Вы здесь

Новые земли. Глава 7 (Артем Каменистый, 2016)

Глава 7

Странно, что кроме Кири никто этого не заметил раньше, но селитры в Гриндире оказалось немногим меньше, чем ядовитого песка. Можно смело направляться к любой скале, даже там, где на вершинах нет крупных колоний прыгучих мелких созданий, найдутся богатые или бедные залежи. Разве что песком их местами присыпает, но слой его несерьезен, разгрести несложно.

Хватило одного дня, чтобы осознать – если вдруг у землян появится сотня средневековых артиллерийских орудий, им будет чем их заряжать.

Нет, не совсем верно. Да, главный компонент черного пороха – селитра, ее там порядка двух третей. И она же самый проблемный с точки зрения получения продукт. В давние времена приходилось добывать ее не слишком приятными способами, в дело шло содержимое уборных и прочие не самые симпатичные виды азотсодержащего сырья. Конечный очищенный вариант стоил прилично, некоторые неплохо наживались на этом деле.

Проблема потеряла хроническую остроту после открытия чилийских месторождений селитры. Ее промысел там процветал даже в конце девятнадцатого века, несмотря на распространение бездымных пороховых составов на основе новых взрывчатых веществ. Лишь развитие технологии связывания атмосферного азота закрыло вопрос дефицита природных нитратов.

В этом мире проблема нитратов тоже решена. Селитры в Гриндире до неприличия много, два разведывательных захода это убедительно доказали, но Рогов для пробы увел народ на день пути и заглянул в пекло, еще раз убедившись, что результат и здесь аналогичен.

Гриндир теперь важен даже без камней жизни. Хочешь не хочешь, но ходить сюда придется, ведь лучшего источника селитры у землян нет.

Итак, порох для ружей и орудий имеется. Серы он требует куда меньше, чем селитры, а проблем с ее получением вроде бы не возникнет – ведь на найденном Сфеном руднике сульфидного сырья хватает. Что касается древесного угля – третьего компонента, – с ним вопросов нет и быть не может.

Порох – это еще не все. Потребуется свинец для пуль и картечи, чугун для ядер, бронза для пушечных стволов. А вот с этим пока что все сложно. Единственный освоенный природный источник металлов – рудник высоко в горах. Добывать всерьез там пока что почти не пробовали, но и без этого очевидно, что сил на разработку в таких условиях потребуется немало, а колония землян не такая уж большая. Одно то, что путь туда занимает не один день, а тягловой силы нет вообще, приводит к черным мыслям.

Сходить туда немногим проще, чем добраться до погибшего города. И если на руинах можно разжиться металлом в готовом виде, там придется засыпать в рюкзак руду – соединения металлов. Иначе никак, потому что для плавки требуется топливо, а в том холоде даже трава не растет, и месторождений угля поблизости не замечали.

На снегу и камнях металла не выплавишь. То есть в тяжеленном рюкзаке у тебя за спиной будет ценное сырье, немалая часть из которого неизбежно уйдет в бесполезный шлак. Иными словами, ты несешь как нужное, так и хлам. При такой длине маршрута – неэффективно.

Металлом поблизости от поселка не разжиться. Земляне там все успели перерыть, перспектив ноль. Надо искать другие варианты.

Если верить рассказам туземок, а врать им смысла не было, где-то на юге располагается наполовину соленое озеро, по берегу которого в давние времена массово проживали люди. От них остались руины городов и заброшенные рудники, где они много чего добывали. В том числе и золото.

Не очень-то остро необходимый в здешних условиях металл, но тут придется поверить Сфену. Он уверял, что золото нечасто встречается само по себе. Обычно с ним или поблизости от него можно разжиться и куда более нужными землянам рудами.

А еще Рогов, уходя из поселка, пообещал Холоду, который крепко его тогда выручил, что при малейшей возможности хотя бы поверхностно исследует юг. Древние аборигены не просто так пытались его массово освоить, там, должно быть, жилось получше, чем на севере. Но в этом надо убедиться, что без разведки невозможно.

И этой разведке сейчас ничто не мешало.

Кэт, провалявшись восемь дней, встала поутру как ни в чем не бывало. Ну как ни в чем… Непростое восстановление изнурило, отобрало несколько килограммов веса, она спала с лица, теперь, если дело будет в сумерках и сильно присматриваться, ее можно легко принять за костлявую школьницу, изнуренную долгим сосуществованием с особо прожорливым солитером.

Мнардир уверял, что прежнюю форму она наберет быстро, лишь бы ее кормили хорошо. И вообще на трудоспособности это почти не скажется, потому как при всей внешней изнуренности люди после восстановления демонстрируют чудеса живости, будто компенсируя унылые дни сонного и полусонного существования.

Что происходит с опухолью – никто сказать не мог. Вопреки уверениям Мнардира, что о ней можно забыть навсегда, Рогов иногда думал нехорошее. Но всеми силами старался придерживать черные мысли в себе.

У Кэт, похоже, в голове протекают схожие процессы – о том же думает. Слишком явно погружена в себя временами. Но внешне старается не показывать, делает вид, что искренне верит в полное выздоровление.

Точно в этом можно убедиться, лишь выждав время. Не один месяц должен пройти, чтобы окончательно увериться в полном отсутствии тревожных симптомов.

Грач поднялся спустя пару дней после Кэт. Для человека с разодранным спинным мозгом он выглядел неправдоподобно подвижным, поверить в то, что страдает от перелома позвоночника, тоже не получалось. Ни малейших симптомов не осталось – уверял, что все работает даже куда лучше, чем раньше. Доказывая это, попытался изображать акробатические трюки. Не очень-то успешно, но одно несомненно – безнадежные калеки так резво себя не ведут.

В лагере просидели еще несколько дней, давая возможность выздоровевшим восстановить силы. Благо мяса пока что хватало – еще оленина не закончилась, как Палачу удалось подстрелить косулю. Старая, зато крупная.

Глядя на Кэт и Грача, Рогов был вынужден признать, что обузой они не станут. Разве что поначалу их лучше не нагружать поклажей и длительными переходами, но эти неудобства замедлят отряд ненадолго, так что терпимо.

Значит, можно и правда отправиться на юг, попытавшись добраться до вожделенного озера. Уже далеко забрались, глупо сворачивать, если лакомая цель, возможно, находится всего лишь в дневном переходе от тебя.

Да и погода обеими руками «за». Пусть и хмурится, но обильные дожди сошли на нет, разве что покрапывало каждый день по утрам или вечерам, но это тоже терпимо.


Вечером следующего дня наткнулись на следы людей. И вовсе не древних – от тех в основном только камень остался, все, что могло сгнить, давно превратилось в труху и пошло по ветру.

А здесь уцелела древесина, причем уцелела прекрасно, ей и пары десятков лет не дашь. Два сруба из потемневших бревен, друг с дружкой соединены широким сильно наклоненным навесом, под который гармонично вписался длинный стол, окруженный массивными лавками. Крыши тесовые, укрепленные жердевыми щитами, они одна в одну похожи на те, под которыми жили туземки. Сами постройки куда массивнее, но принципиальных технологических отличий не видно.

Дозорным в тот момент шел Палач. Увидев неладное, он поднял руку, предупреждая остальных. Не зная, в чем там дело, все торопливо приготовились к схватке. Рогов потер ладони, ухватил секиру, другие крутили механизмы арбалетов и спешно сыпали порох на полки парочки ружей. Замки, сделанные с применением кремней из зажигалок, многие обоснованно ругали за ненадежность: слишком часто приходилось их чинить. Зато перед стрельбой не надо возиться с огнем, запаливая фитили, что в лесу важно: ведь те же ваксы дым почуют мгновенно.

Но никто не выскочил из дверей. Да и сами двери выглядели так, что не очень-то из таких выскочишь. Створки кто-то жестоко разломал, и, судя по виду обломков, произошло это давненько.

Конец ознакомительного фрагмента.