Вы здесь

Огонь Изначальный. Глава 5. О дальнейших планах и общеобразовательных разговорах (Мария Боталова, 2016)

Глава 5

О дальнейших планах и общеобразовательных разговорах

Я сидела перед костром и пила укрепляющий отвар, не позволивший помереть от переутомления во время противостояния с арэйнами. Уже три дня мы путешествовали на гикари, и еще одиннадцать дней мне предстояло лечиться этим зельем. Ксай отошел в сторону – ему нужно было поговорить по кристаллу связи со своими родственниками, а я, делая короткие глотки горячей, чуть горьковатой жидкости, безрадостно размышляла.

Мой отец… ну, тот человек, которого я своим отцом считала на протяжении почти всей жизни, был лучшим королевским следователем и связи имел соответствующие. Даже странно, что, зная правду, он любил меня так сильно. Хотя здесь, наверное, свою роль сыграл родительский инстинкт – ведь он с младенчества растил меня как родную, да и любовь, которую он испытывал к маме, передалась и в отношении к дочери. Как бы там ни было, отец однажды сказал, что в любом случае найдет для меня замечательное место на службе у короля. Заклинателям арэйнов вообще доставалось самое лучшее и почетное, пусть даже более опасное, чем остальным магам, но отец обещал, что устроит меня лучше всех. Я тогда поблагодарила его, однако сказала, что всего добьюсь сама. В чем смысл устраиваться на службу по ходатайству, но ничего при этом не умея? Что делать на почетном посту, если не можешь выполнять обязанности и к тому же недостойна занимать это место? Полагая так, я упорно училась на пятерки и жадно впитывала знания. Тогда я была уверена, что стану Заклинательницей арэйнов, поступлю на службу к королю и буду помогать людям, а в случае опасности – и защищать.

Жизнь перевернулась совершенно неожиданно. Сначала я отказалась от мечты стать Заклинательницей, потому как своими глазами увидела, что мы творим с арэйнами, заставляя подчиняться себе. И не важно, ради чего мы их вызываем, – любое такое вмешательство ломает их жизнь, их характер и внутренний стержень. А теперь я даже не могу вернуться домой, потому что там меня поджидают охочие до экспериментов маги. Как же, наполовину арэйн и наполовину эвис – чудо природы, непременно нужно исследовать! Сначала я отказалась от мечты, а потом лишилась дома, родного мира и своей жизни. Потому что сейчас… не знаю, чьей жизнью я живу, но точно не своей. Было ли мне уготовано бродить по дорогам совершенно чужого, враждебного мира, было ли уготовано встретить настоящего отца? Если б не вмешательство Гихеса, все сложилось бы иначе. А я даже не уверена, что вообще живу после того, как умерла и была спасена Ксаем. За последнее время судьба столько раз ломалась и выворачивалась под новым, невообразимым углом, что я совершенно запуталась и перестала понимать, кто я, куда иду, зачем.

– Инира, думаю, пора обсудить дальнейшие планы, – оторвал меня от размышлений подошедший арэйн.

– Разве мы не все еще обсудили? – неприятно удивилась я. И тут же насторожилась. Если подобная тема возникает после разговора с родственниками, все не так просто, как могло показаться. Хотелось бы надеяться, что Ксай не задумал ничего, что бы мне не понравилось, но желание арэйна использовать меня для своих целей вполне успешно расправлялось с глупыми надеждами.

– Конечно, нет. Мы обсудили только конечные цели. Я доведу тебя до кхарриата Эфира и, возможно, помогу найти отца, а ты поможешь мне попасть в Эфферас. Но сейчас необходимо обговорить наш маршрут. – Ксай вынул из сумки карту, разложил ее и присел рядом. – Ты допивай отвар, допивай. Тебе еще эфирной магии обучаться.

– Какой заботливый, – буркнула я и сделала последнюю пару глотков. Честно говоря, за три дня травяной сбор успел мне надоесть настолько, что в случае очередной осады арэйнами я бы предпочла умереть, чем пить его снова.

– Смотри. Мы находимся здесь, в западной части огненного кхарриата. А вот здесь, всего в дне полета на гикари, чуть южнее располагается замок кхарта. – Ксай внимательно посмотрел на меня. Я вгляделась в указываемую им точку на карте, затем подняла глаза, встречая взгляд арэйна. Странно, он как будто ждал от меня чего-то. Неужели думал, обрадуюсь и запрыгаю по поляне с криками: «Давай заглянем, это же так близко, хочу посмотреть на замок кхарта!» Все же под его взглядом стало немного не по себе, я передернула плечами. Наконец, Ксай произнес: – Нам придется его посетить.

– Зачем?

– Семейное задание. Кхарт Огня должен кое-что вернуть моему роду.

– Только не говори, что мы еще и к тебе по пути заскочим.

– Нет – залетим на гикари, – хмыкнул Ксай. – Ты на карту еще раз посмотри.

Поскольку карта была достаточно подробной, помещалось на нее всего несколько кхарриатов, а если быть точной, то пять, причем ни один из них не был изображен полностью. На севере кхарриат Огня граничил с кхарриатом Молний, с южной стороны некоторая его часть соприкасалась с кхарриатом Крови. Земли Смерти располагались на западе и протягивались настолько широко, что имели общие границы со всеми тремя вышеперечисленными кхарриатами. Территория арэйнов Эфира находилась на юго-западе, имея двух соседей – кхарриат Смерти на севере и кхарриат Крови на востоке. Из той точки, где мы сейчас находились, можно было попасть двумя способами – отправившись на юг и пройдя через земли арэйнов Крови, или сначала повернуть на запад, пройти по кхарриату Смерти, а затем уже повернуть на юг, к кхарриату Эфира. Путешествуй я с кем-нибудь другим, десять раз бы подумала, какое из двух зол меньше – арэйны Смерти или арэйны Крови, но в компании с одним из представителей арэйнов Смерти ответ был очевиден.

– И надолго мы задержимся у тебя?

– Мой замок нам не по пути, но в гости к моему брату зайдем. – Немного помолчав, Ксай все же добавил: – У него день рождения, а значит, там будут остальные родственники. Я смогу передать кому нужно артефакт, который заберу у местного кхарта.

– Ты серьезно? – поразилась я. – Хочешь вместе со мной зайти на день рождения брата? Туда, где будет вся твоя семья?

– Весь мой род, – пожав плечами, поправил Ксай. – Да, я совершенно серьезно.

– И как они отнесутся к тому, что среди них появится какой-то там арэйн Огня?! К тому же без рогов и крыльев? – начиная злиться, уточнила я. Он что, издевается? Хочет унизить? Полюбоваться, с каким пренебрежением будут взирать на меня его родственники? Высокородные арэйны Смерти и я – никому не известная, не способная призвать стихию, занимающая низшую ступень, потому как даже крыльями не обладаю, несовершеннолетняя по меркам арэйнов девушка? О последнем они, может, и не узнают, но все остальное не могут не заметить!

– Потерпят, – сухо ответил Ксай. В глазах мелькнуло нечто опасное, предостерегающее, но меня настолько возмутили его слова, что я не стала обращать внимания.

– Потерпят? Потерпят?! – сжав кулаки, вскочила на ноги. Нет, я не ожидала ничего хорошего, но всему есть предел, и если мой спутник относится ко мне как к грязи под ногами, я не собираюсь этого терпеть даже ради такой выгоды, как возможность найти отца и свое место в проклятом мире арэйнов! – А ты тоже меня терпишь? Уж извини, не знала, что тебе так противно мое присутствие! Знаешь что? Не мучайся. Я разрываю наш договор. Как-нибудь обойдусь без тебя, а ты поищи другого арэйна Эфира. Чистокровного. Королевского. Может, хотя бы он будет достоин твоего высокородного общества.

Я была готова хоть прямо сейчас взять свою сумку и пешком отправиться в путь в полном одиночестве, теперь уже точно через кхарриат арэйнов Крови, но Ксай меня удержал. Нет, не рукой – взглядом. Поднявшись на ноги, он посмотрел мне в глаза, и что-то – наверное, завораживающая, опасная серебристая искра, мелькнувшая в черной бездне, – заставило остановиться и замереть.

– Не кричи, – спокойно сказал арэйн, однако в голосе его прозвучали металлические нотки. – Успокойся, Инира. Я уже предлагал ответ на твой вопрос, но ты отказалась. Похоже, все-таки он не дает тебе покоя? – тонкие губы изогнулись в недоброй усмешке. Не отпуская взгляда, Ксай подошел ко мне. Неожиданно наклонился, приподнял мою голову за подбородок, приблизил свое лицо к моему и проникновенно произнес: – Твое общество мне очень даже приятно. Маленькая, наивная, запутавшаяся… обозленная на весь мир девочка. Я знаю тебя достаточно, чтобы не ставить вровень с нашими рабами. А вот ты… ты, Инира, меня не знаешь. Не придумывай то, чего нет.

– Чего нет? – спросила я вдруг севшим голосом. Во рту пересохло, а сердце заколотилось так, что его стук, наверное, был слышен даже Ксаю.

– Омерзения, презрения, всего того, что ты так боишься найти во мне в отношении тебя. – Мужчина усмехнулся. – Наполовину арэйн и наполовину эвис, уникальная.

– У меня больше нет Огня.

– Не имеет значения. Да, твоя уникальность привлекла мое внимание. Но теперь было бы глупо воспринимать тебя как простого человека.

Я смотрела в черные глаза с серебристыми искрами и дышала через раз, прерывисто, взволнованно. Боги, что со мной творится? И так страшно было пошевелиться, разорвать плетение взглядов.

Я ощущала себя человеком. Не арэйном, а именно человеком, но если в понимании Ксая быть человеком значило быть никчемным рабом, то его слова… пробуждали волну радости: не презирает! Готов принять как равную, пусть даже маленькую и глупую, пусть… Все же провести столько времени рядом с тем, кому ты противна, было бы невыносимо.

– Ну вот, а теперь, когда ты убедилась, что твое общество не вызывает у меня неприятных эмоций, пора отправляться в путь, – как ни в чем не бывало сказал мужчина, отпустив мой подбородок. Я не успела опомниться, а он уже развернулся и направился к нашим вещам.

Собрались мы быстро, несмотря на то что руки у меня отчего-то дрожали. Постепенно приходя в себя после странного разговора, я начинала злиться. Что Ксай опять устроил? Что ему от меня нужно? То ведет себя нормально, даже вполне дружелюбно, пусть и не без насмешки, а то вдруг совершенно непонятно. Вот зачем нужно было касаться меня, смотреть в глаза так пронзительно, что дыхание перехватывало? Ух, как же хочется запустить в него каким-нибудь заклинанием, чтобы не был таким самоуверенным и наглым!

Злость кипела во мне, и даже полет на гикари, к которому за последние дни успела привыкнуть, не помогал успокоиться. Какого демона он издевается надо мной?!

По-осеннему холодный ветер бил в лицо, в какой-то момент с пасмурного неба посыпался дождь, и проплывающий под нами лес, скрывшись в дымке водной пыли, сделался мрачно-серым. Мелкие капли стекали по волосам, замораживали державшие поводья пальцы, покрывали кожу леденящей крошкой. Еще чуточку холоднее – и, наверное, вместо дождя пошел бы снег.

Я стискивала поводья немеющими руками, намеренно подставляла лицо мокрому ветру, со странным злорадством наслаждалась, чувствуя, как струйки воды стекают по шее за ворот, как наполняются влагой и тяжелеют длинные пряди, прилипая к коже. Постепенно мысли все же остыли, раздражение утихло. Трудно продолжать кипеть внутри, когда вокруг такой холод. Как мы дальше-то будем по воздуху путешествовать, если дыхание зимы ощущается все более отчетливо? Путешествовать… вместе с Ксаем. Теперь, когда буря эмоций отступила, я могла немного поразмыслить.

Может, и вовсе зря злилась? Свалилась на голову Ксаю, когда у него были свои дела. А теперь он всего лишь хотел совместить одно с другим, тем более что нам по пути. Получается, что истерику я устроила на пустом месте – ничего удивительного в том, что он разозлился. Или здесь было что-то еще? Может, я сказала нечто обидное касательно его родственников, что-то неправильное, чего не должна была говорить? В конце концов, кто я такая, чтобы требовать от высокородных арэйнов уважительного отношения? Или… у него самого были проблемы с семьей? Не зря ведь Ксай так редко бывает дома, и это его «потерпят». Что, если то было не желание унизить меня, а нечто личное, касающееся именно Ксая и его родственников? В таком случае, я, неизвестно из-за чего вспылившая, легко отделалась. «Да, Ксай не издевался», – наконец сообразила я. Он разозлился и решил меня наказать. И ему это удалось.

Вот только я до сих пор не могу понять, почему после его слов и того, как они были сказаны, действительно ощущаю себя наказанной.

– Инира, снижаемся! Там внизу есть поляна! – стараясь перекричать ветер, скомандовал Ксай. Внизу, помимо расплывающихся в серой пелене дождя очертаний леса, я не видела ничего, но арэйна послушалась. У него зрение, как у чистокровного, лучше, может, он нужное место отсюда и рассмотрел.

Поляна оказалась именно там, где предполагал ее наличие Ксай.

– Придется сделать недолгий привал. У тебя вообще перчатки есть? А шапка? Посмотри на себя, ты же вся замерзла.

– Немного, – пожав плечами, соврала я. Ну не признаваться же, что специально проморозила себя насквозь? Как выяснилось, так думается лучше. – Перчатки есть, сейчас достану. И шапка тоже, но мне пока капюшона хватит. Просто я недостаточно освоилась с гикари, чтобы на лету одеваться.

– Если простынешь, будешь пить укрепляющий отвар не три раза в день, а четыре, на протяжении еще трех недель.

– Настолько запасов не хватит.

– Ради такого дела мы купим еще.

Я натянула на голову капюшон и поспешила за перчатками. И вправду, руки чего-то совсем заледенели.

Обустраивать наш временный лагерь было несколько сложнее, чем обычно. Достаточно твердая земля не успела размякнуть, но сверху была мокрая, и стелить на нее покрывало не хотелось.

– Давай я высушу, – предложила я, вспоминая довольно простое заклинание из магии явлений.

– Тебе восстанавливаться нужно, а не магию применять.

– Думаешь, процесс восстановления будет лучше идти, если сидеть на холодной, мокрой земле?

– Ты считаешь меня настолько беспомощным? – усмехнулся Ксай.

– Нет, но…

Сказать, что не представляю себе стихию Смерти, в отличие от того же Огня или Эфира, в роли обогревателя, не успела. Арэйн провел ладонью, и в нескольких сантиметрах над землей, образуясь по крупицам, одна за другой, возникла тонкая, не больше пары миллиметров в толщину, квадратная поверхность. Около трех метров шириной, похожая на ониксовую плиту с металлическим блеском. Одобрительно самому себе кивнув, Ксай вытащил из сумки покрывало и постелил поверх сотворенной магией поверхности.

– А покрывало не умрет? – съехидничала я.

– Рассыпаться, как от старости, могло бы, но я стихию контролирую.

– И что, она с подогревом? – Я подошла к покрывалу и потрогала частички энергии под ним. Не теплая и не холодная – непонятная.

– Нет, но ничем не хуже земли, на которой мы сидели до того, как пошел дождь. Стихия Смерти чаще несет в себе холод, хотя некоторые заклинания помогают сделать нашу магию нейтральной насколько возможно.

Я перевела взгляд на крылья Ксая, черные, сверкающие, как будто блестками присыпанные. Неужели они холодные? Колючие, ледяные частички энергии? Или все же теплые, потому что Ксай живой? Я ведь ни разу не дотрагивалась до его крыльев. Какие они на ощупь?

Я моргнула и усилием воли отвела глаза.

Чтобы не тратить зря времени, решили сразу поесть – все равно через пару часов в расписании значился обед. Установленный Ксаем купол защищал от дождя и противного ветра, который мог бы сбоку доносить до нас мелкие брызги, но благодаря магии те ударялись о преграду и осыпались на землю. Единственное неудобство заключалось в том, что пришлось обойтись без костра – если развести огонь можно было бы на аналогичной парящей над землей поверхности, то раздобыть сухие ветки в промокшем насквозь лесу было нереально. А я свою помощь больше не предлагала. Хотя бы потому, что представилась возможность избежать необходимости принимать целебный отвар.

– Держи. – Ксай протянул мне фляжку.

– Что это?

– Твое лекарство.

– Так оно же… я…

– В прошлый привал я заварил его впрок, – усмехнулся мужчина. – Чувствовал, что погода портится.

Я тяжело вздохнула, но спорить не стала. Может, дожди затянутся на неделю и спасут меня от бесконечного кошмара.

– А как мы путешествовать дальше будем? Вряд ли погода станет лучше – все-таки зима скоро.

– Раньше, когда стихия Огня свободно гуляла по миру, здесь, на землях ее наибольшей концентрации, не было холодов. Погода в кхарриате Смерти тоже своеобразна. Там и летом нет сильной жары, но и осадки – не слишком частое явление. Попасть под затяжные дожди нам не грозит. А до того, как ляжет снег, мы успеем добраться до арэйнов Эфира.

– Надеюсь, путешествие не затянется, – пробормотала я, прихлебывая холодный, а потому немного изменивший вкус отвар. Впрочем, даже такое разнообразие не могло заставить меня примириться с надоевшим лечением.

Поскольку костер не разводили, пришлось довольствоваться сухим пайком. Не знаю, как взрослому и сильному мужчине, а мне бутербродов с вяленым мясом и пары яблок на десерт оказалось достаточно, чтобы наесться.

– Ксай, я тогда не обо всем тебя расспросила. Но хотелось бы знать о рабах больше. Как они живут? У них есть школы? Я уж не говорю о магических – вряд ли вы дадите им в руки такое оружие, но хотя бы элементарное образование они получают?

Вообще, вопрос был задан не просто так. Я долго думала, почему арэйны принимают людей за безмозглых животных, если мы способны соображать не хуже их. Можно считать нас низшей расой, поскольку мы не обладаем способностью управлять стихией, но ведь не до уровня же животных опускать? Недооценивать интеллект рабов попросту глупо! И дело, наверное, в том, что система рабства вряд ли предполагает нормальное образование. Людям не дают развиваться – зачем, если можно использовать тупую рабочую силу, так намного безопасней. Вот эту догадку мне и хотелось проверить.

Я только недавно сообразила, что люди Лиасса и люди Арнаиса действительно находятся на разных ступенях, потому что развитие наше происходило в разных местах и при разных условиях – нам арэйны не мешали строить собственную культуру. Так что здешние люди за все это время попросту не могли добиться того же, чего достигли мы.

– Образование? – скептически хмыкнул мужчина. – Школ для людей нет. Но родители передают свои знания детям. Кто-то может научить письму, кто-то – простейшей математике. Иногда достойным образованием они полагают пересказ старых баек. Однако самое основное – это обучить своей работе, чтобы ребенок был полезен хозяину, мог выполнять свои обязанности и не гневил господ.

– Ясно, – сухо сказала я. Все как я и предполагала. Арэйны сознательно держат людей в невежестве, чтобы не лишиться рабов, получив очередное восстание. Правда, в таком случае возникает другой вопрос – а каким образом среди людей появились первые маги? Я не преминула его задать. Не то чтобы во мне пробудилось прежнее любопытство ко всему и вся, но данный парадокс заводил мысли в тупик, а это раздражало.

– Сейчас мы говорили об основной массе, но всегда есть исключения. И получаются эти исключения чаще благодаря любви арэйнов к экспериментам.

– Например?

– Например, однажды кто-то вздумал обучить своего раба ассистировать в своей лаборатории. А перед этим научил его чтению и прочим интересным наукам.

– А он потом сам попробовал использовать заклинания и случайно открыл магию явлений, доступную людям? – поразилась я.

– Именно так. С тех пор арэйны вели себя намного осторожнее.

– Ну да, могу представить их осторожные эксперименты, – с саркастичной улыбкой заметила я. После поступка Гихеса, буквально использовавшего меня для освобождения нового Изначального Льда, и попытки магов меня схватить, чтобы изучить сей дивный феномен, к экспериментам я относилась, мягко говоря, с некоторым подозрением.

– Вряд ли.

– Если не доверяешь моей фантазии, то можешь поведать о ваших экспериментах, – я почти равнодушно пожала плечами. Казалось, удивить меня уже было невозможно.

– Могу поведать, – странно улыбнувшись, согласился Ксай. – И даже знаю, какая тема тебя заинтересует. – Выдержав небольшую паузу, будто давая мне возможность отказаться от такой радости, как его откровения, продолжил: – Некоторые арэйны выводили общее потомство с людьми.

Хорошо, что лекарство я уже допила, иначе бы точно им захлебнулась. Нет, вообще, учитывая, что я сама наполовину арэйн, а наполовину – человек, то появление подобных полукровок хоть и шокировало, но было вполне закономерно, а вот то, какими словами это было сказано, вызывало отвращение. Впрочем, я быстро взяла себя в руки и только криво улыбнулась:

– Выходит, я не столь уникальна, как предполагала.

– Ты? Уникальна. Потому что рождена эвисом. Остальные – просто дети арэйнов и людей.

Данная фраза прозвучала не в пример лучше предыдущей.

– Не представляю, как бедные арэйны смогли пожертвовать собой ради эксперимента.

– Уверяю, жертв в данной серии экспериментов нет и не было. По крайней мере, со стороны арэйнов. Кому-то интересен весь процесс, кто-то… хм… даже удовольствие получал. Но не будем об этом.

– Правильно, поговорим лучше о судьбе, постигшей полукровок, – сказала я резко, вперив в мужчину мрачный взгляд.

– Ничего такого страшного, о чем бы ты могла подумать, – пожал плечами Ксай. – После того как было обнаружено, что магией, как арэйны, они не обладают, а единственное, что хоть как-то указывало на родство таких полукровок с арэйнами, – это удлинившийся срок жизни, их отправили к остальным рабам. Речь, опять же, об основной массе. О частных случаях ничего не знаю – возможно, были исключения.

– К остальным рабам… – задумчиво повторила я. Взгляд скользнул по окружающему пейзажу, но из-за дождя и магии Смерти, заслонявшей нас от холода и ветра нейтральной, как будто пустой пеленой, мир казался серым и равнодушным. Я снова посмотрела на Ксая. Прямо, требовательно. – Скажи-ка мне, зачем ты ведешь меня к арэйнам Эфира? Они и тех полукровок, которые были рождены от других арэйнов, к себе не пускают. Что уж говорить о детях от людей. Да меня отец с грязью смешает.

Конец ознакомительного фрагмента.