. В светлых тонах, со столами не прямоугольной, а изогнутой формы, со стильными черно-белыми фотографиями Рима и Парижа на стенах.

– Мое рабочее место у окна. Твое – у двери, – объяснила подруга. – Ровно в полдень – планерка, где собираются все помощницы и адвокаты, не занятые в процессах. В остальное время можно делать что хочешь. Но в 12.00 нужно явиться пред светлые очи госпожи Стуровой. Получить задание и на следующий день на планерке доложить о его выполнении. Пошли, мы уже опаздываем.

* * *

Катя нервничала. Мало того что она не соответствует корпоративному духу, так еще и посадила одного из клиентов! Наверное, адвокаты этой фирмы будут защищать Черкасского, а на Катю станут неободрительно коситься. Хотя, с другой стороны, она им работы подкинула.

К счастью, на Катю почти никто не смотрел. Дворовые псы были заняты дележкой кости – обсуждением ближайших планов.

– Марта, мы готовим иск против папарацци. Посмотрите в Конституции насчет неприкосновенности личной жизни. В законе о средствах массовой информации проверьте все, что касается согласия на фотосъемку – требуется ли оно в общественных местах, – распорядилась Валерия.

– Марта – это псевдоним. Машка она! Но с тех пор, как стала специализироваться на светской жизни, просит называть ее Мартой, – прокомментировала на ухо Кате Светик.

– Влад, снимки нужно переделать. Поцелуй мужа клиентки с любовницей почти не видно из-за машины.

Ничего себе! Готовят иск против папарацци, а сами тоже вторгаются в частную жизнь! Интересы клиента...

– Влад – классный фотограф, – сообщила Светик. – Даже из тебя, Кэт, сможет модель сделать.

Кэт? Это как Марта вместо Маши? Похоже, ей придется поменять не только гардероб.

– Танка или самолета? – уточнила Катя.

– Что?

– Модель танка или самолета?

Вице-президент неодобрительно взглянула в их сторону. Словно удивилась – что Катя вообще тут делает? Но потом вспомнила и представила новенькую собравшимся:

– Екатерина Чижова – новый сотрудник. Помощница, будет работать вместе со Светланой. Только хочу заранее предупредить вас, Екатерина, что задания нужно выполнять в срок! Причины задержки типа: «Сломала ноготь – не могла печатать» или «В „Шанель“ была распродажа – кто угодно ошалеет», – не принимаются.

Все, кроме Светика, улыбнулись. Похоже, между хорошенькой блондинкой и очаровательной брюнеткой идет настоящая война. А на линии огня оказалась Катя. Удачная позиция для начала карьеры, ничего не скажешь...

* * *

Кате поручили дело о дорожно-транспортном происшествии вперемешку с разводом. Жена вылетела из машины на полном ходу, сломала руку. Заявила, что они находились на грани развода, и муж пытался вытолкнуть ее из машины и из своей жизни. Она потребовала привлечь его за покушение на убийство. Но потом передумала. Видимо, раздел имущества прошел без эксцессов. Супруг же утверждал: несчастный случай, дверца внезапно открылась, а жена была не пристегнута. Он известный продюсер, история попала в газеты. Однако у автомобилей такого класса дверцы случайно не открываются. Репутации элитного автосалона был нанесен ущерб. Они подали иск в суд и намеревались доказать, что супруг все-таки приложил руку к сломанной конечности жены. Кате было поручено для начала изучить статистику подобных происшествий. Случай – из ряда вон. Или действительно – пристегиваться надо...

Хотя госпожа Стурова и скривилась при упоминании о Катиной диссертации, «Дореволюционное правосудие» – это кладезь информации. Все эти графья, князья, поэты и министры судились, вступали в наследство, делили имущество, избирались мировыми судьями. Да и уголовщина раньше была разнообразнее, чем в известной формуле «украл – выпил – в тюрьму».

* * *

– Золото, раздевайся быстрее. У нас всего полчаса!

Катя вздрогнула от неожиданности. В ее кабинете без стука появилось... белье. Комплект явно не из дешевых. Черное прозрачное белье, не скрывающее ничего. С тремя огромными клубниками на самых интересных местах.

Пошлее – только анекдоты про Ржевского...

Белье возникло не само по себе. Его просунул в дверной проем Алексей Горчаков – шеф, жених, князь. Потом он зашел и сам и явно удивился отсутствию в кабинете Светика и присутствию Кати. Удивился, но не очень-то смутился. С легкостью перешел на деловой тон:

– Извините, мне необходимо обсудить со Светланой Львовной новую коллекцию белья от «La Perla». Оно проходит по делу о порнографии.

Обсудить, как же! Парню явно не терпелось примерить это фруктовое безобразие на Светика. Правда, если в качестве сливок к этой клубнике прилагается такой красивый мужчина...

– Светлана Львовна вышла, – проблеяла Катя, то ли завидуя, то ли осуждая.

– Куда?

Вообще-то, коллега в рабочее время отправилась поплавать в бассейне. Шефу это не слишком понравится, а вот шеф-жених посмотрел бы на это сквозь пальцы, если бы не одно «но».

Пять минут назад Светик позвонила Кате и сообщила, что ее на водной дорожке обрызгал какой-то здоровяк в плавках от «Версаче» и, чтобы загладить свою вину, теперь он ведет ее обедать в какое-то «Джанго» или «Джун Го» – Катя точно не поняла.

Обычно люди задерживаются на работе. Светик умудрялась задерживаться вне работы.

– У нее какая-то важная встреча... – забормотала Катя.

– Алексей Горчаков – президент юридической фирмы «Горчаков и партнеры». – Босс вспомнил о происхождении и хороших манерах и вопросительно посмотрел на Катю.

– Екатерина Чижова. Я сегодня здесь первый день...

– Главное, чтобы не последний, – усмехнулся он.

Это угроза? Пары минут хватило, чтобы шеф понял, что Катя здесь нужна, как соринка в глазу? Ей стало совсем неуютно. Захотелось убежать и спрятаться обратно в архив.

– Это шутка, Катенька, – пришлось уточнить Горчакову.

– Я так и поняла, – пришлось улыбнуться ей.

И тут послышалась знакомая с детства песенка: «Какое небо голубое, мы не сторонники разбоя...» Мобильник Горчакова пел голосом лисы Алисы.

– Да, Светик! – жизнерадостно произнес в трубку Алексей. – Где ты сейчас, золото? За столом? Интересно, за каким? За рабочим?

Он выразительно посмотрел на стол у окна.

– Милая, я как раз в твоем кабинете, – заявил он. – И у меня есть для тебя подарок! Нет, дорогая, это не норковая шубка. И не ключи от «Феррари». Пока... Ах, ты все-таки за столом, но не за рабочим? Я тебя не так понял? Ты за рабочим столом в библиотеке? В читальном зале? Делаешь выписки из Трудового кодекса? Но все законы есть у тебя в компьютере. Ах, компьютер завис? Конечно, увидимся позже...

Алексей Горчаков убрал телефон в карман и подмигнул Кате.

– Ну а вы чем занимаетесь?

– Мужем, который выбросил жену из экипажа на полном ходу.

– Из экипажа?

– В нашем случае – из машины, но исторические примеры не помешают. Графиня Астен-Сакен... Речь можно начать как-нибудь позавлекательнее: «Быть графиней – не значит гулять по усадьбе в шляпке и падать в обморок при виде гусарских усов...» Пусть будут образы, пусть будет история. Для солидности.

– Что ж, интересный подход, – оценил начальник. – У нас, конечно, не прецедентное право, но исторический подход свидетельствует о хорошей подготовке адвоката к процессу. А не так – прибежал, за пять минут дело изучил и бормочет нечто невнятное. Это произведет впечатление, если не на судью, то на клиентов.

* * *

Светик нарисовалась к пяти часам. И выглядела как Багира после удачной охоты.

– Хорошо быть красивой женщиной, – изрекла она. – И очень вкусно!

«Не знаю, – подумала Катя, – не пробовала». И только тут вспомнила, что опять пропустила обед. Во-первых, у нее сегодня был непривычно поздний завтрак. Во-вторых, визит шефа и особенно его похвала заставили ее забыть обо всем и предаться мечтам. Вот была бы Катя – не Катя, а модель для рекламы белья! Вся такая загорелая, уверенная в собственной неотразимости, а не бледная моль в белой рубашке, которой только противогазы рекламировать.

Хотя что прибедняться: Катя не хуже других. Но и не лучше. А в современном офисе это особенно чувствуется.

– Это мой шанс! – заявила Светик. – Его зовут Петр. У него своя авиакомпания, а я очень люблю летать к морю...

Какой еще Петр? У подруги ведь роман с их общим боссом.

– Подожди, а как же Алексей? – изумилась Катя.

– Ну я же и говорю! Петр – мой шанс стать женой Алекса. Кэт, ты же знаешь, с тех пор как мне исполнилось шестнадцать, на мне всегда кто-нибудь хотел жениться. Но я не из тех, кто хватает первое попавшееся. Зачем мне парни из соседнего двора? Зачем доктора наук из нашего с тобой вуза? Мне профессорской зарплаты даже на колготки не хватит. Нет, я была терпелива – и дождалась! Мне нужен Алексей Горчаков. Мне уже скоро тридцатник. Пора свить семейное гнездышко где-нибудь на Рублевке. А Алекс, как назло, в загс не спешит...

Ну и ну! Оказывается, и у Светика не все так лучезарно. Что уж говорить о других... Кате тут точно нечего ловить. Сидела бы в своем архиве, не смешила бы народ. Кто был никем – тот стал ничем...

– И семейке Алекса подавай какую-нибудь графиню, – продолжила исповедь подруга, – на худой конец, дочь министра. Но с семейкой я как-нибудь справлюсь. Во всяком случае, его дворянская бабушка от меня в восторге. А вот что с ним-то делать? Как окольцевать?

– Орнитологи окольцовывают, правда, только птиц, – зачем-то сказала Катя.

Как будто в книгах по орнитологии можно было получить дельный совет на интересующую Светика тему.

– Я и без птиц справлюсь, – отмахнулась она. – Петр появился очень кстати. Нырнул с разбегу, обдал брызгами, как какой-нибудь кит. Я ему и сказала все что думала. А он извинился, наговорил кучу комплиментов мне и моему купальнику и пригласил в ресторан. Хорошо посидели. Он как раз разводится с женой и не знает, с кем теперь своими миллионами делиться. Правда, внешне он не очень. С пузиком, и уже к пятидесяти. Но на время сойдет. Пусть Алекс помучается, поревнует. Поймет наконец: если и дальше будет тянуть со свадьбой, упустит свою золотую рыбку!

«Не хочу я в этот аквариум, – про себя вздохнула Катя. – Он обманывает ее с русалками, она его – с китом. И при этом они – сладкая парочка, всем на зависть, любовь-морковь. Это и есть гламур?»

* * *

Столь же неожиданно, как недавно белье, в их кабинете появилась пицца. Сначала зашел посыльный с коробкой, а следом Марта.

– Кто Чижова? – деловито спросил парень в униформе. – Распишитесь за доставку. С вас 300 рублей.

Это еще что такое? В кошельке у Кати – всего сотня. Она же первый день работает. Да и не заказывала она никакой пиццы...

– Я ничего не заказывала! – вслух повторила Катя.

– Как же, тут написано. Екатерина Чижова, фирма «Горчаков и партнеры», адрес, телефон. Ваши?

– Наши, – кивнула Светик. – Но пиццу у нас не едят. Мы, знаете ли, фрукты предпочитаем.

– Хотя ты, Чижова, ходячий скелет, – встряла Марта. – Тебе можно.

– Но я не заказывала пиццу!

– Заказала и забыла, с кем не бывает, – пожала плечами Марта. – Я все время все забываю. Вот вчера записалась в салон на завивку ресниц, и тут же время сеанса выветрилось из головы. Хорошо, что они сами позвонили, напомнили...

– Ты в каком салоне делаешь? – оживилась Светик. Марта ответила. – И я тоже. Контурный макияж у них – супер...

Завивка ресниц?! И у Кати, и у посыльного глаза округлились безо всякого контурного макияжа. Но как же Катя могла заказать пиццу, если у нее нет трехсот рублей? Бред какой-то. Причем очень дорогой. Это или дурацкая шутка, или в пиццерии что-то перепутали.

Краснея и бледнея, Катя попросила у Светика триста рублей в долг.

– У меня только тысячные купюры, – сказала та.

К счастью, у посыльного оказалась сдача. К счастью? В первый же рабочий день Катя выставила себя ненормальной обжорой, которая заказывает пиццу, не имея возможности за нее расплатиться, и тут же забывает об этом.

* * *

Еще вчера Кате позвонил следователь Сильянов и пригласил зайти сегодня для очередной дачи показаний. Так что, съев треть пиццы (не выкидывать же) и подготовив статистику выпадения из транспортных средств, начиная с XIX века, Катя потащилась в прокуратуру. Но речь на допросе пошла вовсе не о маньяке.

– Ну, гражданка Чижова, – следователь сверлил Катю взглядом, как сверхскоростная дрель. – Признавайтесь: в детстве вы, наверное, лазили по деревьям, падали, получали черепно-мозговые травмы?

– Я?! Да я все детство на диване с книжкой просидела, глаза вот испортила.

– Депрессиями страдаете? – не унимался Фома Сильянов. – Я навел справки: живете вы с родителями, замуж вас никто не берет. Наверное, пьете антидепрессанты, не думая о побочных эффектах?

Что за вмешательство в ее личную жизнь? Надо позвонить Марте, уточнить насчет Конституции. История – вот ее антидепрессант! Многие великие были несчастны в любви. Жана д?Арк прекрасно обходилась без мужчин. А единственная, кого не смог победить Суворов, – его собственная жена. Княжна Варвара Прозоровская, которая исправно наставляла мужу рога. Так что Катя – в неплохой компании, но ее собеседник, похоже, этого не знал.

– Не удивлюсь, если у вас бывают провалы в памяти, – наседал он.

– Не было до сегодняшнего дня. Эта глупость с пиццей!

– С какой пиццей?

Пришлось рассказать.

– И как после этого я могу вам верить? – вопросил следователь.

Катя ничего не понимала. Она поймала убийцу, выполнила свой гражданский долг! И в благодарность за это следователь наводит справки, копается в ее биографии, делает оскорбительные выводы.

– Я не преступница, я свидетельница! – напомнила Катя.

– Вот именно. Единственная пока свидетельница. Потерпевшая до сих пор в коме. На ваших показаниях строится обвинение в покушении на убийство. Поэтому мы должны узнать о вас все. Вдруг вы прирожденная лгунья или за что-то обижены на Олега Черкасского?

Похоже, правоохранительные органы тоже не верят, что человек из VIP-тусовки оказался маньяком. Или это министр зародил в них сомнения? Или спонсорская помощь, которую задержанный оказал оперативно-следственной группе?

– Так что я буду пристально за вами наблюдать, гражданка Чижова. Тем более что, по словам Олега Черкасского, это вы хотели убить Людмилу Кострыкину!