Вы здесь

Ник. Беглец. Глава 3 (Анджей Ясинский, 2012)

Глава 3

Ник

На следующий день я проснулся с жутким чувством голода, обострившимся под утро. Забавно: я проснулся – и голод тоже. Нет чтобы продолжать спать и дать спокойно жить нормальным людям! Все-таки эта бурда, которой нас кормят, хоть и питательная, но явно предназначена для людей, что проводят свой досуг за высокими размышлениями и не совершают лишних телодвижений. Плохо! Надо что-то придумать. Дождавшись утренней кормежки и ухода Гоблина, я отцепился от своей лежанки. Немного размялся и прошелся по комнате, высматривая то, что не увидел раньше. Наткнулся на равнодушный взгляд одного из узников. Тот смотрел на меня, но явно не воспринимал.

– Никос? Ты меня освободишь?

– Подожди, Карина.

Прислушавшись к себе, я ощутил некий дискомфорт. Хм… Наконец разобрался. Мой организм чуток оправился, и голая женщина, пусть и не в лучшей форме, стала вызывать легкое возбуждение. Да и самому неловко. Так дело не пойдет. Я пошарил в камере, но не нашел никакой тряпки, чтобы прикрыться.

– В общем, смотри. – Я подошел к окну и аккуратно выглянул. Внизу никого не было. Хотя… Я пригляделся и отметил отблеск ауры в угловой будке. Видимо, стражник. – Чтобы быстро привести нас в порядок, нужна хорошая еда. Да и одеться не помешало бы, согласна? – Девушка, прогнав остатки сна, внимательно меня слушала. – В общем, я пройдусь по зданию, разведаю, что где лежит. Если найду необходимое, притащу. Потом займемся тобой. Правда, есть один тонкий момент. Как бы Гоблин не заметил изменений в нашем состоянии. А он обязательно заметит.

– Гоблин?

– Ну этот чудак, что кормит нас. Так вот. Получается, у нас всего пара-тройка дней. За это время я постараюсь поставить нас на ноги, – сказал я уверенным голосом. И на самом деле собираюсь это сделать. – Ладно, пойду прогуляюсь с инспекцией. Надо же проверить, как нас тут охраняют от опасностей внешнего мира!

Меня остановил тихий вопрос:

– Ты вернешься?

Я удивленно обернулся. Подошел к девушке, посмотрел ей в глаза:

– Я ведь обещал вытащить тебя отсюда. А свои обещания я стараюсь выполнять. Не беспокойся. А не освобождаю тебя из оков сейчас, потому что ты не справишься сама, твое тело сильно ослабло. Надо его подготовить. – Я хотел погладить ее по щеке, но не решился: кто знает, как она это воспримет. – В общем, скоро вернусь.

Приблизившись к двери, внимательно присмотрелся. Хоть она и была покрыта плетениями защиты, но, к счастью, они шли через обезвреженный мною модуль, так что ее смело можно открывать и закрывать – это никого не побеспокоит. Я по привычке зажмурился и просканировал коридор инфомагическим зрением. Там никого не было. Прождав еще минут пять, чтобы определить, какова плотность людского трафика снаружи, толкнул дверь, которая, естественно, не открылась. Вздохнув, снова погрузился в мир магической и инфомагической энергии, анализируя препятствие.

М-да… Обычный замок – это не плетение, просто так не определишь, что держит язычок. Прислонившись к крепко сколоченным доскам, я пропустил сквозь них свою ауру. Препятствие сильно снизило чувствительность поля, но не убрало совсем. Мне удалось, точно слепому, прощупать механизм снаружи. В результате я понял, что там – просто мощная задвижка, скорее даже засов. Или чужие тут вообще не ходят, или охрана полностью полагается на магическую защиту. Сдвинуть задвижку аурным щупом сквозь дверь не удалось. Честно говоря, вряд ли у меня получилось бы, даже окажись замок с этой стороны: слабоват инструмент. Зато ничто не мешало сформировать с внешней стороны силовую нить и прицепить один ее конец к задвижке, а другой – к стене. Маленький импульс… Нить сжалась, и с тихим шорохом, знакомым мне по визитам Гоблина, металлический штырь вышел из пазов, освободив дверь.

Накинув на себя полог невидимости, я тихо выскользнул в коридор, снова затворил нашу камеру и слегка прихватил засов парой силовых линий (с часок продержатся). Если кто и придет, то посчитает, что просто заело, сразу не войдет, а я успею вернуться и что-нибудь решить. А для этого прилепим к косяку плетение-микрофон, чтобы слышать, что тут происходит.

Коридор совсем не походил на тюремный. Скорее на за́мковый – только дверь, за которой держат магов, бросается в глаза. Остальные в количестве пяти штук – обычные деревянные, некоторые даже не закрыты. Похоже, наша темница занимала самую большую комнату. Тюрьма все меньше и меньше напоминала привычное место заключения. Куда идти? Налево или направо? Справа доносится легкий фоновый шум, который обычно создают люди, занятые чем-то необременительным. Слева – тишина. Туда мы и двинемся.

Я неторопливо прогуливался по зданию в выбранном направлении и заглядывал в каждую комнату. Правда, о безопасности не забывал: проверял все вокруг на наличие сигналок и сканировал помещение на присутствие живых существ, прежде чем сунуть туда нос. За первой дверью оказалась хозяйственная подсобка – куча разного хлама, тряпки, деревянные ведра, даже несколько швабр! Какие-то стулья, столы. Во второй комнате стоял агрегат… на первый взгляд похожий на насос, подключенный к емкости литров на двести, в данный момент заполненной чистой водой. Войдя, я от души напился, пальцами потер зубы, чтобы избавиться от пакостного привкуса. Сколько лет я их не чистил? Небось уже черные стали. Хотя… У Карины зубки белые, как, наверное, и до ее заключения. Может, вода тут такая особенная или целительские плетения заботятся о зубах, а может, генетика у нее хорошая.

Оставив этот вопрос на потом, я вышел из комнаты. Каменный пол холодил босые ноги, да и вообще вне стен камеры было зябко – я весь покрылся гусиной кожей. Чтобы согреться, немножко погонял внутреннюю энергию, заставив кровь течь чуток быстрее. Мне не хотелось использовать плетения, создающие тепло, вроде того же нагрева воздуха, с ними возрастал риск быть обнаруженным кем-нибудь внимательным, кто случайно окажется рядом и заметит странное изменение температуры.

В третьей комнате оказался склад запчастей. Судя по сложенному стопочкой десятку точно таких же лежанок, что и у нас в камере, ничем другим это быть не может. Лежали еще какие-то блоки, металлические конструкции, вот только магии во всем этом не наблюдалось.

Ну а дальше шла лестница, закрытая дверью. Прямо перед ней – заложенное мощными каменными блоками большое окно. Наверное, раньше здесь был витраж во двор, если судить по его куполообразной форме. Замуровано давно, это заметно, хотя цвет камней все еще отличается от цвета стен. Кроме довольно простых магических сигнальных датчиков, внутри блоков ничего не было. Поэтому я потратил пять минут, чтобы по-быстрому внести небольшие изменения в систему: оставил работать только крайние датчики – на стенах, а внутри бывшего окошка развесил гравитационное плетение, направив вектор его действия наружу. Рядом спрятал своего иллюзорного Ника-мишку с дистанционным активатором, прицепив его к энергетическим линиям в стене. Даже в активированном состоянии такая иллюзия не потребляет много энергии, а уж в свернутом… Если маги как-то отслеживают разного рода утечки, то вряд ли точность детектирования высока. Иллюзии я, кстати, сделал на обычной магии, чтобы искусники, даже если разберутся в них, просто подумали на сильного чародея.

Стоит сказать о магических потоках в данной местности. Хотя в общем-то говорить особо нечего. В отличие от «того» материка, если мои наблюдения верны и характерны не только для тюрьмы, все потоки тут перемешаны. То есть нет четкого деления на земную энергию, лесную и прочие. У меня есть подозрение, к сожалению пока не подтвержденное, что обычная магия – все-таки производная от инфомагии. Что-то вроде расщепления инфомагических потоков по каким-то параметрам, причем обратное их смешивание не дает снова инфомагию. Отсюда и меньшая эффективность обычной магии. Мне не очень понятно, как можно получить что-то, разделив целое, причем чтобы производные сохраняли большую часть свойств целого. Я могу ошибаться, но мне кажется, в таком варианте магичить должно быть сложнее. Хотя, с другой стороны, эффект может быть сильнее. Моя мысль подтверждается тем, что, например, медицинские плетения, работающие в лежанках, используют весь спектр энергетических потоков, но акцентируются на лесных, как у эльфов. Как всегда, жаль, что в свое время не удосужился поточнее расспросить Умника. Тогда мне было все равно, с какой магией работать: слишком большой поток информации сглаживал теоретические нюансы. А вот сейчас больше интересует теория, но преподаватель то ли уехал в отпуск, то ли его похитили…


Слабо освещаемая лестница неожиданно оказалась спиральной. Она опускалась явно ниже уровня поверхности земли. Прикрыв за собой дверь, я отправился на первый этаж. По дороге глянул вниз – не особенно глубоко, примерно с пару этажей. Провел рукой по каменным блокам стены – сухие, вопреки ожиданиям. Камни, кстати, подогнаны похуже, чем у гномов. Дверь, выходящая на этаж, точно такая же, как на «моем». Не закрыта: видно, что слегка отходит от косяка.

Едва я собрался проверить, что за ней, как она стала медленно открываться. Ну вот, добегался. Если у того, кто сейчас войдет сюда, есть амулеты, способные справиться с моим отводом глаз, придется его валить. Я быстро скакнул в угол и прижался к стене. Дверь, словно в фильме ужасов, продолжала медленно и совершенно бесшумно (как и на нашем этаже) открываться. Но никаких маньяков-убийц или нежити за ней не оказалось: просто вошел какой-то мужик. Согнувшись в три погибели, он тащил в руках большую бадью и корзину с хлебом. Остановился рядом со мной, со вздохом поставил емкости на пол и разогнулся, упершись руками в поясницу.

– Хр-р-р-р-ах… Мудатанто карранта! – непонятно для меня пробормотал мужик, с наслаждением выгибаясь назад.

Аккуратная бородка, нос с горбинкой, слегка отечное лицо с мелкими оспинками и страдающим выражением. В черных волосах, причесанных явно рукой, а не расческой, выделялись седые пряди. Одет он был в простые брюки из плотного и даже на вид теплого материала, без всяких примочек типа карманов. На ногах – стоптанные мягкие полусапожки. Рубашка не первой свежести сверху была прикрыта кожаной безрукавкой, на которой, к моему удивлению, обнаружился небольшой карман. Просканировав его, заметил несколько металлических кругляшей – видимо, денежная мелочь, правда, не смог определить, из какого материала. На поясе висели ножны с кинжалом и еще один складной нож в кожаном футляре-сумке впечатляющих размеров – или садовый секатор, веточки подрезать, или типа боевого, что-то вроде навахи.

Пока он смотрел в потолок, разминая поясницу, я быстро нагнулся и вытащил из корзины кусок хлеба. Мужик, наверное, почувствовал дуновение ветра от моего движения – он вдруг замер и огляделся. М-да… Неприятное было чувство, когда взгляд незнакомца быстро мазнул по месту, где я стоял. Фух! Пронесло. Однако мужик вдруг стал принюхиваться, поводил шнобелем по сторонам, понюхал рукава своей одежды, под мышками, пожал плечами. С кряхтением подняв свою ношу, он отправился по лестнице вниз. Я тоже принюхался и с трудом, но все-таки уловил не очень приятный запах, идущий от меня. Хоть Гоблин и поливал нас водой, но этого явно было недостаточно, чтобы полностью помыть тело и избавить его от запаха. Надо было искупаться в комнате с бассейном. Ну да ладно, учтем на будущее.

Черный, чуть зачерствевший хлеб показался мне самым вкусным из всего, что я ел раньше. Я чуть не захлебнулся слюной. И не говорите мне, что лишил пайки какого-то бедолагу. Судя по ноше стражника или разносчика, голодом тут не морят. Немного беспокоило, как желудок воспримет такую пищу, но я решил рискнуть. Организм у меня улучшен? Улучшен! Есть Драко, есть лечебные симбионты, так что прорвемся!

Я выскользнул в коридор и аккуратно прикрыл за собой дверь. На месте стражей я бы все-таки поставил там автоматику, чтобы ходили только свои. Но, как говорится, со своим уставом… Да и мне так удобней.

Коридор шел по периметру здания вдоль стен, окна в которых напоминали бойницы. Иногда он углублялся внутрь, огибая редкие внешние помещения. Но в целом постройка производила впечатление тора с комнатами в центральной части. Люди почти не попадались: только один охранник да женщина в возрасте, за которой тянулся запах свежеприготовленной еды. Меня они не заметили – полог действовал исправно, но я все равно отслеживал появление магов. Мало ли как они выглядят и какая у них личная защита? Вдруг и полог невидимости на них не действует? Поэтому, в случае чего, я готов был и ауру спрятать по максимуму, и под потолок взлететь на силовых нитях, и полог невидимости усилить, и вдарить как следует. Но опасался я зря, маги мне не попались. В руках у женщины был пустой поднос. Она явно относила еду – видимо, достаточно высокому чину, раз ему носят обеды лично, – а сейчас возвращалась на кухню. Я пошел за женщиной, не забывая крутить головой на триста шестьдесят градусов, попутно отмечая все двери. Ничего так, неплохой за́мок. Грубовато сложен, без особых изысков, но крепкий. Эх, жаль, нет бадди-компа: рассмотрел бы все потом подробненько в записи, да и карту составил бы.

Наконец мой поводырь дошел до места назначения, и я понял, что не ошибся. Это была огромная кухня, где готовилась еда на большое количество людей. Для охранников, что ли? Кстати, а где они? По квадрату со стороной примерно в пятьдесят метров бегали поварята и чинно прохаживались помощники шеф-повара, который стоял в центре комнаты и руководил всем этим ансамблем. В основном криком и пинками. Также повар экспрессивно размахивал руками и иногда демонстративно хватался за голову, дабы показать глубину своего недовольства, что действовало на подчиненных очень неплохо. Я проскользнул внутрь за женщиной и скромно встал слева от двери, откуда и наблюдал весь этот бедлам. Вот бы они удивились, если бы мой полог пропал! Стоит такой тощий голый мужик и голодными глазами смотрит на всякие вкусности! Печально, но добыть еду в этой сутолоке не получится. Или надо ждать, пока все разойдутся. Тут дверь открылась и вбежал пацан, неся в руках корзину с овощами. Ага! Вот ты и попался! Быстро сняв с парня основные параметры ауры, я тихо выскользнул из кухни. На открывшуюся дверь никто не обратил внимания.

В коридоре я огляделся, нашел среди месива остаточных излучений аур следы того пацана и отправился по ним, словно гончая. Далеко идти не пришлось, всего лишь за поворот – в комнату с остатками сена на полу и запертой дверью со сложным магическим плетением. Подходить я не стал – нет времени разбираться. Кажется, отсюда завозят продукты в тюрьму. Дальше поворот налево и две двери. За одной оказалась редко посещаемая, судя по слою пыли на полу, кладовка. Я собрался было уйти, как мне под ноги неожиданно выпала какая-то белая палочка. Сделав шаг внутрь, я заглянул за дверь и чуть не заорал от неожиданности. На меня весело скалился человеческий череп.

Успокоившись, я вернулся в комнату (и когда успел выскочить?). Действительно, скелет человека. Кажется, я его зацепил, когда ретировался из комнаты, потому что теперь он лежал на полу, а бывшая голова закатилась в дальний угол. Хорошо еще, что скелет закреплен на подставке, а все кости скреплены между собой проволочками – иначе сейчас бы передо мной была бесформенная куча. Интересно, что это? Учебное пособие? Вполне возможно. Интересно, какой бедолага послужил материалом? Как бы то ни было, за собой надо прибрать. Я водрузил остов на место, нашел бывшую голову, поднял ее. И задумался о превратностях человеческой судьбы. М-да, жил-жил человек, потом умер, только скелет остался. А череп-то, оказывается, гладкий-гладкий, словно отполированный, – я с удовольствием провел по нему ладонью. Спокойно можно сделать из него гипноглиф. Наверное, точно так же Гамлет долго не выпускал из рук череп бедного Йорика и даже заговорил с ним – ну точно в транс впал! Вот и мне скелетик очень понравился. Сам не знаю почему. С ума схожу, что ли?.. Так, ладно, я не за этим сюда пришел. С этой мыслью я водрузил черепушку на законное место.

Следующая дверь, у которой и заканчивался путь поваренка, оказалась закрыта на ключ, впрочем, весьма примитивный. Всунув в замочную скважину сформированный аурный отросток, я прощупал внутренний механизм. Затем, пустив вдоль щупа силовую нить и придав ей жесткость, так сказать, зафиксировав, получил магический ключик, провернув который с легкостью открыл замок. Магическая защита тоже была, но какая-то простенькая – сигналка, заточенная чисто на ауру, и модуль сравнения. Полностью схлопнув свою ауру, я спокойно прошел внутрь.

Эхма! Вот так удачненько попал! Я потер руки от удовольствия. Вдоль левой стены висели мясные туши каких-то животных, справа – копченые окорока, колбасы и еще куча всякой всячины, внизу в ящиках – овощи-фрукты, в углу – глиняные кувшины и бутылки. В пол комнаты встроено холодильное плетение – поддерживалась температура около двух градусов. От холода меня слегка затрясло, но я не стал прыгать на месте и выдыхать пар на ладони. Все это в прошлом – я теперь маг и волшебник. Всего делов – повесить вокруг себя согревающее плетение. И все, я тут же перестал обращать внимание на «зимнюю прохладу».

Здесь я провел с полчаса. Немного перекусил и собрал в большую корзинку самой питательной еды из расчета на двоих человек. Тут даже молоко было в открытых кувшинах с широким горлом. О содержимом запечатанных пыльных бутылок я легко догадался без всякой магии. Чуток поколебавшись, взял из самого дальнего угла одну, чтобы не заметили. «Вроде бы вино тоже полезно», – уговорил я себя. Алкоголь в чистых бутылках ближе к выходу я гордо проигнорировал.

Пока я тут находился, еще два раза прибегал мальчишка, дверь открывал своим ключом. Хорошо хоть я догадался закрыть ее за собой, так что он ничего не заметил и совсем мне не помешал. Наконец я собрался и, весело про себя напевая, вышел из кладовки, оставив на прощание свою фирменную иллюзию. Ей-богу, веселая жизнь тут у них начнется, когда я сбегу! Я ухмыльнулся. Тонкий ручеек инфомагии, пожираемый дракончиком, не превышал моих текущих возможностей, так что корзинка с едой без напряга для меня держалась в воздухе за левым плечом. Прямо фантастика какая-то – идет человек, а его имущество летит за ним на антигравитаторе… Такое я только дома видел, в кино. Удачно получилось с моим Драко. Я погладил его и в ответ получил эмоцию-удовольствие. Само плетение левитации – прожорливое, но Драко, являющийся потомком элементалей или их производной, работает без особых запросов энергии. Все-таки атлы продуманно действовали…

Около первой двери я вновь остановился. И чего меня так привлек тот скелетик? Наверное, зацепил что-то в моей душе, какие-то слои сознания… Может, этот образ как-то пересекся с тем, о чем я думал и что хотел сделать? Почесав в затылке, решил-таки довериться своей интуиции или свихнувшемуся сознанию и прихватил учебное пособие с собой, пристроив его за правое плечо. На всякий случай усилил полог невидимости, чтобы никто ничего не заметил.

С одеждой все решилось просто замечательно. Прогулявшись по окружности коридора, прижимаясь к стене при встрече с персоналом тюрьмы и поднимая свои вещи повыше, чтобы их не задели, я набрел на комнату для стирки. По крайней мере, это было отдельное помещение с кучей тазиков и горелок, на которых грелась вода, а в воздухе витал стойкий запах мыла… Видимо, магию на всякие пустяки типа чистки одежды тут не тратят… Рядом находилась маленькая комнатка с «готовой продукцией», то есть с постиранными вещами. Я спокойно выбрал нужную одежду прямо перед носом у снующих туда-сюда двух женщин-прачек. Простое платье примерно Карининого размера, а для себя – брюки и рубашку. Жаль, но, похоже, нижнее белье тут не носят или еще не изобрели. Туфель или сапог также не оказалось, да и откуда бы? Один раз случилось неприятное: молодая девушка поскользнулась и, замахав руками, задела меня. Не знаю, что она подумала – может, решила, будто ей показалось, – но шум поднимать не стала, а просто вернулась к работе.

Вниз я спускаться не захотел. И так слишком много времени потратил на прогулку, пора и честь знать. Скоро должен прийти Гоблин – нельзя, чтобы он что-нибудь заметил.


Карина обрадовалась моему возвращению – наверное, все-таки думала, что я не вернусь. Случился небольшой казус: войдя в камеру, я забыл снять полог невидимости и, заговорив с девушкой, заставил ее вздрогнуть.

– Не пугай меня больше, – попросила она и тут же полюбопытствовала: – Как все прошло?

– Просто замечательно! – Я продолжал напевать про себя, одновременно с этим пристраивая добычу в верхний угол камеры. Чтобы не тратить инфомагию, прикрутил скелетик и корзину силовыми нитями, которые потребляли энергии на порядок меньше, чем антигравитация. Причем Карина ничего не заметила: еще на подходе к камере я накинул на них отдельный полог невидимости.

Гуляя по зданию, я, кроме всего прочего, оценивал свои нематериальные ресурсы и магический фон данной местности. И пришел к не очень утешительным выводам. Несмотря на то что я могу пользоваться и обычной магией, и инфомагией, в данный момент для их полнофункционального использования есть препоны: качать много энергии из инфосети я не в состоянии – биокомп начинает орать. В ауре тоже запасов немного. Похоже, мое хранилище, о котором говорил Умник, почти опустело. Наверное, за несколько лет тут до фига из меня вытянули. Но я не расстраивался. В конце концов я пришел в сознание, есть локальная цель на первое время, есть две глобальные цели – исследовать инфомагические амулеты, фонящие в сети, и отыскать дорогу домой. Не знаю, приживусь ли я снова на Земле, но иметь в своих руках два мира, между которыми можно путешествовать, – чем не цель?

– Когда на волю? – нетерпеливо прервала мои размышления Карина.

Я же молча стал пристегиваться к своей лежанке.

– Ты что делаешь?

– Скоро Гоблин придет, пока не стоит его беспокоить.

Карина неохотно кивнула и стала расспрашивать, что я видел. За разговором прошло время, появился наш надсмотрщик с мерзкой баландой, которую после нормальной еды даже видеть не хотелось.

Мне казалось, я подтер все следы за собой, но на практике я едва не засыпался. Тюремщик не заметил мою добычу, висящую в углу камеры, но стойкий запах копченостей, к которому мы успели принюхаться, сразу шибанул ему в нос. Надсмотрщик начал хэканьем шумно выражать удивление и озираться по сторонам, пытаясь определить источник запаха. К счастью, я вовремя заметил его реакцию. Возникшее чувство опасности позволило мне перескочить на ускоренный режим работы мозга, которого я по понятным причинам пока избегал. Поэтому пары секунд хватило, чтобы реализовать первое, что пришло в голову.

Я подавил активность участка ауры Гоблина, что отвечает за чувствительность его нюха, быстро сформированным аурным щупом, по которому пропустил часть энергии. Типа разряда в ауру. Риск был минимален. Я давно определил, что Гоблин не маг, а сейчас в очередной раз убедился в его невысоких умственных способностях. Он успокоился, и отсутствие прочих запахов его не насторожило. Мутить что-то посложнее, вроде сквозняка, я не рискнул: без элементалей я мог не успеть, да и неизвестно, какие у Гоблина инструкции насчет нестандартного «поведения» воздуха.

В общем, мы были на грани провала. Прокол-с… Вот только переход на повышенную мозговую деятельность выпил из меня все силы. Я даже не предполагал, что думать – так энергозатратно. Зато, поняв, что мои эксперименты прошли мимо понимания Гоблина, я решил оторваться на нем по полной и затеял одну штуку. Теперь, когда он будет входить в нашу камеру, специальное плетение в двери определенным образом обработает его ауру: наш недалекий Цербер потеряет к окружающему интерес и будет заниматься лишь своей работой. Забавно. Жаль, с магами такое не прокатит.

Когда надсмотрщик ушел, я, несмотря на усталость, уже привычно высвободился из оков и подошел к Карине.


Карина

Все-таки Никос не обманул ее! Мысль о том, что он не вернется, прогрызала брешь в броне ее уверенности, а она латала ее уговорами своего второго параноидального «я» и не давала превратиться дырочке в воронку, засасывающую сознание. И какое она почувствовала облегчение, когда он вдруг возник перед ее взглядом! Нет, сначала она, конечно, испугалась, но это было рефлекторно. А вот чувство благодарности за то, что не оставил, не обманул, прочно укоренилось в душе. Карина понимала, что это еще ни о чем не говорит – Никос вполне может следовать своим планам, в которых она играет роль одной из подпорок его будущего, выстраиваемого с того момента, как парень пришел в сознание. Но это не мешало ей, в первую очередь ради своего спокойствия и уверенности, поливать эту благодарность питающей ее душевной энергией. Отметила она и высочайший уровень Никоса в области создания чар для отвода глаз. На таком близком расстоянии чародей ее уровня обычно должен чувствовать некую неправильность, будто кто-то насильно выкручивает шею, заставляет не смотреть, отвернуться. Впрочем, ее нечувствительность к чарам, – возможно, следствие беспомощного состояния.

С нетерпением и какой-то внутренней дрожью Карина ждала, когда же произойдет это без преувеличения знаменательное событие – освобождение. Всю сложность их положения и слабые перспективы реального спасения девушка сознательно гнала от себя, чтобы не впасть в отчаяние. Наконец, дождавшись ухода тюремщика, которого Никос забавно называл Гоблином (кстати, надо будет уточнить, кто такие эти гоблины), парень подошел к ней. Внимательно посмотрев на нее, ободряюще улыбнулся. Ее лежанка резко опустилась обратно в горизонтальное положение. Перед глазами все поплыло, и Карина почувствовала легкое головокружение. Заметив ее реакцию, Ник успокаивающе произнес:

– Извини, сейчас это пройдет.

Одновременно с этими словами отщелкнулись удерживающие девушку наручники, медленно взлетели в воздух и аккуратно опустились на пол вне пределов ее зрения. Наткнувшись на ободряющий взгляд Никоса, Карина собралась с духом и попыталась пошевелить руками. Шевельнуть-то получилось, а вот поднять – увы. На глаза невольно навернулись слезы разочарования.

– Ладно, проведем экспресс-восстановление по моей методике, – заметив ее реакцию, сказал Никос. – Но потом тебе понадобится много энергии. Думаю, твой желудок с этим справится – проверено на мне. – Никос улыбнулся. Неожиданно в его руке появилась корзинка, из-за края которой выглядывало глиняное горлышко. У Карины чуть глаза на лоб не полезли от удивления, но она постаралась не выдать его, хотя оно было просто безмерным. Ну вот не могла она представить, как он такое провернул! Никос поставил корзинку рядом с ее головой (донесся умопомрачительный запах копчений – в желудке даже заурчало, и девушка покраснела), сказал:

– Сейчас я немного разомну тебе мышцы, заодно оценю твое состояние.

Карина закрыла глаза. Ей вдруг стало невообразимо стыдно, что она лежит голая перед незнакомым, по сути, мужчиной.

Слабое касание ног. Пальцы Никоса бегут по ступням, надавливая на какие-то одному ему известные места. Теплота, излучаемая его руками, впитывается в тело, точно вода в губку. Нажатия на ступни и кончики пальцев. При этом возникает щекотка где-то внутри организма, мощный поток тепла и энергии бежит по ногам вверх до самого темени и там взрывается. Затем жесткое разминание икр, выкручивание каждой мышцы, боль, заставляющая их просыпаться. Та же боль в коленных чашечках и сухожилиях, тут же успокоенная касаниями ладоней, от которых вдруг повеяло прохладой. Руки перемещаются выше… Рефлекторное движение спрятать сокровенное – колени сами собой сгибаются и прижимаются друг к другу. Вспыхнувшая радость от этого простого движения: не все еще потеряно! Касания ладоней Никоса выше коленей, расслабленных уже осознанно… Неожиданно возникло резкое сексуальное желание, которое переместилось в район живота и быстро сжалось до размеров маленького теплого шарика, свернувшегося ниже пупка. Жар в районе сердца, лучиками солнца распространяющийся по всему телу. Теплые ладони аккуратно обходят груди, как бы не замечая их, за что Карина искренне благодарна… Резкие уколы в разных частях тела… Затем снова жесткость и боль в мышцах плеч и шеи. Нежные мужские руки, переворачивающие ее тело, – и повторение пройденного. Только добавляется хруст в позвоночнике. А в конце – наслаждение до стона, когда растопыренные пятерни чародея скрываются в ее волосах, слегка сжимая их до легкой боли, а пальцы массируют кожу головы. И продолжается это долго-долго… В памяти, резонируя с внутренним состоянием, всплывают фрагменты детства, те моменты, когда Карина была особенно счастлива… На правую щеку вдруг посыпалось что-то почти невесомое, выводя ее из дремы.

– Извини, – тихо сказал Никос, сдувая попавшую на щеку легкую взвесь. – Не смог удержаться и почистил тебе волосы.

Карина дернулась, вспомнив, что ее шевелюра давно и прочно покрыта слоем жира и грязи, – никто никогда не мыл ей голову в тюрьме.

– Красивый цвет. – Голос Никоса заставил ее улыбнуться. – Все, аккуратненько переворачиваемся. – Парень помог ей перекатиться на спину и отпустил. – Попробуй сесть.

Карина открыла глаза и, придерживаясь руками, с трудом, но села! Радостно оглянувшись, заметила явное смущение на лице Никоса и то, что он старается держаться позади нее, скрывая нижнюю часть тела за лежанкой. Внешне не обратив на это внимания, а внутри довольно улыбнувшись, Карина подвернула под себя ноги и уселась в позу медитации.

– На первый раз достаточно. Пока проведи самодиагностику… Ты ведь умеешь? – Девушка кивнула. – Но сама ничего не предпринимай. Не знаю, на что ты способна в плане целительства, но не хочу, чтобы ты запорола мою работу.

– Не беспокойся, – согласилась с его доводами Карина.

– Через пару минут ты сильно захочешь кушать, еду бери из корзинки. Можешь есть все, что угодно. Я кое-что сделал, чтобы желудок выдержал нагрузку. А продолжим мы чуть позже. Хорошо?


Ник

Внутренним усилием и воздействием на собственную ауру мне удалось унять сексуальное влечение, резко возникшее во время массирования Карины. Не место и не время. Кажется, она ничего не заметила. Однако возбуждение помогло мне синхронизироваться с аурой девушки и хорошо ее выправить, благо опыт подобного слияния у меня есть. Поэтому я намеренно вызвал у нее прилив либидо, ведь при этом человек максимально раскрывается, прекращают работать почти все биологическо-энергетические защитные механизмы. Или просто ослабляются, в результате чего под действием мощной энергетики мага происходит изменение некоторых структур у женщины – на ней остается своего рода отпечаток мужчины. Именно этим объясняются слова Тиши, сказанные мне бог знает как давно: если мужчина маг, то вероятность появления ребенка его расы максимальна. А иначе малыш унаследует расу матери. Шансы выравниваются, если он и она – маги, тут уж как карта ляжет.

Массируя голову девушки, я пытался снять хоть какую-нибудь информацию из ментальной оболочки ауры Карины. Я надеялся на пару сложных плетений, ситуационно всплывших у меня в памяти из запасов старого знакомца Лотколба. Он как-то делал хитрые амулеты для демонов, усиливающие и фильтрующие ментальные излучения: возможно, для более быстрых допросов или для облегчения жизни магов-менталистов. К сожалению, мне мало что удалось, однако результат все-таки был. Я смог напрямую считать некоторые обрывочные образы: какие-то цветы, озеро, женщина с добрым лицом, наклонившаяся над кроваткой, в которой лежала, как я понимаю, маленькая Карина. И лишь в конце получилось нащупать механизм воздействия, чтобы вызывать нужные ассоциативные цепочки (в основном мне нужна была лингвистическая информация). Но я уже устал, сеанс пришлось прервать. Неприятные ощущения в руках от грязных волос Карины, мешающие концентрации, вызвали в памяти плетение из походного набора благородных гномов по очистке бороды и шевелюры без воды. Не удержавшись, я применил его на девушке. Надо будет и себя обработать, но не сейчас. А пока я помог Карине перевернуться и сесть, попросив провести самодиагностику. Немного энергии, закачанной мною в ауру девушки, должно ей в этом помочь. Во избежание вопросов я пока не хотел прокачивать ее максимально.


Карина опытным взглядом окинула свою ауру. Наверное, увиденное не совсем ей понравилось: она слегка дернулась и зажмурила глаза, кулаки сжались. Неподвижно посидев секунд десять, девушка потихоньку успокоилась, дыхание замедлилось, пальцы разжались, мышцы лица расслабились. Легкие подрагивания ресниц говорили о том, что она глубоко ушла в себя. Постепенно на лице стали проскакивать отблески эмоций, целый калейдоскоп. Сначала одна сменяла другую, потом они все больше и больше начали перемешиваться. Как будто каждая часть тела зажила своей жизнью, обзавелась собственными чувствами, которые постоянно менялись: вот едва заметно приподнялись уголки рта, указывая на радость; вдруг губы резко сжались, брови нахмурились, яснее ясного говоря об агрессии; вот лицо как будто разделилось на две части: одна половина выражала удивление, а вторая – печаль.

Взглянув на ауру Карины, я понял, что именно создало ощущение неправильности, когда я в первый раз магически ее осматривал. Аура, особенно ментальное тело, неплохо отражает умение, предыдущий опыт и наклонности мага. Умелые целители и менталисты, а также просто умудренные опытом и долгой жизнью маги с одного взгляда на ауру могут определить, к какому направлению принадлежит ее носитель, к какой школе, и даже каков стиль его магичинья. До таких спецов мне еще далеко, но даже моих знаний хватило, чтобы обнаружить кое-какие странности. То тут, то там в ауре девушки мелькали эмоции, сцепляясь с участками, ответственными за управление магической энергией. Вместе они как будто частично отделялись от ауры, создавая слабые энергетические сгустки. И хотя магоэнергии я передал всего лишь чуть-чуть и сгустки были слабо выражены и невелики, не заметить их просто невозможно. Странно, очень странно. У всех виденных мною лунгрийских магов была хорошо развита сфера, отвечающая за осознанность, концентрацию и волю. Эта сфера надежно спаяна с частями ауры, контролирующими взаимодействие с магоэнергией. Я это прекрасно запомнил, так как следил и за своей аурой в процессе магического развития. Также эти области неплохо развивались во время моих магических и инфомагических тренировок. У Карины этот участок был разработан слабо, а вот эмоциональная сфера сильно выделялась, сопровождаемая ярко выраженной спайкой со слоями, контролирующими управление магией. Ничего подобного я ранее не видел.

Тем временем девушка совсем успокоилась и ожила. С трудом повернув голову, она сглотнула и резюмировала результаты самоосмотра и эмоциональной разминки:

– Аура деформирована постоянной откачкой. Кое-что я еще могу, но сейчас я куда слабее, чем раньше. Что-то вскоре восстановится. Но не знаю, смогу ли я когда-нибудь… стать прежней и расти дальше как чародей. – В голосе девушки прорезалась горечь. Видно было, что магическое развитие для нее очень важно. – Одна надежда: семья и друзья не дадут мне пропасть.

И тут на меня накатило. Да так, что я сам удивился. Такое чувство, будто все это время, находясь в тюрьме, я был словно окутан какой-то пеленой. Эмоции ощущались отдаленно, как будто их скрывала и не давала вырваться наружу какая-то ширма. Они сидели в закоулках сознания, где накапливались и накапливались, пока их не прорвало. Хотя что уж тут удивляться: столько времени недоедал, лежал без движения. Конечно же все чувства и ощущения притупились. Теперь вот покушал, чуть-чуть привел себя в порядок – и все. Достаточно было лишь триггера, которым выступили слова девушки, а точнее, связанные с ними ассоциации, – и все, что накопилось, хлынуло наружу.

Но это я уже после проанализировал и пришел к такому выводу, а сперва… Аки лютый зверь, на меня набросился когтистый страх. Я испугался за свое будущее и свои возможности. Биокомп еще неделю назад говорил, что я смогу посещать инфосеть, и что? Я не в состоянии провести там больше пары секунд! Может быть, тот неисправный сервер в точке фокуса что-то выжег в моем мозге, сделав меня инфомагическим инвалидом? Вот и получил свою победу, доморощенный Пирр! Админский аккаунт есть, а зайти через него никак не могу!

Потом пришла досада. И на кой хрен я попер в эту точку фокуса?! Имел доступ в инфосеть, никто не мог мне причинить серьезного вреда! Со своими способностями я бы где угодно хорошо устроился. Нет же, захотелось большего, полез наверх без достаточно серьезной подготовки, не вняв странностям искусственного интеллекта сервака. Мог ведь придержать пыл, подумать о безопасности подключения! Теперь вот сижу в этой вонючей камере, без Умника, без вещей, и даже не знаю, смогу ли я когда-нибудь нормально войти в инфосеть и воспользоваться добытой учеткой! Сразу вспомнился бородатый анекдот про админа-программиста, отлаживающего код, и его сынишку: «Папа, а почему солнце появляется на востоке и исчезает на западе? – Сынок, ты хорошо это проверял, работает? – Да, папа, работает. – Тогда внимательно слушай меня: раз оно работает, ничего, слышь, ничего и ни в коем случае не меняй!»

Проблеск улыбки быстро покинул мои уста, как только подумалось о второй фразе девушки. Вот хорошо ей: есть и родители, и друзья! Всегда помогут, из дерьма вытащат. А у меня что? Родители и сестренка остались далеко, в родном-родном мире. Не факт, что я когда-нибудь смогу вернуться туда. Бадди-комп и субноут – единственное, что у меня осталось от родного мира, – или непонятно где, или уже сломаны. Самый верный друг, который был у меня в этом мире, Умник, потерялся и не факт, что будет найден. Он был единственный, с кем я мог поговорить как с нормальным человеком… тьфу, компьютером. Без него я как без правой руки.

Тоска огромными щипцами сдавила грудную клетку. Вот что мы получили в результате нашего бравого дальнего полета за мифическими админскими правами: один, ни кола ни двора, половина способностей утеряна. Даже Криса и те приятели, которыми обзавелся в Гномляндии, обо мне вряд ли вспоминают – слишком много лет, как сказала Карина, я гнию в этой отвратной тюряге. Да еще и недосягаемая конфетка в виде админского доступа к носу привязана! Меня затрясло. Досада, злость, отвращение, агрессия – все перемешалось.

Не знаю точно, как долго я пребывал в этом состоянии. Наверное, совсем чуть-чуть. Восприятие времени в таких случаях замедляется. Тем не менее я остыл. Я не склонен к хандре и самобичеванию. Просто действительно много всего накопилось. Нужно было это прожить, а также дать ответы на вопросы, которые постоянно крутились в подсознании.

Вообще говоря, не все так плохо, как кажется. Я по-прежнему умею гораздо больше, чем многие местные маги. Управление инфомагией до сих пор у меня есть, да и биокомп значительно вырос в своих способностях, частично компенсируя невозможность расчетов. Если сравнить меня сегодняшнего и меня, попавшего в эльфийскую священную рощу, то сейчас я гораздо круче. Выбраться из тюрьмы особого труда не составит. Только восстановлюсь немного. Умника тоже найдем – он из такого материала, который весьма проблематично уничтожить. Все равно найду, даже если поиск в сети биокомпом ничего не даст. По словам Умника, после модернизации моей информструктуры в священной роще мое тело почти не подвержено старению. Как минимум тысяча лет в запасе есть. Ну а залогиниться на серваке со временем тоже способ найду. Что касается друзей и знакомых, то обживусь, обрасту новыми, Карина вроде обещала устроить меня после побега. Да и со старыми можно связь наладить, не вечность же прошла. С возвращением на Землю, правда, неясно: возможно ли это вообще и сколько лет, десятков или сотен, на это понадобится. Но уж одно я знаю наверняка: точка фокуса научила меня осторожности. Если выпадет шанс, не помчусь сломя голову – проверю, не будет ли проблем с инфомагией, недаром ведь у нас на Земле нет магов. Ладно, хрен с ними, с дальними планами. Надо разобраться, как побыстрее восстановиться и дать отсюда деру.

Успокоившись и придя в себя, почувствовал, что меня кто-то трясет. С трудом открыв зажмуренные глаза, разжал зубы, облизал кровь с прокушенной губы и поспешил утихомирить Карину, которая пыталась криками и трясением привести меня в порядок. Наверное, уже успела подумать, что я какой-то припадочный псих. Ничего, думаю, сумею убедить ее в обратном.

– Никос, Ник, ты в порядке? – Выражение лица девушки было испуганным и взволнованным.

– Все в порядке, Карина, просто слабость накатила. – Я криво улыбнулся.

Эмоции ушли, я чувствовал опустошение и усталость. Похоже, следует отдохнуть. При мысли о том, чтобы снова забраться в кандалы и дать насосу откачивать из себя силы, меня слегка передернуло. Но что поделать, мне действительно нужен отдых, пока тело переваривает пищу и наращивает мышцы. Отключать плетение в лежанке я погожу – пусть тюремщики получают халявную магию, я же свою поберегу и накоплю. Проведенного сеанса лечения вполне достаточно. Пожалуй, подкину Карине магоэнергии и подсажу дракошу (благо создание и подсадка новых экземпляров дракончиков была одной из функций моего амулета), пускай он дальше приводит ее в порядок. А я буду лечить ее только периодически и при этом попытаюсь вытащить из ее головки лингвистическую информацию, самому учить языки как-то в лом.

Закончив с означенными делами, прикинул время следующего прихода Гоблина. Отметил, что у нас еще есть около пяти часов. Активировав сигналку в коридоре, я наклонил свою лежанку, как у Карины, и прилег отдохнуть, успев отпечатать в голове прекрасную и одновременно забавную картину: красивая голая девушка сидит почти в позе лотоса. Каноническому образу мешает корзина, которую обнимают длинные женские ноги. В одной руке у девушки колечко местной колбасы, от которого Карина откусывает с таким блаженством на лице, что я пожалел об отсутствии бадди-компа: такие моменты надо увековечивать. В другой – то ли кувшинчик с молоком, то ли бутылка с вином, лень различать…

Мои веки сомкнулись…


Толлеус

Необъятных размеров старик сидел с закрытыми глазами в потертом, но мягком кресле. Это кресло, дубовый стол да одинокий шкаф – вот и все убранство комнатки без окон, если, конечно, не считать наставленных друг на друга сундуков с разным барахлом. Со стороны могло показаться, что старик убаюкивал свой посох, словно малое дитя, и сам уснул. Однако тюремные стражники прекрасно знали, что если уж Толлеус Алициус Хабери Рей на своем месте, то он работает: быть может, проверяет заряд артефактов, быть может, настраивает систему безопасности. Штатный тюремный искусник поспать может и дома, он живет всего в квартале отсюда. Пускай это не по правилам, но старик частенько отлучался с рабочего места. Он отвечал за обслуживание амулетов и манонасосов. Если все работает нормально, безвылазно сидеть рядом с ними нет смысла. Стражников, конечно, мучает зависть: им-то приходится денно и нощно торчать в своей будке. Однако кто они такие, чтобы пенять искуснику, который работает здесь дольше, чем они живут на свете? Они это прекрасно понимают. Другой штатный искусник – тюремный целитель – тот всегда на посту. Не по необходимости, а по неопытности. Только-только из Академии, соображает еще туго.

Толлеус тем временем открыл глаза, закончив перебирать искусные нити, которые тугими пучками змеились по всей стене. Человеку несведущему может показаться, что комната пустая. А если здесь доведется оказаться искуснику, то в истинном зрении он сразу же увидит огромное количество управляющих концов, наполняющих помещение.

Система безопасности была в порядке: никто не тревожил защиту, никто не менял настройки. «Полдела сделано, теперь к манонасосам», – наметил себе путь старик и тяжело со вздохом поднялся. Центр управления маносбором по каким-то неведомым причинам располагался в другом месте. Похоже, эти два центра проектировали разные люди в разное время. Ведь тюрьма не всегда была таковой.

Настройщик медленно побрел полутемными коридорами, сгибаясь под тяжестью лет. Он не стал освещать себе путь, который давно выучил наизусть. Темнота не смущала его, а вот две лестницы, те, что впереди, по-настоящему пугали. Дома у Толлеуса сделан подъемник на второй этаж. Но в казенном заведении устанавливать искусные приспособления, да к тому же собственной разработки, не положено. Приходится каждый раз мучить старые больные ноги.

Открыв личной печатью невзрачную, но великолепно защищенную плетениями дверь, искусник вошел в святая святых тюрьмы. Система безопасности важна, но только в пределах стен охраняемого здания. Другое дело – мана. Это ресурс государственной важности. Само существование империи зависит от него.

Кроме настройщика, сюда, в эту комнату, больше никто не имел права входить. К сожалению, здесь не было удобного кресла – только крохотный табурет. На него-то старик и взгромоздился, отчего дерево заскрипело. Высоко на стене в специальном зажиме висел маленький светляк, в любое время дня и ночи он освещал комнатку тусклым светом. Этого достаточно, чтобы не споткнуться. А большего и не требуется. Тут не было такого количества плетений и искусных нитей, как в центре безопасности. Зато здесь хранились амулеты. Не те поделки, которых можно купить целый мешок в любой искусной лавке, а подлинные сокровища – найденные в раскопках древние артефакты архейской империи, той, что сгинула столетия назад. Их так просто не купишь. Каждый найденный экземпляр – собственность Кордоса, нашел – изволь сдать немедленно!

Всякий искусник хотел бы приобрести такой: по своим возможностям эти амулеты почти как посохи. В них можно хранить огромное количество заготовок плетений, причем не только хранить, но и тонко настраивать их работу. Там, где понадобится целый сундук простых амулетов, достаточно одного древнего, из раскопок. К тому же обычные амулеты еще нужно правильно соединить, что весьма непросто и далеко не каждому искуснику по силам. Все-таки древние были редкими искусниками, не чета нынешним… Старик вздохнул и зачем-то погладил себя по груди.

С манонасосами все было в порядке. Однако Толлеус прилежно проверил работу каждого: все по инструкции. Теперь полагалось скрупулезно проверить мощность потока исходящей маны от каждого пленника, сравнить ее с замерами прежних дней и с данными из усредненной таблицы, сделав предварительно поправку на возраст и состояние здоровья. В довершение всего нужно замерить суммарное количество того, что уходило за стены тюрьмы, и сравнить с прошлыми результатами. А потом еще придется провозиться до вечера с сумасшедшей круговертью цифр в голове, чтобы составить отчет для архива. Когда-то давно Толлеус так и делал. Однако годами наработанный опыт внес поправки в эту долгую и утомительную процедуру. Искусник сделал только финальный по списку замер. Правда, к делу он подошел со всем старанием, трижды последовательно проверив объем маны, произведенный тюрьмой за последние сутки.

– Вот и все! – с хитрым прищуром прошептал он в пустоту.

Действительно, новичков в последнее время не поступало, так что исследовать, по большому счету, некого. По словам искусного целителя, состояние здоровья всех заключенных без изменений. Теперь достаточно посмотреть записи вплоть до момента, когда численность узников менялась в последний раз. Результат будет за небольшими отличиями тот же. А значит, и все остальные замеры остались такие же. Была, конечно, малюсенькая вероятность, что кто-то из пленников буянил целый день и лежак высосал у него больше положенного, а другой в это же время ухитрился отключиться от своего насоса. Но с момента внедрения в повсеместную практику подобных заведений по сбору маны подобного еще не случалось. Вот если бы обнаружились отличия в итоговой цифре, тогда и проверять все нужно с чувством, с толком, с расстановкой. Но сейчас отклонения невелики, в пределах нормы. Значит, можно смело готовить архивный отчет, подставив туда выдуманные, но все-таки правильные цифры. Искусник тут же, не сходя с места, по памяти сформировал в маленьком амулете нужные значения. Готово, можно сдавать! Вот только осталось еще одно дельце: сегодня пришло время собирать урожай.

Примерно раз в месяц шарик размером с ноготь, похожий на диковинную ягодку, и в самом деле «созревал», а точнее, наполнялся маной. О «спелости» плода наглядно свидетельствовал его цвет. Чем светлее, тем лучше. Толлеус, выкинув из головы скучные цифры, снял маскирующее плетение и тут же увидел небесно-голубой манокристалл. Сейчас он был заботливо подключен к одному из каналов, что соединяют ложа узников с основным потоком. М-да, раньше все-таки цвет получался белее. Уже второй кристалл не наполнен. Похоже, в самом деле начался необратимый процесс, и человек совсем скоро заснет по-настоящему вечным сном. Ох, не хотелось бы. Это будет ужасной, невосполнимой потерей… Странно, что Касандрос, тюремный целитель, ничего не замечает. Или он тоже не в полной мере выполняет свои обязанности, делая анализ аур заключенных через раз? Зелен он еще для этого, опыта никакого. Кроме того, болезнь может случиться с каждым в любой момент – тут недогляд непозволителен! Месяц назад Толлеус уже пытался мягко поговорить с ним об этом, но парень попался упертый. Стоит на своем: с заключенными все в порядке, и точка!

Как бы там ни было, причин задерживаться не было. Можно подождать недельку, пока манокристалл наполнится доверху, но особой необходимости в этом нет. Сноровисто отсоединив шарик, искусник с задумчивостью покатал его между пальцев, любуясь им, словно бриллиантом. Потом, словно очнувшись, старик пошарил в кармане и выудил точно такой же кристалл, но иссиня-черный, и тут же установил на освободившееся место.

Теперь, когда дела сделаны, можно спокойно отправляться на все четыре стороны. Закрыв за собой дверь и тщательно запечатав ее, искусник тяжело вздохнул, покачав головой, и отправился в обратный путь.


Ник

И все же времени на нормальную подготовку побега не хватило. Выпало всего три дня. Причем я опять накосячил и подверг риску наше мероприятие. Нам просто повезло, что Гоблин не обратил внимания на то, что волосы Карины изменились. Все-таки что-то не так с моей головой, раз я допускаю подобные ляпы.

Определенное беспокойство доставил и запах еды. Один из арестантов очнулся и начал орать во всю глотку долго и протяжно: «Колбаса!» Вернее, орал он абракадабру, но Карина мне перевела. Дурдом, честное слово. Вот скажите на милость, зачем звать еду, точно любимую женщину? Короче, ему я тоже отключил чувства, чтобы не раскачивать его нежную психику.

В следующие дни я еще несколько раз проводил операции над Кариной, выбирался на склад с припасами, но далеко не отлучался – и без того по грани ходим. В любой момент кто-нибудь мог случайно налететь на меня в коридоре или вычислить по мелким событиям: кого-то задел, где-то подправил плетение, где-то недосчитались продуктов, да мало ли что еще. Шастая по тюрьме, я менял настройки замков, разрешая себе доступ, по мере сил внедрял плетения-мины в стены и пол. Будь у меня время и желание, можно было переделать тюрьму так, что, когда маги очухаются и запахнет жареным, она бы превратилась в мощную крепость под полным моим контролем.

С изучением языков, как ни странно, дела двигались. Я сказал «языков», потому что не мог из всех поступающих данных, в которые втиснулись знания Карины, вычленить какой-то один. Во время лечебных сеансов поток в виде слабо улавливаемых образов, какого-то шума и ощущений тонкой струйкой тек мне в голову. Получалось то, что надо. Но это я понял далеко не сразу, только когда попросил Карину что-нибудь сказать на ее родном языке. Я точно понял лишь одно слово. Но смысл сказанного оставил у меня «послевкусие» – ощущение понимания. Некий смутный мыслеобраз, так что я не сразу смог его оформить на своем языке. Однако я воодушевился и попросил ее почаще говорить на всех языках, какие она знает. Сказал, что у меня своя методика обучения, и Карина, явно сомневаясь в моих умственных способностях, согласилась.

Теперь в камере, после неизменных трансов, во время которых девушка внутренне исследовала себя, часто звучал ее голос. При погружениях Карина контролировала процессы, которые вызывал в ее организме дракоша. Что она про него подумала, я не знаю. Она не спрашивала, и только редкие всплески удивления (они словно фейерверки вспыхивали в ее ауре – и это в трансе!) выдавали отношение девушки к происходящему. Чувствую, мне еще придется долго отвечать на ее вопросы о происхождении видов. Сама она почему-то пока не магичила. И хотя мне было очень интересно посмотреть на местные методы создания плетений, пока я к ней не лез – пусть приходит в норму.

По настоятельной просьбе Карины я осмотрел Гарцо. Он был в явно худшем состоянии, чем девушка до того, как я стал с ней работать. Главная проблема – парень был без сознания, а экспресс-методы восстановления организма требуют осознанной помощи со стороны пациента. Тут ведь надо весь организм вытягивать, а не просто заживить рану или накачать мускулы. Можно было бы подсадить к нему дракошу, но я решил ограничиться лечебными симбионтами. Глянем на реакцию организма, а уж по результатам выберем методику лечения. К остальным узникам я настолько привык, что просто не замечал их, как не замечаешь мебель в комнате, в которой живешь не один день.

Тем временем появились результаты сканирования инфосети биокомпом. Умника он, к моему глубочайшему разочарованию, не нашел. Однако, подумав, я вспомнил, что биокомп обнаружил только тех, кто активно работает с инфосетью, так сказать, находится в онлайне. Присутствовали и виденные мною ранее отметки каких-то мощных артефактов. Проскакивали, не локализуясь, точечные всплески и непонятные возмущения. А еще меня успокаивало присутствие сигнала от второй части браслета Умника, который остался в корабле на территории эльфов. Хотя интенсивность обмена данными была многократно ниже, чем при… хм, не хочется говорить «при еще живом Умнике»… А скажем так: когда Умник был при мне и в полном здравии! Вот. Конечно, это могло означать, что с ним что-то не в порядке. Но, вероятнее всего, у него просто нет поводов выходить в сеть. Хотя не удивлюсь, если он умело шифруется, прячет, так сказать, айпишник. Эта аналогия с Интернетом моего мира в некоторой степени успокаивала, но, честно говоря, меня периодически накрывала шиза. Ярость. Мне казалось, что от меня оторвали кусок моей сущности. И далеко не самый худший. Слишком я сроднился с Умником.

Так как Карина надолго уходила в себя, у меня образовалось много свободного времени. И тут я вспомнил про скелетика, которого притащил из своего первого похода за едой. Я выволок его из угла и поставил перед собой, удерживая силовыми нитями. Симпатичный… Прицепив нити к его голове, рукам и ногам, поиграл, как в детстве с игрушкой… Хм… Может, из меня детство поперло? Или так влияет отсутствие Умника? А забавно: танцующий с легким перестуком костяшек скелет. Простого зрителя вполне способен испугать. Жаль, нет здесь некромантии как класса! Вот было бы прикольно разобраться в ней и сделать себе такого красавца-слугу! Хорошая мысль, но если подумать, то при чем тут некромантия? Обычный… ну пусть необычный, но механизм с неким конечным количеством степеней свободы плюс компьютер, что управляет всем этим безобразием. Эх, мне бы мой субноут, а уж оптимизировать алгоритм управления под такой скелетик – раз плюнуть. Дома у меня была игрушка – робот, управляемый своим компьютером. Я как-то подключил его к субноуту, чтобы научить акробатическим трюкам (до этого он мог только танцевать и немножко общаться). Кажется, я не стер тогда программку. Ха, а ведь у меня есть искусственный интеллект! Тот же Драко! Чем не модуль управления? И даже интереснее так попробовать…

Для развлечения и гимнастики ума (без бадди-компа, но с биозаменителем) я решил убить время, играя с модулем искина. Для начала запустил процесс укрепления костей, чтобы скелет в ходе «игр» не порушился. Пока шел этот медленный процесс, по памяти (повезло, что смотрел в свое время анатомический справочник человека, а биокомп усилил мои воспоминания) создал из силовых линий мышцы и связки. Вернее, одну мышцу и одну связку, которые размножил копированием, меняя только пропорции. Управление подключил к копии Драко и все это прикрутил к небольшому насосу магии, чтобы плетения не рассеялись. Поставил тактильные датчики, датчик голода, чтобы знать, когда следует подключать насос, и соответственно из костей сделал накопители. Плохонькие получились, материал все-таки не тот, но на несколько дней без подпитки должно хватать. Зрение – самого дракоши, он на разных энергетических уровнях может воспринимать окружающую действительность. Вследствие того что эмоциональная матрица хранится не в виде конкретного плетения, а как сложная комбинация состояний управляющих модулей, после копирования она сразу начинает активно меняться: подстраивается под новый объект и ее развитие продолжается самостоятельно. Через какое-то время новое существо уже мало напоминает своего родителя. Ну да ладно, речь не об этом. Главное, что с анатомией мой Драко знаком, а значит, и его потомок тоже. Осталось только попытаться его настроить, то есть научить управлять телом…

– Что это ты делаешь? – отвлек меня голос удивленной Карины.

Глядя на слабо шевелящуюся кучу костей, я с грустью в голосе ответил:

– Это мой… хм… костяной слуга. Его зовут Скалл. Только вот он совсем не хочет ходить. Да и стоять он почему-то тоже не желает…

Куча снова зашевелилась, вертикально вверх поднялась нога, рука указывала куда-то в сторону двери, голова дергалась и все время норовила упасть (искин Скалла я поместил именно в голову, хотя для энергетического создания это не имело особого значения). Я не сразу понял, что на грани своего восприятия чувствую его эмоции. Возможно, их усиливал Драко, не знаю. Но спустя некоторое время уже четко улавливал недоумение, которое излучал его потомок. Вмешиваться я не хотел – у Скалла достаточно данных для выполнения поставленной задачи, а мне интересно посмотреть, на что способен заложенный авторами алгоритм адаптации управления в реальных условиях. Раньше как-то не доводилось: все же изучать его работу внутри элементаля слишком сложно. Поэтому я оставил Скалла в покое, только отодвинул в угол и на время визитов Гоблина накрывал куполом невидимости.

– Самоуправляемый голем – не такая уж тривиальная задача, – улыбнулась Карина.

– Ты когда-нибудь делала подобное?

– Нет, – помотала она головой и устало вытянулась на ложе.

Мой взгляд невольно задержался на изящно перекрещенных ногах Карины, но я тут же отвернулся. Я предложил ей надевать платье, когда нет необходимости шифроваться, но она, немного подумав, отказалась. Сказала, что тогда получится, будто она раздевается специально для Гоблина. Женская логика, однако. Я же, как только надсмотрщик уходил, тут же натягивал брюки. Карина тем временем продолжила:

– Разумеется, на занятиях я заставляла ходить кукол, но только под прямым управлением. Вообще-то у нас этот раздел чародейства довольно широко распространен и даже ежегодно устраиваются соревнования големов. – Карина прикрыла веки и улыбнулась, будто вспомнив что-то. – Красивое зрелище, скажу я…

– Но?

– Но там требуются специфические тренировки, которые отбирают много времени, и на остальное его остается мало. Вот я и не стала углубляться.

Было бы весьма любопытно посмотреть на подобные создания. Это ведь не такая простая задача. Ладно я – у меня в руках и перед глазами были элементали. С разогнавшимся сознанием, да еще находясь в инфосети, я могу удержать в памяти их структуру, а главное, понять принцип действия и как-то менять. А местные чародеи? Я только покачал головой.

– А где… – начал я и тут же умолк. Что-то в окружающем пространстве меня насторожило. Я переключился на магозрение и увидел интересную картину магической энергии вокруг нас. Если раньше она выглядела как разноцветный туман разной интенсивности, но в целом была статичной, то сейчас она пришла в движение. Началось какое-то шевеление. Кроме того, энергетические каналы, что вытягивали магию из узников, привлекали взгляд усилившейся яркостью. Мы с Кариной в данный момент были отключены от системы, так что ничего не почувствовали. Но ауры узников заметно поблекли. Думаю, если так будет продолжаться, бедолагам придется несладко. Я сделал девушке знак рукой:

– Чувствуешь?

Карина огляделась и вдруг спрыгнула с лежанки.

– Что случилось? – Она удивленно посмотрела на меня.

Я резко сорвался с места, кинул ей платье, проверил свои сигналки и подскочил к окну, стараясь не высовываться:

– Собирайся. Что бы ни случилось, это может нам помешать. Возможно, обнаружили, что не всё в порядке, и стали откачивать из нас ману. Хуже, если узнали про нас. Если нет, если случилось иное, все равно это самый лучший момент, чтобы убежать в суматохе. Жаль, что подготовиться не успели.

Я говорил тихо, проверяя обстановку во дворе. Не удержался – оглянулся. Вот стервочка! Одевается, как на показе: все делает не торопясь, с чисто женским кокетством, там ножку отставит, там бедро или грудь выпятит, чувствует, что я смотрю. Женщины! Даже в таком положении не могут отказать себе в удовольствии пофлиртовать. И ведь я совершенно не чувствую ее внимания к себе как к мужчине! Или нюх потерял?

Я тряхнул головой, чтобы прийти в себя, и зачем-то накинул на груду костей на полу и на корзину с припасами полог невидимости – как будто они могли нас выдать спешащей сюда охране скорее, чем пустые лежанки. Кроме одежды, другим имуществом, которое можно было бы взять с собой, мы еще не разжились. Жаль, нет никакого оружия. Молот Гоблина не в счет – кувалдой не повоюешь.

Чародейка наконец оделась, и я снова оглядел двор. Там было тихо. Из-за приоткрытой двери будки (давеча я заметил там охранника) торчал мелко подрагивающий сапог. Что тут происходит? Впрочем, маленькие ворота в стене были закрыты. С другой стороны здания что-то хлопнуло. Я перебежал комнату, по пути задев несколько лежанок. Тоже тихо. Никого не видно. Вдруг я заметил, как в нескольких местах каменного покрытия двора зашевелились камни. Спустя какое-то время они подпрыгнули и отлетели вбок, а следом за ними закачались другие. Процесс набирал обороты. К зданию потянулись дорожки выломанной брусчатки.

Опомнившись, я переключился на магическое зрение, про которое успел позабыть, и увидел нечто неожиданное. Под мостовой шевелились какие-то структуры, активно воздействуя на окружающий их камень и прогрызаясь вперед, к стенам тюрьмы. Путь им преграждала сложная сеть. Она была заглублена по меньшей мере на несколько десятков метров – именно на столько хватало разрешающей способности моего магозрения. Кроме того, она поднималась вертикально вверх и замыкалась вокруг здания. Я расстроенно сплюнул. Явно кто-то напал на тюрьму. Зачем? Может, тут еще есть какие-то комнаты или люди, важные для нападающих? Жаль, что я не провел полную разведку.

Тем временем неизвестные создания, несмотря на защитную сеть, рвались вперед. Они гибли от пассивного сопротивления сети, но все-таки разрушали ее. На смену павшим приходили новые и продолжали работу почивших собратьев. И тут землю просто вспахали мощные электрические разряды. Словно молнии, пущенные откуда-то с верха здания, они прошли частым гребнем от основания тюрьмы к внешней ограде. Эти молнии довершили разрушение. Грохот от взрывающихся камней стоял страшенный! А еще они перебили всех магических зубастиков, а может, задели и мага, их создавшего. Людей я пока так и не увидел. Хотя по некоторым слабо уловимым аномалиям распределения энергетических потоков во дворе, в том числе и магических, что-то такое прослеживалось у самого забора.

– Аттра мутано! – вдруг раздался сзади мощный рев.

Я досадливо поморщился. Увлеченный зрелищем снаружи, я не обратил внимания на сигналку, сработавшую в коридоре. Обернулся и увидел Гоблина. Он стоял в дверях, облаченный в кирасу, покрытую ржавчиной, и держал в руках здоровый дрын, который при ближайшем рассмотрении оказался боевым молотом. По лицу тюремщика стекал пот, глаза яростно вращались, он что-то еще кричал, веером выплевывая слюни. Даже отсюда я заметил, как у него в белках глаз полопались кровеносные сосуды. И моя «глушилка» эмоций, установленная на входе, не справилась. Что его так напугало?

Карина в ужасе прижалась к стене и усиленно пыталась магичить. Мне, конечно, было бы интересно посмотреть, что у нее получится, но время вышло, да и у нее не хватало энергии в ауре. Я подскочил к девушке и резко отдернул от стены – там уже почти активировалась ловушка, спрятанная внутри. Мое движение разъярило Гоблина, и, подняв молот над головой, он кинулся на нас.

– Дурак, – буркнул я и двинул рукой.

Резким толчком надзирателя отбросило и с размаху пришлепнуло к стене. Тут же вокруг него сформировалось несколько сотен моих силовых нитей. Они окутали его, словно личинку шелкопряда, а своими концами вплавились в камень. Очень удачно – или, скорее, неудачно для него – ударная часть молота резко притянулась нитями к его лицу и, сломав нос и зубы, намертво закупорила рот. По подбородку побежала кровавая пена. Я не церемонился, и, если бы молот не защитил его шею от нитей, горе-тюремщик как пить дать задохнулся бы.

Карина же, увидев Гоблина в таком беспомощном состоянии, не преисполнилась жалости и сострадания, а почему-то с разбегу и в лучших традициях уличной драки зарядила тому ногой по яйцам, при этом приговаривая:

– Вот тебе за то, что лапал меня! А вот это за то, что вообще посмел пускать слюни на меня, скотина! – И она еще раз двинула уже обеспамятевшему тюремщику по тому же месту.

– Все, пора двигать отсюда! – пребывая в некотором шоке от ее действий, бросил я и побежал к дверям. Почувствовав кого-то снаружи, с разгону ударил в верхнюю часть пяткой, пустив впереди нее гравитационный импульс. Как-то само собой получилось. Это Драко снова порадовал меня, на ходу улавливая мои желания и синхронизируясь с моими действиями. Дверь вырвала верхнюю петлю, со скрежетом скрутила нижнюю и провернулась сверху вниз, мощно кого-то придавив. Хм… не ожидал такого эффекта, надеюсь, человек остался жив. За мной выскочила бледная Карина. Я не стал поднимать дверь, чтобы глянуть, кому там не повезло. Только кивнул девушке и легким шагом, готовый отпрыгнуть в любую сторону, а при необходимости даже вверх, отправился к выходу. Уходить я решил через вторые небольшие ворота, рядом с которыми лежал мертвый или оглушенный стражник.

Вдруг сзади меня раздался вскрик:

– Гарцо! А как же он?

Я медленно развернулся. Карина стояла, судорожно сжимая кулаки.

– Прости, но сейчас мы никак не сможем его вытащить. Видишь, как все неожиданно получилось. Боюсь, если мы его возьмем, то просто угробим по пути – на тюрьму явно напали, всякое может случиться. Да и в дороге – как заботиться о нем, когда у нас нет ни плана спасения, ни денег, вообще ничего? Кроме того, нас, вероятно, будут искать. Утешься тем, что мы знаем, где он находится, и, если выберемся, у нас будет реальный шанс хорошо подготовиться к его вызволению.

Карина неохотно кивнула, и я с облегчением выдохнул. Обошлось без истерики, не надо терять время, что-то доказывая и успокаивая девушку. Я развернулся и двинулся дальше. Уже ступив в колодец с лестницей, что вела вниз, резко остановился и хлопнул себя по лбу.

– Что? – тяжело дыша от переживаний и нагрузки, выдохнула Карина.

– Я дурак, – повинился я. – Можно ведь было через окно спуститься… Идиот! Хотя там тоже защита стоит, – бормотал я, – удаленную-то активацию я отключил, но локальную – нет. Время все равно потеряем. И раз Гоблин появился, туда и маги могут наведаться. Хм…

– Вернемся?

Я прислушался, прыгнул на уровень инфозрения и заметил активные перемещения людей на нашем этаже. Ниже вроде, наоборот, пока тихо, хотя видимость хуже. Если сверху маги – лучше держаться от них подальше. Какие-то они неправильные: вон какими сложными структурами кидаются, камень жрут – что семечки щелкают.

Так, немного времени есть. Я развернулся к Карине:

– Иди сюда. И без вопросов, пожалуйста. Времени у нас мало.

Я взял ее за руки, прижался всем телом к ней, лоб в лоб, чтобы максимально увеличить площадь соприкосновения наших аур, и закрыл глаза. За минуту мне удалось накачать ауру девушки магией по самую макушку. От такого экспресс-метода она поплыла и осела. Я подхватил ее и выругался про себя: переоценил ее состояние.

Пока я занимался таким богоугодным делом – приводил магессу, пострадавшую от «переедания» энергии, в нормальное состояние, – ситуация изменилась. Сиреной взвыла интуиция, краем глаза я зацепил взлетающие вверх по лестнице почти невидимые фигуры: так, легкое колыхание воздуха. За долю секунды врубил все варианты зрения и на инфомагическом уровне увидел три человеческие информструктуры, которые неслись вверх, а на магическом – сложное плетение вокруг каждой. Поставив защитный полог, успел отклонить то, что летело в меня, – не то стрелы, не то ножи. Удивило, что один нож сумел-таки пробить защиту, хотя потерял импульс и упал к моим ногам. Это меня разозлило, и вокруг первого нападающего, которого я так и не увидел в лицо, сформировался мой фирменный кокон. За доли секунды он сжался до размеров большого шара, заполненного чем-то красным. «Даже пискнуть не успел», – удовлетворенно подумал я. Шар покатился вниз по ступенькам, и я провожал его глазами, не обращая внимания на легкую тошноту, возникшую от такого зрелища.

Тут в меня полетела магическая хрень, структурно очень сложная. На физическом плане она разорвала тишину жутким визгом, от которого я чуть не оглох. В такой ситуации я долго думать не стал и активировал свои плетения в стене, спрятанные там на всякий случай во время моих прежних блужданий по тюрьме. Кусок каменной стены метра три высотой просто вынесло внутрь, засыпав нападающих большими квадратными булыжниками килограммов под сотню каждый. А эта хрень, что летела в меня, дернулась в сторону и влипла в камни рядом с нами, где и успокоилась. Управление потеряла? Цель?

Вот только одно я не учел – коэффициент прочности стены. Да и откуда бы? Верхняя часть стала проседать. Видимо, где-то снесло несущую опору. С потолка посыпались камни, иногда ощутимо стукая по защитному куполу. Еще раз глянув инфомагическим зрением на наш этаж, понял, что возвращаться по нему нельзя – много народу.

Тогда я покрепче обнял Карину левой рукой (слава богу, она непроизвольно обхватила меня за шею, а то не знаю, удержал бы или нет), правую руку мягко обволокла защитная оболочка, к которой я крепил свои нити. Немного подумав и оценив вес девушки, включил симбионтов. Они тут же создали такое же покрытие по всему моему телу, кроме головы, – так надежней, да и руки не оторвутся. Немного поводил плечами: вроде нормально. Вздохнув, выбросил нить к камню, что выступал из стены за завалом. Подергал – тот вывалился из кладки. Следующий камень – и снова неудача. Третий (сзади слышу топот ног по нашему коридору) – зацепился! Я оттолкнулся от площадки и мягко спланировал через центр колодца к самой двери. Чуть не споткнулся о красный шар, который по странной прихоти закона гравитации скатился туда же. Носком ноги столкнул его в колодец: все-таки неприятное зрелище. Особенно сильно ударил по нервам белоснежный обломок кости, прижавшийся к внутренней прозрачной поверхности. И кажется, вовремя я убрал шар: стоило ему упасть в провал, как раздался хлопок – плетение исчерпало свою энергию и вниз понеслось месиво, которое когда-то было человеком. Ух! А вообще долго продержался купол без подпитки: многовато я вбухал в него энергии…

Очнулась Карина. Огляделась и вскрикнула. Проследив за ее взглядом, я оттолкнул девушку поближе к двери, закрыл собой и полностью развернулся: груда камней, которой, по-видимому, завалило обидчиков, шевелилась. Оттуда явно кто-то пытался выбраться. Сверху открылась дверь, кто-то что-то прокричал. Со стены и кое-где с потолка продолжали падать камни.

Я тотчас развернулся, просканировал коридор за спиной. Один человек. Нет, уже три, четыре. Да сколько же вас там?! Двое явно собрались ворваться внутрь, очевидно привлеченные шумом разрушений. Я потянул Карину в сторону, где заметить нас было труднее всего, и накинул мощный полог невидимости. Какая-никакая, но защита от невнимательных глаз, не обремененных магией. Дверь резко распахнулась, внутрь влетел еле заметный вихрь из двух фигур. На мгновение они замерли, оценивая ситуацию, почти полностью пропав из виду, я даже прикрыл рот Карине – одна из теней остановилась прямо перед нами. Прятавшийся под ней человек стоял буквально в паре шагов, но никак не отозвался на наше присутствие.

В это время завал из камней разлетелся в стороны. Оттуда появились еще два персонажа – уже без невидимости. И я наконец-то рассмотрел своих противников. Затянутые с ног до головы в черную одежду, утолщенную в районе суставов и груди. У одного странный шлем на голове, круглый, полностью закрывающий лицо. Чем-то он мне напомнил мотоциклетный, хоть совпадала только форма. Второй – с открытым лицом, но с явно заметной в магическом зрении сложной защитой. Более сложной, чем у того, со шлемом. Скорее всего, это маг.

Откуда-то сверху в них полетели арбалетные болты, особого вреда, правда, не причинившие. Один болт успел чиркнуть по шлему первого воина, другой воткнулся ему в утолщение на груди. А вот второго, предположительно чародея, стрелы не достали вообще. Того, со шлемом, почти сразу окутала легкая дымка – какой-то вариант защитного полога. Этот полог отклонил остальные летящие подарки. В этот же момент две другие фигуры – прибывшая из нашего коридора подмога – рванули по заваленной лестнице, а сверху полетели какие-то предметы – как я понял, боевые амулеты типа гранат. От их «взрывов», то есть после активации, во все стороны ударили извивающиеся нити плетений с агрессивными утолщениями на концах. Забавная придумка! Эти оконечности нитей, попав в область действия магии противника, присосались к их защите и за пару секунд проели ее – дымка вокруг воинов пропала.

Но верхние не успели воспользоваться своим преимуществом. Уже четверка (с присоединившейся подмогой) нападающих нанесла ответный удар. Один из недобитков (который без шлема) вытянул руку вперед, и с нее сорвалось мутное облачко, за секунду обернувшееся той же тварью, что атаковала меня: наверх отправился очередной подарок, яростно визжащий чуть ли не в ультразвуке. Другие тоже направили свои руки вверх – и из широких браслетов воинов с полусекундной задержкой стали вылетать маленькие круглые энергетические сгустки, на ходу разворачивающиеся и увеличивающиеся от размеров теннисного мячика до большого кулака. Нападающие двинулись вверх. Сверху донесся крик боли, прозвучала какая-то команда, вниз снова полетели арбалетные болты и амулеты, но я уже опомнился и, здраво решив, что нам тут делать нечего, начал сканировать пространство за стеной, прилегающей к двери.

Там, метрах в пяти справа и слева от входа, стояли два человека. Видимо, контролировали подходы. За пару секунд я придумал план. Сказал несколько слов Карине, оставил ее прикрытой пологом невидимости и приступил к реализации. Дверь была открыта, что облегчило мне выполнение задуманного. Отступив к колодцу на пару шагов, я рыбкой бросил себя в проем, не забыв про невидимость. Уже на той стороне, пока я пребывал в полете, в каменный потолок ввинтился десяток силовых линий. Они затвердели концами внутри камня и затем резво подняли меня.

И тут я облажался по полной программе. Нет, этих двоих я свалил плетениями, приготовленными заранее. Поражающим эффектом этих самонаводящихся плетений было взбаламучивание ауры (как результат – потеря сознания и неприятные последствия в виде болезней). А облажался я в том, что не заметил парочку деятелей, находившихся дальше по коридору. Не знаю, что за чудо-шлемы были у них, но мой полог невидимости оказался бесполезен. Возможно, они смогли увидеть не меня самого, а ощутили движение, звук, запах, ауру… Вот блин! Ауру – вполне… Я ее не спрятал, идиот! Хотя… почему «скрыт» не сработал? Каков же принцип действия их шлемов?

Перед тем как вырубиться, стоящий справа начал стрелять из уже знакомых мне браслетов. В эту же секунду я вознесся под потолок. Увидев, что их товарищи свалились, дальние просто закидали меня своими «пулями». Наверное, чуть не весь боезапас выпустили, гады. Честно говоря, я просто растерялся, а может, не успел… Надо было сразу распараллелить сознание и ускориться, но я помнил, как это повлияло на меня тогда, в камере, и не решился. А теперь расплатился за это – не успел среагировать. На мою симбионтную физическую защиту комочки плетений не обратили никакого внимания. Большинство просто поглотились моей аурой, несколько я разорвал на подлете, но парочка все же успела активироваться и резко выдать модулированный импульс внутри ауры. Я тут же обмяк, бег мыслей замедлился, в голове что-то зашептало: «Спать… спать…» Полог невидимости, кажется, пропал. Стрелять в меня перестали, но продолжали удерживать на прицеле. Я сопротивлялся изо всех сил, но мысли путались – никак не мог понять, что делать. Все силы уходили только на то, чтобы не дать закрыться глазам.

Сквозь открытую дверь я увидел Карину. Она с испугом глядела на меня и судорожно сжимала кулаки. Почему-то полог невидимости, который я накинул на нее, перестал действовать. Или она его сняла? Как текло время? Вроде не прошло и пары секунд, а по ощущениям я висел долго-долго. Тем не менее магическое зрение продолжало работать. Я заметил, как от Карины отлетело несколько бесформенных сгустков, которые тут же слиплись в объемную звезду с пульсирующими отростками. Эта звезда влетела в коридор, повисела секунду и неожиданно устремилась к одному из стоящих противников. Тот, кажется, даже успел среагировать на угрозу. Он дернулся, но то ли его защита не была предназначена для такого вида атаки, то ли еще что, однако звезда без особых проблем впиталась в него.

Карина закрыла глаза и стала подергивать руками, ногами, всем телом. Повторяя эти движения, но уже не подергиваясь, а полноценно, инфицированный магией противник поднял руку и направил ее на своего напарника. Тот, занятый изучением моей висящей под потолком тушки, ничего не заметил, за что и поплатился. Несколько усыпляющих сгустков просочились через его защиту (защита от своего оружия была, похоже, не шибко сильная), и он кулем свалился на пол. После этого тот, кто стрелял, опустил руку и с разбегу бросился на стену, целясь головой. Сознание он не потерял: видимо, шлем хороший достался, а Карина не догадалась его снять. А может, ей очень тяжело – вон как губу закусила и по лицу ручьи пота текут. Лишь с пятой попытки управляемый Кариной человек смог хорошо приложиться головой об стену и потерял сознание. Вместе с Кариной – она мягко осела на пол.

И только тут я смог осознать мысль, которая с начала нападения все стучалась и стучалась, пытаясь проникнуть через заслон моего неадекватного состояния. «Внешнее ментальное воздействие первого уровня. Воспрепятствовать?» Это биокомп прорвался. «Да! Да!» – сумел мысленно выкрикнуть я. Буквально сразу сонливость пропала, а с моих мозгов убрали давящую тяжесть. Я облегченно вздохнул. Так и окочуриться можно! Вот гад биокомп! Нет чтобы сразу поднять защиту! Хотя, с другой стороны, может, у него такие настройки по умолчанию. Однозначно надо с ним «по-дружески» поговорить, чтобы не спрашивал о подобных вещах, а сразу действовал. Позже, проанализировав ситуацию, я вспомнил, что за мою ментальную защиту отвечал Умник. Соответственно для биокомпа на данный момент это не было первоочередной задачей. И я чуть не пролетел. Умник вроде говорил, что встроил в мою ауру фильтр-защиту от ментального воздействия, то есть «скрыт» на меня не действует. Но, возможно, большое количество «выстрелов» перегрузило эту схему… А полог невидимости воинов на лестнице, кажется, имел чисто магические корни, без ментала.

Конец ознакомительного фрагмента.