Вы здесь

Охотник на зоидов. 5 (Пол Стюарт, 2014)

5

Я дальше от Капсулы, чем когда бы то ни было, и мне это совсем не нравится. Ни капельки. Это все еще трубчатый лес, но эта часть мне не знакома.

Территорию вокруг конвекционных озер мы, старьевщики, знаем вдоль и поперек. Каждый изгиб, развилку, пригорок. Лес – наш покров и защита. Мы знаем, по каким трубам сподручнее спускаться вниз, на каких тропках лучше прятаться; где надо устанавливать ловушки, а где нет; какие твари безобидны, а от каких стоит держаться подальше. А что у нас получается просто отлично – так это тихо и ловко прибирать к рукам зоидов-рабочих и не попадаться на глаза зоидам-киллерам.

Во всяком случае, мы так думали. Но ошибались. Они нас выследили, и прошлого не воротишь.

Я должен найти товарищей. Понятия не имею, что именно с ними собираются сделать эти чудовищные продвинутые зоиды, но думаю, ничего хорошего. Но куда их забрали? И сколько времени у них остается?

Мои мысли скачут. Я проверяю оружие. Застегиваю комбез. Холодный пот стекает по спине. Мне придется еще дальше уйти от Капсулы.

Вглубь неведомого.

Трубы исчезают вдали во всех направлениях. Многожильные силовые кабели дергаются и потрескивают от электрических разрядов и цифровых перегрузок. Висячие короба коммуникаций скрипят и стонут.

Калиф тихонько поскуливает. Он голоден. Я тоже.

– Мы добудем отличную провизию, парень, – говорю я, ероша мохнатую шерсть на его голове.

Проверяю свой визор и надеваю наушники. Ни следа тепловых сигналов. Мы углубляемся в трубчатый лес по металлической тропе.

По мере того как мы заходим в частокол труб все дальше, крики зверьков становятся глуше, а свет ламп – слабее. Скоро мы движемся в почти полной темноте.

Неожиданно воздух пронизывает треск, и прямо перед нами ярко вспыхивает кабель. Вспышка на мгновение освещает лес, и снова все погружается в темноту.

Сдергиваю пульсер с плеча, заряжаю его минами, вскидываю и продвигаюсь вперед, целясь в тени прямо перед собой, – палец на спусковом крючке. Калиф скалит зубы.

Когда тропа раздваивается, мы спускаемся по наклонному пандусу. Затем, стараясь идти строго по центру раскачивающегося кабельного моста, пересекаем зияющую впадину – такую глубокую, что дна не видно. Еще одна неожиданная вспышка синего электрического света – и я ухватываю взглядом целый рой желтоватых искр, пронесшихся под нами.

Добравшись до дальнего конца моста, мы замираем. Трубы здесь поблекли, трубки проржавели. Роботы-маляры, верно, не заглядывали сюда уже много десятилетий.

На ржавых горизонтальных трубах толстыми слоями лежит пыль. Кое-где из них сквозь трещинки с шипением вырываются струйки пара или капает ледяная вода. Но несмотря на все это, трубы щедро украшены растениями. Здесь есть и трепещущие листья папоротника, и тонкие пики плаунка, мясистые, глянцевитые хвощи и широкие ленты воздушных ламинарий. А еще – целые клумбы серо-голубой травы, свободно развевающейся в восходящих воздушных потоках.

Вся эта зелень родом из зернохранилищ, биолабораторий и зеленых зон, размещавшихся некогда по всей Биосфере. Все они были разрушены зоидами, их содержимое рассыпано – и семена пустили корни везде, где только смогли. Самое интересное, что ни одно из этих растений не похоже на земные – те, что нам показывали Полумертвые. Судя по всему, они мутировали. И то же самое относится к животным…

Откуда-то совсем рядом доносится низкий рык. Вскидываю пульсер.

Следующее, что я вижу – огромное, в два моих роста, создание показывается из темноты. У него длинные руки, короткие ноги, а хвост примерно втрое длиннее туловища. Движения его медленные и тяжелые, при каждом шаге чудовище мотает головой из стороны в сторону, при этом грива тускло-синих волос разлетается, открывая единственный глаз.

Животное передвигается стоймя, перескакивая с ветки на ветку при помощи мускулистых рук и мощного хвоста. Через мгновение появляется еще одно такое же. Потом еще и еще, пока вся их колония не проходит мимо.

Притаившись в тени, смотрю на них с завистью: вот бы и мне перемещаться по трубчатому лесу с такой же легкостью!

Когда последнее создание скрывается в темноте, и низкий рык смолкает, сканирую окрестные растения на предмет чего-нибудь съедобного. Сканер вибрирует, когда его луч падает на мясистый хвощ, покрытый мелкой опушкой, выросший на воздуховоде.

Я легко выдергиваю растение, счищаю ножом грубую кожуру, режу на кусочки и предлагаю один Калифу. Он хватает ломтик передними лапками и вонзает в него зубы. Я тоже пробую. Поначалу кажется кислым, потом неожиданно вкус распускается сиропной сладостью, и мой рот наполняется покалывающим теплом. Я глотаю. Странное ощущение проходит по глотке и постепенно перемещается в желудок, наполняя его глубокой теплой сытостью.




Приканчиваю этот хвощ, затем выдергиваю еще дюжину, росших на соседних воздуховодах. Тоже очищаю и закидываю в рюкзак, на потом.

Калиф снова зарылся поглубже в мой комбез – ощущаю его маленькое тельце у груди. Маленькое и теплое. Живое. Словно второе сердце.

– А теперь надо найти место, где бы выспаться спокойно.

Через полчаса я его нахожу.

Это длинная цилиндрическая башня, отходящая вверх от перепутанного пучка силовых кабелей, высоко над боковыми дорожками и трубами. Включаю магнитное поле на подошвах и наколенниках и ползу вверх по башне. Добравшись до первого ряда вентиляционных кожухов, останавливаюсь и заглядываю внутрь.

Внутри генератор. Он гудит и вибрирует, но толстый слой пыли на кожухе ясно говорит мне, что он давно не обслуживается.

Вот и хорошо. Значит, рабочие зоиды сюда не заглянут. В самом машинном отделении места нет, но плоская крыша прекрасно подходит. Я карабкаюсь вверх.

Вытряхиваю спальный кокон и направляю на него наручный сканер. Кокон раскрывается с привычным вжик-вжик и укрепляется на крыше. Заползаю внутрь и ложусь на бок. Калиф располагается рядом.

Я закрываю глаза, и перед моим мысленным взором встает Лина. И Бронкс. И Дек. И все остальные. Все ли я сделал, чтобы их спасти? Или мне тоже следовало дать себя захватить в силовую сеть и оказаться втянутым в брюхо зоида-киллера вместе с другими?

Я не знаю этого. Но знаю, что остался один и угрызениями делу не поможешь. Мне надо найти друзей и выручить их во что бы то ни стало.

Должно быть, я уснул, потому что внезапно проснулся. Калиф тревожно верещит. Я лежу ничком, а кокон весь прогнулся, как будто на него что-то давит снаружи.