Вы здесь

О Богах. О Людях. И немного – о Монстрах. Эпизод 2: Иллюзии (Лада Любимова)

Эпизод 2: Иллюзии

Дар напрасный, дар случайный,

Жизнь, зачем ты мне дана?

Иль зачем судьбою тайной

Ты на казнь осуждена?


Кто меня враждебной властью

Из ничтожества воззвал,

Душу мне наполнил страстью,

Ум сомненьем взволновал?


Цели нет передо мною:

Сердце пусто, празден ум,

И томит меня тоскою

Однозвучный жизни шум.

Александр Сергеевич Пушкин
«Дар напрасный, дар случайный…»

В жизни всё временно. Так что, если всё идёт хорошо, наслаждайся – вечно это не продлится. А если идёт плохо – не волнуйся, это тоже не продлится вечно. Не помню, кто мне это сказал, или я это где-то прочла, но такая штука работает. Всё меняется.

То сидя, то лёжа на диване, весь день я усмиряла волнение, вызванное странным сном. Основательно погрустив от тоски, сумбурности жизни и её бессмысленности, поддалась зову тела, которое взбунтовалось и требовало пищи. Пищи требовал и здоровенный котик, который устал мять бока о мою подушку и верещал протяжно «мя-я-я», трогая меня лапой.

Пришлось встать. На дворе уже смеркалось. В открытую форточку задувал прохладный весенний дух.

Под воздействием кота, голода и весеннего духа настроение моё из уныло-страдальческого сменилось на игривое с оттенком философского, разбавленного приторным цинизмом. Всё меняется.

Жуя бутерброд и запивая его крепким горячим чаем, я принялась жарить уже тысячу раз жареного барана. Иначе – в очередной раз искать смысл происходящего.

А смысл никак не находился. Не было его и всё тут.

Во-первых, объективная реальность – сущий бред, и того хуже, но слово неприличное. С чем-чем, а с бредовой реальностью я познакомилась на собственном опыте. Потому, пойди – разберись, что реально: бутерброд, который я вкушаю или сон. Причём ощущения от бутерброда менее яркие. И где же реальность?

Вот ещё пример. Возникла проблема, да такая, что её нужно решить как можно скорее, чуть ли не сию секунду, а за спиной стоит кто-нибудь и торопит. Решаешь, решаешь, а она никак не решается, только усложняется. Бросишь в отчаянии, и… о чудо! Или проблема потеряет остроту, или добрый человек её за тебя решит, а то и тот, кто за спиной торопит. А если будешь более бдительной, то окажется, что проблема надумана твоим беспокойным умом. Только будь внимательней и увидишь. Выходит, вся жизнь – иллюзия.

Во-вторых, раз всё иллюзия, тогда нет никакой разницы между жизнью и смертью.

В-третьих, в чём же всё-таки смысл?

Предполагаю, что я живу и придаю смысл моей жизни сама (сегодня смысл никак не придаётся): изучаю, осознаю, конфигурирую. Однако, оное моё осознание никоем образом не связано с сутью и смыслом жизни моей. Все конфигурации существуют у меня в уме, мной же и придуманы. А любая конфигурация вне ума не имеет смысла. Я вижу, что вещи в моей жизни зависят от того, верю я в них или нет, вплоть до их существования (в съеденный бутерброд я не верила – я им не наелась). А то, что я не могу узреть и осознать, то есть, нечто непроявленное – неизвестно, бесконечно и непостижимо. Познание бесконечного требует бесконечного количества времени, что опять непостижимо. Значит, мир идеален, непознаваем и не имеет смысла бытия помимо самого бытия, которое и обладает истинным смыслом, который познать невозможно.

Ещё вопросы остались?

Но мне всё равно как-то не по себе: будто я потеряла что-то важное. И в голове крутятся картинки из сна, из очередной иллюзии внутри иллюзии. Мало того, до тоскливой боли в сердце привязалось нудное чувство одиночества (а быть одной для меня было доселе счастьем, но быть одной и это противное чувство одиночества вовсе не одно и то же), словно меня заперли в тюрьму серую и даже скважину замочную залепили – подсмотреть за миром, пусть и иллюзорным, нельзя. Никаких тебе развлечений. Такое положение дел я никак не могла принять, как ни старалась.

Я налила себе ещё чаю, покрепче и погорячей: согреться от навалившегося одиночества, и продолжила размышления.

Обычно я вижу то, что ожидаю увидеть, к чему привыкла и чему обучена. Настоящий момент всегда припорошен пылью прошлого опыта, тесной личиной, натянутой с мылом на хрупкое существо, в общем, всякими идеями и ограничениями, иначе, всё теми же иллюзиями. Уловить настоящий момент и прожить его очень трудно. Но так случается иногда. И это не легко, не трудно, просто естественно. Это подобно дыханию, подобно биению сердца. Но как сбивается дыхание от неверно заданного ритма, так выпадаешь из настоящего, и погружаешься в пучину тревог и тщетных раздумий. Как сегодня.

Я оделась и вышла в безлунную ночь. Растаявшие за солнечный день лужи крепко замёрзли. Выгоняя из головы мысли, а из сердца тоску, я гуляла туда и обратно по замёрзшим лужам, пытаясь поломать лёд. Такая физкультура действительно мне помогла. Тщательно обработав все лужи вокруг своего и двух соседних домов, я в конце концов устала и присела на лавочку, довольная тишиной в голове.

Посидела, поболтала ногами, посмотрела то на фиолетовое звёздное небо, то на голые ветки растущей во дворе берёзы и поняла, откуда ветер дует, чего мне не хватает. Мне, маленькому человеку из миллиардов людей, затерявшихся среди бесчисленных звёзд, мне, ничтожной толике вселенной, микроскопическому окошку жизни, протирая которое, словно запотевшее зеркало, мир познаёт сам себя, не хватает любви!

Вся человеческая жизнь зиждется лишь на одном – на зыбком, едва уловимом обещании, обещании любви. Лишь слабого намека на возможность любить и быть любимым достаточно, чтобы жизнь продолжалась. Потому что только любовь объединяет человека с миром, со всем, что есть. Лишь любовь возвращает из хаоса и иллюзий в безмятежное блаженство, когда никакие превратности судьбы не в силах причинить боль. Лишь любовь придаёт человеческой жизни смысл, чем сама и является и, изведав её, ложные смыслы теряешь бесследно.

Потому ищешь любви путями, число которых неисчислимо. Ищешь, ходишь широкими и узкими тропками, блуждаешь в темноте, но не находишь. Не находишь. Не хватает смелости и открытости, потому что чувствуешь себя уязвимой, боишься быть отвергнутой, себя не принимаешь. Но лишь с принятием себя возникает доверие – нет разобщенности внутри, нет разобщенности снаружи, и всё возможно. И там, где обитал страх, расцветает любовь. Но никто не может преодолеть за тебя твой страх, подруга, ты должна преодолеть его сама. А если не решишься, то останется только воображение, и что придумаешь, с тем и жить, продолжая искать нелепые смыслы, продолжая искать оправдание жизни.

И вот тогда жизнь питает уже не любовь, а иллюзии. И закутавшись в свои вымыслы, как в шубу из рыбьего меха, сидишь в ожидании чуда, не принимая реальности в границах своего воображения, выскочить за которые не хватает смелости. Не живёшь, а исполняешь нелепый сценарий. На ошибках не учишься, повторяешь их снова и снова, каждый раз с более высоким качеством, ходишь по кругу, который не превозмочь. Ходишь по кругу и теряешь человеческое. На каком круге я потерялась?

Я рыдала сидя на лавочке перед подъездом. А если я что-то делала, то делала это неистово, целиком отдаваясь делу, и будучи экстремалкой (или экстремисткой), мир я познавала через экстремумы. Потому рыдала я неистово не меньше трёх раз: сидя на лавочке, сидя перед ней и стоя на ней, задирая сопливый нос к звёздному небу, заодно обвинив его, сильное и всемогущее (тем самым сняв с себя ответственность) в безучастии к моим мучениям, и потребовав хоть какой-нибудь компенсации (а какой, не успела придумать), я утомилась. Да так, что еле дотащилась до двери квартиры.

Больше меня не посещали вопросы о смысле жизни. Я категорически рекомендую эту технологию: после неистовых рыданий и передачи ответственности звёздному небу жизнь сразу становится уютной и тёплой. Попробуйте – вам понравится!

Умывшись кое-как и затолкав под бок мурчащего кота, я завернулась в одеяло и уснула сладким сном без сновидений. Напоследок я позволила вспыхнуть мысли об искомом смысле: то самое звёздное небо, к которому я только что взывала, берёзовые веточки, лужи на асфальте – сама природа не знает, что она есть. Она ума-то не имеет и не думает про смысл. Существует себе и не страдает всякой ерундой.

Выходит, если я знаю, что я есть, потому и страдания мои есть? Как прекратить их – вот в чём задача. Сделать так, чтобы не знать, что я есть? Ну, это совсем не лезет ни в какие ворота!

Попробую по-другому: буду постигать смысл через наслаждение. Вот это мне нравится! Наслаждение, оно, конечно, не любовь, но, по-моему, ходит у любви в фаворитах.

Начну наслаждаться завтра сутра – поеду покупать новые туфли!