Вы здесь

Папирус. Глава 2. Армагеддон (А. С. Омельянюк, 2018)

Глава 2

Армагеддон

В течение последующего десятилетия, уже в начавшийся период Нового царства, произошло закрепление победы над гиксосами.

Однако их владычество оказало на Египет и благотворное влияние.

Теперь Новое царство успешно развивало свои связи с внешним миром, аккумулируя в себя богатую материальную культуру.

Так, благодаря освоению азиатских технологических изобретений, таких как колесница, произошло преобразование боевой техники египтян.

В последующие годы они продолжили свои походы на северо-восток и захватили ряд земель Передней Азии.

Их военная экспансия приняла значительный размах.

Левый фланг походов египтян теперь прикрывали их крупные парусновёсельные корабли в Средиземном море.




Корабли египтян стали совершать плавания на значительные расстояния, как по Средиземному, так и по Красному морю.

Это способствовало не только военным победам, но и расширению внешних связей с ближними и дальними соседями.

Изгнание гиксосов из Египта и восстановление его влияния в Восточном Средиземноморье, наряду с военными успехами, созданием постоянной армии и новыми контактами, положили начало и новому периоду в истории страны.

Всё это явилось началом периода возникновения в Египте Нового царства, продолжавшегося почти пятьсот лет, с 1550 года вплоть до 1070 года до нашей эры, и охватывавшего годы правления трёх самых могущественных XVIII–XX-ой династий египетских царей.

А прочную основу для будущего прогресса Египта своими успехами заложил ещё Яхмос 1-ый.

В эпоху Нового царства страна достигла наивысшего расцвета, была создана наиболее крупная по территории Египетская империя, а древнеегипетская цивилизация достигла наибольшего блеска и развития.

Изгнание гиксосов и воссоединение всего Египта под властью царей XVIII-ой династии способствовало укреплению военной мощи египетского государства и возобновлению его активной внешней политики.

Цари XVIII-ой династии реорганизовали египетскую армию.

В ней появился новый род войск – лёгкие подвижные колесницы, запряженные лошадьми.

Эти колесницы врывались в ряды противника, а стоящие на них бойцы поражали врагов стрелами из более совершенных, так называемых сложных луков.

Каждый воин-пехотинец кроме обычного укороченного копья и кинжала теперь был вооружён и боевой секирой.

На вооружение было принято и новое, более эффективное, чем кинжал, оружие – прямой и серповидный меч.

А так называемый пластинчатый панцирь (вместо кожаного) надёжно закрывал воина.




Проводились специальные учения и тренировки воинов по повышению дисциплины и возможности маневрирования на поле боя.

Оснащённая новым оружием и располагающая подвижными боевыми колесницам, теперь дисциплинированная египетская армия представляла собой грозную силу.

Цари XVIII-ой династии начали проводить активную завоевательную политику по традиционным путям: на юг в Нубию и на северо-восток в область Палестины и Сирии.

После смерти царя Яхмоса I-го к власти пришёл его несовершеннолетний сын Аменхотеп I-ый (правил в 1525 – 1504 годах до н. э.).

Поэтому регентом при нём была провозглашена его мать царица Яхмес-Нефертари.

Он так же, как и его отец вёл успешные войны в Нубии, дойдя до вторых порогов Нила и присоединив часть этой страны к Египту.

В 1519 году до н. э. эти завоёванные территории были соединены с южными номами Верхнего Египта, и во главе всего округа со столицей в городе Иераконполь (Нехен) был поставлен высокий чиновник, получивший титул «царский сын Куша и начальник южных областей».

Завоёванная египтянами территория оказалась настолько велика, что из неё образовали несколько наместничеств.

Аменхотеп ходил походом также на ливийцев племени аму-кехак и в западную Сирию, тем самым усилив влияние Египта в Палестине и в Сирии вплоть до Евфрата, откуда в качестве добычи он привёз бронзу и медь.

Богатая добыча, захваченная египтянами во время этих завоевательных походов, и дань, наложенная на покорённые племена и народы, а также эксплуатация этих захваченных богатых областей, в частности золотоносных районов Нубии, дали возможность вести активную и широкую строительную деятельность во славу египетских богов и царей, строя в честь них храмы, и щедро одаривая жрецов.

В одном из храмов Аменхотеп I-ый не забыл увековечить и себя.




Свой заупокойный храм, с высокими воротами в 10 метров, этот царь приказал построить в западной части Фив.

Рядом в скале была высечена и его гробница с пирамидообразной надстройкой над нею.

Он всё время старался подчеркнуть своё родство с царями прежней династии и с царями Среднего царства.

Но не забывал он и других богов, приказав, например, высечь в горах Ибрим в Нубии пещерный храм богине нильских порогов Сатит.




Поскольку Аменхотеп I-ый, повластвовав двадцать один год, умер бездетным, то его мать Яхмес-Нефертари возвела на престол мужа его младшей сестры и своей дочери Яхмос – своего зятя, Тутмоса I-го («Порождённого Тотом»), бывшего военачальником ещё при Яхмосе 1-ом.

Царь Тутмос I-ый (правил в 1504 – 1492 годы до н. э.) продолжил завоевательную политику своих предшественников и предков.

Ведь он был сыном царя Яхмоса I-го и наложницы Сенсенеб – дамы явно не царского происхождения, но из семьи верховного жреца Амона.

И новый царь стал одним из выдающихся египетских завоевателей.




Он начал своё царствование с похода против восставших нубийцев и завоевал их страну Куш вплоть до пятых порогов Нила.

Укрепив свои тылы, он вторгся в Азию.

Проходя с военным походом через Синай, Тутмос I-ый очистил северо-восток Египта от мятежных банд амаликитян и филистимлян.

Египтяне затем без труда прошли всю Палестину и Сирию.

Но на берегах Евфрата они столкнулись с сильной митаннийской армией, однако и она была разбита.

Но завоевания Тутмоса I-го оказались непрочными.

Его главная жена Яхмос родила ему сына, умершего в младенчестве, и двух дочерей, старшая из которых была Хатшепсут.

Царица Мутнофрет – вторая жена Тутмоса I-го – родила ему троих сыновей, старшим из которых был Тутмос II-ой (правил с 1492-го до, формально, 1479-го года до н. э.).

Он вынужден был начать своё правление с подавления мощного восстания в Нубии.

Для окончательного усмирения этой богатейшей и непокорной провинции он даже приказал поголовно истребить всё нубийское мужское население.

Он сохранил все завоевания предшественников, подавив восстание не только на юге в Куше, но и в Палестине.

Однако Тутмос II-ой не успел расправиться с многочисленными мятежами в Сирии, так как вскоре заболел непонятной тяжёлой болезнью и был отстранён от власти своей второй женой – единокровной сестрой – царицей Хатшепсут, захватившей трон сначала фактически, а потом и официально отстранив больного мужа от власти, объявив себя царицей.

Жрецы Амона поддержали её, провозгласив новой царицей Египта.

Во время торжественного обряда в храме Амона жрецы остановились около Хатшепсут и встали перед ней на колени, символизируя этим благословение на престол.

Для укрепления её и своей власти жрецы объявили Хатшепсут дочерью самого Амона:

«Верховный бог спустился к царице Яхмос в образе её земного мужа Тутмоса I-го и совокупился с нею, после чего и родилась Хатшепсут» объявил верховный жрец Амона Хапусенеб.

А для выхода из противоречия с традициями, когда царём, как воплощением бога Гора, мог быть только мужчина, Хатшепсут стала ходить на официальные церемонии в мужской одежде и с накладной бородой.

После смерти Тутмоса II-го в 1479 году престол должен был перейти к его сыну от брака с Исидой Тутмосу III-му (правил, формально, с 1479-го по, фактически, 1425 год до н. э.).

Но поскольку он в этот момент был ещё двенадцатилетним ребёнком, то власть в стране по-прежнему сохранила честолюбивая вдова покойного – царица Хатшепсут (правила до 1468 года до н. э.).

Будучи мачехой Тутмоса III-го, она воспользовалась ситуацией и отправила пасынка на воспитание в храм.

Царица Хатшепсут («первая из почтенных») была не только единокровной сестрой и второй женой Тутмоса II-го, но и бездетна.

И её претензии на египетский трон были вполне понятны и обоснованы.

Ведь она была дочерью Тутмоса I-го от его первого брака с Яхмос, а её единокровный брат Тутмос II-ой – родился лишь от второго брака их общего отца с Мутнофрет.

Хатшепсут хоть и обладала многими мужскими качествами характера – интеллектом, волей и решительностью, но была всё же женщиной, причём весьма женственной и красивой.




Эта энергичная женщина, более двадцати лет твёрдо правившая Египтом, в своей деятельности опиралась, главным образом, на жречество бога Амона.

Поначалу она не предпринимала военных походов за пределы страны.

Исключение составила только ею снаряженная большая военноторговая экспедиция в 1472 – 1471 году до н. э. в южную страну Пунт, с которой она восстановила торговые контакты, и куда её сопровождал большой отряд воинов под командованием темнокожего военачальника Нехси, и боевые корабли.

Из Фив её путь лежал немного вверх по Нилу, а затем в Коптос.

Потом путешествие по пустынному ущелью Вади-Хаммамат в паланкине с ночными стоянками и отдыхом в шатрах.

И далее к порту Левкое-Лимен (Эль-Косейр) на Красном море.

Царица Хатшепсут очень высоко ценила возможности своего флота и придавала большое значение своему плаванию в Пунт (Святую землю).




Её чудесные корабли с вытянутыми носами, как лотосы, с высокими мачтами и летящими парусами, имели команды в полсотни человек.




Из Пунта, с которым Египет издавна поддерживал торговые отношения, но в эпоху Среднего царства они прервались, экспедиция вернулась, нагруженная дарами экзотической страны и формальными изъявлениями покорности власти Египта.

Из Пунта Хатшепсут привезла золото и серебро, драгоценные камни, дары из слоновой кости и эбонита, редкие виды растений и редкие породы деревьев, в том числе чёрного и корицы, мирровую смолу, различные благовония, ручных обезьян и борзых собак, а также скот и рабов.

При ней расширились торговые связи с соседями.

Однако были почти утрачены владения Египта в Палестине и Сирии.

При царице Хатшепсут Египет достиг ранее невиданного расцвета.

Сама она покровительствовала многим сферам деятельности египтян, но прежде всего строительству.

При ней были восстановлены разрушенные гиксосами постройки.

Активно она занялась и храмовым строительством.

И вообще, во времена XVIII-ой династии египетских царей, с Тутмоса III-го именовавшихся теперь новым титулом – фараоны, начавшейся с правления ещё её основателя – последнего царя XVII-ой династии Яхмоса I-го, наблюдалось возрождение искусства и ремёсел.

Так, например, великолепно исполненное барельефное изображение его дочери – царицы Яхмос («рождённой луной»), сохранилось в самом известном, знаменитом и величественном, заупокойном храме его внучки – царевны Хатшепсут в Дейр-эль-Бахри.

Этот великолепный храм, построенный с тонким архитектурным чутьём и вкусом, поражающий воображение людей своими огромными колоннами, и названный «чудом из чудес», был выстроен против полукруглой скалы близ Фив.

Вокруг высившиеся скалы из белого известняка окрашивались временем и Солнцем в розовато-жёлтый цвет, создававший, как бы, абсолютно вертикальный барьер.

С севера к храму можно было подойти только по крутой и труднодоступной тропинке, ведущей на вершину хребта, отделяющего Дейр-эль-Бахри от дикой и мрачной Долины царей.

Храм Хатшепсут был знаменитым святилищем.

Он был построен на террасах, засаженных редкими диковинными деревьями, привезёнными из Пунта.

Террасы были расположены на неуклонно поднимающихся уровнях и дорога, ведущая к храму, поднималась с одного уровня на другой.

Столбы, стоящие на нижней террасе, поддерживали пол и стену верхней террасы. Двор храма был окружён колоннадой.

Храм делился не вестибюль, зал и святилище.

Соотношение ширины к длине зала было почти 1:3.

Столбы, поддерживающие террасы и окружающие внутренний двор, были прямоугольной формы.

Своими тенями, меняющимися при движении Солнца, они создавали величественный вид.

На стенах храма были высечены барельефы, описывающие самые важные события в жизни царицы.




Они также были расписаны хвалой ей: Твоё имя достигает свода небес. Слава твоя окружает море и пересекла большой круг.

Всячески потворствуя жрецам бога Амона, желая поощрить их, царица Хатшепсут впервые ввела должность верховного жреца.

Другим увлечением Хатшепсут стало военное дело.

К концу своего царствования она лично командовала войсками во время похода в Нубию, а также провела ещё несколько других успешных походов.

Она, наконец, допустила к военному делу своего повзрослевшего пасынка Тутмоса III-го, дав ему возможность прославиться в одном из последних походов в Нубию.

Будучи формально соправительницей Тутмоса III-го с 1479 года она ещё не старой неожиданно умерла в 1468 году до н. э.

Но ещё в конце её правления в северо-западной Сирии начинали созревать враждебные Египту коалиции из царьков и князей, поставивших себе целью завоевание этой богатой страны на Ниле, как это за двести лет до них удалось сделать гиксосам.

И теперь, узнав о смерти властолюбивой, но миролюбивой Хатшепсут, постепенно терявшей свои владения, и о воцарении в Египте её соправителя Тутмоса III-го, ранее отстранённого ею от ведения всех государственных дел, правитель Кадеша посчитал нового царя слабым и бесхарактерным, а момент подходящим для освобождения от египетского господства.

И по его инициативе здесь начала складываться военная коалиция из ранее зависимых от Египта царств Сирии и Палестины.

А тем временем пасынок женщины-царицы Хатшепсут, соправитель и наследник, теперь уже фараон Тутмос III-ий (Дхут-маси), желая после смерти властолюбивой мачехи уничтожить память о ней, приказал повсюду стереть её имя и изображения, в том числе, где она была изображена с бородой, как царь-мужчина.

Ведь до этого Тутмос III-ий, как соправитель Хатшепсут, был, по сути, незаконно отстранён ею от власти.

И уже после фактического восхождения на трон Египта и укрепления своей власти внутри страны, достижения успехов в государственных делах, он отметился и военными триумфами.




Ему пришлось вновь завоёвывать утраченные при Хатшепсут территории.

Особенно напряжённую борьбу Тутмосу III-му пришлось вести в Палестине и Сирии.

Здесь уже не только сложилась, но и укрепилась сильная коалиция ранее зависимых от Египта сирийских и палестинских княжеств.

Их силы по-прежнему возглавлял правитель области вокруг сильно укреплённого города Кадеш, теперь вступивший также в союз с царём города-крепости Мегиддо и государством Митанни.

Ранее, ещё в начале XX-го века до н. э., в Мегиддо находился египетский наместник.

Потом эта территория была утрачена, став на некоторое время израильской колонией, но затем вновь, уже надолго, была завоёвана Египтом.

А теперь под командованием царя Кадеша объединённые вооружённые силы антиегипетской коалиции как раз и были сосредоточены около этой мощной, хорошо укреплённой крепости Мегиддо, от которой вели дороги к северным городам Палестины и Сирии.

И вот, на двадцать третьем году своего правления, в 1457 году до н. э., фараон Тутмос III-ий решил начать войну с этим, представлявшим для Египта опасность и поддержанным государством Митанни, союзом князей Сирии и Палестины, в своём первом походе направив основной удар на Мегиддо.

Лишь разгромив большую армию этой влиятельной коалиции можно было думать о завоевании всей Палестины и Сирии.

А повод для этого представился совершенно неожиданно.

Чиновники, посланные фараоном Тутмосом III-им для сбора дани в Сирии и Палестине, были прогнаны из Мегиддо, где уже расположилась армия мятежников, и 1 марта 1457 года до н. э. вернулись в Египет с тревожным известием:

«Ваше Величество! Не извольте гневаться, что нам не удалось собрать всю дань. Нас прогнали из Мегиддо, даже близко не подпустив к стенам города. С нами даже не стали разговаривать, когда узнали, что мы от Вашего Величества!» – начал старший из чиновников, упавших перед фараоном на колени.

Фараон гневно взглянул на своих придворных, но тут же несколько смилостивился:

«Встань, и продолжай!».

– «Там везде непослушание. Это измена! Мы были в разных городах и у разных правителей – везде одно и то же!».

Фараон отпустил чиновников и собрал военный совет, на котором отдал приказ готовиться к военным действиям.

Для подавления правителей земель Восточного Средиземноморья, бросивших ему вызов, фараон Тутмос III-ий собрал армию, включавшую в себя, прежде всего пехоту, вооружённую мощными составными луками, боевыми топорами, секирами и хопешами.




В армию фараона также были включены и боевые колесницы.




И уже на вторые сутки из столицы Египта Фив двадцатитысячное войско фараона Тутмоса III-го отправилось в свой первый победоносный 900 километровый поход.

Сначала они продвигались на север по Нилу и долине к дельте его восточного устья. Затем повернули на восток, южнее минуя Аварис.

А 31 марта египетские войска уже вышли из своей восточной приграничной крепости Тиару.

Далее, двигаясь по старой военной дороге через пустыню Синая на восток и северо-восток, прибыли в Шарухен, где, узнав о мятеже теперь уже на всех зависимых территориях севернее города Иурсы (Яффы), сделали однодневный отдых.

Поначалу египетское войско проходило по 25 километров в день, а в конце пути уже только по 8.

Поэтому только через девять дней продвижения от Тиару, 9 апреля, войско фараона Тутмоса III-го прибыло в Газу.

Это был последний город, сохранявший ещё лояльность Египту.

В этот день очередной годовщины коронации нового царя – фараона и его восхождения на престол состоялся традиционный праздник.

Для воинов устроили пир – закололи коз и быков, из бурдюков наливали пальмовое вино и пиво.

В царском шатре для военачальников подавали изысканные блюда и наливали в ковши сладкое виноградное вино.

Через сутки двинулись в дальнейший поход по землям филистимлян, пройдя Иурсу и по равнине Сефила в Самарию, и через десять дней 21 апреля вошли в город Джехем вблизи западного подножия Кармельского хребта.

Здесь и стало известно, что правитель Кадеша объединил под своим началом армии всех прежде зависимых от Египта земель в Палестине, в северо-западной Сирии, и в верховьях Евфрата, и у города-крепости Мегиддо со своим пятнадцатитысячным войском ожидает подхода армии египтян.

Узнав об этом, фараон Тутмос III-ий приказал разбить лагерь и дать воинам отдых перед тяжёлым походом и предстоящими боями.

Отсюда предстоял трудный переход по горным дорогам и тропам к крепости Мегиддо, где стоящие наготове коалиционные войска противника хотели преградить египтянам путь на север, нанеся им здесь сокрушительный удар.

От египетского лагеря в Мегиддо вели три дороги.

Одна дорога – прямая – шла через Кармельский хребет с юго-запада на Мегиддо по узкому ущелью мимо одноимённого городка Аруна.

Вторая дорога сначала шла на север по Саронской равнине, а затем в обход гор поворачивала на восток, была свободная, и южнее дороги на город Эвфти выходила с северо-запада на Мегиддо.

Третья дорога сначала вела на восток, но потом круто поворачивала на север, шла мимо города Таанаха и выходила с юга к крепости.

Поэтому именно здесь, по данным пленных и лазутчиков, на самом лёгком, выгодном и удобном для египтян направлении, фронтом к югу развернулись и сосредоточились главные силы противника.

Перед египтянами встал вопрос о способах и тактике разгрома противника.

На ночном совещании всех военачальников, Тутмос III-ий сказал:

«Этот жалкий, вредоносный враг, предводитель из Кадеша, вошёл в Мегиддо. Он там и сейчас. Он собрал предводителей всех стран, подчинённых Египту, их людей и лошадей. Он говорит, что собрал всех, чтобы сражаться против Египта. Приготовьте Ваше оружие! Ибо мы отправимся сражаться с этим зловредным врагом утром. Да будет храбрым каждый воин! Да будут тверды ваши шаги на узкой дороге!».

Здесь же было принято решение, что войска разделятся на три отряда: «Северный», «Центральный» и «Южный».

«Северный» отряд был сразу отправлен в поход по левому флангу.

Самый большой «Центральный» отряд под командованием самого фараона Тутмоса III-го пока остался на месте.

А небольшому «Южному» отряду, как правому флангу, предстояло пройти через Таанах, и подойти с южного фланга к поджидающим значительным силам противника, тем подтверждая его расчёты.

Основной же «Центральный» отряд египетских войск должен был ударить во фронт, где его никак не ждут из-за практически непроходимого, опасного, длинного, узкого и глубокого ущелья через Кармельский хребет к юго-западу от Мегиддо.

Для победы в битве фараон Тутмос III-ий попросил защиты и святого благословения богов.

Этой церемонией руководил верховный жрец высшего ранга Менхепер-Сенеба.

Через своего визиря Рекмира Тутмос III-ий передал приказ своим воинам обмазаться благовониями и готовиться к сражению.

Мегиддо был одним из главных провинциальных городов Палестины, резиденцией губернатора.

Это была крепость, закрывавшая проход с юга и юго-запада дальше на север в Израильскую долину.

Впереди египтян, перед Мегиддо, где обосновались войска принца города Кадеша и его союзников, лежал Кармельский хребет с перевалом Аруна – узким, глубоким и трудно проходимым ущельем, за которым, перед самой крепостью, простиралась значительная равнина, в основном, образованная долиной ручья Кина, располагавшаяся левее дороги.

Пока фараон ночью отдыхал в своём царском шатре, расхаживающие повсюду стражники повторяли вслух, словно медитируя:

«Крепитесь! Укрепитесь сердцем! Бодрствуйте! Бдительность! Стерегите шатёр! Да, будет царь здрав и благополучен!».

Рано утром, 24 апреля 1457 года, всей армии была дана команда начать движение на северо-восток.

Фараон отдал приказ «Центральному» отряду, численностью более 10.000 человек, идти к Мегиддо кратчайшим путём через Кармельское ущелье.

В течение почти 12 часов отряд шёл почти гуськом по узкому ущелью перевала Аруна и совершенно беззащитный.

Любой, даже малочисленный отряд противника, будь он вовремя выставлен на пути египтян, смог бы легко остановить их продвижение и практически безнаказанно уничтожить всех их с помощью стрел, выпускаемых из луков с высоких и весьма крутых стен ущелья.

Будучи окружёнными этими стенами и другими своими воинами, почти полностью беззащитные, они не смогли бы никак, даже своими стрелами, достать противника, прячущегося за относительно высокими гребнями окружающих их гор.

Однако, несмотря на всю опасность такого решения, манёвр этого отряда удался.

«Центральный» отряд прошёл через Аруну и вышел на правый берег ручья Кина, оказавшись между северным и южным флангами войск коалиции, невдалеке от стен Мегиддо. Сам фараон ехал в колеснице из электрума (сплава золота с серебром) в авангарде своего отряда.

Когда египтяне вышли из ущелья на равнину западнее Мегиддо и стали заполнять поле перед холмом, отделявшим их от неприятеля, их арьергард ещё только проходил мимо городка Арун.

Ближайшие к фараону военачальники посоветовали ему дождаться всего своего большого отряда с арьергардом и вместе с «Северным» отрядом перегруппировать свои силы на более выгодные позиции.

Когда на седьмой час после восхода Солнца, в полдень, арьергард его отряда вышел из ущелья в долину, фараон Тутмос III-ий приказал разбить лагерь и отдохнуть перед перегруппировкой к предстоящему сражению.

Все сутки 25 апреля ушли на передислокацию сил фараона.

И пока египтяне вместе с шедшим по левому флангу «Северным» отрядом, занимая господствующие высоты, перегруппировывали свои силы, противник их обнаружил и послал гонцов к Таанаху за войсками своего левого фланга.

А утром 26 апреля фараон получил доклад, что все три его переформированных отряда готовы к наступлению.

Будучи уверенным в непроходимости для большой армии ущелья на перевале Аруна, противник допустил просчёт.

И этим, в итоге, авантюрно, с большим риском для себя и своих воинов, воспользовался фараон Тутмос III-ий.

Получив оперативное преимущество, его воины фактически внезапно появились перед ещё уступающими им в численности отрядами врага, смели их, и погнали к стенам Мегиддо, по пути уничтожая их.

Страх перед Тутмосом III-им вошёл в сердца воинов противника.

Застигнутые врасплох, после короткого боя, увидев, что египтяне одерживают победу, они бежали за стены крепости Мегиддо.

Войска из-под Таанаха подошли с опозданием, и также в панике и со страхом побросали своё оружие, своих коней, боевые колесницы, и другие многочисленные ценности, убегая к стенам Мегиддо.




А жители города заперли ворота, втаскивая своих воинов на стены крепости на верёвках и связанных между собой плащах.




Таким способом, бросив в шатрах всё своё богатство, спаслись и царь Мегиддо и принц Кадеша.

Но попал в плен его сын.




Однако армия египтян вместо того, чтобы преследовать убегающего врага и попытаться сходу взять город, остановилась для разграбления брошенного противником имущества и сбора трофеев, упустив победу и позволив, тем самым, частям вражеских войск бежать, отступить в Мегиддо, и, укрепившись там, пока избежать плена.

Но богатая добыча египтян под стенами Мегиддо не произвела на фараона никакого впечатления.

Более того, он негодовал.

Ведь быстрый захват крепости на плечах противника был упущен.

Тогда фараон Тутмос III-ий обратился к своим воинам с воодушевляющей речью, в которой в частности объяснял жизненную необходимость взятия Мегиддо:

«Если бы вы вслед за этим взяли город, то я совершил бы сегодня богатое приношение Ра, потому что вожди каждой страны, которые восстали, заперты в этом городе, и потому что пленение Мегиддо подобно взятию тысячи городов».

Но после победы под стенами Мегиддо армия египтян ликовала, невольно устроив себе маленький праздник.

И фараон был вынужден разрешить своим воинам отпраздновать эту победу и немного перевести дух.

Но узнав, что пока его войска, позарившись на трофеи, остановились у стен Мегиддо, и в город пробрались, отступившие из-под Таанаха воины противника, он ещё больше негодовал, немедленно отдав приказ о штурме Мегиддо, и опять подчеркнув важность взятия этой крепости:

«Сражайтесь хорошо и храбро, мои верные войска! Вожди всех городов собрались в этой крепости. Взятие Мегиддо – это взятие тысячи городов!».

Так что после празднования победы египтяне, к этому времени плотным кольцом обступившие загнанного за стены противника, были вынуждены приступить к длительной – несколько месяцев – осаде крепости Мегиддо.

За это время египтяне смогли даже собрать урожай с окрестных полей.

Около Мегиддо египтяне построили свою временную осадную крепость, откуда осадой руководил сам Тутмос III-ий.

Её осадная стена получила название по тронному имени фараона: «Менхеперра, овладевший равниной азиатов».

За время осады к египетскому фараону прибывали с данью, избежавшие окружения в Мегиддо, правители других сирийских городов.

И придворный хронист Танини – правнук Амелека – записал об этом в анналах Тутмоса III-го:

«И вот владетели этой страны приползли на своих животах поклониться славе его величества и вымолить дыхание своим ноздрям, потому что велика сила его руки и велика его власть. И простил фараон чужеземных царей».

Хотя город-крепость и был укреплён массивной стеной, а вокруг стен был ров с водой, гарнизон был неспособен выдержать долгую осаду.

Сражение под Мегиддо завершилось полным разгромом войск противников Египта во главе с принцем Кадеша.

После почти полугодовой осады Мегиддо антиегипетская коалиция признала себя побеждённой, и поредевший гарнизон крепости полностью капитулировал перед армией фараона Тутмоса III-го, оставив город на разграбление.

Иудейский царь-наместник Иосия был смертельно ранен.

А правитель Кадеша вместе со своей свитой бежал из Мегиддо.

После сражения фараон Тутмос III-ий вознёс хвалу богу Амону за победу, которую тот даровал своему, весьма преуспевшему в своих долговременных планах, сыну, возвратившемуся в свою крепость Сухен под Фивами.

Домой в Египет войска фараона Тутмоса III-го, разграбив Мегиддо и другие города Палестины и Сирии, возвратились с богатейшей добычей, привезя множество захваченных трофеев:

– тысячу колесниц (из них 2 украшенных золотом боевых колесницы, и 922 обычных боевых колесниц из Мегиддо);

– 2.041 лошадь, 191 жеребёнка, и 6 племенных коней из Мегиддо;

– 1.929 голов скота, 2.000 коз и 20.500 овец из Мегиддо;

– военное имущество из Мегиддо (1 панцирь из бронзы, 200 кожаных панцирей и 502 боевых лука);

– царское имущество из Мегиддо, среди которого 7 шатровых столбов, украшенных серебром и принадлежавших царю Кадеша;

– две с половиной тысячи пленных (из них 340 из Мегиддо) и 207.300 мешков пшеничной муки из Мегиддо;

– различные произведения искусств, убранства, сосуды, утварь храмов и святилищ для чужеземных богов;

– золотые и серебряные изделия, драгоценные и полудрагоценные камни, бронзу;

– богатство, накопленное на протяжении столетий производительного труда оседлой жизни в Палестине;

– добычу из Авариса, ранее захваченную гиксосами в Египте;

– товары, приобретённые через торговлю между Азией и Африкой;

– ботанические и зоологические коллекции: голубой лотос, винное и гранатовое дерево, аронию, ирис, хризантемы, кукурузу, мандрагору, разновидности дынного дерева и сосен.

А везде следовавший за фараоном писец Танини записал для потомков:

«Я следовал за благим богом, царём правды. Я видел победы царя, одержанные им во всех странах, когда он пленял князей финикийских и уводил их в Египет, когда он грабил все города их и срезал деревья их, и никакая страна не могла устоять против него. Я увековечил победы, одержанные им во всех странах, на письме, сообразно совершённому…».

Фараон Тутмос III-ий также привёз в Египет из Сирии пленников-мастеров, которые затем обучали египтян различным экзотическим ремёслам, влияя на их эстетические вкусы.

И язык египтян постепенно подвергся некоторому семитскому влиянию, а письмо со временем приобрело плавный и изящный стиль.

В последующие годы под влиянием большого притока чужеземной крови усреднённые черты лица победившей расы постепенно утратили грубоватость и приобрели большую утончённость.

Побеждённые также признали верховенство правителей Египта и принесли ему клятву верности.

Фараон Тутмос III-ий помиловал пленённых правителей, но отправил их по домам с позором – верхом на ослах.

А побеждённые царьки и князья от коалиции отныне многие годы были вынуждены платить Египту дань.

В честь своей грандиозной победы фараон Тутмос III-ий устроил в столице три праздника, продолжавшиеся в среднем по 5 дней.

В ходе этих праздников он щедро одарил своих военачальников и отличившихся солдат, а также храмы.

Не забыл фараон и Танини – своего верного придворного хроникёра, опять подробно описывавшего все события этого периода.

Это необычное сражение у Палестинского города Мегиддо (современная Тель-эль-Мутеселим юго-западнее города Назарет на севере Израиля) в 1457 году до н. э., вошедшее в историю, как Армагеддон, – когда египетский фараон Тутмос III-ий разбил коалиционные войска своих противников, – стало первым и особенно известным из всех позднее проведённых фараоном сражений.

Эта битва под Мегиддо произошла спустя чуть более девяносто лет после взятия Авариса, невольно использовав пример и опыт этого сражения.

Битва при Мегиддо была одним из первых, вошедших в историю, крупных сражений, в котором встретились большие воинские соединения, и которое велось по всем правилам военного искусства того времени.

С тех пор Мегиддо, расположенный на дороге между Иерусалимом и Сидоном (современная Сайда), стал главной египетской крепостью в Палестине – Сирии, а разделённая Иудея покорилась Египту.

А северное царство Израиль стало управляться царём-марионеткой.

Сидоняне, помогавшие гарнизону Мегиддо в качестве наёмников, после поражения коалиции тщетно пытались спасти свою независимость.

После падения «огороженных стенами городов, которые принадлежали Иудее», Иерусалим теперь открыл свои ворота без всякого сопротивления.

Потому город и не подвергся штурму и разграблению.

Об этом событии Танини писал:

«И вот предводители этой страны пришли отдать дань, подчиниться славе его величества, молить о насущном, потому что велика сила, безмерна слава его величества».

Вскоре египетская армия захватила ещё три города.

За 148 дней Палестинская кампания была завершена.

А всего в этом краю Палестины и Сирии фараон Тутмос III-ий захватил ещё 119 городов, среди которых, кроме Мегиддо и Таанаха, были Акко, Афек, Верит, Дамаск, Иоппия, Кадеш, Хамат, Хацор и многие другие.

С битвы при Мегиддо начались семнадцать победоносных кампаний Тутмоса III-го в основном в Переднюю Азию, расширивших границы Египта до невиданных ранее размеров и надолго установивших его гегемонию на Ближнем Востоке.

Его армия в это время располагала 1.200 колесницами и 60.000 всадниками.

Под их натиском пали все крепости к востоку и северу от Иерусалима.

Разгром сильной коалиции под Мегиддо открыл египтянам дорогу и в Сирию.

В конечном счете, Палестина и Сирия были включены в состав Египетского государства, самой северной точкой которого стал город Каркемиш на Евфрате.

Войска фараона вышли к излучине Евфрата, которая ближе всего подходит к Средиземному морю.

Выход Египта к Евфрату привёл к столкновению с сильным царством Митанни, претендовавшим на политическое влияние в Сирии.

Но ещё в 1457 – 1456 годах до н. э. фараон Тутмос III-ий нанёс поражение царю Митанни, захватив его владения к западу от Евфрата и снова дойдя до его вод в Месопотамии.

Успешными были и завоевательные походы Тутмоса III-го в южном направлении, в которых были завоёваны обширные области вплоть до четвёртого порога Нила.

Образовалась грандиозная Египетская держава, границы которой простирались с севера на юг на 3.200 км.

Через год фараон Тутмос III-ий совершил инспекционную поездку в Палестину, взял дань и принцессу в жёны.

Несколько лет спустя была захвачена большая часть финикийского флота.

Всё это стало возможным после Армагеддона («Вершина Мегиддо») – победы на поле боя близ Ададримона (позднее Максимианополь, ныне Эль-Леджун на севере Израиля) у палестинского города-крепости Мегиддо.

Мегиддо («Город счастья») был расположен на возвышенности в Израильской долине (Магеддонской равнине) у подножия Кармельского хребта, близ которого несёт свои потоки («Воды Магеддонские») река Кессон.

Эта местность получило известность, как место кровавых битв народов и вошло в историю, как нарицательное название «места избиения и убиения».

Армагеддон со временем стал символическим названием какого-либо ужасного события в будущих судьбах людей.

И в дальнейших битвах древности и новейшего времени окрестности Мегиддо неоднократно становились полем боя вплоть до того, что затем «Армагеддон» стал называться местом последней битвы добра со злом.

Армагеддон – эта первая величайшая битва народов, была уже столкновением хорошо организованных профессиональных воинских соединений под управлением их тактических командных структур.

Она позволила египтянам, как никогда ранее расширить свои владения, отодвинув границы на севере и востоке.

Передняя Азия вообще стала центром устремлений фараона Тутмоса III-го, совершившего в последующие годы ещё шестнадцать военных походов в Азию и взявшего сотни городов.

В 1449 году до н. э. во время шестой военной кампании он снова выступил против Кадеша и других местных царств.

В 1446 году до н. э. он совершил восьмой поход в Азию, на этот раз против Митанни, когда египетское войско пересекло Евфрат.

После этого Вавилон и хетты стали платить дань Египту.

А на следующий год после морского похода дань Египту стал платить и Кипр.

В 1434 году фараон Тутмос III-ий достиг четвёртого порога Нила в Нубии.

Завоёванные территории были превращены в провинции Египта, управлявшиеся наместниками фараона.

В этот период границы Египта были отодвинуты на юге за четвёртый порог Нила, а на западе он обложил данью ливийцев.

Он получал дары от царей Ассирии, Вавилонии и Хеттского царства, а также с острова Крит.

Фараон Тутмос III-ий вообще слыл одним из самых удачливых египетских завоевателей.

Он был не только агрессивным и выдающимся военачальником, но и сам лично был сильным воином, хорошо владевшим копьём и мечом, метко и далеко стреляя из лука.

И в результате всех этих войн он, прежде всего, восстановил господство Египта в Сирии и Палестине, утраченное ещё при мачехе.

Но создатель обширной египетской империи умер в 1425 году до н. э.

Для азиатских провинций Египта его смерть стала сигналом для мятежа и избавления от египетского ига.

Однако его сын фараон Аменхотеп II-ой (правил в 1425 – 1400 годы до н. э.) продолжил политику своего отца фараона Тутмоса III-го и снова распространил владения Египта до берегов Евфрата, в первый же год возглавив поход в Азию.

Он родился ещё в 1402 году до н. э.

А его матерью была Меритра – дочь Хатшепсут.

В 1421 году до н. э. он пересекает реку Оронт в Сирии, а через два года снова воюет против азиатских князей под Мегиддо.

Аменхотеп II-ой неоднократно водил свои войска – огромную армию из колесниц, всадников и пеших воинов – для подавления мятежей в Сирии и Палестине, усмиряя их непокорные города, облагая их огромной данью, приведя оттуда в Египет более 100.000 рабов.

Сам фараон великолепно владел луком.

По возвращению в Египет он повесил некоторых из пленных шейхов головами вниз на мачтах своего царского судна, совершавшего путь вверх по Нилу.

А вернулся он в Мемфис с несколькими сотнями знатных пленников и добычей, составлявшей несколько сот лошадей, колесниц, военных повозок и с другой добычей.

На девятый год своего царствования он повторил поход в Палестину, но потерпел поражение при Мареши.

При отступлении фараон Аменхотеп II-ой захватил по дороге нескольких предавших его правителей и заживо сжёг их в Египте.

В оставшийся период своего царствования, на протяжении двух десятилетий, он не возвращался в Палестину, откуда со временем уже не поступала дань.

Фараон Аменхотеп II-ой не был великим, но был могучим человеком.

Он гордился своей чрезмерной силой, хвастаясь, что никто не может поднять и согнуть его лук.

У него было 323 жены, и его окружало ещё 270 танцовщиц и певиц.

Тоже крупный завоеватель, как и его отец фараон Тутмос III-ий, фараон Аменхотепе II-ом сохранил могущество Египта, вершина которого была достигнута ещё при его отце.

Преемник и сын Аменхотепа II-го – от его жены, главной царицы Тиаа – фараон Тутмос IV-ый (правил в 1400 – 1390 годах до н. э.) – примерно через двадцать лет после поражения его отца при Мареши восстановил египетское владычество над Сирией и Палестиной, правда встретив очень слабое сопротивление.

Это объяснялось тем, что в то время сирийцам с севера грозили ассирийцы, и они предпочли снова покориться Египту.

Фараон Тутмос IV-ый воевал за Левант и с царством Митанни.

Но в результате заключил договор о разделе сфер влияния, взяв в жёны дочь царя Артадамы I-го.

Он неоднократно подавлял и восстания в Нубии.

Он также заботился о восстановлении старых памятников в стране.

Пришедший ему на смену его сын от жены – царицы Мутемуйи – фараон Аменхотеп III-ий (правил в 1390 – 1352 годах до н. э.) в основном царствовал мирно, лишь периодически подавляя восстания свободолюбивых нубийцев.

При правлении фараона Тутмоса IV-го и его сына фараона Аменхотепа III-го, когда Египет был огромной империей, наступил период мира и процветания этой страны.

Всеми своими успехами Египет был обязан, главным образом тому, что он сформировался как монархическое государство, положившее начало цивилизации, просуществовавшей до эпох Греции и Рима.

Государственная форма правления стала высшим достижением и квинтэссенцией египетской цивилизации, проявившись впервые ещё при строительстве столицы Старого царства – Мемфиса, во времена правления царя Верхнего Египта Мины, покорившего северные земли и объединившего, в XXХ-ом веке до н. э. весь Египет в огромное государство, занимавшее площадь 600 миль по течению Нила до самого Абу-Симбела.

В течение почти тысячи лет после правления Мины Египет пребывал в фактической изоляции. Этот период характеризовался, как время стабильности и относительной неуязвимости египетских царей.

Хотя в эту эпоху Старого царства были случаи ослабления центральной власти, когда правители из провинций пытались утвердить своё влияние и независимость.

Новое же египетское царство активно расширяло свои контакты с соседями, осуществляло экспансию на восток и северо-восток, расцветало, крепло и неумолимо продвигалось к апогею своего могущества, невольно становясь в будущем лакомой целью для новых иноземных захватчиков, жаждущих реванша и восстановления своего влияния на этой богатой и мудрой земле.

Но пока, вся эта, почти 200-летняя эпоха, вплоть до наивысшего расцвета и стабильности Египта в Амарнский период, превратилась для ближайших его соседей и соперников лишь в сплошной Армагеддон.