Вы здесь

Мистер Смерть и чокнутая ведьма. Глава 6 (М. В. Завойчинская, 2017)

Глава 6

А я подмигнула посмурневшему вдруг иностранцу, нашла в списке контактов номер Николая и позвонила.

– Коленька-а, – ласково позвала я, когда густой бас моего первого мужа рявкнул приветственное «Да!».

– Аринушка? – тут же изменилась его интонация. – Здравствуй, любовь моя. Рад тебя слышать.

– И тебе не хворать, дорогой. Милый, ты мне одолжишь снаряжение?

– Конечно, Аринушка! Сейчас привезти? – с воодушевлением откликнулся он. – Что именно тебе нужно?

– Мм-м, – задумалась я. – Давай двухместную палатку, большой спальный мешок. Ну и на твое усмотрение. Меня с коллегой по работе отправляют в командировку в окрестные деревни. Придется немного пообщаться с природой.

– Что за коллега? – в голосе бывшего мужа прозвучала ревность.

– О, он иностранец. Из Англии приехал к нам по контракту. Сам понимаешь, ничего для таких выездов у него нет, а искать по магазинам – это терять время. Ты ведь знаешь, милый, как я ценю каждую минуту.

– Из Англии? Ну тогда ладно, – тут же успокоился Николай.

– Коленька, я тебя жду, – пропела я. – А у нас тут уже картошечка жарится к твоему приезду.

– Буду через полчаса, Аринушка! – отчеканил он и отключился.

Вот чего у Ника не отнимешь, так это пунктуальности. Сказал «через полчаса», значит, ровно через тридцать минут он будет звонить в дверь. Удивительная особенность в наше-то время.

– Значит, еще и котлеты, – правильно понял энтузиазм моего бывшего мужа Вася и потопал к холодильнику, чтобы достать фарш и пожарить еще партию. Аппетит у Николая… хороший, в общем, аппетит.

Теодор мрачно убивал свою котлету на тарелке и превращал в пюре ломтики жареной картошки. Ему домовой выдал порцию, пока я общалась по телефону. Я оценила кровожадность некроманта, который в тарелке видел явно не обычную еду, а как минимум врага.

– Пойду переоденусь, – сообщила я, вставая из-за стола. – Сейчас приедет представитель ВУСВОМа. Везет бумаги, разные мелочи и машину.

Я успела умыться, причесаться и переодеться в симпатичное домашнее платье, как в дверь позвонили. На пороге обнаружился молоденький оборотень, который сначала принюхался ко мне и лишь после этого вручил папку и коробку.

– Документы на машину и ключи – в коробке, скатерть и амулеты там же. Ваш экземпляр договора – в папке. Подпишите бланк накладной, – протараторил он и сунул мне под нос бумажку.

Подписала, разумеется, но сначала проверила содержимое коробки.

Курьер убежал, перепрыгивая через ступеньку и игнорируя лифт. Молоденький волчок, энергия прёт, а вылить ее в городе некуда. Я с улыбкой покачала головой и отнесла полученное в квартиру. А через пять минут снова раздался звонок в дверь.

– Аринушка! – прогудел Николай, вваливаясь в коридор и легко втаскивая одной рукой походный рюкзак и сложенную палатку. – Ты ж моя красавица! – распахнул он объятия, бросив вещи на пол.

– Привет! – позволила я себя обнять и облобызать. Сама тоже чмокнула бывшего супруга в щечку и оглядела эту двухметровую гору мышц. – Ну ты прям… Коля, на диету посажу!

– Ну ты прям, – гулко хохотнул он, повторив мою фразу. – Ты же знаешь, любовь моя, ни жиринки.

– Вот это-то и пугает, – погрозила я пальцем. – Входи. Как нога? Пошептать?

– А можешь? – замер он на пороге кухни, не замечая сидящих там иностранца, Васю и двух фамильяров. – Ноет на погоду.

– Иди в спальню и снимай брюки, – жестом указала я направление. – Я сейчас. А плечо-то как?

– Аринушка, ну ты ж сама знаешь. Полечишь?

– Ох, Коля! – сердито шикнула я. – Слечь хочешь?

Николай гоготнул и потопал в спальню, на ходу стаскивая футболку и расстегивая джинсы.

– Теодор, вы пока посидите. Мы быстро, – глянула я на слегка оглушенного, задумчивого англичанина. – Вась, где склянка Ника?

Домовой ткнул деревянной лопаткой, которой переворачивал котлеты, на полку в углу и вернулся к своему занятию.

Минут десять мы провели с бывшим мужем в спальне. Я втирала в его плечо и бедро мазь и заговаривала. Старые травмы периодически давали о себе знать, и если бы не мои способности, Ник уже давно не смог бы заниматься своим любимым хобби и делом.

– Как личная жизнь? – спросила я, закончив и встав с кровати.

– Да всё так же, – громко фыркнул он, вытягиваясь во весь свой двухметровый рост на спине. – Жду, пока ты передумаешь и снова выйдешь за меня замуж.

– Никуся! – погрозила я ему пальцем. – А как та блондиночка?

– Которая из? – усмехнулся он.

– Понятно! Картошка остынет. И котлеты, – сообщила я.

– Эх, Аринушка, умеешь ты мужчину уговаривать, – захохотал он на всю спальню и легко вскочил.

Все время он ставил меня в тупик своей пластикой. Вот огромный ведь, реально медведь, хоть и обычный человек. Высоченный, мощный, сильный, накачанный, но при этом умудряется двигаться быстро и плавно, а в лесу ходит так, что и травинка не шелестнет под ногами. Не то что я – маленькая, а шумная, как бегемотик. Это его слова, не мои. Лично я предпочитаю себя считать стройной ланью. А веточки… Так под копытцами-то…

Кстати, все мои навыки выживания в лесу, умение ставить палатку, разводить костер, кашеварить в котелке и многое-многое другое у меня именно от него. Он всему научил, пока мы были женаты. Николай страстный любитель походов, сплавов на байдарке, туризма в целом, ну и спорта, само собой. Держит свой фитнес-зал, в котором есть и клуб любителей всех этих экстремальных увлечений, и этим зарабатывает на жизнь. Любовь у нас была яркая, сильная, страстная… Такая, что искры летели во все стороны. Правда, недолгая. Через два года я устала от такой полупоходной жизни, и мы развелись. Но Ник до сих пор относится ко мне нежно и трепетно, летит по первому зову и не задумываясь женился бы на мне снова, хотя я точно знаю – той феерии чувств, что была между нами в начале отношений и в браке, у него уже тоже не осталось.

К тому же баб у него за последние годы было… много, короче. Ни одна, правда, надолго не задерживалась. Но то они. А я – это я. Посмел бы хоть кто-то на меня косо посмотреть или слово плохое в мой адрес сказать, Ник порвал бы на лоскутки, а кого не порвал – размазал. Аринушка – это святое. Да.

Ну а я тоже тепло к нему относилась. Выручала, чем могла, залечивала его застарелые болячки. Он меня считал экстрасенсом, а в магию, ведьм, оборотней и прочую «ересь» не верил категорически. Василия, кстати, не видел и даже присутствия его не ощущал, а Беллу и Евграфия воспринимал как моих домашних питомцев.

– Пойдем, радость моя! – подхватил он на руки задумавшуюся меня и пошагал на кухню, куда его вел запах еды.

Вот так мы и вплыли на кухню. Там сразу же стало очень тесно, хотя метраж в моей квартире весьма внушительный, все до единого помещения просторные. Но там, где появлялся Ник, всегда сразу становилось тесно.

– Николай! – с порога громко представился мой бывший, аккуратно усаживая меня на диванчик и протягивая руку англичанину.

– Теодор, – встал и протянул ему руку некромант, отчего-то мрачный как сыч.

– И как там в ваших Англиях? – задал риторический вопрос Коля и отправился доставать себе тарелку и приборы. У меня дома он чувствовал себя уверенно, так как неоднократно тут бывал и всё знал. Я эту квартиру купила, когда мы уже были в разводе, но регулярно приглашала бывшего супруга в гости. – Королева как поживает? Принцы?

– Все здоровы, спасибо, – сухо отозвался житель туманного Альбиона.

– Ну и то хорошо, – усмехнулся Ник, вываливая на огромное блюдо со сковороды всю жареную картошку и сгружая туда же три котлеты. – Аринушка, ты будешь? – замер на мгновение, но тут же сам себе ответил: – А, нет, ты же такую не любишь.

Мортем метнул на меня взгляд из-под нахмуренных бровей, но ничего не спросил, а я пояснила:

– Мне нравится, когда ломтики по-другому нарезаны.

Вася усмехнулся в бороду и от греха подальше отошел к окну, а то как бы Николай его не затоптал. Не видит ведь домового духа.

– Белла, Евграфий. – Могучий гость с прищуром поприветствовал сидящих за столом притихших фамильяров. – Как жизнь звериная? Аринушка, вот всё же не права ты. Не дело диким животным обитать в городской квартире. Летяга твоя совсем хилая стала. Ей же тут простора никакого.

Белла вскинулась и зашипела, так как не считала себя хилой, но хватило одного моего взгляда, и она присмирела. Еще не хватало, чтобы белочка при Николае разговаривать начала.

– Енька, ну а ты? Ариш, ну почему енот-полоскун ест пирожное? – с укоризной произнес он. – Ну дикий зверь ведь! Он у тебя, конечно, за этот год отъелся и уже не такой доходяга, как был, когда ты его подобрала. Но все же! Солнышко, ну как можно быть такой безответственной? Давай я отвезу их на природу?

– Не надо! – в стотысячный раз отказалась я.

А Енька мрачно подхватил эклер, пока не отобрали, бочком выскользнул из-за стола и удрал в комнату. Знает уже, что Николай может и лишить такой вкусной, но неполезной еды. И ведь не объяснишь, что это не простые звери, а магические существа. Белла недолго думая отправилась следом за своим приятелем с полосатым хвостом. Как-то им спокойнее подальше от блюстителя прав диких животных.

Мортем слушал весь этот занимательный диалог с интересом, даже брови приподнял. Но не вмешивался и заступаться за своего фамильяра, который чуть не лишился выпечки, не спешил.

– Так что, любовь моя? – спросил Ник, проводив взглядом белку и неодобрительно покачав головой. – Куда вас с Теодором отправляют? Может, помочь? Я могу съездить с вами.

– Не нужно, – покачала я головой. – Коленька, ну ты же знаешь. Мы экстрасенсы, у нас своя специфика работы.

– Теодор, а вы тоже из этих… со способностями? А что вы умеете?

– Многое, – буркнул некромант и взглядом согнул ложку пополам.

О как!

– А ну не портить мне приборы! – шикнула я и отобрала у бывшего мужа вторую ложку, которую он собрался тоже согнуть, но уже не взглядом, а пальцами. – Николай! Теодор!

– Всё-всё! Больше не буду! – расхохотался Коля и приступил к еде. – Ох и вкусно же ты готовишь, Аринушка.

Я вкусно готовить не умела. Что-то простое и незамысловатое – это легко. А так, как у Васи, у меня не выходило. Но поскольку Ник домового не видел, то все годы нашего знакомства и брака свято верил, что это я такой чудесный повар. Василий Васильевич добродушно посмеивался на это и продолжал радовать бездонный желудок моего муженька вкусной сытной пищей.

Быстро приговорив огромную порцию еды, Николай встал и сам помыл за собой посуду. Огляделся, включил чайник и спросил нас с Теодором:

– Чаю?

Мы отказались, а Вася только глаза закатил. Он не любил, когда на его кухне кто-то хозяйничал (даже я), но против Николая был бессилен.

– Так куда вас сначала отправляют, Ариш? – уточнил мой бывший.

Я назвала и спустя несколько минут получила подробную инструкцию: как ехать, где лучше свернуть, где за каким кустом на обочинах дороги притаились служители полосатого жезла. Кроме этого, прогноз погоды на ближайших три дня.

Наконец, Коля расцеловал меня, обнял на прощание, стребовал клятвенное заверение, что я непременно позвоню ему и позову, если вдруг понадобится помощь, и уехал.

Тут же на кухню вернулись Енька и Белла.

– Фу-у-х! – выдохнул енот, вскарабкиваясь на диванчик и шаря взглядом по столу. – Всё съел или что-нибудь осталось?

– Арин, вот всем хорош твой первый бывший муж. Практически идеальный мужчина. Я бы его даже любила, если бы он так настойчиво не пытался «вернуть» меня в дикую природу, – проворчала белка, хватая со стола орешек и начиная его нервно грызть.

Я улыбнулась, но отвечать не стала. У меня все мужья хорошими были, и со всеми мы до сих пор общаемся. И любой, кстати, снова на мне женится, если вдруг я захочу.

Мортем комментировать Николая и его поведение не стал. Молчал и с задумчивым видом посматривал то на меня, то на Беллу, то на своего фамильяра.


Когда все успокоились, угомонились, Енька выскользнул из-под стола, а через минуту вернулся из коридора, волоча по полу свое одеялко.

– Белла, идем спать, – зевнул он, показывая зубки.

– А чего это? – замер мой фамильяр. – Нечего тут посторонним мужчинам ночевать!

– Белл, ты чё? – удивился енот-полоскун, глядя на свою подружку. – Какой же я тебе посторонний?

Я прыснула от смеха, слушая их разговор, и скосила глаза на Мортема. На его лице одновременно отразились смущение и досада, и он явно размышлял, как бы так деликатно сообщить, что кое-кто никуда ехать не собирается, а навострился на мой диван в гостиной.

– Арина, я взял на себя смелость… – кашлянув, заговорил некромант. – Нам ведь выезжать завтра утром, а машина у твоего дома. Чтобы тебе не пришлось терять время и заезжать за мной в отель…

– Грустно там, ага, – влез в разговор «деликатный» енот. – И кормят плохо, и телевизор барахлит, и поговорить не с кем.

Василий, не выдержав, рассмеялся, но тут же ушел мыть посуду, чтобы не смущать порозовевшего англичанина. Нет, все же удивительно. Взрослый мужчина, маг смерти, а краснеть не разучился.

– Вась, собери мои вещи в дорогу, – не стала я акцентировать внимание на этом. – Нужно загрузить все с вечера в машину. И еще ж ступу и метлу прятать. Теодор, ты вещи свои все приготовил?

– Рабочие? Разумеется, – кивнул он, старательно отводя глаза в сторону. Все же ему неловко, хотя он и пытается не показывать виду. Выдал его собственный фамильяр со всеми потрохами.

– Нет, я про одежду и обувь. Ты же не можешь ехать в этом деловом костюме.

– А что с ним не так? – поднял брови англичанин. – Мы же не в тайгу собираемся, а всего-то в пригород.

– О-о-о… Как всё запущенно, – пригорюнилась я. Побарабанила пальцами по столу и вкрадчиво поинтересовалась: – Теодор, ты когда-нибудь бывал в отдаленных российских деревнях? Или только в английских?

– В российских не бывал. Но не думаю, что такая уж большая разница, – повел бровью этот наивный человек. – А зонт у меня с собой есть. Я ведь англичанин, что такое сырость и дождливая погода знаю не понаслышке.

– То есть походной обуви, резиновых сапог, одежды, которую не жалко пачкать, ветровки и так далее у тебя с собой нет. Ты предполагал ехать в костюме и модельных туфлях, – констатировала я.

Почуяв подвох, Теодор внимательно на меня уставился.

– Мистер Смерть, тебя ждет сюрприз, – вздохнула я. – Завтра, перед тем как выехать за город, заскочим в спортивный магазин. Тебе нужны нормальная одежда и обувь. А сейчас сходи к своему фамильяру, попроси его показать тебе «кино», чего примерно ожидать. К тому же велика вероятность, что нам понадобится углубляться в лес, а не только пройтись по деревне. Я ведь не зря у Николая попросила палатку и спальный мешок.

Остаток вечера прошел в сборах. Мы с Васей занимались делами, Теодор сидел рядом с Евграфием с отрешенным лицом, Белла спала, распластавшись на спине енота, изображая мохнатую хвостатую камбалу.

А когда стемнело и стихло, пришло время грузить в машину ступу. Прикрывшись чарами, я аккуратно спланировала вниз с лоджии и шепотом скомандовала некроманту, как ее уложить и закрепить, чтобы она не болталась при езде. Автомобиль нам выделили такой, как я и заказывала: «уазик» неброского графитового цвета. Хорошо хоть, не темно-зеленого и не черного. Только эта полувоенная машинка была модифицирована и напичкана под завязку разными хитростями. На такой мы точно нигде не застрянем и не будем привлекать внимания. А чтобы не выглядеть излишне пафосно, я из пульверизатора опрыскала наш новенький транспорт водичкой и припорошила пылью, нагнав ее с помощью чар.

– А это зачем? – озадачился Мортем. – Разве машины, наоборот, не моют, перед тем как отправиться в дальнюю дорогу?

– Наверное, моют. Но мы запылимся, – коротко отозвалась я, а потом все же пояснила: – Зачем нам блестеть, сиять и демонстрировать, какие мы чистые, новые и дорогие?


Утром мы быстро собрались, позавтракали, забрали еду, приготовленную нам в дорогу хозяйственным Василием, и тронулись в путь. Осознав, что его представления о российской глубинке ошибочны и она (глубинка) совсем не такая благостная и пасторальная, как английская, Теодор ни слова не сказал, когда я притормозила в теньке у большого магазина, в котором торговали спортивными и туристическими товарами. Енота и белку-летягу оставили в машине, чуть приоткрыв окна, чтобы воздух проникал внутрь через щелочки и в салоне не было душно.

Покупки совершили стремительно. Я шла по рядам, выхватывала с вешалок то, что считала необходимым, и передавала следующему за мной по пятам некроманту. Он, вероятно, решил положиться на меня и не спорил, молча принимал вещи. Точно таким же вихрем я пролетела по обувному отделу. Размер ноги своего спутника я глянула еще дома, так что сейчас затребовала у служащих магазина несколько пар из выбранных мной моделей. И после того как Теодор их примерил и определился с удобством колодки, велела продавцу нести на кассу.

– А одежду? Вдруг размер не подойдет? – поднял брови Теодор, когда я поманила его с горой вещей.

– Поверь, всё подойдет. У меня глаз наметан.

Он насмешливо хмыкнул, иронично поднял брови, но, вероятно, решил продемонстрировать мне, как я заблуждаюсь. Зря, кстати. У меня глаз – алмаз. Я визуально определяю, подойдет ли одежда данному конкретному индивидууму, не обращая внимания на размерность, которую пишут производители. На них вообще полагаться нельзя, творят что хотят… Так что всё сама, всё сама…

Кое-что я попросила упаковать основательно, а один комплект – отдельно и сразу срезать с него ценники. И к нему же пару обуви отложила. Удобные кроссовки – самое то, что нам сейчас нужно. Расплачивалась, к слову, одной из банковских карт, выданных нам в ВУСВОМе.

– Переодевайся, я подожду в машине, – велела я Теодору, сунув ему в руки пакет с этими лишенными этикеток вещами.

– Арина, – нахмурился он.