Вы здесь

Отважная Кайса и другие дети (сборник). Отважная Кайса. Перевод Е. Соловьёвой (Астрид Линдгрен, 1950)

ASTRID LINDGREN

Kajsa Kavat och andra barn

First published by Rabén & Sjögren Bokförlag,

Stockholm

1950


Kajsa Kavat och andra barn © Astrid Lindgren 1950 / Saltkråkan AB

© Белякова Н. К., перевод на русский язык, 2015

© Брауде Л. Ю. (наследники), перевод на русский язык, 2015

© Соловьёва Е. А., перевод на русский язык, 2015

© Громова О. Н., иллюстрации, 2015

© Оформление, издание на русском языке. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2015

Machaon®

* * *

Отважная Кайса

Перевод Е. Соловьёвой


О как бы мне хотелось, чтобы вы увидели дом, в котором жила Отважная Кайса. Он был таким маленьким и таким хрупким, что скорее напоминал сказочный, и можно было предположить, будто в нём обитают гномы или карлики. Дом стоял на неровной, мощённой булыжником маленькой улочке в самой бедной части города. Улочка и правда была неказистой, и другие дома на ней были не намного прочнее дома Отважной Кайсы.

Но почему я говорю «дом Отважной Кайсы», ведь владелицей была не Кайса, а её бабушка? Та самая бабушка, которая варила мятные леденцы «полькагрисар» и продавала их потом по субботам на площади. И всё-таки для меня это был дом Кайсы. Может, потому, что всякий раз, проходя мимо, я видела девочку, сидевшую, по обыкновению, на каменном порожке с внешней стороны дома, в карих глазах которой всегда было столько радости, а щёчки так румяны, что вряд ли кто из сверстников мог с ней в этом сравниться. А выглядела она… как бы сказать точнее? Бесстрашной. Именно бесстрашной. Вот бабушка и прозвала её Отважной Кайсой. Рассказывали, что Кайса казалась смелой даже тогда, когда трёхмесячной лежала в корзинке, которую в один прекрасный день передали бабушке с просьбой проявить сострадание и позаботиться о малышке, ибо нет никого другого, кто мог бы это сделать.

О, этот маленький дом, каким он был милым! Два крохотных оконца выходили на улицу, и в них часто можно было углядеть кончик носа да пару радостных карих глаз. Позади дома за высокой зелёной изгородью укромно притаился маленький садик, если, конечно, можно назвать садом место, где растёт одно вишнёвое дерево да несколько кустов крыжовника. Разумеется, была у них и маленькая зелёная лужайка. Весной, когда становилось тепло и солнечно, бабушка и Кайса любили по утрам пить в саду кофе. Точнее, кофе пила бабушка, а Кайса лишь обмакивала кусочки сахара в её кофейной чашке. А ещё Кайсе нравилось бросать хлебные крошки воробьям, которые прыгали по дорожке совсем рядом с цветочной клумбой, где росли подснежники.

Кайса полагала, что бабушкин дом весьма хорош, хоть и так мал. По вечерам, когда она забиралась в свою постельку на кухонном диване, а бабушка сидела и нарезала бумагу для леденцов, Кайса читала свою вечернюю молитву высоким и ясным голосом:

И ангел дом наш обойдёт,

Две свечки золотые принесёт.

И книгу держит он в руке.

Господь нас сохранит во сне!

Кайса была довольна тем, что ангел охраняет их дом по ночам, это каким-то образом действовало успокаивающе. Её лишь несколько заботило, как ему удаётся нести всё сразу – и две золотистые свечи и книгу. И ей бы очень-очень хотелось увидеть, как он выглядит. И как он пробирается через забор… Кайса частенько выглядывала из окошка в сад. Может быть, наконец ей удастся увидеть ангела. До сих пор ей этого во всяком случае не удавалось, – видимо, он приходил, когда Кайса уже спала.

Когда случилось то, о чём я собираюсь рассказать, Отважной Кайсе не исполнилось ещё и семи лет.




За неделю до Рождества бабушка поскользнулась на кухонном полу и повредила ногу. Казалось бы, ничего примечательного, с кем не бывает, ведь подобное случается довольно часто. Но только не перед Рождеством! Как теперь быть с мятными конфетками, которые бабушка варила для торговли на ярмарочной площади? Кто пойдёт их продавать? Ведь бабушка лежит в постели и любое движение причиняет ей боль. И кто приготовит окорок к праздничному столу? Кто купит подарки? Кто уберёт и украсит дом к Рождеству?

– Это сделаю я! – решительно сказала Кайса. Я ведь уже говорила, что она была храброй малышкой.

– Милое моё дитя, – донеслось с бабушкиной кровати, – вряд ли тебе это будет под силу. Давай спросим фру Ларссон, не позаботится ли она о тебе на Рождество. Но сперва надо узнать, возьмут ли меня в больницу, – сказала бабушка и заохала.

Вот когда Кайса расхрабрилась и стала отважней отважного. Неужто бабушку отправят в больницу, а ей придётся идти к Ларссонам? Лучше бы они, как и прежде, отпраздновали Рождество вместе.

«Так и будет!» – твёрдо сказала Кайса. Та самая Кайса, которой скоро исполнится семь и у которой на удивление всегда такие ясные глаза.

Она решила не медлить с уборкой. Но прежде спросила у бабушки, как её делать, уборку? Она припоминала, что во время уборки всё в доме встаёт вверх дном, мебель сдвигается в кучу, кругом сплошной беспорядок и становится ужасно неуютно. Потом всё возвращается на свои места, и тогда наступает Рождество.

Бабушка сказала, что нет нужды делать всё столь тщательно и, пожалуй, в этом году им лучше махнуть рукой на мытьё окон. Но Кайса и слышать об этом не хотела. Без чистых занавесок не будет настоящего праздника, а их не повесишь на грязные окна!

Пришла фру Ларссон, чтобы хоть немного помочь, и правда помогла. Она вымыла полы в маленькой кухоньке и в комнатке – комната ведь, если помните, у бабушки с Кайсой была одна! И ещё фру Ларссон помыла окна. А остальное сделала сама Кайса. Вы бы только видели, как хлопотала она по дому в своей пёстрой косыночке с мокрой тряпкой в руках! Она была столь решительной, что в это даже трудно поверить. Кайса развесила чистые занавески, постелила в кухне лоскутные половички и повсюду вытерла пыль. И вот наступило время приготовить для бабушки кофе и поджарить картошку с колбасой. А для этого Кайсе пришлось растопить печь. К счастью, печь была хоть куда! Кайса сама набила её щепкой и газетой, чтобы огонь легче схватился, а потом стала прислушиваться, когда же он начнёт потрескивать. И вот огонь разгорелся – да ещё как! – и бабушка наконец смогла получить свой кофе. Выпив его, она со вздохом сказала:

– Благословенное дитя, что бы я делала без тебя!

И тогда Кайса, с пятнышком сажи на носу, присела на краешек бабушкиной кровати и обмакнула, по обыкновению, кусочек сахара в её чашке. А потом снова принялась за уборку.

Да, но как же быть с мятными конфетами? С теми, что бабушка успела приготовить для продажи на ярмарке? Кто понесёт их на площадь? Отважная Кайса! Кто же ещё! Правда, она пока не умеет считать и ни разу не взвешивала карамель на маленьких весах, как это делала бабушка, когда стояла на рыночной площади в торговом ряду со сладостями. Зато Кайса знает, как выглядит монетка в пятьдесят эре. Она и правда это знает! И тогда бабушка, сидя в кровати, стала взвешивать леденцы и паковать их в маленькие кулёчки. Каждый по сто граммов, и каждый стоимостью в пятьдесят эре.

И вот пришло время ярмарки. В то утро, за три дня до Рождества, Кайса встала пораньше и, как обычно, сварила бабушке кофе.

– Благословенное дитя, – сказала бабушка, – сегодня так холодно, смотри не отморозь нос!

Но Кайса в ответ лишь рассмеялась. Она уже готова была отправиться в свой большой и удивительный леденцовый поход. Ну и вид у неё был! Две толстые кофты под пальто, натянутая на уши меховая шапка, шерстяной платок на шее, большие красные рукавицы и огромные бабушкины соломенные башмаки, чтобы уберечь ноги от зимней стужи. А в руках – корзинка, полная леденцов.

– До свидания, бабушка! – попрощалась Отважная Кайса и шагнула в зимний сумрак.

На улице было весьма оживлённо, ведь наступил разгар рождественской торговли.

Было холодно. Снег скрипел под башмаками, когда Кайса спешила на площадь. Но вдали, на востоке, уже занималась заря и небо было необыкновенно красивым. День обещал быть погожим.

Ларссоны были столь добры, что поставили бабушкин прилавок на привычное место. Кайсе оставалось лишь разложить на нём рядком свои конфеты. Торговки-соседки, глядя на девочку, даже рты пораскрывали от изумления.




– Неужто Матильда совсем разум потеряла, раз позволила малышке выйти в стужу на площадь? – вопрошали они.

– А вот и позволила! – ответствовала Кайса.

От дыхания в морозном воздухе курился пар, но, когда Кайса вынимала пакеты, её карие глаза светились решимостью.

– Что за чудесная кроха! – воскликнул бургомистр, когда, направляясь к ратуше, проходил мимо её прилавка. – Такой торговки сладостями я отродясь не видел!

Он купил у девочки два пакетика леденцов и протянул ей блестящую монету в одну крону.

Но Кайса сказала:

– О нет, мне нужны две монетки! Две монетки по пятьдесят эре.

Бургомистр рассмеялся и вынул две монетки по пятьдесят эре.

– Вот, возьми, – сказал он. – А крону тоже оставь себе, отважная малышка!

Но Кайса наотрез отказалась взять крону.

– Мне нужны только две монетки по пятьдесят эре, – твёрдо сказала она. – По одной за каждый пакетик. Так мне велела бабушка.

От покупателей у Кайсы не было отбоя. Всем хотелось что-нибудь приобрести у самой маленькой продавщицы на ярмарке. К тому же бабушкины конфеты считались в их городке лучшими – красные, белые, тягучие… великолепные! У Кайсы имелась коробка из-под сигар, куда она складывала деньги, и монет в ней становилось всё больше и больше. И все по пятьдесят эре – других монет Кайса не признавала.

Соседки даже немного позавидовали, когда увидели, как бойко идёт у неё торговля. Кайса же была так счастлива и так возбуждена, что едва могла устоять на месте. О, она тоже наготовит леденцов – миллионы леденцов! – и будет ходить на площадь хоть каждый день.

Бабушка по-прежнему лежала в постели, она успела лишь вздремнуть, когда Кайса вбежала в комнату и высыпала ей на одеяло содержимое своей коробки. Корзинка была пустой – в ней не осталось ни конфетки.

– Благословенное дитя, – привычно сказала бабушка, – что бы я делала без тебя!


Но пришла пора подумать и о подарках. Как быть? Бабушка ведь не могла купить их заранее, да и денег у неё не было, вот она и ждала рождественской ярмарки. А теперь она лежала дома и не могла двигаться. Кайса же всем сердцем мечтала о кукле. И не о какой-нибудь, а о самой прелестной, которая имелась только у Сёдерлундов, что жили на Церковной улице. Проходя мимо их магазинчика, бабушка и Кайса всякий раз засматривались на неё в витрине. И однажды бабушка украдкой попросила хозяйку магазина фрёкен Сёдерлунд попридержать эту куклу до окончания рождественской торговли. На кукле было розовое кружевное платьице, она умела закрывать глазки, и вообще другую такую куклу трудно было сыскать.

Но не могла же бабушка послать Кайсу за подарком самой себе! Да, нужно было что-то придумать. И вот на какую хитрость они пошли. Бабушка написала фрёкен Сёдерлунд тайное послание с пометкой: «Секретно». Впрочем, это было излишним, ведь Кайса ещё не умела читать. Зажав записку в ладошке, девочка побежала прямиком на Церковную улицу. Фрёкен Сёдерлунд читала записку долго и обстоятельно. А Кайсе тем временем позволили войти в одну из комнат, где так чудесно пахло. Когда фрёкен Сёдерлунд вернулась, в руках у неё был большой пакет.

– Теперь ступай домой и отнеси это бабушке, – сказала она. – Да смотри не урони!

О нет, Кайса ни за что не уронит! Она ведь надеялась, что в пакете та самая кукла, и легонько его ощупала. Но кто знает!..

Для бабушки тоже был куплен подарок. Пара чудесных перчаток, которые ей давно хотелось иметь.

Если у кого-то были сомнения, что Кайса с бабушкой будут праздновать Рождество, ему стоило заглянуть в одно из двух маленьких окошек их домика вечером в сочельник. Он увидел бы свежие занавески, и чистые половички, и прекрасную ёлку возле бабушкиной кровати. Кайса сама купила эту ёлку на ярмарке и сама украсила её свечами и флажками, яблоками и конфетами. А ещё он увидел бы девочку на краешке бабушкиной постели и подарки на одеяле. О, сколько счастья было в глазах малышки, когда она обнаружила в пакете куклу! Но, пожалуй, бо́льшую радость она испытала, когда бабушка развернула свой подарок.

На праздничном круглом столе в красном подсвечнике горела свеча, вокруг были расставлены рождественские кушанья. Кайса сама их приготовила, правда, под чутким бабушкиным руководством.

Кайса пела для бабушки рождественские песни, а та, покачивая головой, всё повторяла:

– Какое благословенное Рождество!

Когда поздно вечером Кайса наконец добралась до своего кухонного диванчика, она была такой уставшей, что готова была тут же и уснуть. Уже сквозь сон она пробормотала свою вечернюю молитву про ангела, который охраняет их дом, и всё же успела бросить беглый взгляд в окно. Там, за окном, падал снег, и всё в саду было таким белоснежным, таким трогательным.

– Бабушка! – воскликнула вдруг Кайса. – А ты знаешь, наш сад полон ангелов!

Бабушка лежала в комнате, окна которой выходили на улицу, и не могла видеть сад. Но тем не менее она кивнула и сказала:

– Да-да, весь сад полон ангелов!..

А минуту спустя Отважная Кайса уже спала.