Вы здесь

Неполная дура. Глава пятая (Д. А. Калинина)

Глава пятая

Выскочив от Артема, подруги принялись ловить такси. А поймав, принялись обсуждать, как и через какой мост они смогут проехать на улицу Лени Голикова. Была уже глубокая ночь. И мосты через Неву развели.

– Тысяча, – твердил шофер, словно заведенный. – Через Володарский мост ехать придется. Все остальные разведены!

– Как разведены, так и сведутся, – заявила Мариша и в подтверждение своих слов извлекла из кармана специальный график движения по судоходной Неве.

К слову сказать, точно такой же график был прилеплен над лобовым стеклом водителя. Но почему-то он не захотел им воспользоваться. А увидев его в руках у Мариши, заметно скис.

– Грамотные все больно пошли! – проворчал он, когда Мариша как дважды два доказала ему, что через десять минут будет сведен мост Лейтенанта Шмидта.

– Как раз до него доедем, когда его сведут. Поехали за пятьсот?

– И зачем баб учиться берут! – продолжал ворчать водитель, пока подруги загружались в его машину. – Читать научились и думают, что все знают. Вот правильно на Ближнем Востоке вашей сестре не разрешали даже в школу ходить. А-то, блин, умные все стали!

– Ага! – с готовностью подхватила Инна. – У них на водительские права женщины до сих пор экзамены сдавать не имеют права. И в парандже семьдесят процентов населения ходит. Хотите, чтобы и у нас так было?

– Неплохо бы.

– Только уж тогда и вам одну небольшую хирургическую процедуру произвести придется, – окончательно озверев, заявила Инна. – Тоже, кстати говоря, очень отлично получится. Гигиена повышается и ощущения, говорят, потом от секса совершенно другие.

Не известно, понял ли ее водитель. Но он заткнулся и больше за всю дорогу не произнес ни слова. Лишь косился на подруг. И, доставив их до места, газанул прочь с такой скоростью, словно от ведьм спасался. Даже не объяснил, в какую сторону им двигаться. Впотьмах подруги долго блуждали между одинаковыми блочными коробками, пытаясь найти нужный им дом. Но все время попадались не те номера.

– Просто мистика какая-то! – воскликнула Инна. – Мы проходим мимо этого места уже в третий раз.

– Так уж и в третий?

– Точно тебе говорю. Вот этот куст шиповника выглядит словно черт с рогами. И я его пугаюсь уже в третий раз. А нужного дома все не видно!

– Потому и не видно, что мы по кругу ходим. И спросить не у кого!

Стоило Марише вымолвить эти слова, как, словно по заказу, из воздуха материализовался прохожий. Верней, сначала подруги услышали его голос, чуточку фальшиво выводящий мотив «Очи черные». Но недостаток вокальных данных с лихвой искупался страстностью исполнения. Затем из-за кустов появилась лохматая голова, а затем и весь певец.

– Очи ж-жгучие и пре-екрасн-ные!

Увидев подруг, он замер словно вкопанный.

– Раздери меня коза! Девчонки! А что это вы тут делаете?

Мужчина был изрядно навеселе, но не производил впечатление опасного. Росточком он был пониже Инны и уж точно ниже Мариши. Да и мощи в его субтильном тельце не наблюдалось. Казалось, все соки забрала кудрявая черная шевелюра. При этом он выглядел изрядным плутом.

– А не познакомиться ли нам? – внезапно подмигнув, предложил он девушкам.

– Мы на улицах не знакомимся! – кокетливо ответила Инна.

– А мы и не на улице! Мы в парке!

В двух шагах и в самом деле начиналась лесопарковая полоса.

– Арчибальд! – представился мужчина, делая попытку поклониться.

Попытка успехом не увенчалась. Он начал терять равновесие, и подругам пришлось спешно его ловить. Они придали ему вертикальное положение, похлопали, мужчина расчувствовался и сделал еще одну попытку представиться.

– Арнольд!

Теперь он вознамерился поцеловать руку Марише. Снова начал заваливаться на землю. И Марише пришлось взять его за шиворот.

– Прелестница! – возликовал мужчинка. – П-поз-звольте п-представиться – Аристарх! Вашу ручку!

Руку ему Мариша не дала. Очень надо, чтобы всякие личности, которые даже в собственных именах путаются, ей пальцы мусолили.

– Арик, – вместо этого произнесла она. – А скажи нам, где тут второй корпус вот этого дома?

– Этого?

Мужчина, окрещенный Ариком, попытался всмотреться в табличку и засиял.

– Так я же туда и иду! А вы тоже к Галке?

– Может быть.

– Пошли вместе! Я вас провожу! Дамы!

И, с неожиданной лихостью подхватив обеих подруг под руки, устремился вперед. Впрочем, надо сказать, что надолго его прыти не хватило. Ноги у провожатого начали заплетаться, а потом он и вовсе почти повис на подругах, лишь отдавая указания, где свернуть.

– Вот мы и приш-ш-ли! – наконец с большим трудом выговорил он, сфокусировав взгляд на подъезде дома. – В-вам какая к-квартира н-нужна?

– Тридцать пятая.

– Соседки! – неожиданно расчувствовался Арик и снова вознамерился лобызаться. – Пошли скорей!

Впрочем, на домофоне он набрал тридцать четвертую квартиру. Ему открыли, не спрашивая. И он принялся, цепляясь то за стены, то за перила, подниматься по лестнице, снова бодро перебирая ногам. Похоже, у него открылось второе дыхание. Добравшись до нужной квартиры, мужчина начал в нее стучаться.

– Галка! – конфиденциально шептал он в замочную скважину. – Открывай! Это я!

Дверь открылась, и на пороге возникла средних лет женщина с симпатичным, но одутловатым лицом, выдававшим в ней любительницу приложиться к бутылочке.

– Арон! Снова ты! Тебе что, не хватило?

Подруги изумились. Они впервые увидели еврея-алкоголика.

– Не хватило! – подтвердил Арик. – А у тебя есть?

– А кто это с тобой?

Галина подозрительно уставилась на подруг.

– Девочки хорошие, они меня к тебе и довели, – признательно посмотрел на подруг Арик. – Так что? Продашь? А то меня там люди ждут.

– Как же они тебя одного послали? Ты же на ногах не держишься! Обратно точно не дойдешь!

– Дойду!

– Ладно, – вздохнула Галина. – Чего тут понапрасну шуметь? Заходите! Только по одному.

Арик был увлечен ее мощной дланью в квартиру первым. А подруги остались на лестничной клетке. Но не растерялись и принялись звонить в дверь соседней квартиры, где должна была проживать девушка с белыми волосами – Этна. Они звонили и звонили, но все без толку. Галина уже снова открыла дверь и выпихнула на лестницу Арика, который прижимал к себе литровую бутылку водки «Санкт-Петербург». Недорогой, но вполне качественной. Если, конечно, она была разлита на заводе, а не в подпольном цеху.

Вот оно что! Вот в чем причина страстного стремления Арона попасть в тридцать четвертую квартиру. Соседка Этны – Галина торговала водкой из-под полы! Ну да, конечно. После одиннадцати часов вечера водку и прочие алкогольные напитки крепче пятнадцати градусов нельзя было купить ни в одном магазине города. Даже мартини попадало под этот запрет. А ведь всем известно, что самое веселье всегда начинается как раз после одиннадцати. И где взять в это время веселящий яд? Только вот у таких спекулянток. Вот потому Галина и не спит в такое позднее время. Ночь для нее – время бизнеса, самая торговля.

– Вы следующие, – сказала Галина, поманив подруг к себе. – Заходите обе!

Она впустила подруг в квартиру.

– Ну? Вам чего? Предупреждаю, у меня только водка и коньяк. Три звездочки. Самый дешевый. Приличный уже весь разобрали.

Часы показывали три, начало четвертого ночи. Похоже, бизнес этой дамы процветал. На всякий случай подруги купили у нее бутылку водки и какой-то коньяк.

– Только не знаем, что и делать, – вздохнула Мариша, когда они расплатились за покупки. – Мы ведь к вашей соседке в гости званы. Приехали, а ее дома нет.

– Не открывает! – подтвердила Инна.

– Это вы к кому?

Но в это время на лестнице раздался какой-то шум. Словно упал мешок с мукой. Галина переменилась в лице. И открыв входную дверь, выглянула на лестницу.

– Арик! Твою мать! Говорила же тебе, сиди дома! Куда ты поперся!

Подруги выглянули следом за ней. И обнаружили пьяненького Арика, который лежал на один пролет ниже, трогательно прижимая к груди бутылку.

– Не разбил! – блаженно шептал он, пока женщины тащили его назад в квартиру Галины. – Мог, а не разбил!

Арика положили в прихожей на чистенькую соломенную циновку, прикрыли сверху пледом, который он тут же сбросил.

– Так к кому вы пришли? – спросила Галина у подруг, косясь на посапывающего на полу мужчину.

– К Этне.

Лицо Галины выразило непонимание.

– Такая краля с белыми волосами.

– А!

В это короткое восклицание Галина умудрилась вложить целую гамму чувств. Тут было и недовольство, и зависть, и любопытство. Последнее превалировало.

– И что вам от нее надо?

– В гости звала.

– А сама смылась? Очень на нее похоже!

И в этот момент раздался еще один голос.

– Мама! Зачем ты говоришь, если совсем ее не знаешь!

Подруги изумленно оглянулись и обнаружили в дверях молоденькую девушку, еще почти подростка. Вряд ли ей было больше восемнадцати. И сейчас она осуждающе смотрела на Галину.

– Ты же ее не знаешь! – повторила девушка.

– Зато тебя от нее на тракторе не оттащишь! Тоже мне! Нашла себе подружку! Она же старше тебя! Работает! И вообще, не чета тебе, тетере!

Девушка, которая, судя по всему, приходилась Галине дочерью, обиженно насупилась.

– Этна – она хорошая. И добрая. Да! Да! А уж умная какая! Ты бы знала, сколько серьезных книг она за свою жизнь прочла! Не то что ты, одни детективы и любовные сопли мусолишь!

– Мне, Вика, ты знаешь, учебники уже без надобности! – угрюмо огрызнулась на нее Галина. – Мне на жизнь зарабатывать нужно. Тебя одеть, обуть и накормить. Так что книжки там разные умные читать мне вовсе некогда! Я когда читаю, я отдыхать хочу! Всю эту мерзость, в которой мы живем, забыть. А ты говоришь, серьезные книги!

Мать обиженно отвернулась. Вика тоже насупилась. Но сдаваться явно не собиралась. А подруги тем временем лихорадочно пытались придумать, как бы им выманить девушку из-под материнского присмотра и разговорить ее. Но неожиданно Галина сама пришла им на помощь.

– Вот ты говоришь, Этна твоя хорошая. А посмотри, людей к себе среди ночи позвала, наплела им с три короба, а сама и не открывает! Хорошо так поступать?

Вика с интересом посмотрела на подруг.

– Этна вас к себе сегодня позвала? Не может быть! Ее весь день дома нету. И вечером она не возвращалась! Я же ей звонила!

– Хороша хозяйка, нечего сказать! – снова вмешалась Галина. – Позвала гостей, а сама ходу из дому!

– Постойте! – взмолилась Мариша. – Не так быстро. Может быть, с ней что-то случилось? Между прочим, половина четвертого на часах.

Мать и дочь переглянулись.

– Ну, может быть, – протянула Галина и агрессивности в ее голосе поубавилось. – Хотя что с ней могло случиться? Она каждый день с девяти до девяти у себя в фирме крутится. На глупости у нее ни времени, ни сил уже не остается. Каждый день она в восемь из дома выходит, а в начале одиннадцатого возвращается. Какие уж тут развлечения?

– При чем тут развлечения? Я имею в виду, что на нее могли напасть.

– Кто?

– Грабители!

Мать с дочерью переглянулись. И на их лицах отразилось сомнение.

– Если обычная шантрапа, то вряд ли Этна их испугается, – произнесла Вика. – Мы как-то поздно вечером возвращались из магазина, так к нам пристали трое, и Этна их раскидала как котят.

– Ну да? Дохлые такие пацаны, что ли, были?

– Просто Этна не робкого десятка оказалась, – вмешалась в разговор Галина. – Хотя по ней и не скажешь. На вид такая интеллигентная девочка. А вон как приемы самообороны знает. Вика мне рассказывала, что один из тех парней с ножом был.

– Был! Так Этна ему руку сломала.

– Руку? – ахнула Мариша.

Она-то хорошо знала, что конечности у мужчин ломаются далеко не так просто, как это можно видеть в кино. Человек вообще существо довольно живучее. И чтобы сломать руку взрослому мужчине, нужно знать, куда давить.

– Кажется, сломала, – поправилась Вика. – Но вопил он громко. И нож сразу бросил. А потом все трое убежали.

– Вот какие у нашей соседки развлечения, – снова встряла Галина. – Так что не беспокойтесь, случиться с ней ничего такого не могло. На работе небось снова задержалась.

– В субботу? В половине четвертого утра?

– Говорят вам, хулиганов Этна не боялась. У нее и оружие имелось.

– Оружие? – ахнули подруги.

– Ну, пугач. Вика дома у нее случайно увидела.

– Она мне объяснила, что как раз на случай нападения хулиганов и купила.

– Так что Этна себя в обиду не даст. Задержалась где-то.

– Или в командировку уехала.

– Хотя вроде бы не собиралась.

– Но вообще-то она не только каждый день, она еще и по субботам иногда работает, – добавила Вика. – Правда, обычно в одиннадцатом часу она уже дома бывает.

– Где же она работает? – насторожилась Мариша.

Этот график никак не напоминал работу официантки. Начать с того, что ресторан работал с десяти утра и до полуночи. Так что в одиннадцатом часу Этна дома оказаться никак не могла. Ну, и работали официантки не каждый день, а посменно, два через два.

– Где она работала? – повторила Мариша.

– Как где? В фирме своей. Менеджером.

Стоп! Эта информация поступила от Галины. И подруги изумленно на нее вытаращились. А Вика еще и прибавила:

– Старшим менеджером! У Этны в подчинении около ста человек!

Совсем уж стоп! Какой такой старший менеджер? И тем не менее в голосе девушки прозвучала настоящая гордость за свою знакомую. А вот подруги совсем растерялись. Они говорят об одном и том же человеке? Мариша озвучила свой вопрос. И получила от Вики подробное описание того, как выглядит ее соседка и подруга. Сомнений быть не могло, это была та самая Этна, с которой они столкнулись в ресторане.

Но при чем тут тогда работа старшего менеджера в крупной компании? Насколько Мариша разбиралась, такие вакансии были на вес золота. И оплачивалась работа менеджеров старшего звена очень даже неплохо. Во всяком случае куда лучше, чем работа подавальщицы в ресторане. Да еще Галина подлила масла в огонь изумления, сказав:

– Что верно то верно. На работе Этну ценят. Коллектив у них подобрался на загляденье. Все как картинки одеты. И богато. Этна моей Вике фотографии с празднования Нового года показывала. Боже мой! Чего у них только не было. И шарики по всему потолку и стенам, и елка голубая огромная, пышная, на полкомнаты. А уж гирлянд и елочных украшений вообще не счесть.

– А как ее фирма называется?

– А вам Этна не говорила? – удивилась Вика, но тут же сосредоточенно наморщила лобик. – Сейчас, сейчас, на языке крутится, а вспомнить не могу.

– «Вернисаж», – подсказала ей мать.

– Они занимаются искусством?

– Нет, они организовывают разные там презентации, научные конференции и прочие деловые мероприятия. Но начиналось все с организации выставокпродаж, наверное, отсюда и название.

И Вика продолжила рассказывать:

– У Этны на работе очень здорово. И не только на Новый год у них праздник был. На Восьмое марта, например, их шеф женщинам сделал шикарные подарки. Духи, набор для купания – халатик, тапочки и три полотенца, и еще пригласил группу «Чай вдвоем». Представляете? Парни специально только для этих женщин пели.

Подруги машинально кивнули. Действительно, климат в той компании должен был быть очень благоприятный для сотрудников. Девушки не в силах были придти в себя от изумления, они не понимали, что побудило Этну сменить место службы.

– И деньги она хорошие получает, – вмешалась в разговор Галина. – Вот и квартирку эту она сама себе купила. Однокомнатная, правда, но ведь ни мужа у нее, ни детей. Зачем ей больше? А район у нас хороший. Зелено и до метро недалеко. Пешком за пять минут дойти можно.

Подруги были в полном шоке. Да что тут за чертовщина происходит? Скажите на милость, к чему менеджеру старшего звена устраиваться на, мягко говоря, не престижную работу в ресторан? Или Этну так заело одиночество, что она решила поискать себе мужа, крутя попой в короткой юбочке перед денежными посетителями ресторана? Так ведь она зарабатывала столько, что могла переплюнуть любого из них. Ей было не противно? Или дело все же в чем-то другом?

Но тут внезапно очухался Арон.

– И вовсе Этна не одинокая! – заявил он, подняв голову и совершенно трезвым голосом. – У нее мужчина есть!

– Ты-то откуда знаешь? – рассердилась на него Галина. – Лежи уж себе, отсыпайся! Горе луковое!

Арик послушался. И в самом деле опустил голову обратно на циновку. Но замолчать не замолчал.

– Я их видел! – заявил он.

– Кого?

– Эту вашу соседку с вулканическим темпераментом. Этну! И ее мужчину!

– Где ты их видел?

– Возле метро. Я утром всегда на метро на службу в музей езжу.

– На чем тебе еще ездить! – презрительно фыркнула Галина. – Голь перекатная! Искусствовед горемычный. Пить бы бросил, человеком сделался!

Но Арик не обратил на ее слова никакого внимания и продолжал:

– Стою я на остановке и вижу вашу соседку. Девушка она из себя примечательная, волосы белые, рост высокий, опять же фигура, так что я ее сразу узнал. Время восемь утра, начало девятого. Стою, курю. Она тоже стоит.

– Курит?

– Нет, курю я. Она просто стоит. И заметно, что сильно нервничает.

– И что?

– А то, что останавливается возле нее белая шикарная иномарка. И оттуда высовывается молодой человек. И у него такие же белые волосы, как у вашей Этны.

Галина промолчала, нахмурившись и явно размышляя.

– Так это мог быть случайный какой-то человек, – сказала она. – Проезжал мимо, видит, девушка стоит красивая. Дай, думает, остановлюсь, познакомлюсь.

– Нет! Они знакомы были!

– С чего ты взял?

– Он ей букет преподнес. Из машины вышел и поцеловал. Так что он не случайный никакой был. И я думаю, что родственник.

– Почему родственник? – насторожилась Мариша. – Почему, к примеру, не поклонник?

– Потому что уж очень они друг на друга похожи были. Прямо как брат и сестра.

Произнеся это, Арик снова закрыл глаза и уснул.

– Вот беда с человеком! – с горечью произнесла Галина. – Ведь на самом деле он не пьянь какая-нибудь, а интеллигентный человек. Историк. В университете образование получил. А как жена от него к другому ушла, пьет уже второй месяц. И с компаниями пьет, и один тоже пьет. И со мной пьет, и без меня пьет.

Она вздохнула и с такой теплотой и заботой поправила на мужчине сползшее с его плеча одеяло, что подругам стало совершенно ясно – долго бедный Арик один не пробудет. И стоит им уйти, Галина перетащит мирно сопящего мужика в комнату, где устроит со всеми удобствами на диване.


Ночевать в этот вечер подруги отправились к Марише. Ночь уже почти закончилась, а завтра им все равно предстояло провести весь день, мотаясь по городу, так что расставаться было уже просто глупо. И к тому же они хотели обсудить план на завтра. Но, как известно, благие намерения, если куда-то и ведут, то только не туда, куда хотелось бы. И приехав к Марише домой, подруги поняли, что у них едва хватит сил, чтобы доползти до постелей. Все разговоры они оставили на то время, когда проснутся.

А оно, как всегда, наступило неожиданно. Подругам показалось, что они только едва сомкнули глаза, как вдруг их уже разбудил резкий звонок. Мариша попыталась абстрагироваться от этого звука, но у нее ничего не получилось. Пришлось сесть и попытаться нащупать трезвонящую штуку, не разлепляя глаз. Это Марише не удалось. И один глаз она приоткрыла.

Звонил домашний телефон. С вечера Мариша поленилась положить трубку от него возле своей кровати. За что теперь и поплатилась.

– Иду! Иду! – простонала Мариша, словно человек на другом конце провода мог ее услышать. – Да! Алло!

– Где вы все пропадаете? – раздался в трубке возмущенный Анькин голос. – Звоню вам, ни ты, ни Инна трубки не берете!

– Мы их отключили, – призналась Мариша и вдруг сообразила: – Анька, ты откуда звонишь? Из тюрьмы?

– Из какой тюрьмы? Никуда меня не сажали. Этот адвокат, которого ты прислала, просто волшебник. Меня отпустили по подписке о невыезде, хотя до того как он появился, я была уверена, что маме пора сушить для меня сухари.

– Значит, Надир тебя спас?

Мариша была удовлетворена. Она любила, когда поклонники увивались возле нее не просто, а, так сказать, с пользой. От Надира польза была весьма ощутимая. И Мариша мысленно прибавила ему сразу пять баллов. После десяти можно было отправляться с мужчиной в постель. Букет и ухаживания в ресторане тянули на пару баллов, так что Надир был всего в трех шагах от награды. Жаль, что сам он об этом не знал. Глядишь, начал бы действовать активней.

– И что теперь? – перебил ее мысли голос Аньки. – Инна у тебя?

– Да.

– Я так и подумала! Звоню ей все утро. И на трубку, и на домашний. Чем заниматься будете?

Мариша не удержалась и фыркнула.

– Тебя спасать! Неразумная! А ну-ка, собирайся и приезжай к нам. Будешь отвечать, как докатилась до жизни такой, уголовница.

Анька примчалась уже через сорок минут. За это время Мариша только и успела, что растолкать Инну, приготовить кофе и положить себе на лицо смоченную в горячей воде салфетку. После этого на лицо следовало намазать еще несколько видов кремов. Один на веки, второй на лоб, нос и подбородок, третий на шею и область декольте и последний на все сразу, заполировав первые два и не забыв умягчить щеки.

Когда Марише было лень, она просто смешивала все три крема на ладони и втирала в кожу. И представьте, действовало отлично. Во всяком случае никакой ощутимой разницы между этими двумя способами заметно не было. Всем этим Мариша как раз и занималась, пока Анька вываливала на них все то, что ей было известно о Герасиме. Сама Анька выглядела на удивление неплохо. Глаза у нее ярко блестели, на щеках играл румянец, и особого уныния на ее лице не читалось.

– А следователь мне попался такой душка, такой душка, просто прелесть!

Такими восклицаниями Анька то и дело перемежала свой рассказ. Под конец Инна с Маришей обменялись понимающими взглядами. Похоже, именно в этом симпатяге следователе и нужно было искать причину приподнятого Анькиного настроения.

– И что этот душка тебе рассказал?

– Да практически все! И очень жалел, когда пришлось отдать меня Надиру.

– Он женат? – спросила практичная Инна. – Твой следователь?

– Женат? Нет! Думаю, что нет. Но он прелесть! Волосики у него светлые, глаза тоже, и сам из себя этакий ангелочек. А как он на меня смотрел! Мы проговорили с ним всю ночь!

– И как зовут это чудо?

– Ратушев! Петечка Ратушев! У него предки поляки. Волосики, глазки, и сам он такой душка! А вы бы видели, как он на меня посмотрел, когда я…

– Господи, Анька, да угомонишься ты или нет?! – в сердцах возмутилась Мариша, смахивая с себя салфетку с питательной смесью из розового масла, оливкого масла и масла персика. – Как вам с этим Ратушевым только не стыдно!

– А что такого?

– Бедный безголовый Гера еще не предан земле, убийца его не найден, а вы уже крутите любовь, можно сказать, прямо над неостывшим телом!

Конец ознакомительного фрагмента.