Вы здесь

Мишень для левши (сборник). Под Созвездием Моржей. (рассказ) (Игорь Джавадов, 2016)

Под Созвездием Моржей

(рассказ)

За умелые действия при тушении пожара начальника службы безопасности майора Кудимова наградили бесплатной путевкой в санаторий «Прибой». Нечаянную радость омрачали два обстоятельства. Во-первых, путевка была на декабрь, значит, в море уже не поплаваешь. Во-вторых, прямого рейса до санатория не было, ехать надо на перекладных. Но, как сказали в профкоме, дареному коню в зубы не смотрят, а на халяву и уксус сладкий.

Сборы были недолгими. Кудимов доехал на электричке до областного центра, где пересел на поезд до Симферополя. На станции Джанкой группу прибывших усадили в видавший виды автобус, который повез отдыхающих по горной дороге. Эту ухабистую трассу местные жители называли тропой Митридата, хотя академик Судаков давно доказал, что дорогу построили древние римляне, которые как раз воевали с царем Митридатом.

Санаторий удачно вписался в руины античного города, который в древности служил терминалом для разгрузки кораблей с хлебом из Скифии. Удобная бухта с песчаным дном, неиссякаемый источник минеральной воды и налаженное складское хозяйство неизменно привлекали сюда хлеботорговцев из Боспорского царства, способствуя процветанию города. Во время восстания под руководством Савмака освобожденные рабы сожгли хлебные склады и перебили большую часть горожан. После этого исторического события жизнь в городе пришла в упадок. При советской власти на базе источника построили санаторий для лечения желудочно-кишечных заболеваний. В бывшем монастыре устроили гостиницу, в храме оборудовали клуб, здание приюта для старых рыбаков сдали в аренду рыбацкой артели, а Крым отдали Украине.

Важной примечательностью санатория являлся старинный фонтан, изображавший схватку витязя с драконом. Воин восточного вида держал рептилию за горло. Он поднял меч, готовясь отрубить дракону голову, но застыл, подчинившись воле скульптора. Вода должна была струей вылетать из пасти дракона, разбиваться о бронированные плечи витязя и каскадами стекать в бассейн. Фонтан производил впечатление на отдыхающих, несмотря на хроническое отсутствие воды. То ли рука рыцаря слишком сильно сжимала горло зверя, то ли трубы не чистили с античных времен, но дракон, прямо скажем, давно не поливал минералкой своего душителя.

Второй достопримечательностью санатория был монумент, сооруженный к столетнему юбилею вождя мирового пролетариата. Памятник, одетый в демисезонное чугунное пальто, стоял в скверике напротив фонтана в утвержденной горсоветом позе, простирая руку на восток. По странному совпадению палец вождя указывал прямо на меч витязя. Как потом выяснилось, именно это обстоятельство послужило причиной необычайных событий, случившихся в ночь на Рождество.

Все началось с того, что Аристид Шарипович Шубейко, экскурсовод и массовик-затейник по совместительству, решил провести у фонтана традиционный чемпионат санатория по домино. Был солнечный декабрьский денек, с пляжа доносился ласковый шум прибоя, участники турнира кричали «рыба!», болельщики обсуждали вид монумента. Так как в футболе, медицине и искусстве у нас разбираются все, отдыхающие затеяли дискуссию по поводу памятника. Хотя декабрьский заезд был организован по путевкам объединенного профсоюза горняков и металлургов, мнения отдыхающих разделились. Позицию центра выразил опытный металлург из Электростали Егор Егорыч. Заслуженный мастер плавки и литья заявил, что устремленная в море рука вождя говорит о том, что коммунизм не за горами. С ветераном сталеварения не согласился инженер из Норильска Сергей Скрипка. Специалист по никелю возразил, что если коммунизм «не за горами», то это не значит, что он «за морями». Напротив, направленная на восток рука вождя указывает, что ресурсы России будут прирастать Сибирью.

Здесь в спор вмешался Василий Балабурда, двухметровый горняк из Челябинска. С уральской прямотой Вася назвал теорию Скрипки домостроевской (он хотел сказать – доморощенной). Инженер сразу увял, но не потому, что горняк играючи завязывал полудюймовую стальную трубу в двойной узел. Васю уважали соседи за чутье. Загадочным образом он узнавал, когда в санаторий завезут разливное вино и всегда первым занимал очередь. Это было очень удобно, и с Васей старались дружить.

Балабурда доложил, что постоянные наблюдения с точки, где отцепляют автобочку с крымским полусухим, показали, что рука вождя направлена под углом. При помощи природного глазомера было определено, что угол наклона равен шестидесяти градусам. При пересчете на время это значит, что палец вождя показывает точно на одиннадцать часов. Сопоставив факты, горняк сделал вывод, от которого содрогнулись видавшие виды ветераны профсоюза. Памятник вождю, заявил Вася, указывает, что торговать вином можно только после одиннадцати. Потрясенный Скрипка надолго затих, переваривая открытие Балабурды.

Возникшей паузой воспользовался Аристид Шарипович. Опытный экскурсовод решил незаметно поменять тему, которая его несколько смущала. Шестую статью, конечно, отменили. Но ведь в Крыму всякое бывало. Здесь были греки и римляне, готы и татары, белые и красные, черные и зеленые. Зачем же придумывать историю на свою голову? Шубейко простер руку к фонтану, привлекая внимание отдыхающих. Закатив глаза, экскурсовод заученно пропел, что длинные складки плаща витязя прикрывают подставку, на которую опирается скульптурная группа. Высокая фигура воина с мечом и драконом под мышкой не смогла бы устоять на двух ногах без дополнительной опоры. Таким образом, мы можем уверенно говорить, что древний скульптор опередил великого Фальконе, который, как известно, замаскировал третью опору Медного всадника хвостом лошади.

Услышав слово «медь», Скрипка оживился и спросил о составе сплава, из которого отлили фонтан. Этот простой по сути вопрос привел Шубейко в восторг. Радостно потирая руки, экскурсовод сообщил, что витязь отлит из самородного сплава железа и никеля. Анализы показали, что металл брали из старой копи на окраине городища. Высокий процент никеля указывает на космическое происхождение железа. Об этом свидетельствуют следы редкого элемента гафния, примесь которого придает скульптуре необычный синеватый оттенок. Скорее всего, большой железоникелевый метеорит упал здесь в доисторические времена. Особенностью дракона является то, что его красноватая голова отлита из медного сплава по китайской технологии. Отсюда следует, что фонтан мог соорудить китайский мастер. Понизив голос, Шубейко сообщил, что материал для монумента вождю пролетариата брали из того же источника. Чтобы выдержать, так сказать, единство цветовой гаммы.

Здесь вмешался отдыхающий, который до этого скромно стоял в стороне. Назвавшись Кудимовым, юрисконсультом с Урала, он выразил сомнение, что скульптор был китайцем. Известно, что в Китае с давних времен существует культ дракона. Поэтому китайцу в голову не могла бы прийти идея памятника, в котором дракону рубят, извините, голову. Это совершенно понятно. Кроме того, у воина не китайское лицо, а монгольское. С этим согласится любой, кто побывал в Монголии. Известно, что монголы, последователи тибетской религии «черный бон», не почитали драконов. Значит, заказчиком был монгол, а не китаец. Если учесть датировку, можно предположить, что памятник установлен в честь победы монголов над китайской династией Сунь. Возможно, здесь изображен сам Чингисхан, взявший за горло китайского дракона.

Обидевшись на критику со стороны, Шубейко развернул туристический буклет и показал цветную вкладку с видом на железный рудник. Сверху копь выглядела как кольцевой ров, какие в старину копали вокруг рыцарских замков. Увидев родные отвалы, Балабурда сразу спросил, почему руду не добывали в центре участка. Шубейко объяснил, что в центре железа нет, хотя шурфы копали в пяти точках. Зато везде находили остатки самородного медного порошка. Когда-то порошок занимал всю площадь внутри железного «бублика», но его выбрали практически полностью еще в античные века.

Желая разрядить обстановку, Кудимов в шутку спросил:

– Кто-нибудь знает, когда дракону отрубят голову?

– Когда в фонтан воду дадут, – мрачно сказал Скрипка.

– Конечно, дадут, – засмеялся Кудимов. – По закону больших чисел, рано или поздно случается все. К примеру, тысячи лет люди сажают капусту. Значит, придет время, когда капуста начнет сажать людей. Возможно, Чингисхан ударит мечом, когда Ленин опустит руку.

Его при жизни объявили богом,

Мессией мирового пролетариата,

А он хотел лишь отомстить за брата

И за границей погулять немного.

После захода солнца с окрестных гор на тропу Митридата сползла холодная воздушная масса и потекла к морю. Температура сразу упала ниже нуля и продолжала снижаться. Стрелка барометра склонилась к отметке «буря». Влажный морской воздух сгустился в тяжелые тучи, которые зависли над городом. Внезапно повалил густой снег, в двух шагах ничего не было видно. Метель стеной отгородила сушу от моря и укутала толстым слоем снега железные монументы, превратив их в подобие застывших снежных людей.

Около восьми часов вечера к дежурному администратору Жоре Бакунцу прибежал весь облепленный снегом председатель рыбацкого кооператива Гомер Пападаки и потребовал людей для спасения ценного груза. Жора, сразу смекнувший, о каком грузе идет речь, сказал, что понимает ситуацию, но помочь не может. Кочегар с подсобником занят в котельной, чтобы дать тепло отдыхающим. А людей больше у него нет. В ответ Пападаки закричал, что с отдыхающими ничего не случится. Это люди северные, холод им привычен. А ценный груз может испортиться. Вот сейчас он позвонит директору и доложит о бездействии администратора. Тогда бедный армянин может попрощаться с теплым местом. Убрав телефон под стойку, Жора кротко согласился, что он человек бедный, но честный. Потому что не занимается темными делами, как некоторые. Например, контрабандой. Зато ему, как честному человеку, не страшно спать по ночам. А если потомок древних греков стал такой богатый, пусть он купит на своей исторической родине пару метров тротуара с телефоном-автоматом и звонит хоть самому Микису Теодоракису. А людей ему даже директор не родит, потому что он не гермафродит.

Гомер, не пожелавший оценить удачную рифму, ответил длинной фразой, где при помощи русских, армянских и греческих непечатных слов перечислил всех предков Бакунца вплоть до мифического царя Тиграна Первого. Оскорбленный в лучших чувствах администратор вытащил из стола американскую электрошоковую дубинку и поклялся всеми богами Олимпа, что если ничтожный грек, недостойный имени великого поэта, не пойдет туда, откуда вышел тридцать лет назад, он устроит ему самое короткое в мире замыкание и Греция потеряет своего последнего алконавта. Гомер, стоявший в лужице растаявшего снега, оценил нешуточность угрозы. Пообещав Жоре, что тот до масленицы не доживет, если товар пропадет, Пападаки сорвал с пожарного щита лопату и убежал в метель.

После недолгих колебаний Бакунц набрал номер директора, чтобы доложить об инциденте. Трубку подняла жена. Рыдающим голосом она сказала, что муж выехал полчаса назад. Она очень переживает, потому что в новостях передавали о лавине, которая завалила тропу Митридата и отрезала санаторий от центра. Не успела женщина договорить, как что-то затрещало, звук в трубке пропал. Бакунц понял, что налипший снег оборвал провод и санаторий остался без связи.

В этот момент в холле появился Кудимов, который спустился по служебной лестнице. Он сказал, что соседи попросили его узнать, когда дадут тепло в гостиницу. Администратор, которому было известно, где служит Кудимов, с готовностью ответил, что тепло скоро дадут, и попросил «товарища майора» подменить его за конторкой. А ему нужно срочно отлучиться. Помочь кое-кому раскопать кое-что. Ключи от сейфа он оставляет, потому что полностью доверяет «товарищу майору». Получив согласие, Жора быстро оделся, сунул дубинку в карман и выбежал во двор.

Кудимов устроился в кресле и начал листать какой-то глянцевый журнал, задумавшись над особенностями национальных раскопок, где вместо лопаты применяют электрошокер. Решив, что снег в принципе можно растапливать электричеством, он углубился в статью о ваучеризации всей страны. Он даже подчеркнул место, где автор обещал сделать каждого собственником двух автомобилей. Статья была написана ярко и по-своему убедительно. Только где взять столько автомобилей? – зевнул Кудимов. Вспомнился случай, когда нужно было написать заметку для заводской многотиражки. Первый день был потрачен, чтобы придумать название. На второй он начал молча ненавидеть компьютер. Клавиатуру за то, что она плоская, монитор за то, что он квадратный. Особенно его раздражали эти черные, как их? Шрифты, вот что! На третий день мысль, что нужно что-то сочинять, начала приводить его в холодное бешенство. В общем, приступ силы воли закончился как всегда. Кудимов сбегал за жигулевским разливным, и жизнь снова стала приятной и безмятежной.

Вздохнув, майор отложил журнал. Начиная с этого момента, события сорвались с места и понеслись по нарастающей. Сначала во дворе возник шум скандала. Горячие крымские парни орали друг на друга так, что дрожали стекла. Сначала Жора в категорической форме потребовал, чтобы гражданин Пападаки вернул голову дракона на место. Иначе он будет отвечать в уголовном порядке, так как этот старинный памятник культуры охраняется законом. Очевидно, Бакунц еще не знал, что Крым уже не подчиняется советским законам. В ответ на официальное требование администрации Гомер нахально пропел: «Здравствуй, Жора, Новый год!». После этого музыкального привета грек посоветовал «бедному армянину» идти домой шить белые тапочки, потому что «пора ехать в родной Арменикенд, дорогой товарисч!». Бакунц в ответ предупредил, что прямо сейчас применит к буйному греку америкендскую электрошоковую терапию, после чего Гомер попадет сразу во второй том «Одиссеи».

Конец международному конфликту положила яркая, как вольтова дуга, вспышка света, которую сопровождал звон бьющегося стекла, как будто с монастырской башни сбросили мешок с нестандартными бутылками, которые нигде не принимают.

«Что это может быть?», – подумал Кудимов, прислушиваясь к звенящему шороху, который легко проникал сквозь заиндевевшие стекла. Как будто льдинки трутся друг о дружку. Что это так шуршит? Тембр какой-то странный. Источник звука недалеко. Молодой лед вокруг памятника Чингисхану? Чушь, воды в бассейне не было с прошлого лета. Море замерзает? Нет, море далеко, а шум явно из скверика. Трещит, как озонатор в приемном покое городской больницы. Тут он понял, что ему не давало покоя – пропали голоса во дворе. Люди после вспышки как будто испарились. Кудимов принял решение. Он открыл сейф, взял пистолет, который сдавал на хранение. Проверив обойму, надел пальто и выбежал во двор.

И пьянчужки в парке, леди и кухарки,

Джефферсоновский шофер и китайский зубодер,

Все живем мы на Земле, варимся в одном котле,

Хорошо, хорошо, это очень хорошо.

Уже потом Кудимов описывал лаборантке Машеньке опасную встречу с удивительными шаровыми молниями. Лаборантка как раз принесла результаты анализа пуговицы, которую Кудимов незаметно срезал с чугунного пальто вождя. Девушка, забравшись с ногами в кресло, слушала с открытым ртом рассказ отставного майора.

Когда Кудимов выскочил на крыльцо, снегопада уже не было. В черном небе лениво плавали сотни сверкающих разноцветных шаровых молний. Некоторые из них достигали размеров пляжного мяча. Было необыкновенно светло, как будто зажгли большую рождественскую елку. На краю бассейна лежала почерневшая электрическая дубинка. Где же люди? Майор осторожно прокрался к фонтану. Светящиеся шары сразу оживились, начали сбиваться в стаю. Сверкающий рой снизился над фонтаном и завертелся в бешеном хороводе, роняя на снег желтые и зеленые искры. Захваченный феерическим зрелищем, Кудимов не сразу заметил, что у дракона отсутствует голова, а из чешуйчатой шеи торчит меч. Он невольно оглянулся на монумент и вздрогнул. Какая-то чудовищная сила согнула железную руку вождя так, что вытянутый палец указывал прямо на дракона.

– Вот вам и теория больших чисел, – ахнул майор. – Чугунный бог все же ожил! Где-то я уже слышал про чугунных богов. Ах да, по телеку показывали фильм «Дети чугунных богов». Здесь ожил чугун из метеорита, упавшего за миллион лет до нашей эры. Это большой срок. Но кто сказал, что миллион? Возможно, метеорит упал при древних греках. Кое-кто считает, что боги с Олимпа на самом деле были инопланетянами. Вдруг это послание инопланетного разума? На Западе не просто так столько лет прослушивают космос. Вон какой радиотелескоп отгрохали в Аресибо. Там зря тратить деньги не станут. В космосе определенно что-то есть. Все в прессу не попадает, многое засекречивают. Не так, как наши, все подряд, но там секретов тоже хватает. Однако куда пропали наши братья по разуму? Не могли же их похитить пришельцы? Космолет не приземлялся, огня не было. Даже снег вокруг не растаял.

Всматриваясь в тени в глубине бассейна, Кудимов не сразу почувствовал, что невидимые мягкие лапы уже давно поглаживают его плечи и спину, подталкивая к монументу. Очнувшись, он выхватил пистолет.

– Кто здесь? Стой, стрелять буду!

Кто-то невидимый перехватил его руку с пистолетом и прижал к чугунному ботинку. Нестерпимо заныл зуб под стальной коронкой.

– Отдай ствол, гад! – промычал Кудимов и нажал на спуск. Сухо треснул выстрел. Пуля просвистела между ног монумента и ушла в небо. Он попытался правой рукой перехватить пистолет, но сделал еще хуже. Неведомая сила вывернула его руку с часами на стальном браслете и прижала к коленям вождя так, что заболели сдавленные ребра.

Оранжевый шар слетел с небес по теплой трассе от пули и нахально закружил перед лицом человека, распятого на монументе. Вращая глазами, майор, извините, плюнул в наглый объект. Шар без труда уклонился, затем описал дугу и сел сзади на меховой воротник. Здесь шар активно заелозил, готовясь к решительным действиям. Кудимову стало совсем нехорошо. Он закрыл глаза, проваливаясь в темноту.

– Держись, консультант, помощь идет!

Почти теряя сознание от чудовищной зубной боли, майор открыл глаза и увидел Балабурду, который бежал к нему в одних трусах, но с эвкалиптовым веником в руке.

– Бросай волыну, юрист! – Вася легко разжал прикипевшие к рукоятке пистолета пальцы. – Здесь не пропадет. – Он расстегнул стальной браслет на руке майора и осторожно вытащил его из пальто. Шар недовольно запульсировал, наливаясь ядовито-желтым светом.

– Побалуй у меня еще! – Василий смел шаровую молнию веником и точным ударом послал в кусты. – Все, земляк, теперь бежим!

Он повесил на плечо обмякшее тело майора и помчался в гостиницу, оставляя в снегу следы босых ног. Почти новое драповое пальто с воротником из выхухоли осталось висеть на монументе.

Кудимов пришел в себя на следующее утро и попросил связать с центром. Егорыч обрадовано пощупал ему распухшую челюсть и сообщил, что связи нету. Тропу Митридата завалило снегом, ни пройти, ни проехать. Телефон не работает, но свет уже дали. Значит, помощь близко, скоро связь восстановят. Два дня живем как на необитаемом острове. Продукты, вода имеются, не голодаем. Во двор выходить пока рискованно. Шаровые молнии обнаглели, норовят залезть за пазуху. Сегодня чуть потеплело, Скрипка пошел магнитуду мерить. Теория у него появилась насчет электрического магнетизма. Только эти шары проклятые как налетят! Один ему даже в штаны залез. И смех и грех. Еле вениками отбили инженера. Не любят эти шаровые веники эвкалиптовые почему-то. В общем, инженер так сказал: «Пока снег не растает, магнитное поле не исчезнет».

– Какое еще магнитное поле? – Кудимов почувствовал, что туман в голове начинает рассеиваться. – Откуда оно взялось?

– Так ты, мил человек, меж двух магнитов висел, – удивился Егорыч. Считай, сутки почти. Пока не придумали, как тебя снять. А говоришь – откуда. Ты прикинь, только на Ильича десять тонн магнитного железа пошло. Чингисхан на вид щуплее будет, но с драконом подмышкой потянет тонн на восемь.

Дверь открылась. Вошел Вася Балабурда, за ним инженер Скрипка. Егорыч вытащил из тумбочки наполненную местным вином трехлитровую банку, которую на юге называют «баллон».

– Лежи, лежи! – Балабурда добродушно присел на койку. Он легко пальцем сковырнул с банки жестяную крышку и вернул «баллон» с вином Егору Егоровичу со словами:

– Тебе, Егорыч, разливать, ты здесь старшой.

После первого стакана сразу приняли по второму, не чокаясь, и дружно накинулись на закуски. После третьего стакана майор ожил. Он поднялся и сел за стол.

– За вас, ребята! – Кудимов поднял стакан. – Спасибо, что не дали пропасть. Сергей, скажи, пожалуйста, почему магнетизм раньше не проявлялся? Монумент стоит без малого тысячу лет.

– Так ведь и мороза такого не было тысячу лет, – засмеялся Скрипка. – Что для Сибири – норма, для Крыма – исключение.

– А при чем тут мороз?

Науки юношей питают,

А в небе вороны летают.

Нажмет на клавишу студент,

Четыре сбоку, ваших нет.

– И тогда Скрипка изложил свою теорию, – продолжил Кудимов. – Хотите, Машенька, верьте, хотите – нет, но во всем виноват Кюри. Наши инженеры его знают, они радиацию измеряют в кюри. Кроме законов радиации Кюри открыл, что магнитное поле исчезает, если металл нагреть. Эту температуру так и называют – точкой Кюри, – объяснял он лаборантке, имевшей диплом физика. – Для чистого железа она высока. Но точку можно понизить, если в металл добавить примеси. Кстати, Машенька, что говорит анализ?

– Это пермаллой, сплав железа с никелем, – лаборантка с улыбкой протянула листок. – Пермаллой, да не простой. При таком составе точка Кюри должна быть около восьмидесяти градусов. Так написано в справочнике. Но прибор показывает, что точка Кюри для пуговицы равна минус шесть градусов по Цельсию. Очевидно, это результат примеси гафния. Такого сплава в «Справочнике радиоконструктора» нет.

– При чем тут радио? – удивился Кудимов.

– Из пермаллоя делают сердечники радиотрансформаторов, – пояснила Маша. – На сердечник наматывают много-много медного провода. Так получается главная деталь радиопередатчика.

– Какого передатчика? – насторожился Кудимов. – Кстати, как выглядят эти сердечники? – майор машинально взял карандаш из стакана.

– По-разному, – пожала плечами лаборантка. – Это зависит от мощности. Для самых мощных передатчиков сердечники делают в форме тора. Проще говоря, в виде бублика.

Послышался треск. Кудимов опустил глаза и увидел обломок карандаша, зажатый в кулаке. Из поврежденного пальца закапала кровь. Боли он не чувствовал. Машенька ахнула, бросилась к стеклянному шкафчику с аптечкой. Майор разрешил забинтовать палец и даже одарил Машеньку шоколадкой (которую и так собирался вручить за анализ «пуговицы»). Сделав большие глаза, он сказал, что раненому нужен покой и одиночество, но о том, что Мария здесь видела и слышала, надо хранить полную государственную тайну. Понятливая лаборантка мигом упорхнула.

Все сходится, подумал Кудимов, плюхнувшись в кресло. Это надо: передатчик размером с Колизей! Обмотка в виде тора, сердечник в виде бублика. Только обмотку с этого «бублика» спилили еще в античные времена. Медный порошок на участке вовсе не самородная медь, как думал Шубейко. Это медные опилки, оставленные древними греками. Им нужна была медь, чтобы вооружить целую армию для масштабной войны. В бронзовом веке это была троянская война из-за Елены Спартанской. Обидно, что ценное имущество уничтожено по пустяковому поводу.

Воровато оглянувшись, он достал из сейфа бутылку коньяка, налил стопку и выпил залпом.

Главное, что все шито-крыто. Гомер мог бы черкнуть пару строк в Илиаде. Куда там. Ничего не знаю, ничего не видел. Тоже мне, великий слепой. Ведь что задумано! Как только температура падает ниже минус пяти, восстанавливается чудовищной силы магнитное поле (он невольно пощупал больной зуб), в космос отправляется телеграмма-молния: «Погода благоприятствует, высылайте десант. Точка». И кто это у нас так любит холод? Разумные пингвины из созвездия Моржей? Очень интересно!

Кудимов вскочил и нервно зашагал по кабинету.

Между прочим, в одиночку такие вопросы не решаются. Пора звонить в компетентные органы.

Майор поднял трубку и набрал одному ему известный номер. Дождавшись вежливого «Вас слушают», он представился и попросил соединить с полковником Саблиным.

Конец