Вы здесь

Между жизнью и жизнью. Глава 2. Не торопись, всё равно не успеешь… (Станислав Былич, 2015)

Глава 2. Не торопись, всё равно не успеешь…

По пути на остановку Сэм купил в киоске свежую газету и пачку «Лаки Страйк». Это были не самые дорогие и не самые лучшие сигареты, но они напоминали ему о юности. О пыльном и сером Бостоне начала и середины девяностых с его дорогими небоскрёбами финансового района и окрестностей Бек-Бэй, элитными университетами, бухтой с катерами и яхтами и простыми кварталами, в одном из которых вырос Сэм Робертс.

Такие города, как Бостон, делятся, как бы, на два города. Первый – это, когда ты смотришь прямо и под ноги, а второй – когда вверх и по сторонам. Сэм старался жить во втором. Он часто бывал в Норт-Энд, обедал там в одном из итальянских ресторанчиков, часто гулял по его улицам. Периодически посещал ТД Бэнкнорт-Гарден, который во времена его юности носил имя «Флит-центр» и всей душой болел там за Селтикс. Сэм искал красоту во всём: в небоскрёбах, в дымящих трубах, в потрёпанных временем зданиях. Он любил смотреть на вечерний город с моста Лонгфелло, и пыльный рабочий Бостон казался ему сказочно красивым. Сэмуэль часто по работе бывал в Нью-Йорке, Чикаго и Торонто, иногда летал на юг в Майами, но сердце его оставалось в столице Новой Англии. Здесь в каждом кирпичике старых зданий, в каждой капле солёной воды и в каждом кубическом сантиметре пыльного воздуха жило его детство. Здесь жили его родители, здесь он в первый раз влюбился, выпил первую бутылку Миллера, и выкурил первую сигарету из белой пачки с красным кругом и позитивной надписью «Лаки Страйк».

Сэм ехал на работу, размышляя об этих двух приятелях: «Надо бы, по-хорошему, встретиться с Эндрю Стивенсом и послушать его „правдивую историю“, но желательно, чтобы МакАлистер об этом не знал. Хотя, если они всё-таки в сговоре, то смысла в этой конспирации нет. Думай, Сэм, думай…»

Заходя в кабинет, адвокат не придал значение тому факту, что ключ в замке провернулся один раз вместо обычных двух. Голова его была занята другими мыслями, а рукам было всё равно, сколько раз поворачивать ключ. Автоматическим движением он положил его на комод, повесил пальто и шляпу на вешалку и прошёл к столу. Присев на минуту, и осмотревшись на столе, Сэм встал и, схватив фарфоровую чашку, быстрым шагом подошёл к кофеварке. Наливая чёрный, как уголь, напиток, он думал над одним и тем же – вызвать Эндрю Стивенса или нет. И решил всё-таки вызвать. Через городской телефонный справочник он узнал его номер и позвонил, не откладывая. Стивенс был несколько удивлён звонку, по крайней мере, это прослеживалось в его голосе. Он, естественно, согласился приехать в офис к адвокату и вполне учтивым тоном договорился о встрече, которая должна была состояться через час.

Весь этот час Сэм обдумывал, что может сказать Эндрю, как он может подготовиться, о чём он может договориться с Артуром. Сэм понимал, что этот разговор будет очень важным, поведение Стивенса может многое выдать и прояснить. Только нужно внимательно слушать его и следить за интонациями, мимикой, небрежно брошенными словами, нестыкующимися фактами и описаниями, в общем, за всеми мелочами.

В условленное время в дверь постучали. Затем, не дожидаясь ответа, в кабинет вошёл мужчина лет сорока, внешностью и поведением немного напоминавший того незнакомца в кожаной куртке. Вёл он себя более чем вежливо и спокойно. То есть полная противоположность поведению МакАлистера.

– Я присяду? – спросил мужчина, уже намереваясь сесть.

– Да, конечно, – кивнул адвокат.

– Меня зовут Эндрю Стивенс, мы договаривались встретиться.

– Да, я понял. Кофе? – вежливо предложил Сэм.

– Нет, спасибо, я только что пил.

Первое, на что обратил внимание Сэм это голос. Человек, который звонил ему неделю назад, говорил сбивчиво, возбуждённо, а этот более чем уверен в себе. Обстоятельства изменились, или опять опрометчивая наигранность?.. Или это вообще разные люди?..

– Ну, так… Что же всё-таки произошло? – как бы наивно начал Сэмуэль, но в глазах его блеснула едва заметная хитринка.

– Как я говорил Вам по телефону неделю назад, мой приятель Артур МакАлистер обманом пытается заполучить мой автомобиль. Он воспользовался моим нетрезвым состоянием и подсунул мне договор купли-продажи, сказал, что завтра снимет деньги со счёта и отдаст их мне. Я вообще-то имел планы продать машину, я редко ею пользовался, к тому же в таком состоянии желания всегда пересиливают здравый смысл. Ну, я и согласился. Сумма меня более чем устроила. А на следующий день он позвонил мне и спросил о машине. Я в ответ спросил у него про мои деньги, а он сказал, что я спьяну, видимо, забыл, что получил их вчера и обещал сегодня передать ему автомобиль..

– Я разговаривал с Артуром на днях, – перебил Сэм. – Он рассказал мне совершенно другую историю. А ещё он сказал, что Вы якобы наняли меня и намерены выиграть дело.

– Я говорил ему, что найму хорошего адвоката, чтобы как-то припугнуть его, но на него это не подействовало. Он собирается подавать на меня в суд, ведь теперь получается, что я угнал его машину… Закон ведь на его стороне.

– Ну, почему… Если Вы сможете доказать, что в момент подписания договора не находились в здравом рассудке, то суд примет Вашу сторону, а его обвинят в мошенничестве.

– А как мне это доказать? Свидетелей-то не было…

– Вот это уже проблема… – вздохнул Сэм и уставился в окно. – Где вы выпивали в тот момент? В каком заведении?

– В каком-то кабаке на улице Сэлем. Я точно не помню…

Сэм частенько бывал в том районе и знал почти все местные «кабаки». Добрая их половина, кстати, была вполне приличными заведениями, в которые можно сходить семьёй, чтобы отметить день рождения. Обычно там достаточно многолюдно, ведь это один из лучших районов в Бостоне. И очень маловероятно, что в каком-то из этих заведений не было посетителей кроме наших приятелей. Или Эндрю был настолько пьян, или он водит адвоката за нос!

– Неужели в этом заведении не было ни одного посетителя, который мог бы свидетельствовать в вашу пользу?

– Мистер Робертс, я не помню, я приехал туда уже нетрезвым. Я помню только одно, что всё вокруг казалось мне каким-то необычным. Я выпиваю иногда и поэтому знаю, что должен испытывать человек в таком состоянии, но в тот раз всё выглядело не как обычно.

– Ну, хорошо, пока Артур не подал на вас, у нас ещё есть несколько дней. Я попробую что-нибудь сделать.

– Спасибо Вам, мистер Робертс.

– Пока ещё не за что, мистер Стивенс. Я позвоню Вам завтра.

Эндрю встал и, обозначив небольшой поклон, развернулся и вышел в дверь. В отличие от МакАлистера, он не подхалимничал и вёл себя более чем достойно. Сэм отчётливо услышал удаляющиеся громкие шаги Эндрю по коридору, а затем по лестнице, как будто тот специально показывал, что не стоит за дверью, а именно уходит. Сэм остался размышлять. Первое, что пришло ему в голову это съездить на улицу Сэлем и пройтись по «кабакам» в надежде на то, что кто-нибудь из местных сотрудников вспомнит что-то похожее на рассказы приятелей.


Немного посидев в кабинете, Сэм решительно вздохнул и засобирался. Он взял свой блокнот, и на всякий случай диктофон, оделся и вышел в коридор. Как обычно осмотревшись по сторонам, он повернул ключ в замке на два оборота и направился к выходу. Чтобы сэкономить время, поймал такси. По дороге в Норт-Энд он составлял в уме примерную последовательность заведений, в которые успеет зайти сегодня.

Пробок ещё не было, и такси быстро доставило Сэмуэля на улицу Сэлем. Адвокат протянул водителю деньги, не дожидаясь сдачи, поблагодарил его и вышел из машины. На улице было не так оживлённо, как в час-пик. Из какого-то двора доносилась итальянская музыка, из другого вой автомобильной сигнализации и чьи-то крики с балкона. Сэм любил этот район, он был живым, он был каким-то европейским. Пятном яркой краски на потёртой коричневой куртке…

Осмотревшись по сторонам, он решил пойти вниз по улице, попутно заходя в заведения различного уровня. На какую-то долю секунды он даже забыл, зачем приехал сюда. Ну, никак этот район не ассоциировался у Сэма с чем-то негативным. Зайдя в первый же бар, даже не прочитав его названия, Сэм обратил внимание, что посетителей в нём немного, и бармен настолько вяло протирает стаканы, что, видимо, жизнь тут очень неспешна, и любое из тех немногочисленных событий, которые всё-таки волею судьбы произошли в этом «клубе пенсионеров» просто обязано надолго впечататься в его память. К этому бармену и подошёл Сэм.

– Добрый день, меня зовут Сэмуэль Робертс, я адвокат, – показывая удостоверение, обратился Сэм.

– Добрый день, чем могу помочь, мистер Робертс?

– Вы не помните, случайно, около полутора недель назад к вам не приходили двое подвыпивших приятелей, один из которых был намного пьянее другого? Они должны были в ходе общения подписывать какие-то документы.

– Мистер Робертс, у меня отличная память. Я работаю в этом баре уже двадцать лет и помню много интересных событий. Наш бар, знаете ли, отличается от этих бесконечных и бессмысленных заведений, которых полно в Бостоне. А знаете чем? Тем, что мы чтим традиции. К нам не заходят случайные люди, слоняющиеся без дела, к нам идут только эстеты. Те немногие оставшиеся ценители английской барной культуры, которых ещё не переработала звёздно-полосатая мясорубка..

– Мистер…

– Смит. Ричард Смит.

– Мистер Смит, нельзя ли ближе к делу, мне ещё нужно навестить остальные заведения на этой улице.

– Не торопитесь, Сэмуэль. Прожив шесть десятков лет, я понял, что в жизни торопиться некуда и незачем. Всё равно не успеешь. А что суждено, от того не убежишь. Я готов Вас заверить, что в остальные заведения улицы Сэлем Вам идти совершенно необязательно.

– Это почему же?

– Да потому, уважаемый господин адвокат, что я отлично помню ту ситуацию, о которой Вы мне говорите. Более того, мне кажется, что у Вас не все дома, или Вы разыгрываете меня.

– Почему это? – Сэм округлил глаза.

– Потому что вместе с этими приятелями осушал бутылки здесь ещё кое-кто…

– Кто?! Как он выглядел?! Вы можете его описать?? – оживился Сэм, схватившись за блокнот.

– А мне его и описывать не надо, ведь это были Вы.

– Вы что издеваетесь?! Как я, если я был на работе, в своём офисе?!

– Мистер Робертс, если Вы хотите поскандалить, то идите в другой бар. Если я Вам говорю, что это были Вы, значит, это были Вы. Я не имею интереса врать Вам.

– Но постойте… Это невозможно… Я ведь помню, что был в офисе в тот день. Чёрт, это совершенно невозможно! Я что сумасшедший, по-вашему?!

– Я не сомневаюсь в том, что Вы абсолютно нормальный и здравомыслящий человек, но судя по тому состоянию, в котором Вы находились, меня Ваша амнезия совершенно не удивляет…

Сэм сел на банкетку и попросил бармена налить ему пива.

– Может быть виски? – осторожно предложил Смит.

– Что?.. Да… Пожалуй… – промямлил Сэм.

На часах, что висели чуть правее от витрины с алкоголем, было 15—30.

Сэм почти незаметно осушил первый стакан и попросил второй. Бармен, с чувством собственного профессионализма, ловким движением наполнил стакан и поставил перед Сэмом английское фарфоровое блюдце с ломтиками лимона.

Сэм не утонул в мыслях, скорее он просто погрузился в них, как аквалангист в поисках затонувшего клада. Но безрезультатно прочесав толщу этой воды, он предпочёл всплыть на поверхность и прибегнуть к услугам эхолота, то есть бармена…

– Мистер Смит..

– Можно просто Ричард.

– Ричард, Вы понимаете, что от Ваших слов многое зависит, в том числе и в моей жизни?

– Прекрасно понимаю, поэтому и даю Вам расслабиться.

– Расскажите мне всё, что Вы успели заметить в тот вечер.

– Сэмуэль, Вам повезло, ведь у меня почти стопроцентная память и я с удовольствием расскажу Вам всё. Итак, где-то около семи вечера в мой бар вошли два человека. Одним из них были Вы, уже, кстати, весьма нетрезвый, а вторым молодой человек примерно Вашего возраста, абсолютно не стоявший на ногах, но в силу своей интеллигентности старающийся держаться достойно. Вы прошли мимо меня и уселись вон за тот столик в углу. Затем заказали бутылку виски, я принёс его с двумя стаканами и вы оба, как уголовники, только что вышедшие из тюрьмы, и давно не пившие подобных напитков, набросились на эту бутылку. Мне эта странность вашего поведения хорошо въелась в память, может быть, поэтому я и запомнил так хорошо тот вечер. Вскоре в дверях появилась фигура довольно неказисто одетого мужчины лет сорока, который, кстати, хорошо подошёл бы на роль только что освободившегося заключённого. В отличие от вас двоих, он вёл себя хладнокровно, трезво, и точно знал, зачем он здесь находится. Он оценил обстановку, подошёл ко мне и сел у стойки. Заказал стакан сока и попросил бутылку виски. Я дал ему. Он открыл её, повертел, как бы понюхав, и попросил меня передать вам эту бутылку от его лица. Я выполнил его просьбу, и в тот момент, когда я вручал вам бутылку, он повернулся в нашу сторону и из-под козырька начал наблюдать за вашим пьяным безумием. Я сказал, что эта бутылка от того человека у стойки и Ваш собутыльник, видимо, узнав его сквозь пьяный угар, попытался вскочить с места, чтобы поприветствовать, но не смог. Допив первую бутылку, вы принялись за вторую… Мужчина за стойкой, немного подождав, взял у меня чистый стакан и присел за ваш столик так, как будто и сидел там весь вечер. Я продолжал следить за вами, так как ваша компания казалась мне подозрительной. И вот, на часах начало десятого, вы с молодым человеком уже абсолютно пьяны, причём как-то странно пьяны, как будто не от алкоголя, а, простите, от наркотика… (слова «от наркотика» Смит произнёс полушёпотом, озираясь по сторонам) А мужчина при этом оставался практически трезвым. Меня насторожило это, не был он похож на вашего собутыльника, слишком разные весовые категории, если можно так выразиться. Где-то около одиннадцати мужчина вызвал такси со своего телефона и стал подгонять вас к выходу. Затем вся ваша компания удалилась из бара, прихватив, кстати, пустые бутылки из-под виски. Больше я никого из вас не видел, видимо, подъехала машина и развезла вас по домам… Вот и вся история.

– А стаканы?! – пришло в голову Сэму.

– Стаканы я сразу вымыл, по привычке. Только потом до меня дошло, что на них что-то могло остаться. Не зря ведь этот уголовник забрал с собой все бутылки.

– Н-да… Эти стаканы могли бы стать уликами, в случае чего… А почему я не помню как добрался домой? Почему жена мне ничего не рассказывала об этом… Чёрт… Она же уезжала к родственникам в Квебек на несколько дней… Какое стечение обстоятельств… Или заранее спланированная операция?.. Ничего не понимаю…

Сэм допил виски и собрался уходить. Он бросил автоматический взгляд на часы. Было 17—45. Конец рабочего дня.

– Благодарю Вас, мистер Смит за то, что Вы рассказали мне. Не знаю, что со мной теперь будет, но Вашу помощь я никогда не забуду.

Получив в ответ одобрительную улыбку, протирающего стаканы пожилого бармена, Сэмуэль вышел на улицу. На Сэлем-стрит было уже порядком оживлённее, всё-таки наступал час-пик. Сэм поймал такси и поехал домой…

По дороге он думал обо всём этом, и сердце его, то сжималось, чувствуя какую-то безысходность и безвыходность, то начинало бешено биться. Кому и зачем нужно подставлять его под уголовную статью?.. Какой им с этого интерес?.. Кому и зачем нужно убирать меня с дороги?.. Может конкуренты?.. Но в нашем деле работы хватает всем, поэтому особой конкуренции нет… Ничего не могу понять… И Сюзанна уехала к родственникам именно в тот момент… Может те, кто хотел подставить меня, специально выбрали такой момент?.. Интуиция мне подсказывает, что мне в тот вечер что-то подмешали. А ещё она мне подсказывает, что нужно сейчас заехать в офис и порыться там.

– Водитель! Поворачиваем на Бек-Бэй!


Офис находился в таком здании, которое хорошо просматривалось с разных сторон. Подъезжая к нему, сквозь тонированное окно такси Сэм увидел, что возле входа стоят полицейские и о чём-то говорят с консьержем. Сердце забилось сильнее. Он попросил водителя проехать чуть дальше и припарковаться на противоположной стороне улицы. Водитель так и сделал. Сэм смотрел на всю эту картину через тонированное стекло машины и пытался понять, что происходит. Точнее сказать, он всё уже достаточно понял. Не зря он всё-таки был одним из лучших адвокатов Бостона.

«Значит так. Кто-то заказал этим бандитам убрать меня с дороги, но не грубо, а изощрённым способом. Убрать с дороги адвоката и поставить крест на его карьере можно только путём вовлечения его в серьёзный скандал или подставив его под статью и упрятать за решётку на много лет. В офисе мне больше делать нечего. Завтра утром в полицейской среде уже будет вращаться какая-то информация. Я позвоню Майклу и постараюсь узнать у него, что произошло…»

Майкл Бонетти был школьным другом Сэма. Они были очень близки с детства и всегда доверяли друг другу на сто процентов. Кроме этого лейтенант Бонетти служил начальником отдела криминальной полиции Бостона, и естественно вся подобная информация проходила через него.

«Но как я могу быть уверенным в том, что они не учли тот факт, что начальник отдела в криминальной полиции – мой друг?.. Что, если они уже вышли на него?.. Что если его заставили работать против меня?! Я не узнаю этого, пока не поговорю с ним… Так, теперь домой… А что, если и там засада!.. Надо позвонить Сюзанне», – Сэм достал из кармана телефон и набрал номер Сюзанны.

– Да, Сэм…

– Алло! Милая, ты дома? Как дела?

– Нет… Я сегодня была у врача и у меня обнаружили опухоль. Естественно сразу положили в больницу, сейчас буду проходить разные процедуры, а потом должны назначить операцию…

– О, Господи… Ну это не серьёзно?

– Врач сказал, что на этой стадии нет, но ближайшие пару недель мне точно придётся провести в больнице.

– Ну, главное, что ничего серьёзного! Это хорошо, что ты пошла в больницу! Тебя скоро вылечат!

Говоря эти слова, Сэм про себя думал о каком-то провидении, направившем Сюзанну в больницу именно сегодня. И это даже хорошо, что ближайшие пару недель она будет не дома.

«Теперь можно ехать домой. Будь, что будет…»