Вы здесь

Любовь, или Кошка на окошке. Глава 2. Вставлять или выставлять (Алина Кускова, 2015)

Глава 2. Вставлять или выставлять

Он стоял и поражался чистой незамутненной женской наглости. Эта легкомысленная девица, сразу положившая на него глаз, врала как сивый мерин. Евгений не знал, безусловно, как врут сивые мерины и делают ли они когда-нибудь подобные вещи. Но факт был налицо. Квартирантка, как ее называл про себя он, умудрилась буквально одной фразой о благополучном знакомстве втереться в доверие к его родной бабке! Ему ничего не оставалось делать, как согласиться с этой вертихвосткой. И с таким хамелеоном ему придется жить в одной квартире! Вот на что его обрекли родственники…

Произошло это месяц назад. Ничто не предвещало неприятностей. Бабасик вдруг ни с того ни с сего решила провести ремонт в родительской квартире, где до этого вполне спокойно проживал ее внук. Родители уехали на все лето за границу, решив, что на чужбине прожить жаркое время года на дешевых овощах и фруктах гораздо выгоднее. На каком основании с их квартирой так жестоко расправилась Ольга Геральдовна, Евгений прекрасно знал – никто ни в чем бабасику отказать не мог. Она сразу же хваталась за сердце и грозила домашним скорыми похоронами.

На него влияние Ольги Геральдовны распространялось волнами: временами Женя слушал ее мудрые советы, временами пропускал мимо ушей. Особенно ему не нравилось то, что бабуля всячески пыталась его сосватать, считая, что в тридцать пять лет не иметь детей – смертный грех. Она подсовывала Евгешечке своих молодых знакомых и соседок, но упрямый внук сопротивлялся сближению изо всех сил. В душе он ждал ЕЕ – прекрасную принцессу, в которую влюбится с первого взгляда. Его девушка должна быть настоящей леди, а не трамвайной хамкой – как внезапно появившаяся квартирантка.

О том, что в бабулиной квартире помимо него будет жить еще кто-то, Евгений не подумал. Ничто не предвещало беды. Бабуля привычно собралась жить на даче, но отчего-то вдруг решила отделаться от Матильды, с которой была неразлучна все последнее время. Ольга Геральдовна сказала внуку, что у нее внезапно началась аллергия на кошачью шерсть. Тому ничего не оставалось делать, как предложить взять Матильду к себе, то есть к бабуле. Ведь он собирался жить на ее территории. Ольга Геральдовна обрадовалась предложению и тут же на него согласилась, сопроводив намерения Евгения ухаживать за кошкой ценными советами по ее обслуживанию.

– Только тебе я доверяю свое дорогое животное! – торжественно сказала бабуля и пообещала привезти Матильду на следующий день.

Она сдержала свое обещание. Но для Евгения стало полным сюрпризом, что помимо него и кошки в квартире будет кто-то третий. И явно лишний. И вот он, вернее, она стояла перед ним и Ольгой Геральдовной и на голубом глазу врала про то, как они с Евгением мирно сосуществуют на бабусиной жилплощади. А Евгению ничего другого не оставалось, как поддакивать этой злобной фурии.

Он попытался рассказать о том, что эта негодяйка закрыла его в его собственной комнате, но вовремя решил, что та откажется от подлого поступка, а бабуля ему элементарно не поверит. Ни одному нормальному человеку не придет в голову закрывать другого нормального человека! На это способны только ненормальные!

Точно. Эта девица – психически неустойчива.

Пока Ольга Геральдовна, переместившись на кухню, под громкие восторженные вскрики наглой хамки располагала кошку, Евгений прошел следом и пригляделся. Действительно, раскрасневшаяся девица, поправляя свой мышиный хвостик, нервно подергивала правым глазом и кривила ртом в правую сторону. Отчего в правую, а не в левую? В какую сторону, следуя психологическим изысканиям, лгуны кривят свой рот? Нужно будет поискать в Интернете нужную информацию.

– Какая прелесть!

От звука писклявого голоса Евгений вздрогнул. Это исчадие ада восторгалось их кошкой! Да девица на все согласна, лишь бы остаться здесь жить!

– Но, Ольга Геральдовна, – тут же послышался возмущенный голос этой самой девицы, – не кажется ли вам, что кошке лучше жить в коридоре?

– Нет, – возразила бабуля, за что Евгений был ей очень благодарен. – Мне так не кажется. Матильда привыкла к теплу, она любит обитать там, где варят и жарят.

– Но я совсем мало готовлю, – сделала признание девица.

– И я как-то не в поварском училище учился, – спохватился Евгений, во всем этом чувствуя непременный подвох.

– Ничего, – лукаво кивнула Ольга Геральдовна, – научитесь. Составите график дежурства: кому, когда и что готовить. Меню Матильды я распишу сразу на несколько дней вперед. Приеду – взвешу свою малышку, проверю, насколько ее организм оздоровился после вашей совместной трогательной заботы.

– Совместной?! – заподозрил неладное Евгений.

– Дорогой внук, – вздохнула Ольга Геральдовна, – ты что, хочешь ухаживать за Матильдой один?

– Нет, – честно признался Евгений. – Я не готов. К тому же я занят. Сейчас у меня идет важный проект, который отнимает массу времени.

– А вы, Евгения? – повернулась к девице Ольга Геральдовна. – Вы готовы одна за ней ухаживать?

– Вроде как да, – пробормотала та. – Мы же договаривались. Но если в вашем меню для Моти будет селедка под шубой, то я одна точно не справлюсь.

– Голубушка, – возмутилась бабуля. – Не Мотя, а Матильда, сколько раз вам это повторять! И да, она привыкла питаться качественно. Селедку под шубой Матильда не ест. Свеклу не переносит. А вот заливное из рыбы готовить ей придется.

– Заливное?! – обомлела девица, чем изрядно обрадовала Евгения.

– Из рыбы, – довольно убедительно уточнил он, едва сдерживаясь, чтобы не добавить: «Из акулы, которую тебе придется поймать в водах Тихого океана голыми руками!»

– Ну, ничего, – покладисто заявила девица, – вдвоем-то мы точно справимся!

И так многозначительно и колко посмотрела на Евгения, что ему поплохело. Эта фурия его доконает.

– У меня проект, – простонал он, – какая рыба?!

– Ну, не акулу же я заставляю тебя для Матильды ловить, – усмехнулась Ольга Геральдовна.

Виновница спора тем временем полностью высунулась из переноски, выгнула спинку, потянула лапки, мурлыкнула запоздалое приветствие и направилась к миске, поставленной возле плиты. Ее мягкая шерстка пушилась, переливалась, как у животного, за которым отменно ухаживали. Евгению безумно захотелось ее погладить. Но он подумал, а поймет ли девица этот его жест правильно. Еще решит, что у него слишком мягкий характер! Но об этом, видимо, подумала бабуля.

– Евгений! – скомандовала Ольга Геральдовна. – Срочно налей Матильде воды! Только не из-под крана! Открой бутилированную. Евгения! А вы знаете, что кошкам ни в коем случае нельзя давать пить воду из-под крана? От этой воды у них образуются камни в почках. Первое правило приличных кошководов – вода для питомца должна быть в десять раз лучше, чем для себя самого.

– Я ей налью, – опередила Евгения девица, нагло протискиваясь вперед.

Не очень-то и хотелось, вяло подумал он и поморщился.

– Ах, какая у нашей Матильды блестящая спинка, – пока наливала воду, приговаривала квартирантка. – А какая у нее белая мордочка, и бантик на шее беленький, как галстук.

– А сама-то она вся черненькая-черненькая, – запричитала бабуля.

Началось в колхозе утро! Евгений передернул плечами. Кошка как кошка. Обычная дворянка – еще котенком подобранная им в подъезде. Она быстро прижилась в семье и стала любимицей. Бабусик сочинила ей роскошную и весьма, кстати, убедительную родословную, так что теперь кичилась кошкой как козырным тузом. И ей верили: Матильда выглядела как королевская родственница и вела себя соответственно. Характерец у кошки был бабулин. Евгений это знал, как никто.

– …Ушки малюсенькие…

– Что скажешь, – поддерживала восхищение Ольга Геральдовна, – порода! Дворянские гены ничем не затмишь.

Матильда тем временем попила и вильнула хвостом.

– Жрать хочет, – определил Евгений.

– Кушать, а не жрать, – поморщилась Ольга Геральдовна. – Да, у Матильды сегодня еще во рту маковой росинки не было.

– В пасти, – поправил бабулю внук.

– Во рту! – настояла Ольга Геральдовна. – И прекратите спорить. Начинайте готовить.

– Готовить?! – хором воскликнули Женя и Женя.

– Да, – сказала бабуля, – начните с рыбного пюре.

– А как с него начать, Ольга Геральдовна? – поинтересовалась квартирантка.

Евгений ухмыльнулся – ну хоть в чем-то она не устроит бабасика. Та не любит, когда переспрашивают.

– Просто открыть банку, – улыбнулась бабуля. – Матильдочка, киска моя, иди к мамочке. Я с тобой попрощаюсь!

– Уже?! – обомлела девица.

– Уже, – произнес довольный Евгений.

– Да, мне пора, – кивнула Ольга Геральдовна. – Опоздаю на электричку, а потом большой перерыв.

– Ба, я тебя отвезу, – предложил Евгений, смутно догадываясь, что девице одной возиться с кошкой не очень-то и хочется.

– Ни в коем случае, – отмахнулась бабуля. – На трассах огромные пробки. Я не смогу в них томиться. По мне лучше плохо двигаться, чем хорошо стоять. И следите за Матильдой! Она не должна выходить на улицу. Евгеша, расскажи все о нашей Матильдочке Евгении. Мне некогда, я опаздываю. Переноску спрячьте в настенный шкаф. В чистый лоток засыпьте наполнитель. Все, Матильдочка, родная, я пошла.

Евгений не стал акцентировать внимание на том, что кошка ей дороже родного внука. Впрочем, так оно и было. Сколько он помнил Матильду, именно вокруг нее строилась жизнь их семьи. Если нужно было куда-нибудь поехать всем вместе: ему, родителям, бабуле, – то вставала наиважнейшая проблема – куда деть Матильдочку, чтобы она попала на все это время в хорошие руки. Люди отбирались тщательно, проверялись долго и в самый последний момент оказывались не достаточно пригодными для такой ответственной миссии. Приходилось брать кошку с собой, и любой отдых превращался в ад. По крайней мере для Евгения. Так что он с некоторых пор предпочитал ездить отдыхать один, родители тоже – сами по себе. И вот бабусик нашла для своей Матильды прислугу. Разумеется, это он не о себе, а о квартирантке, позарившейся на дешевое жилье. Или что там еще наобещала Ольга Геральдовна. Нет, он, безусловно, любил эту грациозную красивую кошку! Но истина дороже.


– Все. – Девица вернулась на кухню, где Матильда обнюхивала углы, а Евгений заваривал себе чай. – Проводила Ольгу Геральдовну! Давайте составим график. Я первая.

С чего бы это она захотела стать первой? Мысль пролетела в голове Евгения, но он ее упустил, потому что перелил в заварочный чайник воды.

– Вот зараза, – выругался он, имея в виду воду, конечно же. – Делайте что хотите!

– Сам дурак, – буркнула девица и принялась…

Открывать консервную банку! Так вот где она его обошла!

– Сам согласился, – продолжила бурчать та. – Иди, Мотечка, сюда. Иди, хорошая кошечка.

Накормить кошку консервами досталось ей только потому, что Евгений в это время был занят.

Конечно, Евгений мог заартачиться и наплевать на бабулины принципы составления графиков и прочей ерунды, ведь он уже далеко не мальчик, которому кто-то что-то может указывать. Но Евгений представил, как Ольга Геральдовна приезжает, видит изможденное несытными кормежками любимое животное, трагически хватается за сердце… А если оно у бабасика и в самом деле схватит так, что больше не отпустит?!

В этом шантаже и состояла его проблема.

– Мотечка ест с удовольствием.

Евгений посмотрел на чмокающее животное. Действительно, кошка уплетала консервы с аппетитом, словно до этого в ее жизни никогда не было подобной вкуснотищи. Да, бабуля права, дворянские гены дают о себе знать. В мозгу у кошки где-то записано, что ее уличные предки голодали, вот и выработался стойкий пожизненный аппетит.

Так, а на что намекает эта вредина?! На то, что она выполнила свою миссию на пять баллов? А вечером предстоит возиться с кошкой ему?! Впрочем, уже был вечер. Но Евгений знал, что Матильда любит нажраться на ночь. И если ее не покормить, то она спать не даст.

Когда кошка наелась, то пошла обозревать знакомые окрестности. Дверь в комнату девицы была открыта, и Матильда направилась туда. Вышла прямиком на балкон, и Евгений, а за ним девица кинулись следом. Но кошка не собиралась прыгать вниз, она распласталась на теплой подстилке и сделала вид, что спит.

– Это ее место, – сказал Евгений девице, чтобы та понимала – кошку отсюда гнать нельзя. – Лучше не мешать ее сну. Когда она не выспавшаяся, бывает злая. Может в лицо вцепиться всеми когтями сразу.

– Не пугайте меня, – хмыкнула квартирантка. – Мотька милое домашнее животное! А вот ваш сосед ее точно разбудит дебильными предложениями прыгнуть вниз. Ему за компанию все равно с кем – с человеком или кошкой.

– Гавриил? О, это несчастный человек! Его бросила…

– Жена?

– Его бросила родная мать!

– Оставила в детском доме?! Какая бесчеловечность!

– Оставила в квартире! Одного! И сказала, что не вернется, пока у нее не появятся внуки. Целыми днями он занимается тем, что выводит детей в пробирке.

– А естественным способом не пробовал?

– Для этого нужен как минимум еще один человек.

– Кто же?

– Женщина.

– Что вы говорите!

– Что знаю, то и говорю, – постарался прервать столь неожиданно долгий диалог Евгений.

– Тише, Мотьку разбудите, – шикнула на него нахалка. – Идите, занимайтесь своим проектом, я еще немного возле нашей кошечки постою. А что она любит больше всего?

Ого, подумал Евгений, чем заинтересовалась.

– Телячьи котлеты, – сказал он, ничуть не соврав.

Телячьи котлеты обожал Евгений. Если девица примется их делать, ему обязательно перепадет парочка. Он знал таких провинциалок: как засучат рукава, так принимаются ведро теста замешивать, из которого получается два ведра пирожков. Ешь не хочу!

– Как здорово! – обрадовалась потенциальная тестомеска. – У меня как раз одна в морозилке лежит!

– Одна?!

– Но я же рассчитывала на себя, – пожала плечами несостоявшаяся тестомеска и котлетожарщица.

Замечательно, ничего не скажешь! Сегодня ночью он будет спать голодным.

– Может быть, вы хотите ее съесть? – догадалась ехидная бестия.

– Еще чего, – поморщился Евгений. – Кошке пожарьте. А я посмотрю, как это вы станете на большой сковороде жарить одну-единственную котлету.

– А нечего смотреть, – фыркнула девица. – Сгоняли бы и купили еще штук пять! Я б нажарила, и мы б поели.

– Я не голоден!

Евгений и сам не понял, почему не согласился на довольно выгодную сделку. Кулинария с мясными полуфабрикатами находилась на первом этаже их дома. Котлеты стоили недорого. Нужно было только выйти за порог. Но дух противоречия сделал свое дело.

– Ладно, тогда обойдемся одной котлетой, – кивнула девица. – Я совсем есть не хочу.

На диете сидит, подумал Евгений. Они все хотят быть тонкими и звонкими. Вот дуры-то! Не понимают того, что не в теле счастье. Как бы оно ни было хорошо, стоит лишь такой дуре открыть рот, как из него попрыгают жабы. Особенно это видно в магазине возле прилавка, а лучше – в шубном отделе, где у каждой первой разбегаются глаза, и она пытается влезть в сорок четвертый размер, потому что в своем сорок восьмом будет смотреться пушистым колобком. И эта девица такая же. Да, не повезло ему с квартиранткой…

Бабуля часто пугала его, что поселит в свою квартиру дружную таджикскую семью, а сама переедет жить к нему и родителям. Но получилось то, что получилось. Эта девица вполне равноценна плодовитым таджикам. Не знаешь, что хуже. Есть такое правило: «Не влезай, когда написано “убьет”». Лучше от этой фурии держаться подальше.

– Я, конечно, понимаю, что любоваться моими прелестями вам нравится, – прервала его размышления вертихвостка. – Но не пора ли вам к себе? И не забудьте вытащить ключ из замочной скважины, а то сквозняк снова закроет вашу дверь.

Евгений разозлился. И было на что. Во-первых, он действительно задумался, глядя на эту наглую девицу. Во-вторых, она напомнила ему о том, что может его снова запереть в любой момент! Завтра же нужно удалить этот замок. Утром он сходит в РЭУ и напишет заявку. Кроме аппаратуры, у него в комнате нет никаких ценностей. Хотя аппаратура дорогая и надежная и потерять ее будет как потерять свои руки и глаза, он решится на избавление от замка. В любой момент, как только он забудет в нем свой ключ, фурия моментально этот ключик и повернет…

– Это не сквозняк, – возмутился он, – это пионерская зорька у вас в…

– Где? Где?!

– В голове.

– Ох, а уж в вашей голове столько всего намешано, что проветривать трудно!

– А у вас… А в вашей…

– Тише! – снова сурово скомандовала нахалка, оставив последнее слово за собой. – Матильду разбудите. У кошки сейчас идет крепкий здоровый сон. Смотрите, ей снятся мышки!

Перед уходом Евгений обернулся. Матильда спала, нежно вытянув мордочку в сторону комнаты, сложив лапки, подрагивая ушками… Классная у них кошка. Бабуля права, за ней нужно хорошенько ухаживать, чтобы Мотька жила долго и счастливо и их радовала. Недаром ученые говорят, что кошка положительно влияет на больное сердце.

Что?! Он назвал ее Мотькой? Святотатство какое! Впрочем, Матильда на самом деле Мотька и есть.

Нет. У них кошка Матильда, и другого имени у нее быть не может!

– Смотрите за ней! – приказал Евгений и поскорее вышел из комнаты.


А утром следующего дня началась чехарда. Сначала Евгений сходил в РЭУ и вызвал слесаря, чтобы тот пришел и снял замок с внутриквартирной двери. Девица в это время тоже куда-то смоталась. Евгений присвистнул, когда увидел лежащий на телефонной тумбочке в коридоре новенький замок. Это что еще такое?! От кого она собралась закрываться? Мотька… тьфу! Матильда любит дефилировать по всей квартире – которая вся должна быть в свободном доступе. Да!

Через полчаса пришел слесарь. Евгений удивился его оперативности. Но оказалось, что его вызвала девушка. Девушка? Она! Больше некому. Евгений поинтересовался, а что хотела девушка? Врезать в дверь замок. Замечательно!

– Замечательно, – сказала перехватчица чужих слесарей, распахивая настежь свою дверь, которой предстояла небольшая операция. – Начинайте работу!

Пожилой слесарь перед ответственным заданием попросил пить.

– В доме есть только вода! – возмущенно произнес Евгений.

– Да мне воды-то и налейте. Не употребляю я, – обиделся мужчина. – Отчего у всех такое архаичное понятие о нашей работе? Я вот, к примеру, немецкий язык учу, чтобы мозги как в забитой ржавчиной трубе не застаивались. А еще овладеваю компьютерной грамотностью. Недавно меня вызывали унитаз подключать с программным управлением. Я же слесарь-сантехник. Так вот, кроме меня никто бы и не справился.

– Правда? – обрадовался Евгений. – Тогда извините за архаичность. Я вот тоже программист, айтишниками нас называют. Все думаю, а не поставить ли и мне дверь с программным управлением? Чтобы перед Матильдой раскрывалась, а после того, как она проходила, закрывалась.

– Матильда у вас что, королева? – удивился сантехник. – Это перед королями двери распахивают.

– Королева, – кивнула девица.

– Кошка она, – пояснил Евгений и пошел за водой.

– А чего это ваш муж такой злой? – услышал он у себя за спиной. – Вы, дамочка, хорошенько подумайте, стоит ли вам на дверь спальни замок ставить! Глядите, как бы он не ушел туда, где перед ним все двери распахивают.

Евгений не услышал, что ответила слесарю квартирантка. Да ему было на нее наплевать! Его сегодня больше волновало меню Матильды, которое бабуля обещала прислать эсэмэской.

Он вернулся со стаканом воды и застал слесаря уже работающим. Раскрасневшаяся девица стояла так, словно только что на уроке она неверно ответила и готовилась получить «двойку» за знания.

– Работы – непочатый край, – признался мастер, беря стакан.

– Тогда начните с моей двери, – предложил Евгений.

– А у вас что?

– Замок убрать.

– Не пойму я что-то, – покачал головой слесарь, – вы поссорились или помирились?

– Мы сосуществуем, я же вам говорила! – влезла в разговор девица.

– Странные вы люди, – вздохнул мастер. – Вокруг все живут и радуются, а вы сосуществуете как-то не по-человечески.

– Да, – согласился с ним Евгений, – не по-человечески, у нас есть кошка. Кстати, а где она?! Матильда, кис-кис!

– Мотька, где ты?! – всполошилась девица.

Вот, подумал Евгений, раззява. Такой не то что ребенка, кошку доверить нельзя.

– Странные люди, – продолжил свою мысль слесарь, возвращая Евгению пустой стакан. – У других в квартирах дети находятся, а эти последнюю кошку потеряли.

– И вовсе она не последняя, – возмутилась девица.

– Запамятовал, – хмыкнул тот, – королева она у вас.

Опасения оказались напрасными. Матильда привычно спала на балконе ровно до того момента, как раздался стук молотка. Она подошла к людям и всем своим видом показала, что квартирантка творит полное самоуправство с хозяйской дверью! Но никто, кроме Евгения, к ее тщетному мяуканью не прислушался. А тот злорадно подумал, что вернется Ольга Геральдовна, увидит искореженную замком дверь и выгонит наглую девицу на улицу. Лучше бы выгнала она ее в чем мать родила! Уф-ф-ф, что за эротичные мысли?!

– Так что мне сначала делать: вставлять или выставлять? – поинтересовался запутавшийся сантехник.

– Выставить! – воскликнул Евгений. – За дверь! То есть из двери.

– Вставлять, – хмыкнула нахалка. – Работайте, мастер, работайте. В любом случае моя заявка была сделана раньше вашей, Евгений. Меньше нужно спать!

– А я вот «жаворонок», – признался мастер, начиная работу с двери Женькиной комнаты. – Привык рано вставать. Только рассветет, белым – глаза и раскрылись. И что ни делай, не усну опять.

– А я «сова», – сказал Евгений. – Да, люблю поспать!

– А я жа…

– А вы, – перебил девицу Евгений, – «дятел»!

– А что, – поинтересовался мастер, – есть и такие? А у них какие проблемы со сном?

– У них самих, – хмыкнул Евгений, – никаких! Зато у окружающих есть. Они задалбывают с ними живущих!

– Дятлы, – рассудил мастер, кивая, – они такие. Они могут задолбать.

– Дятел? – прошептала девица, всхлипывая. – Так я – дятел?! Так это я – дятел?!

– Она плохо слышит, – объяснил мастеру довольный Евгений.

– Понимаю, – кивнул тот. – Бывает. Дятлы, когда долбят, ничего не слышат! Да они по жизни глухие. Помню, видел я одного, сидел тут у нас на сосне. Долбил и долбил…

– Сами вы дятлы! – истерично воскликнула девица, схватила свою сумку и бросилась вон из квартиры.

– Зря вы ее так, – вздохнул мастер. – Зато теперь понятно стало, что вы поругались. Значит, сначала вставляю, затем выставляю. Точно выставлять-то? Вставлять снова не придется?

– Не придется, – мрачно сказал Евгений. – Если что, то я дверь комодом подопру. Но она меня больше не закроет!

– У, как у вас тут все запущено, а еще молодые такие. Любить бы друг друга да любить.

– Эту фурию?! Никогда!

– Никогда не говори «никогда», – подмигнул Евгению слесарь.

Евгений первый раз в жизни говорил «никогда», подразумевая при этом возвышенные чувства. Однажды у него это все было. Евгений встретил Елену после окончания университета. Они поехали с друзьями в Карелию ловить рыбу, там-то ушлая провинциалка и подсекла на свой крючок доверчивого, только начинавшего жить тихого спокойного айтишника. Яркая брюнетка с первого взгляда покорила его сердце, и оно застучало в такт ее высоким каблучкам. Елена работала администратором того отеля, где поселились ребята. Друзья целыми днями занимались тихой охотой, а Евгению хватило одного дня, чтобы понять – ему предназначено судьбой ловить в карельских местах золотую рыбку своего семейного счастья. Да! Евгений с первого взгляда влюбился и сразу решил жениться на красивой эффектной девушке.

Девушка не отказалась. После второго свидания, как полагается, позволила себя поцеловать, после третьего позволила большее. А на четвертый день они расписались. У Елены знакомая работала заведующей местным загсом. Было холодное шампанское, горячие поцелуи, Евгения искренне поздравляли друзья: еще бы, отхватить такую красавицу не каждому повезет!

В Москву Евгений вернулся с женой и поставил перед фактом родителей и Ольгу Геральдовну. Бабуля, глядя на жену внука, сразу схватилась за сердце. Ей пришлось вызывать «Скорую помощь», а потом носить апельсинки в больницу. Родители тоже как-то странно отреагировали. Одним словом, родственники не поддержали. Но Евгений остался стоять на своем. Они с Еленой обосновались в однокомнатной квартире Евгения и стали наслаждаться семейной жизнью.

После месяца наслаждения деньги у пары закончились. Евгений принялся искать работу. Нашел, как начинающий специалист, разумеется, малооплачиваемую. Елена работать наотрез отказалась, мотивируя тем, что в столице так много всего интересного, а она еще ничего толком не посмотрела. Ничего ведь страшного не случится, если она посидит без работы весь этот год. Не случится, согласился с ней Евгений. И не угадал.

Истерики и скандалы начались почти сразу. Елена тратила принесенные мужем деньги, не считаясь ни с чем. Понравилась ей сумка стоимостью в его ползарплаты – она ее покупала. Нравилось пальтишко – покупала пальтишко.

– Разве можно пройти мимо такой красоты! – говорила молодая жена Евгению.

И он кивал. А что оставалось делать? «Мало зарабатываю», – говорил он себе и искал подработки. Находил, вкалывал день и ночь, соответственно, уделяя жене очень мало времени. Та поначалу жаловалась на его невнимание, а потом перестала. Стала все чаще пропадать у свежеприобретенных подруг, потом у нее появились друзья. Когда ей на мобильный телефон стали звонить поздними вечерами мужчины, Евгений спохватился. Но было уже поздно.

– Я от тебя ухожу! – однажды заявила Елена. – Ты лузер. Я устала жить в постоянной нехватке денег.

Сказала и ушла.

Евгений очень сильно переживал предательство жены. И никогда не говорил это самое «никогда». Он ждал, что супруга образумится и вернется. Но Елена нашла мужчину, который не жалел на нее средств. Выпотрошив этого, взялась за третьего. Евгений долго не оформлял официальный развод, надеясь, что Елена вернется и оценит его благородный поступок.

И однажды она вернулась.

– Жека, – сказала жена, которой не терпелось стать бывшей. – Валим в загс! У меня нарисовался клевый папик, лет на сто меня старше, и, прикинь, он хочет на мне жениться!

– Дурак! – вырвалось у Евгения.

Он сам не понял, о ком так нелестно отозвался: о себе или о новом бойфренде жены. Но в загс пошел, где их развели в разные стороны.

После Елены у него были женщины, но мимолетные, мимоходом, и только одна оставила когтистый след в душе. Она была чуть лучше Елены, но тоже не смогла пережить прекращения денежного потока в связи со случившимся по всему миру кризисом. С этой своей любовью Евгений расстался более спокойно, но после нее на баб смотреть перестал. Закрылся в своей раковине, обложился работой.

Что внук изменился, первой заметила Ольга Геральдовна. Она-то и забила тревогу. Родители отмахнулись – здоровый тридцатилетний мужик! Еще успеет жениться и подарить им внуков. Но годы шли, а внуки из ничего не появлялись. Мало того, Евгений продал свою однокомнатную квартиру и переехал жить к родителям! Ольга Геральдовна была категорически против этого шага, но внук ее убедил тем, что похудел, оголодал и одичал без внимания родных и близких.

Бабуля смирилась только внешне, но за спиной внука принялась сватать его. Она устраивала приглянувшимся ей девушкам якобы нечаянные свидания со своим внуком. Но все это получалось настолько нелепо, что не только Евгений, но и она сама поняла бесперспективность подобной затеи. Бабушка оставила внука в покое… Правда, на фоне всего этого обозначился один позитивный момент – Евгений снова стал обращать внимание на женщин. Получалось это поначалу так, словно он смотрел в кривое зеркало. У этой ноги были короткие, у той уши торчали, у третьей в голове мозгов недоставало. Лишь только бабуля заговаривала о душе, как его разбирал хохот. Женщина и душа, как считал Евгений, были понятиями несовместимыми.

Вот в таком виде он достался очередной бабулиной профурсетке, клюнувшей на дармовую жилплощадь. Вернее, как уже додумал Евгений, на дармовую она еще надеется, желая окрутить хозяйского внука. Пусть ни на что даже не рассчитывает! Все бабы – сволочи, им только одного от него нужно – денег.

Да, сейчас уже он встал на ноги и начал зарабатывать вполне достаточно, чтобы его женщина могла купить понравившуюся сумочку. Только вот доверия к ним Евгений больше не испытывал. Вернее, женщины не выдержали испытания на его доверие к себе. А эта мышь серая так просто ни в какие рамки не входила! У Евгения были женщины в сто раз лучше, красивей и обходительней. А с такими трамвайными хамками он даже на одной остановке стоять бы не стал! Да, Евгений вообще не стоял на остановках общественного транспорта, а ездил на своем автомобиле. И в последнее время испытывал жгучее желание задавить глупую курицу-квартирантку.

Вот на что она обиделась, хлопнув дверью?! Что такого он сказал, что могло обидеть девушку? Назвал ее дятлом? Но так оно и есть! Сходство один в один. Не внешнее, а по повадкам.

– Расплачиваться как будете? – вывел его из состояния задумчивости слесарь.

Он произвел ремонт на двух дверях и ждал поощрения.

На двух дверях! Вот оно что! Девица слиняла, потому что не собиралась оплачивать ремонт своей двери! Все они одинаковые, лишь бы копеечку урвать у мужика. Ладно, он не жмот, оплатит этой фурии ремонт ее двери. Но только пусть потом не обижается и бабуле не жалуется.

– Держите на новое программное обеспечение, – достал из бумажника купюры Евгений и протянул мастеру.

– Вот спасибо, – обрадовался тот. – Закрывайтесь на здоровье! Хотя для здоровья как раз наоборот, лучше открываться и…

– Благодарю за совет, – скупо ответил Евгений и кивнул на дверь.

Отчего-то у него после ухода квартирантки испортилось настроение. Дура дурой, да еще и настроение портит! Сейчас он закроет дверь за слесарем, сядет за стол к любимому ноутбуку, положит на колени Матильду…

– Матильда! Кис-кис-кис! – позвал Евгений.

Кошка не появлялась. Евгений знал, что эта особа просто так не прибежит на зов – не королевское это дело. Евгений еще немного позвал ее. После чего пошел на кухню. Кошки не было. Оставалось еще одно любимое место Матильды – балкон, дорога на который вела через комнату жилички. Но заходить туда Евгению было как-то не по себе. Но, с другой стороны, он же не просто заходит, а идет за своим домашним животным! А значит, и никаких угрызений совести испытывать не должен.

– Матильда! Кис-кис!

Тишина. Евгений быстро прошел комнату и выглянул на балкон.

– Женька! – обрадовался Гавриил. – Какими судьбами?!

– Этапом из Твери, – пробурчал тот. – Матильду не видел?

– Видел, у нее шикарный вид, – сказал сосед. – Она тут ходила-ходила, думала вниз сигануть. Мы с ней еще об этом поговорили.

– Вниз сигануть?! – похолодел Евгений. – Поговорили?!

– А что, раз твоя баба, так уж и поговорить нельзя?! – фыркнул сосед. – Мой балкон, что хочу на нем, то и делаю. Захочу прыгнуть – прыгну.

– Я не про бабу, – отмахнулся Евгений. – Ты нашу кошку не видел?

– Видел. Их под балконом штук сорок пробежало. Которая была твоя?

– Проехали, – помрачнел Евгений, чувствуя недоброе. – Матильда! – проревел он громче обычного. – Ты где, зараза такая, выходи! Мотя, Мотя, Мотя! Кис-кис!

Кошка не отзывалась. Ладно бы она показала кончик хвоста – типа: вот она я! – и продолжала молчать. Но ведь ее не было! Евгений принялся искать Матильду во всех углах. Кошка продолжала отсутствовать. Тогда он не на шутку испугался. Не из-за того, что бабуля опять схватится за сердце и начнет причитать, а дело потом закончится походами в больницу. Кошка действительно боялась покидать территорию квартир. Ее и по дачному участку водили на специальном поводке. Ольга Геральдовна хотела спать без блох и бзиковала над чистоплотностью кошки. Матильда обычно спала с ней в постели, ласково нежась под одним одеялом с хозяйкой. Чего скрывать, Евгений и сам любил, когда теплая шкурка устраивалась ему под бок и нежно сопела.

– Матильда-а-а-а-а! – прокричал Евгений, выбегая на лестничную площадку.

В ответ ему послышалось нежное мяуканье. Послышалось?! Он снова позвал, и снова ему показалось, что кто-то сказал «мяу».

– Матильда-а-а-а-а!