Вы здесь

Любит – не любит… Законы притяжения. Часть 1. От чего зависит совместимость в любви и дружбе? (И. А. Шувалова)

Часть 1. От чего зависит совместимость в любви и дружбе?

Глава 1. Ключ к пониманию притяжения или отторжения «любовных половинок»

В поисках своей половинки мы узнаем друг друга в общении, или, как принято говорить в психологии, на границе контакта. Ту часть души, которой мы соприкасаемся друг с другом, условно называют «границей личности». Понятие это мутное, но интуитивно понятное. Определить его как-то точнее трудно, но в ходе обсуждения, надеюсь, оно проясниться.

Наше поведение на границе личности представляет наш портрет внешнему миру, закладывает основу для отношений с другими людьми. Это можно сравнить с внешней политикой суверенных государств, их стратегией и тактикой в отношениях между собой. По этой «внешней политике» будем разделять пять типов личностей. Пока можно не вникать в расшифровку каждого типа (или даже пропустить их). Приведу их лишь для порядка:

авторитарный, подавляющий или поглощающий тип; имеет жесткие границы, стремится к вторжению на «чужие территории», к поглощению этих территорий;

уступчивый или присоединяющийся; границы его столь слабо защищены, что пространство этой личности-государства оказывается всегда открыто не только для взаимодействия, но и вероломного поглощения;

острожно-эмоциональный тип соединяет в себе обе эти крайности по очереди: то стремясь взять под свое крыло более слабое государство, то подыскивая для себя покровителя-завоевателя;

уравновешенный тип личности отличается гибкостью «внешней политики», взвешенностью решений, здравым смыслом и спокойствием, уважает суверенитет всех государств и воздерживается от навязывания им своей политики; свои границы охраняет от вторжения, но с удовольствием приглашает к себе на территорию в гости; и, наконец,

дистантный тип характеризуется эмоциональной непроницаемостью для партнеров, хотя готов обмениваться информацией на интеллектуальном уровне; в отличие от уравновешенного типа такое общение больше напоминает не поход в гости, а переписку по почте. При этом каждый из общающихся остается в своем личном эмоциональном пространстве.

Сразу объясню, что дает умение распознавать данные типы личности. Эти типажи – не какая-то условная классификация, а 5 довольно устойчивых поведенческих шаблонов, в рамках которых люди себя проявляют. Перескочить из одного типа в другой просто по желанию довольно сложно. Обычно перейти из одной устойчивой лунки в другую заставляет жизнь, и это не всегда лучшее развитие событий. Попасть в «лунку» уравновешенного типа личности сложнее всего, и часто это получается лишь через психотерапевтическую работу.

Понимание устойчивых психотипов делает предсказуемым поведение всех тех, с кем вы вступаете в контакт, легко помогает спрогнозировать совместимость или конфликтность партнеров, раскрывает внутренние рычаги их поведения. Знание своего типажа помогает принять решение, хочу ли я меняться и куда лучше развивать свою личность.

Ну, хватит вступлений. К делу!

Глава 2. Авторитарная личность

Внешние проявления авторитарной личности. Поведение, речь, способы влияния. Разнообразие подавляющих личностей

Доминирование авторитарной личности может проявляться в разной степени. Поэтому слова «авторитарная», «подавляющая» и «поглощающая» могут иногда казаться слишком категоричными или наоборот слишком слабыми. Эти характеристики вовсе не означают плохой, злой или жестокий. Авторитарную позицию могут занимать в целом незлые, вполне позитивные люди, но могут и именно такие, которых обычно оценивают с осуждением.

Группу авторитарных представляют Буратино, Карлсон, Принц Свинопас, а из девочек – Мальвина, мама Дяди Федора из «Простоквашино», Сова из «Винни-Пуха». К ним же относятся и такие «плохие» персонажи как Карабас-Барабас, Шер-Хан из «Маугли», Волк из «Трех поросят», Снежная королева, Баба-Яга, Мачеха из «Золушки».

На первый взгляд «плохие» персонажи кажутся сильно отличающимися от «хороших». Однако с точки зрения завоевания чужой личностной территории разницы нет. Все они стремятся подчинить себе ближнего. Различия заключаются только в методах воздействия. Буратино не прибегает к грубой физической силе, а распоряжается куклами силой убеждения и даже собственным примером исходя из общих интересов. Образно говоря, использует не кнут, а, скорее, пряник, когда это может привести к цели. Силовые методы он применяет лишь к врагам, договориться с которыми невозможно.

В следующем эпизоде Буратино и Мальвина – оба стремятся подмять под себя друг друга. При этом они сохраняют вежливость и не опускаются до прямых военных действий.

Буратино сказал:

– Мальвина, слетай-ка, набери веток для костра.

Мальвина с укоризной взглянула на Буратино, пожала плечиком – и принесла несколько сухих стебельков.

Буратино сказал:

– Вот наказание с этими, хорошо воспитанными…

Сам принёс воды, сам набрал веток и сосновых шишек, сам развёл у входа в пещеру костёр, такой шумный, что закачались ветви на высокой сосне… Сам сварил какао на воде.

– Живо! Садись завтракать…

Мальвина всё это время молчала, поджав губы. Но теперь она сказала очень твёрдо, взрослым голосом:

– Не думайте, Буратино, что если вы дрались с собаками и победили, спасли нас от Карабаса Барабаса и в дальнейшем вели себя мужественно, то вас это избавляет от необходимости мыть руки и чистить зубы перед едой…

Буратино так и сел: – вот тебе раз! – выпучил глаза на девчонку с железным характером.

Авторитарные личности в своей речи четко ставят задачи перед теми, на кого пытаются оказать воздействие, и используют повелительное наклонение. Разговоры о чувствах не в их стиле. Их указания подкрепляются просто тем, что так «надо», «необходимо», «требуется», и выполнять это каждый «обязан» и «должен».

Для более завуалированного навязывания своего влияния они используют советы. Это особенно заметно, когда их советов никто не спрашивал. Их совершенно не останавливает тот факт, что как только мы даем кому-то совет или указание, то немедленно принимаем на себя ответственность за последствия его выполнения. Буратино велит Мальвине принести веток для костра, а Мальвина приносит сухие стебельки. Формально указание исполнено, но фактически дело с места не стронулось и ответственность за него возвращается к Буратино. Сухими стебельками Мальвина как бы сообщает Буратино, что его управление ситуацией неквалифицированно. Буратино вынужден начать все делать сам. Однако это его никак не смущает – он не воспринимает бойкот Мальвины как недостаток собственного стиля управления и не считает, что к Мальвине нужно найти другой подход. Он просто осуждает ее как «хорошо воспитанную» и с легкостью принимает на себя ответственность за ситуацию и за саму Мальвину, которая тоже ждет завтрака.

Это благоприятный сценарий развития диалога. Возможен, конечно, и более конфликтный вариант. Представьте себе ситуацию, когда жена готовит, а муж сидит и критикует ее за каждое действие: «Первый бульон сливать надо, а не пену снимать! Морковку надо ножом резать, а не на терке тереть! А свеклу – вообще отдельно в кожуре варить, а то она цвет теряет!» Жене все это до слез обидно. Она немедленно начинает думать, что ее с кем-то сравнивают (со свекровью, наверное!). Бросает поварешку (хорошо, если не в мужа), кричит ему что-то вроде «Тогда сам готовь!» и, хлопнув дверью, уходит в комнату. Однако муж не спешит надевать фартук. Взяв журнальчик, он легко парирует выпад: «Это ж ты хозяйка, вот и вари обед, только правильно вари, чтоб вкусно было!» Конфликт на лицо. Муж вторгся в епархию жены, причем сознательно – он не отрицает, что варка супа относится к компетенции хозяйки. При этом потребность иметь ученика у него непреодолимо требует удовлетворения, даже если раньше он претензий к борщику жены никогда не имел. Это вторжение позволяет ему немедленно почувствовать свою значимость и превосходство, а про такую «мелочь» как чувства жены он думать не собирается. Так же он не собирается думать про последствия своего вторжения – как потом этот «борщ расхлебывать». Вместо того чтобы закончить приготовление обеда, он с удовлетворением возвращает жене ее ответственность, намекая, что ее борщ неправильный и невкусный. Этими негативными оценками он фактически маскирует свою потребность порисоваться всезнающим кулинаром и потребность поруководить процессом, ему не подчиненным. В конечном счете, он стремится потешить свой иерархический, не дающий ему покоя инстинкт.

Ψ-справка

Иерархический инстинкт – один из трех базовых инстинктов животного и человека. У животных иерархический инстинкт проявляет себя в борьбе за территорию и за право доминировать в стае. Человека он заставляет конкурировать за место на социальной лестнице в какой-либо выбранной сфере жизни: семье, профессиональном сообществе, обществе в целом.

Рассуждения авторитарного типа наполнены оценками. В примере с борщом на кухне негативная оценка мужа прямо показывает его претензию на превосходство. Но дело здесь не в том, что она негативная. Дело в самом праве на оценку. Даже положительная оценка Мальвины в отношении Буратино – «Молодец! Вел себя мужественно!» – подчеркивает, что, занимая более высокое положение, она имеет право оценивать.

Мальвина как авторитарный персонаж стремится подчинить своей воли всех вокруг: Артемона, Пьеро, Буратино. Как и Буратино она действует настойчивостью, требовательностью и занудством. Она использует только мирные методы воздействия, и это делает ее положительным героем, не вызывающим ощущения опасности. Звери и птицы служат ей, считая хорошо воспитанной и даже кроткой. С их точки зрения, требовательность Мальвины всегда аргументирована отсылкой к нормам морали для «хороших девочек». И кроме того, если Мальвина и принуждает других к каким-то действиям, то учитывает их силы и возможности, не перебарщивая сильным давлением и нажимом. Результаты грамотной «внешней политики» Мальвины не заставляют себя долго ждать.

Звери снабжали ее всем необходимым для жизни.

Крот приносил питательные коренья.

Мыши – сахар, сыр и кусочки колбасы.

Благородная собака-пудель Артемон приносил булки.

Сорока воровала для нее на базаре шоколадные конфеты в серебряных бумажках.

Лягушки приносили в ореховых скорлупах лимонад.

Ястреб – жареную дичь.

Майские жуки – разные ягоды.

Бабочки – пыльцу с цветов – пудриться.

Гусеницы выдавливали из себя пасту для чистки зубов и смазывания скрипящих дверей.

На другом конце авторитарного ряда стоят Снежная Королева, похищающая мальчика Кая; Баба Яга, способная поглотить не только чужую личностную территорию, но и ее обладателя; Мачеха Золушки, принуждающая падчерицу к тяжелому физическому труду и содержащая ее в невыносимых условиях жизни.

И вот новая хозяйка (Мачеха) вошла в дом. Тут-то и показала она свой нрав. Все было ей не по вкусу, но больше всего невзлюбила она свою падчерицу. Девушка была так хороша, что мачехины дочки рядом с нею казались еще хуже.

Бедную падчерицу заставляли делать всю самую грязную и тяжелую работу в доме: она чистила котлы и кастрюли, мыла лестницы, убирала комнаты мачехи и обеих барышень – своих сестриц.

Спала она на чердаке, под самой крышей, на колючей соломенной подстилке.1 А у обеих сестриц были комнаты с паркетными полами цветного дерева, с кроватями, разубранными по последней моде, и с большими зеркалами, в которых можно было увидеть себя с головы до ног.

Бедная девушка, молча, сносила все обиды и не решалась пожаловаться даже отцу. Мачеха так прибрала его к рукам, что он теперь на все смотрел ее глазами…

Колоритным мужским аналогом Мачехи выступает злой хозяин кукольного театра Карабас-Барабас. Своих подчиненных кукол он фактически держит в рабстве и для сохранения власти над ними не брезгует самыми жестокими методами. В отличие от Буратино, он в лучшем случае использует кнут, причем в прямом смысле этого слова, а в худшем – уничтожает физически.

Из-за сцены высунулся человек, такой страшный с виду, что можно было окоченеть от ужаса при одном взгляде на него.

Густая нечёсаная борода его волочилась по полу, выпученные глаза вращались, огромный рот лязгал зубами, будто это был не человек, а крокодил. В руке он держал семихвостую плётку.

Это был хозяин кукольного театра, доктор кукольных наук синьор Карабас Барабас.

– Га-га-га, гу-гу-гу! – заревел он на Буратино. – Так это ты помешал представлению моей прекрасной комедии?

Он схватил Буратино, отнёс в кладовую театра и повесил на гвоздь. Вернувшись, погрозил куклам семихвостой плёткой, чтобы они продолжали представление.

Куклы кое-как закончили комедию, занавес закрылся, зрители разошлись.

Доктор кукольных наук синьор Карабас Барабас пошёл на кухню ужинать…

Помуслив пальцы, он потрогал жаркое, и оно показалось ему сырым.

В очаге было мало дров. Тогда он три раза хлопнул в ладоши.

Вбежали Арлекин и Пьеро.

– Принесите-ка мне этого бездельника Буратино, – сказал синьор Карабас Барабас. – Он сделан из сухого дерева, я его подкину в огонь, моё жаркое живо зажарится.

Очевидна разница между Мальвиной и Мачехой и между Буратино и Карабасом-Барабасом в методах своего влияния. Однако столь же легко представить как из молоденькой и «правильной» Мальвины после многих лет супружеской жизни сформируется сварливая своенравная и даже жестокая Мачеха. Это не обязательная трансформация. Вполне возможно, что Мальвина прекрасно сохранит себя в роли Мамы Дяди Федора из Простоквашина или роли Кенги – мамы кенгуренка Крошки Ру из «Винни-Пуха» – и будет, по-прежнему, диктовать свою волю домочадцам, но сдержанно, оставляя им простор для самовыражения. Говоря про Мальвину и Мачеху, я лишь имею в виду, что такое превращение видится вполне логичным, здесь нет серьезных препятствий на пути преобразования. Это вопрос всего лишь в степени вторжения в чужие границы, в степени подавления чужой воли. Та же история – с Буратино и Карабасом Барабасом. Из Буратино – молодого менеджера кукольного театра – легко вырастает умудренный опытом управленец Карабас, который с легкостью увольняет старых износившихся кукол, не способных больше вести модные современные шоу. В английском языке один из переводов слова «уволить» звучит как «to fire» – сжечь. Это как раз то, что пытался сделать Карабас с Буратино. Действительно, часто увольнение может быть для подчиненного эквивалентом физического уничтожения, а управляющий не всегда позволяет себе об этом задуматься.

Таким образом, различия в ряду авторитарных личностей от Мальвины до Мачехи и от Буратино до Карабаса определяются степенью жесткости методов подчинения и степенью подчинения себе окружающих людей. При этом внутренние личностные механизмы у этих персонажей остаются одинаковыми. Присмотримся к тому, что их объединяет.

Внутренняя структура авторитарной личности. Ее основной инстинкт и главная внутренняя цель «внешней политики». Эмоции, чувства, ведущий защитный механизм

Еще раз вернемся к костру Буратино и Мальвины. Буратино дает Мальвине указание пойти набрать веток для костра. Она заинтересована в том, чтобы был сытный завтрак. Кушать реально хочется. Собрать хворост – нетрудная работа, и Мальвина понимает, что Буратино говорит дело. С точки зрения эффективности организации труда будет куда лучше, если она сделает так, как говорит Буратино, и забудет на время про чистку зубов. Однако поступить так означает для Мальвины признать Буратино главным, стоящим выше на иерархической лестнице кукольных артистов. Сами артисты, между тем, сейчас наблюдают их стычку, расположившись отдохнуть и перекусить на лесной поляне. Признать ведущую роль Буратино для Мальвины означает отказаться от идеи собственного совершенства, а значит – собственного превосходства. Особенно – в деле организации завтрака. Пусть даже этот завтрак и проходит в непривычных походных условиях. Ее мысли про Буратино: «Кем он тут себя возомнил?» и «За кого он тут меня держит?» Она не может пережить потерю своего превосходства и делает против Буратино самоутверждающий выпад – напоминает ему про необходимость мыть руки и чистить зубы перед едой. Тем самым она показывает всем его «истинное место» чумазого неряхи в местной артистической иерархии.

Что происходит в сказке «Золушка»? Мачеха приходит в дом своего мужа. У того недавно умерла жена. Новый брак делает Мачеху признанной возлюбленной женой и хозяйкой в доме. Муж готов исполнять все ее прихоти. Она главная в семье. Но вдруг выясняется, что дочка мужа от предыдущего брака красивее и милее ее родных дочерей. Для нее это означает, что она создала худшее потомство, а значит – она плохая мать. Если продолжить мысль и признать, что в своих дочерях она чувствует свое продолжение, то ее продолжение хуже, чем продолжение его первой жены. Вынести это она не в состоянии, ее мысли по поводу красоты Золушки абсолютно совпадают с мыслями Мальвины про Буратино: «Кем она тут себя возомнила?» и «За кого она меня тут держит?» Чтобы выровнять ситуацию Мачеха поручает Золушке самую грязную и тяжелую работу и выделяет ей самое дальнее на чердаке место для жизни, тем самым не только получая прямую выгоду от ее эксплуатации, но и делая невидимой ее красоту. Замарашка Золушка, удаляясь после выполнения работы в каморку под крышу, уже не может конкурировать с ее чистенькими и красиво одетыми дочками. Высшая позиция Мачехи в семейной иерархии восстановлена.

Мальвина и Мачеха, обе не могут выносить чьего-то превосходства. В их восприятии это эквивалентно собственному несовершенству. Для Буратино и Карабаса-Барабаса «мужскими» эквивалентами потери превосходства в социальной иерархии были бы собственная слабость, неспособность управлять ситуацией, утрата власти.

За «внешней политикой» авторитарного типа проявляется главная ахиллесова пята его внутреннего самоощущения: такая личность не очень-то уверена, что соответствует собственным амбициям!

Согласно американскому философу и психологу Уильяму Джеймсу, самооценку человека можно представить в виде дроби, в числителе которой находится успех, а в знаменателе – притязания личности.

Ψ-справка

Самооценка по Джеймсу = успешность / притязания

Следовательно, уровень самооценки можно повысить, либо повышая успех и его ценность (числитель дроби), либо сокращая притязания или обесценивая их (знаменатель).

Авторитарные личности непрерывно занимаются тем, что пристально следят за уровнем своей самооценки. Она в их структуре личности не может быть низкой по определению. Снижение самооценки в собственных глазах авторитарной личности равнозначно личностному самоубийству. Поэтому для поддержания высокой самооценки они используют все доступные методы.

Прежде всего, они хвалят себя, гордятся любыми своими достижениями, а также успехами и достижениями своих близких: детей, супругов, братьев-сестер, и даже домашних питомцев, к выбору и воспитанию которых они причастны.

– А в каком возрасте бывает расцвет сил? – В любом! – ответил Карлсон с довольной улыбкой. – В любом, во всяком случае, когда речь идет обо мне. Я красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил!

Он подошел к книжной полке Малыша и вытащил стоявшую там игрушечную паровую машину.

– Давай запустим ее, – предложил Карлсон.

– Без папы нельзя, – сказал Малыш. – Машину можно запускать только вместе с папой или Боссе.

– С папой, с Боссе или с Карлсоном, который живет на крыше. Лучший в мире специалист по паровым машинам – это Карлсон, который живет на крыше. Так и передай своему папе!

Для таких личностей важно быть впереди планеты всей не только по успехам в делах, но и по потреблению товаров и услуг. Среди них чаще всего вы встретите, так называемых, альфа-потребителей, покупающих все эксклюзивное, трудно доступное, дефицитное, такое, что другому получить очень трудно. Если у него что-то не лучше, то уж наверняка больше. Рассказ об обладании такими вещами делает их в собственных глазах не просто особенными, а образцами для подражания, центром притяжения внимания, эталонами, а значит – лучшими.

В этот момент раздался громкий взрыв и паровой машины не стало, а обломки ее разлетелись по всей комнате.

– Она взорвалась! – в восторге закричал Карлсон, словно ему удалось проделать с паровой машиной самый интересный фокус.

– Честное слово, она взорвалась! Какой грохот! Вот здорово!

Но Малыш не мог разделить радость Карлсона. Он стоял растерянный, с глазами, полными слез.

– Моя паровая машина… – всхлипывал он. – Моя паровая машина развалилась на куски!

– Пустяки, дело житейское! – И Карлсон беспечно махнул своей маленькой пухлой рукой. – Я тебе дам еще лучшую машину, – успокаивал он Малыша.

– Ты? – удивился Малыш.

– Конечно. У меня там, наверху, несколько тысяч паровых машин.


Ψ-справка

Чувство гордости – не что иное, как чувство превосходства, только слегка закамуфлированное, чтобы не обижать того, перед кем гордятся и кого «превосходят». Но гордость, как ни крути, возникает из сравнения: кто лучше, кто хуже. Функционально это очень полезное чувство… для развития конкуренции в обществе и в качестве двигателя прогресса. Человек сравнивает себя с другими и, если сумел превзойти кого-то, то гордится, а если понял, что кто-то другой превзошел его, то… завидует! Да, оборотной стороной гордости обязательно является зависть! Гордость и зависть – близнецы сестры. Причем близнецы сиамские, сросшиеся намертво, и не способные существовать одна без другой.

Однако не каждый переживающий гордость человек замечен в зависти. Это связано с тем, что зависть у нас порицается, и ее старательно прячут под разными другими эмоциями или подавляют как-нибудь усилием воли. Говоря о гордости, которая особенно свойственна авторитарной личности и которая особенно проявляется в ее поведении, мы предполагаем, разумеется, и наличие сильной завистливости у этой личности, хотя это может быть незаметно. Не случайно, по-видимому, в христианстве есть понятие гордыни, порицаемой как большой грех.

Далее. Для повышения самооценки авторитарная личность грамотно очерчивает сферу своей борьбы за превосходство. Обсуждаются достижения только по тем критериям, по которым подавляющая личность чувствуют себя конкурентоспособной. Если авторитарная девушка по своей природной конституции склонна к полноте и ее усилия похудеть ни к чему не приводят, то стройность фигуры, как критерий конкуренции отпадает. Она будет конкурировать по какому-нибудь другому критерию – интеллект, материальное благосостояние, хорошая семья. Таким образом, притязания начинают соответствовать успехам, а там где успехов быть не может, ликвидируются и притязания.

Если по избранному критерию успехи не столь велики, как у конкурентов, то немедленно находятся объективные причины, которые к этому привели. Авторитарная личность не может сказать, что «да, мол, этот уровень достижения для меня достаточен, я просто не хочу напрягаться, чтобы достичь большего – добровольно уступаю первенство конкуренту, он оказался сильнее меня по этому вопросу. Честь ему и хвала, уважаю!» Скорее всего, подавляющая личность сошлется на то, что состояние здоровья, или маленькие дети, или больные родители (объективный и независящий от нее фактор!) не позволили ей возглавить эту компанию, защитить диссертацию, заработать на квартиру, машину, дачу. Этим механизмом авторитарная личность снижает для себя планку возможных притязаний. Она уже претендует не просто на должность в своей компании, а на должность с учетом необходимости болеть пару раз в квартал. С учетом такой поправки она опять может поднять свою самооценку на максимум.

Чтобы подчеркнуть ценность своих успехов, подавляющая личность не упустит возможности обесценить достижения других в своем круге. Если дети друзей учатся в более престижном вузе, то это, разумеется, потому, что за них заплатили. Если коллега написал больше статей, то это статьи такого содержания, что лучше было бы их совсем не писать. Выигрыш же соперника на соревнованиях объясняется предвзятостью судей. В таких условиях, с точки зрения авторитарной личности, истинная ценность ее собственного успеха оказалась не так заметна, а на самом же деле, понятное дело, она сильнее соперника. Такой ход рассуждений позволяет восстановить потерявшую равновесие самооценку.

Получившая широкую известность формула У. Джеймса хорошо применима к подавляющей личности. Как мы увидим в дальнейшем, это относится не ко всем типам. Однако не будем забегать вперед.

Авторитарная личность, работая не покладая рук на повышение своей самооценки, стремясь к совершенству и превосходству, неосознанно используют защитный механизм – всемогущий контроль. Это одна из самых ранних психологических защит человека. В младенчестве, когда ты – ребенок и ощущаешь себя центром мироздания, естественно пребывать в иллюзии, что все во вселенной предназначено для тебя, подчинено твоим желаниям и управляется твоей волей. Младенцу достаточно закричать, как появляется желанное молочко, сами собой меняются подгузники, и приходят теплота материнских рук. Если бы малыш осознавал себя как слабое и еще ни к чему не способное существо, он вряд ли так легко смог пережить свое младенчество. Взрослея, ребенок начинает понимать, что контроль над ситуацией во многом принадлежит опекающим ребенка взрослым. Теперь всемогущим воспринимается тот взрослый, от которого зависит ребенок. В конце концов, с возрастом иллюзия развеивается окончательно, и нам приходится смириться с фактом, что никто в этом мире не обладает неограниченными возможностями.

Для подавляющей личности – смирение относительно. Конечно, когда тебя спрашивают: «Ты действительно думаешь, что обладаешь неограниченными возможностями?» – даже самый авторитарный человек скажет: «Нет, конечно, я же не сумасшедший». Другое дело, когда вопрос формулируется иначе: «Если ты чего-то очень-очень захочешь, если это будет самым главным в твоей жизни, ты сможешь этого добиться?» И тогда авторитарная личность скажет: «Конечно, да!» А ведь в сущности это – тот же вопрос. И самое главное желание авторитарной личности – оказаться на верхушке в своей иерархии, стать лучшим, несмотря ни на что.

Иллюзия всемогущего контроля делает таким людям анестезию перегрузок, чтобы они выносили свои сверх-усилия в их стремлении к супер-успешности. Кроме того, всемогущий контроль помогает в бегстве от страха оказаться в отстающих, страха, что они не смогут соответствовать собственным представлениям о своих возможностях. Совершенство и супер-успешность для авторитарной личности – все равно, что морковка, привязанная на палку перед носом ослика, за которой он готов идти, не сознавая ее недостижимость. Страх «не соответствовать» подгоняет сзади, как приближающийся паровоз.

Ψ-справка

Как устроена мотивация?

Мотивация устроена так: морковка – спереди, паровоз – сзади. А мы посередине – бежим, утирая пот платочком своего защитного механизма.

Всемогущий контроль в своем крайнем выражении способен анестезировать даже физическую боль, призванную сохранить целостность человеческого организма. Среди моих сокурсников на психологическом факультете был молодой человек, сломавший себе руку, соревнуясь с другом в армрестлинге. Его воля к победе оказалась столь велика, что он не почувствовал болевого сигнала, который требовал прекратить нагрузку. Тогда этот случай показался мне уникальным и запомнился всего лишь как редкая случайность. Каково же было мое удивление, когда много лет спустя уже в психотерапевтической практике я столкнулась точно с такой же ситуацией: мой клиент рассказал, что сломал свою руку, потому что не готов был уступить сопернику, меряясь с ним на столе силой. Наверное, можно не уточнять, что оба потерпевших относились к одному и тому же типу личности.

Известный психоаналитик Нэнси Мак-Вильямс считает, что психологическая защита всемогущий контроль, не ограниченная моральными и этическими нормами, свойственна социопатам, или антисоциальным личностям. Вся жизнь социопата организуется вокруг поиска и переживания удовлетворения от ощущения, что он может демонстрировать и использовать собственное всемогущество. Для социопатов это главное удовольствие в жизни отменяет все нормы человеческого взаимодействия. Для них нет запрета на применение физического и психологического насилия по отношению к другим. Для них не существует таких негативно окрашенных понятий как ложь, предательство, воровство. Такие личности стоят в самом дальнем конце нашего ряда авторитарных личностей.

В славянской мифологии есть дохристианский сказочный персонаж – черт. По внешнему облику это человек, образ которого обезображен до такой степени, что как человек он даже не воспринимается. Черт по ощущению – животное. Тем не менее, это прямоходящий двуногий двурукий человек с хвостом, конскими копытами или куриными лапами, которые он старательно прячет. На голове у него – рожки, скрываемые от посторонних глаз шляпой2. Черт – это вывернутое олицетворение социопатической личности. Вывернутое в том смысле, что все внутренние характеристики социопата, отличающие его от обычного человека, представлены в черте явно. Мифологический образ предупреждает: осторожно, это не человек! Благодаря такому выворачиваванию все самое страшное в личине черта становится очевидным. Чтобы вступать в контакт с людьми, черт может превратиться в любого человека, животное, предмет или даже в природное явление – вихрь. Такое манипулятивное перевоплощение очень свойственно социопататической личности. Черт коренным образом отличается от всех других восточнославянских персонажей. Он принципиально не способен помочь человеку. Он абсолютно ориентирован на себя и собственную выгоду. Скажем, Баба Яга, хотя и пожирает порой непрошенных гостей, но все же готова подсказать верный путь из лесу, если Иванушка уделит ей внимание и покажет себя молодцом. Иными словами, она способна к проявлению доброго отношения просто так без корыстного умысла. У черта же одна единственная цель – как можно быстрее заполучить человеческую душу, погубив ближнего. Чтобы достичь этой главной цели, он готов на любую хитрость, обман или притворство. Погубить душу иносказательно означает использовать ее. Когда мы узнаем, что нас цинично используют, мы вдруг ощущаем это как маленькую смерть отношений. Наши душевные связи загублены.

Распознать социопата как крайний случай подавляющего типа заранее бывает сложно. Свою главную цель – вторжение в чужие границы и подчинение других своему влиянию – он подчас умело маскирует заботой и вниманием. В его исполнении эти важные для установления контакта качества становятся манипулятивными приемами. Такого социопата можно отличить от действительно внимательного и заботливого человека по отсутствию у него глубоких человеческих привязанностей. Если бы Карлсон улетел от Малыша и не вернулся, то он бы однозначно перешел в категорию социопатических личностей. Именно отношения с Малышом показывают этого лишенного всяких представлений о совести и морали человечка как личность подавляющую, но все же не социопатическую.

– Собаку мне, видно, не подарят никогда в жизни, – сказал Малыш. – Но я, конечно, получу много других подарков. Поэтому я решил весь день веселиться и совсем не думать о собаке.

– А, кроме того, у тебя есть я. Я куда лучше собаки, – сказал Карлсон и взглянул на Малыша, наклонив голову.

Подводя итог в различиях между социопатическим типом и авторитарным, можно сказать, что те души, которые коллекционирует черт-социопат, ему не дороги. Эмоционально он в них не нуждается – он использует их чисто функционально. Авторитарная же личность, в отличие от социопата, хотя и коллекционирует души для подтверждения своей значимости, но через эту острую эмоциональную потребность в признании привязывается к ним.

Привязанность делает авторитарную личность человечной, заставляет искать возможности установления близких отношений. Правда, эти отношения она готова устанавливать не через проявление теплоты своих чувств, а скорее путем принесения ближнему какой-либо пользы. И она это умеет.

Авторитарная личность обладает достоинствами не только по тем критериям, которые она сама себе выбирает – как то быть самой умной, красивой и богатой – но и по существу своей структуры личности. Казалось бы, что может быть хорошего в нарушении границ и вторжении на чужую территорию. А вот есть.

Прежде, чем рассказать об этой положительной стороне авторитарного типа, позволю себе теоретическое рассуждение об эволюционном развитии человека как вида. Это рассуждение обычно приводится для пояснения, откуда берутся наши главные инстинкты. Без понимания этих теоретических основ значимость трех базовых инстинктов человека была бы недооценена, и возникло бы побуждение расширить их список. Вместе с этим пострадала бы стройность той модели человеческих отношений, которая разрабатывается в этой книге.

Итак, чтобы человеческий род выжил необходимо выполнение 3-х условий.

Первое – чтобы каждый отдельный индивид боролся за свою жизнь. Для этого природа или Господь наградил человека инстинктом выживания.

Второе – чтобы у людей появлялось потомство. Для этого людям выдан инстинкт продолжения рода.

И, наконец, третье – поскольку человек недостаточно силен сам по себе, необходимо, чтобы он выживал организованно, социумом. А для этого нужна иерархия соподчинения, в которой каждый бы выполнял свои функции. Иерархический инстинкт в человеке предназначен для наведения этого порядка в обществе, чтобы были лидеры, их заместители, исполнители, лидеры в ответвлениях иерархии, их заместители и исполнители и т. д.

Последний из перечисленных инстинктов и относится к авторитарной личности. Это не значит, что других инстинктов у нее нет. Это значит, что он у нее – ведущий. Более того, возможны случаи – для личностей хорошо развитых и осознающих свое поведение – что этот инстинкт человек сознательно ограничивает лишь какой-то сферой своей жизни, например, работой. А приходя домой, расслабляется и честно передает полномочия своему супругу. Однако спрятать свой доминирующий инстинкт окончательно получается редко, слишком привыкаем мы к своим стереотипам поведения, и слишком мощный внутренний маховик запускает эту доминанту.

Силу этого инстинкта в свое время ученые проверили на обезьянах. Обезьяны – животные стайные, и роли у них распределены четко – кто альфа, кто омега. Эксперимент заключался в том, чтобы посмотреть, как поведет себя вожак, если его положение в иерархии будет искусственно занижено. Альфа-самца посадили в клетку, расположенную в непосредственной близости с клеткой самца-омеги. Они легко видели друг друга, но взаимодействовать не могли. Экспериментаторы сознательно стали нарушать все установленные в стае правила. Омеге первому приносили еду и лакомства, и тот с удовольствием уплетал их на глазах у голодного пока лидера стаи. Затем кормили альфу. В клетку к омеге-самцу первому приводили лучшую стайную самочку. Несчастный вожак вынужден был наблюдать картину, как омега занимается любовными утехами, и терпеть невыносимое унижение, хотя свою самку тоже получал, но позже. Эксперимент не продлился долго. Лидер стаи, мощный и вполне здоровый самец, умер от инфаркта. Увы, иерархический инстинкт действительно силен, относиться к нему философски на уровне обезьяньего мышления затруднительно.

Но вернемся к вопросу о той пользе, которую приносят авторитарные личности. Иерархический инстинкт заставляет их стремиться к лидерству в общении. Это означает, что такой человек, принимая на себя роль главного, принимает на себя ответственность не только за себя, но и за всех тех, кого он стремится в эту свою иерархию включить.

В семье такая роль предписана родителю по отношению к своему ребенку. Это может показаться странным, на первый взгляд, но за воспитание отвечает отнюдь не инстинкт продолжения рода, а именно иерархический инстинкт. Как проявляет себя инстинкт продолжения рода, будет показано в главе про осторожно-эмоциональную личность.

В деловой сфере авторитарная роль предписана главе компании. Руководитель фирмы несет на себе все риски предприятия, а исполнители получают зарплату, выполняя определенные возложенные на них свыше функции.

Быть успешной и позитивной авторитарной личностью – тяжелый труд. Слова «авторитарность», «авторитет» и «автор» имеют один корень и близки по смыслу. Чтобы поддерживать свой авторитет, подавляющей личности недостаточно вторгаться в чужие границы и хозяйничать на чужой территории. Требуется серьезное обоснование, почему кто-то должен на это вторжение согласиться. И если таким обоснованием является примитивное физическое или психологическое насилие, то оно ничего, кроме сопротивления и ответных военных действий, не вызывает. Чтобы сопротивления не было, требуется высокий уровень компетенции в той области, в которой происходит захват личностной территории.

Винни-Пух нажал кнопку звонка…:

– Сова! Открывай! Медведь Пришел.

Дверь открылась, и Сова выглянула наружу.

– Здравствуй, Пух, – сказала она. – Какие новости?

– Грустные и ужасные, – сказал Пух, – потому что Иа-Иа, мой старый друг, потерял свой хвост, и он очень убивается о нем. Будь так добра, скажи мне, пожалуйста, как мне его найти?

– Ну, – сказала Сова, – обычная процедура в таких случаях нижеследующая…

– Что значит Бычья Цедура? – сказал Пух. – Ты не забывай, что у меня в голове опилки и длинные слова меня только огорчают.

– Ну, это означает то, что надо сделать.

– Пока она означает это, я не возражаю, – смиренно сказал Пух.

– А сделать нужно следующее: во-первых, сообщи в …печать, – очень громко и внятно сказала Сова. – Дай в газету объявление и пообещай награду. Надо написать, что мы дадим что-нибудь хорошенькое тому, кто найдет хвост Иа-Иа…

– Ну вот, – сказала Сова, – мы, значит, напишем наше объявление, и его расклеят по всему Лесу.

…Он (Пух) глубоко вздохнул и стал очень стараться слушать то, что говорила Сова.

А Сова говорила и говорила какие-то ужасно длинные слова, и слова эти становились все длиннее и длиннее… Наконец она вернулась туда, откуда начала, и стала объяснять, что написать это объявление должен Кристофер Робин.

Сова в лесу, где живет Винни-Пух, заслуженно пользуется авторитетом. Из разговора Пуха с Совой видно, что ее познания реально на порядок выше, чем уровень простого жителя сказочного леса. Именно этот факт заставляет Винни-Пуха обратиться к ней за помощью. Винни-Пух, таким образом, добровольно просит Сову навести порядок на его территории. В обыденной жизни Сову напоминают многочисленные школьные учительницы, не в обиду им будет сказано. В первом классе детишки с воодушевлением приходят поучиться, но вскоре понимают, какую свободу потеряли под их гнетом.

Свой авторитет подавляющая личность зарабатывает не только знаниями и квалификацией. Ее влияние принимают во многом благодаря наличию твердых представлений о том, что должно быть и как следует поступать. Она хорошо знает, чего она хочет и легко формулирует цели. Своей сильной волей подавляющая личность способна заставить других выполнять действия, необходимые для достижения поставленных целей. В следующем отрывке из сказки Эдуарда Успенского «Дядя Федор, Пес и Кот» авторитарная, но всеми любимая Мама Дяди Федора умело расставляет приоритеты и легко отстаивает свою точку зрения. Она, не смущаясь, открыто заявляет о своих интересах. И хотя ее интересы довольно эгоистичны, своей открытостью и уверенностью она обезоруживает папу и подчиняет своему влиянию. В результате, папа хотя и спорит с ней, но остается в проигрыше.

Папа с мамой очень горевали, что дядя Федор пропал.

– Это ты виноват, – говорила мама. – Все ему разрешаешь, он и избаловался.

– Просто он зверей любит, – объяснял папа. – Вот и ушел с котом.

– А ты бы его к технике приучал. Купил бы ему конструктор или пылесос, чтобы он делом занимался.

Но папа не согласен:

– Кот – он живой. С ним и играть можно, и на улице гулять. И конструктор будет тебе за бумажкой прыгать? Или можно, например, пылесос на веревочке водить? Ему не игрушка, ему товарищ нужен.

– Не знаю, что ему там нужно! – говорит мама. – Только все дети как дети – сидят себе в углу и из желудей человечков делают. Посмотришь, и

сердце радуется.

– У тебя радуется, а у меня не радуется. Надо, чтобы в доме и собаки были, и кошки, и приятелей целый мешок. И всякие там жмурки-пряталки. Вот тогда дети и не станут пропадать.

– Тогда родители пропадать начнут, – говорит мама. – Потому что я и без того на работе устаю. У меня еле-еле сил хватает телевизор смотреть.

И вообще ты мне свои глупости не говори. Ты лучше скажи, как нам мальчика разыскать.

Глава 3. Уступчивая личность

Внешние проявления уступчивой личности. Поведение, речь, способы влияния. Разнообразие уступчивых личностей. Уровень согласия на вторжение

Прямой противоположностью авторитарной личности выступает личность уступчивая, или присоединяющаяся. К этому типу относятся такие сказочные герои как Пятачок из «Винни-Пуха», Шарик из Простоквашино, Пьеро из «Буратино», Старик из пушкинской «Сказки о рыбаке и рыбке», Малыш из «Карлсона», Кай из «Снежной королевы». Женские уступчивые типажи: Золушка, Дюймовочка, Земляничка из «Чиполлино», Попрыгунья-Стрекоза из басни Крылова.

Всех их объединяет то, что границы их личностного пространства легко проницаемы. Если жизнь ставит перед ними серьезные задачи, то принять на себя ответственность за поиск решения они практически не в состоянии. Их обычный стереотип поведения в этом случае оглянуться вокруг и найти кого-нибудь, кто готов принять эту ответственность на себя, а затем присоединиться к нему.

Такой прием можно было бы счесть за хитрость и манипуляцию, как в случае социопатической личности, если бы они на самом деле были реально способны найти в себе силы о себе позаботиться. В отличие от манипуляторов, уступчивая личность действительно пропадет, если не найдет себе опору в ком-то другом.

Наши персонажи своим поведением и жизненной позицией сходны с ребенком. Уступчивая личность выглядит искренней, открытой, незащищенной. Она легко признает свою слабость или некомпетентность и с благодарностью принимает помощь со стороны.

Она искренне выражает свои чувства: радость жизни, горечь утраты, может откровенно поплакать, поблагодарить за поддержку, проявить теплоту и сочувствие.

Ее взгляд – доверчивый и открытый, когда собеседник ей знаком и легко прогнозируем. Она опускает глаза и ведет себя сдержанно, если оказывается лицом к лицу с человеком, чье отношение ей трудно предвидеть. В этом случае ее речь очень вежлива и скромна. Настолько скромна, что подчас лишена вообще какой-либо инициативы. Уступчивая личность избегает привлекать к себе излишнее внимание и старается остаться в тени, чтобы, не дай Бог, не вызвать на себя нечаянную агрессию.

Противостоять агрессии такой личностный тип не в состоянии ни физически, ни морально. У него два способа защиты против насилия. Первый – это отсутствие противостояния вплоть до абсолютной беспомощности, в надежде тем самым погасить агрессию. Второй способ – исполнительность. Выполнить все требования агрессора. Однако речь, как уже говорилось, не должна идти о стратегических, жизненно важных вопросах. «Ребенок» на них не способен.

Нечего и говорить, что судьба в результате ставит уступчивую личность в зависимость от нрава того, в чьи руки она попадает. За свою несамостоятельность ей приходится то и дело расплачиваться: терпеть неудобства, унижения, физическое и психологическое насилие, а если совсем не повезет – погибать.

Давайте посмотрим, как выживает Дюймовочка, оставшись одна без родителей и средств к существованию. А вот как: она попадает то к одному, то к другому жителю леса. Своим растерянным видом и слабостью Дюймовочка располагает их к себе и через них спасает свою жизнь в трудных условиях. Каждый покровитель при этом накладывает на нее некоторые обязанности, которые, хочешь – не хочешь, ей приходится выполнять.

Возле леса, куда она попала, лежало большое поле; хлеб давно был убран, одни голые, сухие стебельки торчали из мерзлой земли; для Дюймовочки это был целый лес. Ух! Как она дрожала от холода! И вот пришла бедняжка к дверям полевой мыши; дверью была маленькая дырочка, прикрытая сухими стебельками и былинками. Полевая мышь жила в тепле и довольстве: все помещение было битком набито хлебными зернами, кухня и кладовая у нее были на загляденье! Дюймовочка стала у порога, как нищенка, и попросила подать ей кусочек ячменного зерна: она два дня ничего не ела!

– Ах ты, бедняжка! – сказала полевая мышь: она была, в сущности, добрая старуха. Ступай сюда, погрейся да поешь со мною!

Девочка понравилась мыши, и мышь сказала:

– Ты можешь жить у меня всю зиму, только убирай хорошенько мои комнаты да рассказывай мне сказки, я до них большая охотница.

И Дюймовочка стала делать все, что приказывала ей мышь, и зажила отлично.

Если Дюймовочке с мышью повезло, то Попрыгунье-Стрекозе с Муравьем – увы. Ее артистический талант, открытость и бедственное положение оставили делового муравья-одиночку равнодушным. Он не захотел променять часть своих запасов на общество беззаботной стрекозы.

И судя по его последней реплике – дело не в жадности Муравья. В его словах звучит явное раздражение тем безответственным образом жизни, который выбрала себе стрекоза.

Попрыгунья Стрекоза

Лето красное пропела;

Оглянуться не успела,

Как зима катит в глаза…

Всё прошло: с зимой холодной

Нужда, голод настает;

Стрекоза уж не поет:

И кому же в ум пойдет

На желудок петь голодный!

Злой тоской удручена,

К Муравью ползет она:

«Не оставь меня, кум милой!

Дай ты мне собраться с силой

И до вешних только дней

Прокорми и обогрей!» —

«Кумушка, мне странно это:

Да работала ль ты в лето?»

Говорит ей Муравей.

«До того ль, голубчик, было?

В мягких муравах у нас

Песни, резвость всякий час,

Так, что голову вскружило». —

«А, так ты…» – «Я без души

Лето целое всё пела». —

«Ты всё пела? это дело:

Так поди же, попляши!»

Уступчивая личность очень исполнительна и даже ответственна, когда речь идет о простых понятных обязанностях, но только не об ответственности за собственную жизнь. Золушка легко справляется со всеми поручениями, возложенными на нее злой мачехой. В этом смысле она – очень ответственный человек. Однако она не пытается изменить свою судьбу, а ведь она уже довольно взрослая, раз впоследствии принц женится на ней. Вспомним Мальвину – девочку с голубыми волосами. Они с Золушкой представляются в своих сказках примерно одного возраста – обе молодые барышни на выданье. И ситуация у Мальвины – сходная с Золушкиной: пребывание в кукольном театре под гнетом подавляющего жестокого Карабаса-Барабаса для нее невыносимо. Однако трудно представить, чтобы Мальвина повела себя так же, как Золушка, и согласилась бы терпеть унижение и издевательства. Мальвина бежит из театра, находит себе помощников: Артемона и всяческих лесных обитателей. Она легко организует обеспечение себя любимой всем необходимым для жизни. Откуда-то берется маленький домик на лесной лужайке (ипотека?), что совершенно не удивляет читателя, знающего личность Мальвины. По-видимому, этот домик не фантастическая случайность, а результат ее усилий в поиске, переговорах или организации строительства. Золушка же – племянница Феи, кстати сказать, – даже не может приложить усилия, чтобы поменять себе опекуна. Она не обращается за помощью к тете-волшебнице. Сюрприз! Фея появляется сама, нежданно-негаданно. Фея дает Золушке шанс – иди на бал, принц ищет себе невесту, ты хороша, мила в общении, ты ему понравишься! Сама судьба благосклонна к Золушке – Принц в нее влюбляется и ищет ее по туфельке. Что же делает наша уступчивая личность? Прячется от слуг Принца и даже помогает своей сводной сестрице напялить хрустальную туфельку на ногу слоновьего размера!

Столь же гротескно ведет себя Старик из сказки Пушкина о рыбаке и рыбке. В отличие от Золушки, которой не удалось испортить себе жизнь окончательно, он таки сумел похоронить все представившиеся ему шансы. Золотая Рыбка, попав в невод рыбака, понимает, что власть над ее жизнью теперь в руках Старика – ведь он может зажарить Рыбку. Старик невольно контролирует ситуацию. Обстоятельства складываются так, что от принятия решения ему никак не увильнуть. Рыбка не просто просит Старика отпустить ее, но еще предлагает выкуп.

Как взмолится золотая рыбка!

Голосом молвит человечьим:

«Отпусти ты, старче, меня в море,

Дорогой за себя дам откуп:

Откуплюсь, чем только пожелаешь».

Своим предложением выкупа Рыбка открывает Старику в прямом смысле слова море возможностей. В этот момент она не только признает его власть над своей жизнью, но и вручает ему ответственность за его собственную.

Старика нельзя назвать неспособным попросить кого-то об одолжении. В дальнейшем изложении сказки мы увидим, что он не раз будет приходить на берег, звать Рыбку и обращаться к ней с просьбами. Дело не в отсутствии навыка просить. Уступчивые личности просить умеют.

В данной ситуации Старик находится в положении «сверху» над рыбкой, он должен не столько попросить, сколько распорядиться. А вот это для него и невозможно. Старик принимает единственное допустимое для себя решение – вернуться в состояние, когда ему больше не надо принимать решения, а также контролировать ситуацию и нести ответственность за жизнь Рыбки и свою собственную.

Отпустил он рыбку золотую

И сказал ей ласковое слово:

«Бог с тобою, золотая рыбка!

Твоего мне откупа не надо;

Ступай себе в синее море,

Гуляй там себе на просторе».

У уступчивой личности существует предел давления внешней среды, который она готова терпеть, тот, что мы по-простому называем предел терпения. Правда, когда мы говорим о пределе терпения, то тут же представляем себе, как доведенный до предела человек взрывается, оказывает сопротивление, разражается негодованием, гневом или истерикой. Но это история не про уступчивую личность. Такой стереотип поведения мы увидим у следующей: осторожно-эмоциональной личности. Наша же уступчивая личность в самом грозном варианте способна лишь на слезы и рыдания. В самом слабом варианте – на тихое угасание. Поэтому говорить про «предел терпения» в данном случае кажется неуместным. «Уровень согласия» выглядит более подходящим термином для уступчивой личности.

По уровню согласия уступчивые личности выстраиваются в широкий диапазон: от вполне социализированного Кая и Пятачка до Золушки и настоящих жертв домашнего насилия без счастливого сказочного конца. В этом последнем варианте реальность оказывается гораздо страшнее самой страшной сказки.

Уровень жизни, на который готов согласиться мальчик Кай, настолько высок по сравнению с обычными уровнями согласия присоединяющихся личностей, что в нем даже трудно сразу разглядеть уступчивую личность. Также его тип замаскирован особенностями переходного возраста, который переживает Кай.

Остановимся на этом подробнее. В подростковом периоде ребенок отдаляется от семьи, в данном случае от бабушки и подружки детства Герды. Его приоритетной целью в этот период становится поиск своего места в коллективе сверстников, потребность проявить себя, занять устраивающее его место в иерархии таких же подростков. Очень похоже на задачу, решаемую личностью подавляющей. Однако достаточно вспомнить себя в этом возрасте или понаблюдать за отношениями таких уже не детей, но еще не взрослых, чтобы понять, что не выполнить эту задачу для подростка означает быть затоптанным и затравленным своими же товарищами. Получается, что это в большой степени, задача выживания, а не задача конкуренции, как для личности авторитарной. Здесь довольно тонкая разница.

Если для авторитарного типа очень важно самому вскарабкаться на верхний этаж иерархической лестницы и оттуда контролировать и управлять ситуацией, то для уступчивого типа важен сам факт достижения приемлемого уровня жизни. После этого он уже не будет тратить энергию на самоутверждение, а просто расслабится и отдаст себя на волю покровителя.

Кай вступает в переходный возраст, что символизирует осколок волшебного зеркала, попавший ему в глаз. Кривое зеркало колдовским способом искажает его восприятие мира и близких ему людей. Родители, уже столкнувшиеся с проблемами своих детей этого возраста, узнают в Кае своих внезапно изменившихся чад. Детки вдруг начинают огрызаться, ведут себя вызывающе и с ними невозможно договориться. Единственным ориентиром для них становится мнение своих сверстников в школе или во дворе. Чтобы продемонстрировать свою взрослость, оказаться «на уровне» в значимом для него коллективе дворовых товарищей, Кай опять же очень символично привязывает себя (присоединяет) к саням Снежной Королевы. Так он оказывается в ее царстве и начинает исполнять ее поручение по выкладыванию из льдинок слова «Вечность».

Его никто не бьет, не понукает, не морит голодом. Ему приходится лишь обходиться без человеческого тепла, привычной радости жизни, без свободы и управления ходом своей жизни. Но на это он готов согласиться. Он не цепляется за свободу и ответственность за свою жизнь. Ему кажется убедительной сделка со Снежной Королевой: слово «Вечность» в обмен на весь мир и пару коньков в придачу. Намек на то, что срок исполнения этой сделки – вечность – его не настораживает. Он доверился Королеве – доверил себя, доверил ответственность за свою жизнь. Для нас сейчас важно отметить: трудно представить себе, что Кая устроил бы какой-то более низкий уровень выживания. Если бы в царстве Снежной Королевы с ним обращались жестоко, унижали, избивали, заставляли заниматься тяжелой грязной работой, то это наверняка вызвало бы сопротивление со стороны Кая и активизировало бы его внутренние ресурсы. Он никогда бы не стал терпеть выходки своенравной Старухи, которые без возражений сносил Старик из «Сказки о рыбаке и рыбке». Но уровень выживания, предложенный Каю Снежной Королевой, его устроил несмотря на все ограничения. Это его уровень согласия.

Пятачок из «Винни-Пуха» тоже достаточно самостоятелен. По крайней мере, ведет свое хозяйство и как-то себя обеспечивает. Тип его личности проявляется в том, что мы не видим никакой инициативы с его стороны. Во всех приключениях он присоединяется к своему другу Пуху. Присоединяется с опаской, нерешительно, но все же, доверяя ему полностью, в конечном счете. Этим Пятачка напоминает и Малыш, который с удовольствием ведется на все игры Карлсона.

Уступчивых личностей объединяет в поведении отсутствие собственной инициативы, нерешительность, готовность довериться, в конечном счете, партнеру. Они выглядят открытыми, миролюбивыми, скромными, неуверенными в себе.

На дальнем конце ряда уступчивых личностей находятся жертвы домашнего насилия. Подавляющее большинство из них женщины.

Ψ-справка

Статистика домашнего насилия

По данным российского национального центра по предотвращению насилия «АННА», в России каждые 40 минут от руки мужа или партнера погибает женщина. Каждая третья женщина в России страдает от физического насилия со стороны своего мужа. В 2016 году число потерпевших от насилия в семье женщин всего составило 49 765 человек, в 2015 году эта цифра составляла 36 493, в 2014 году – 31 358, в 2013 – 27 993. Ежегодно около 10 000 женщин погибает от рук своих мужей или партнеров. Для сравнения: за 10 лет Афганской войны Советский Союз потерял 17 000 человек. Кроме того, каждая седьмая женщина России боится своего мужа, ожидая от него «внезапного срыва» и удара по лицу или в живот. 57% женщин систематически испытывают психологическое насилие в виде оскорблений, унижений и издевательств. 30% вынуждены выпрашивать деньги у мужа на каждую мелочь и отчитываться за покупки. В семьях, где практикуется насилие над матерью, около 70% детей также подвержены насилию.

Для таких женщин – жертв домашнего насилия в психологической литературе укрепилась аббревиатура ЖЖДН. Уровень согласия у ЖЖДН столь низок, что часто совпадает с уровнем реального физического выживания. На поведенческом уровне взаимоотношения между насильником и жертвой описаны теорией о циклическом характере домашнего насилия, которая была разработана американской исследовательницей Ленор Уокер (Lenore Walker) в 1970-х годах.

Цикл домашнего насилия по этой концепции включает 4 стадии.




Первая – возникновение и нарастание напряженности в семье. Недовольство и требовательность агрессора увеличивается, жертва всячески пытается его удовлетворить и успокоить. Агрессор, разумеется, не может быть удовлетворен усилиями ЖЖДН, и наступает вторая стадия – сам насильственный инцидент. Происходит вспышка жестокости, сопровождаемая яростью, угрозами, запугиванием. На этой стадии насильник доводит жертву до самого дна ее согласия терпеть такое насилие. После чего – останавливается. На третьей стадии агрессор примиряется с жертвой, возлагая на жертву всю вину за собственное поведение – была недостаточно хороша, вела себя неправильно, спровоцировала его. Убеждает, что на самом деле ничего страшного не произошло, а что произошло – то она заслужила. ЖЖДН прощает обидчика, подтверждая тем самым свой уровень согласия. После примирения жертва может отдохнуть от насилия в период спокойствия, который называют «медовый месяц». Однако вскоре отношения возвращаются на первую стадию, и цикл насилия возобновляется, набирая скорость и увеличивая свою частоту. Практически не бывает случаев, когда акты насилия не переходят в повторяющийся цикл, а остаются разовой вспышкой. ЖЖДН в результате такого циклического насилия приобретает так называемую «выученную беспомощность» и уже не способна самостоятельно выбраться из создавшегося положения. В лучшем случае она находит в себе силы обратиться за помощью в кризисный центр для женщин. Мотивацией в этом случае служит, чаще всего, желание переложить ответственность за свою жизнь с мужа-насильника на сотрудников этого центра. Представить себя самостоятельной она уже не может. В худшем случае – ЖЖДН погибает.

Внутренняя структура уступчивой личности. Основной инстинкт и главная внутренняя цель «внешней политики» уступчивой личности. Эмоции, чувства, ведущий защитный механизм

Главный инстинкт для присоединяющейся личности – это инстинкт выживания. Дюймовочка и Попрыгунья-Стрекоза выживают в тяжелых условиях дикой природы, Золушка и Старик выживают в бесприютном социуме, мальчик Кай в коллективе конкурирующих между собой подростков. И каждый из них боится. Боится, что задача выживания окажется ему не по плечу. Поговорка «У страха глаза велики» в полной мере относится к присоединяющейся личности. Страх и тревога – их главные внутренние эмоции.

Эти чувства пробиваются в нерешительности и отсутствии инициативы: а вдруг последствия окажутся не такими, какими могут показаться на первый взгляд. Проявляются в нарочитой вежливости и скромности: а вдруг нечаянно сказанное слово заденет кого-то и вызовет непредвиденную агрессию. Высокая тревожность и страх стоят за правилом «уступай»: а вдруг моя неуступчивость вызовет такое давление, что я буду этим давлением уничтожен.

Уступчивой личности не страшно выполнять только такие действия, горизонт ответственности за которые просматривается наверняка. Эти действия могут быть простыми: стоять за прилавком, подметать двор, варить макароны. Могут быть и высококвалифицированными: сделать перевод, закрыть бухгалтерский баланс, отладить программу. Но их всегда объединяет одно: они не носят стратегического характера. Уступчивая личность – исполнитель, помощник, восхищенный зритель, но не лидер, не инициатор, не стратег.

Обобщая эти проявления страха и тревожности, можно заметить, что они связаны с таким общим понятием как ответственность человека за свою жизнь. Это настолько общее понятие, что подчас человек, испытывающий страх за него, не может толком сформулировать, чего именно он боится. «Это какая-то общая неуверенность в себе», – обычно говорят те, кто жалуются на постоянную тревожность по жизни. Другими словами, я боюсь, что при каких-то обстоятельствах жизни, сам не знаю каких, я не смогу постоять за себя, обеспечить себе сносное существование, выжить, сохранить свое лицо, наконец. Боюсь того – не знаю чего.

Ψ-справка

Тревога – чувство неразвернутого страха. В отличие от просто страха, когда человек может четко определить, чего именно он боится, тревога наступает в ситуации некоторой неопределенности. Человек не может уверенно указать источник и причины своего беспокойства. Тревога призвана предотвратить совершение человеком опрометчивых поступков, когда интуиция подсказывает ему наличие опасности.

Если тревога возникает не только в опасных ситуациях, а сопутствует всей жизни человека, превращаясь в общую неуверенность в себе, то можно говорить о невротической тревоге. В этом случае к страху подмешиваются печаль, чувство вины и стыда. Постоянная тревожность приводят к формированию определенного типа личности, в частности уступчивого.

Тревожность уступчивой личности – оборотная сторона ее неуверенности в себе. Кроме того, тревожность напрямую связана с отказом присоединяющейся личности принимать на себя ответственность за собственную жизнь.

Хочу обратить внимание читателя на то, что эта связь осуществляется по типу замкнутого круга, а не по типу «причина-следствие». Это важно! Представим себе женщину, которая очень боится уйти от подавляющего ее мужа. Боится, что без него пропадет: не найдет себе крышу над головой, приличный заработок, не сможет вырастить ребенка, будет в целом беззащитна в этом суровом мире.

Чтобы избежать этой тревоги, она продолжает терпеть его издевательства, оскорбления, ограничения. Таким образом, сегодня она сохраняет себе факт наличия мужа, а вместе с ним его материальное обеспечение и свой статус благополучной замужней женщины. Сиюминутно она испытывает облегчение чувства тревожности. Однако одновременно тем самым она подтверждает себе, что ни на что не годится, не способна постоять за себя, обеспечить свой быт, найти себе доброжелательный круг общения. Получается, что без своего мужа-агрессора она – полное ничтожество и должна на него опираться, как на костыль. Такое подтверждение собственной никчемности ведет к тому, что в целом ее чувство тревожности растет и крепнет. Круг замыкается!

Вырваться из лап тревожности в такой ситуации очень сложно. Тем более, что обычно налицо – виновник, подавляющий уступчивую личность. Но у уступчивой личности есть и внутренний враг – свой собственный отказ от ответственности. Если вместо того, чтобы подстраиваться под тирана, женщина начинает прилагать усилия по обеспечению собственного существования, идет навстречу своим страхам и тревогам, то задача уже не кажется такой невыполнимой. Работа находится, деньги зарабатываются, дети выращиваются, жизнь продолжается. Когда мы убегаем от приведений – они нас преследуют, а когда останавливаемся и протягиваем к ним руку, то они исчезают!

Ни один человек не может жить, ощущая себя полностью никудышным. У каждого из нас есть свой метод, которым мы реабилитируем себя в собственных глазах. Всех уступчивых личностей объединяет в этом смысле одно общее, бросающееся в глаза, качество – доброта.

Ψ-справка

Доброта – отношение к проблемам других как к своим собственным. Отношение с пониманием, с желанием и готовностью помочь. Со стороны тех, к кому проявляется такое отношение, оно, безусловно, оценивается положительно. Доброго человека считают хорошим независимо от ситуации, даже если он своей добротой наносит ущерб самому себе. Доброта уступчивой личности особенная. У уступчивой личности отношение к проблемам других как к своим, сопровождается отношением к своим проблемам, как к чужим! Свои проблемы они оставляют другим!

Вспомним, как Старик отпускает на волю Золотую Рыбку. Для самого Старика решение отпустить рыбку – это акт доброты. Старик принимает чужую беду как свою собственную, сочувствует, жалеет, но от реальных конструктивных действий, требующих волевых решений, уходит. В собственных глазах Старик, отпуская Рыбку, поддерживает свое представление о себе как о хорошем человеке. Это его способ поддержания самооценки. В этот момент о своих проблемах он не думает, как будто они ему чужды.

Вспомним формулу Джеймса. Самооценка определяется отношением уровня успешности к уровню притязаний. Уступчивая личность ни на что не претендует. Ее уровень притязаний очень низок. Ведь ее сила в последовательной слабости. Однако это не манипулятивная слабость. «Я не могу ничего добиться сама», – это внутренняя убежденность уступчивой личности. За ней следует надежда: если повезет, то кто-нибудь более сильный или более умный меня заметит, и рядом с ним мне будет хорошо. Поэтому ничего добиваться не надо, ни о каком уровне успешности речь не идет. Лояльность, исполнение чужих требований и желаний ведут уступчивую личность с ее точки зрения к блаженному состоянию, когда, наконец, она будет достойной покровительства, а ответственность за ее жизнь переляжет на плечи другого.

Таким образом, формула Джеймса не работает для уступчивой личности. Ее самооценка поддерживается простым правилом: если ты сумел выполнить чье-то желание, ты молодец. Понятно, что такая установка может сочетаться только с заведомо заниженной самооценкой. Но для выполнения этого правила – всегда подчиняться чужой воли – требуется отказ от себя, от своих внутренних потребностей. Иначе как можно непрерывно уступать? Представьте себе Золушку, у которой есть потребность учиться, общаться с друзьями, а она должна драить полы и чистить картошку. Как она может решить этот конфликт в пользу пола и картошки? Только одним путем – заблокировать свои истинные потребности.

Отказ от себя не может пройти без последствий. Всю дальнейшую жизнь уступчивой личности будет сопровождать грусть-печаль. Это чувство примешивается к тревоге вместе с чувством стыда за собственную никчемность.

Ψ-справка

Грусть, печаль – чувство, возникающее у человека при значительной неудовлетворённости значимых для него потребностей.

Стыд – страх негативной оценки себя со стороны других людей, сопровождаемый желанием исчезнуть, скрыться с глаз. Стыд возникает только в случае, если внешняя оценка для человека важна. Сам он может не сожалеть о своем поступке. Другими словами, стыд не свидетельствует о раскаянии.

Негативная оценка в детстве – ругань родителей, например, – часто приводила к наказанию. Поэтому стыд одновременно проявляет себя как непроизвольный подсознательный страх наказания вслед за страхом негативной оценки.

Если человек все-таки сожалеет о содеянном и испытывает реальное раскаяние, то приходит чувство вины.

Вернемся к вопросу о доброте. Может показаться, что доброта Старика сходна с добротой, например, Винни-Пуха. Помните, как Пух пожалел своего друга Иа-Иа и помог найти его хвост?

Действительно, и в той, и в другой ситуации персонажи принимают беду ближнего как свою собственную, что и принято называть добрым отношением. Но есть и существенное отличие: Старик избегает принятия ответственности, Пух – наоборот, берет часть ответственности Иа на себя. Старик в дальнейшем не хочет больше принимать решения по вопросу ответственности за себя и за Рыбку. Пух готов вести поисковую работу, где решения приходится принимать на каждом шагу. Доброта Старика – избегающая, сопровождающаяся чувством страха за последствия. Доброта Пуха – это часть активной жизненной позиции. Его доброта – смелая и решительная.

Доброта уступчивой личности из-за своей пассивности и слабости может обернуться бедой для покровителя.

Легкий белый мотылек все кружился над Дюймовочкой и, наконец, опустился на лист – уж очень ему понравилась эта крошечная путешественница.

А Дюймовочка сняла свой шелковый пояс, один конец набросила на мотылька, другой привязала к листу, и листок поплыл еще быстрее. В это время мимо пролетал майский жук. Он увидел Дюймовочку, схватил ее и унес на дерево. Зеленый лист кувшинки поплыл без нее дальше и скоро скрылся из виду, а с ним вместе и мотылек: ведь он был крепко привязан к листу шелковым поясом.

Как испугалась бедная Дюймовочка, когда рогатый жук обхватил ее лапками и взвился с ней высоко в воздух! Да и белого мотылька ей было очень жалко. Что-то с ним теперь будет? Ведь он умрет с голоду, если ему не удастся освободиться.

Дюймовочка – нежное создание – образно говоря, связывает неразрывными обязательствами мотылька, захотевшего помочь ей в движении по жизни. Представьте себе молодого человека, влюбившегося до беспамятства в чудесную молоденькую девушку. Чтобы начать с ней жить, он берет кредит, делает ей в квартире капитальный ремонт, покупает машину, оплачивает образование. Все выплаты по кредиту он, как настоящий мужчина, принимает на себя. Это мотылек. Дальше в сказке жук подхватывает Дюймовочку и уносит в свой мир – силой сбивает бедную девушку с намеченного пути. В жизни это могло бы выглядеть так. Вернувшись из командировки, молодой человек обнаруживает свою девушку в постели с типом бандитской наружности. Жук-бандит поднимается ему навстречу и выкидывает молодого человека из квартиры, покрывая матюгами. И вот он – мотылек – на улице без девушки, без квартиры, с кучей долгов. Что делает Дюймовочка в сказке? Ничего. Ей, всего лишь, очень жалко беднягу. В сказке он даже обречен на погибель, поскольку отвязать шелковый пояс сам не в состоянии. Дюймовочка может оплакать его потерю, но даже не попробует организовать его спасение. Заботу о его судьбе она оставляет самому мотыльку.

Если вы сейчас думаете, что это преувеличение, и интерпретация этого сказочного момента притянута за уши, то знайте – это преуменьшение! Такая способность – оставить человека без помощи на погибель и даже причинить ему боль, при обязательном условии, что ответственность за страдание возложена на другого, свойственна более 60% людей. И это не зависит от типа личности. Такой поразительный результат дал эксперимент Стенли Милгрэма (Stanley Milgram) – психолога Йельского университета – впервые описанный им в 1963 году.

Милгрэм в ходе эксперимента искусственно снимал с испытуемых ответственность за принятие решений и наблюдал, как они будут себя вести в этих условиях. Для присоединяющейся личности искусственно снимать ответственность не приходится. Она сама предпочитает не брать ее на себя.

Ψ-справка

Эксперимент Стенли Милгрэма.

Свой эксперимент Милгрэм задумал, размышляя над причинами фашизма: каким образом целая нация оказалась способной подчиняться приказам по совершению насилия над другими ни в чем не повинными гражданами. Он собирался сначала провести эксперимент в США, а затем перенести его в Германию, думая, что немцы как-то особенно подвержены влиянию авторитетов. Результаты были настолько ошеломительными, что дополнительных экспериментов в Германии не потребовалось.

Суть эксперимента заключалась в следующем. Испытуемому сообщалось, что в эксперименте изучается влияние боли на память. Испытуемый не знал истинной цели эксперимента. На самом же деле в эксперименте проводилось изучение, насколько человек способен подчиняться авторитетам, когда ответственность за последствия на него не возлагается.

Испытуемый должен был играть роль учителя, «наказывая» другого испытуемого-ученика, если тот неправильно вспоминал заученные пары слов. Ученик был привязан к стулу с металлическими пластинами, через которые передавалось наказание – удар током от 15 до 450 В. Учитель не мог видеть ученика, но слышал его мольбы из-за стенки. На самом деле никаких разрядов тока не было, а ученик был подставной фигурой и лишь изображал страдания. Но учитель, разумеется, ни о чем не догадывался.

Ключевым моментом в ходе эксперимента было следующее. Если испытуемый-«учитель» проявлял колебания относительно продолжения наказаний, то ведущий уверенно принимал на себя всю ответственность за страдание и здоровье ученика. Тем самым он подталкивал учителя к продолжению насилия.

Результаты шокируют. Никто из 40 испытуемых в эксперименте не остановился, когда «ученик» взмолился о прекращении эксперимента при низком напряжении тока. Первый из сорока «учителей» отказался продолжать нажимать на кнопку наказания, когда напряжение уже дошло до 300В. Больше, чем в розетке! В интервале от 300 до 375В остановились еще 14. Остальные 25 «учителей» -испытуемых, подчинившись экспериментатору, освободившему их от ответственности, дошли до конца и наказывали «ученика» разрядами тока вплоть до 450В.

Посмотрим, что побуждает присоединяющуюся личность к жизненной активности? Что в ее мотивации паровоз, что морковка, и каков у этого типа личности главный защитный механизм?

Уступчивая личность решает главную для себя задачу – вручить ответственность за свою жизнь кому-нибудь, готовому обеспечить ей ее уровень согласия. Для этого она очень старается. Старается быть хорошей для своего покровителя: всячески подстраивается под него, относится с пониманием, принимает все его проблемы как свои собственные, уступает во всем. «Котёночные отношения» – это тот идеал, к которому она стремиться. Быть маленькой, сытой и защищенной кем-то. Это – «морковка» уступчивой личности.

Ее «паровоз» – страх остаться предоставленной самой себе с необходимостью принимать жизненно важные решения. Жизнь представляется уступчивой личности полной опасностей и непосильных трудностей. Этот «паровоз» столь страшен для уступчивой личности, что она даже не пытается от него убежать. Поэтому она абсолютно немотивированна, совершенно не готова проявлять никакой инициативы. По большому счету ее жизненная позиция – принципиально пассивна. И это относится не только к вялым Малышам из «Карлсона», но также к энергичным живчикам, вроде Пятачка. При всей своей бодрости Пятачок лишь следует за инициативами активного Пуха, а сам остается его шустрой тенью.

Пассивная жизненная позиция уступчивой личности напоминает следующую картину. Вместо того, чтобы бежать сломя голову от «паровоза» (помните, как это делала личность авторитарная?), она испуганно топчется на рельсах и машет каждой приближающейся дрезине. Надеется, что находчивый обладатель дрезины – добыл ведь ее где-то! – пожалеет бедолагу и возьмет к себе за компанию. Если такой находится, то «морковка» тут же материализуется и оказывается в руках уступчивой личности. Можно расслабиться и положиться на своего спасителя.

Чтобы не быть изгнанным со спасительного средства передвижения, присоединяющаяся личность старается как бы слиться со своим покровителем. Она внутренне идентифицируется с ним и усваивает его взгляд на жизнь, даже подчас говорит его словами и перенимает его манеры. Главный защитный механизм уступчивой личности – идентификация.

Через защитную идентификацию проходят все люди, когда в детстве приобретают навыки общения. В частности, этот механизм описывал Фрейд, когда говорил о преодолении ребенком Эдипова комплекса.

Ψ-справка

«Эдипов комплекс» Зигмунда Фрейда.

Основоположник психоанализа, Зигмунд Фрейд, увидел в переживаниях маленьких мальчиков аналогию с древнегреческим мифом про царя Эдипа.

В мифе рассказывается история о том, как отцу Эдипа – Лаю – оракул предсказал страшное будущее. Его сын, по словам пророка, когда вырастет, убьет отца и женится на собственной матери. Напуганный таким предсказанием Лай велит отнести своего сына в горы и бросить там на погибель. Но ребенка находит пастух и пристраивает его в другую царскую семью. Там Эдип и вырос, считая своим отцом царя Полиба. Когда Эдип стал взрослым, настырный оракул вновь предсказал, уже ему – сыну, что он убьет своего отца и женится на матери. Оракулам было принято верить. Эдип, чтобы избежать предсказания, уходит от своих приемных родителей, поскольку считает их родными. Тут то и сбывается пророчество! В пути Эдип совершенно случайно сталкивается с повозкой Лая, которая наезжает ему на ногу. В перепалке Эдип убивает Лая, не зная, что это и есть его отец. В дальнейшем Эдип попадает в свой родной город и освобождает его от захватчиков. В награду за это жители избирают Эдипа своим царем, и он женится на вдове Лая, т.е. на своей матери.

Фрейд считал, что ребенок в возрасте около трех лет еще так сильно привязан к матери, что в фантазиях мечтает «убрать» своего главного соперника – отца – и сохранить себе в качестве самой близкой женщины свою мать. Каким же образом мальчик способен преодолеть этот «Эдипов комплекс»? Фрейд показывает, как в этом ему помогает защитный механизм идентификация. Ребенок эмоционально присоединяется к отцу, которого не только мечтает победить, но и любит одновременно. Он как бы мысленно сам становится отцом, идентифицируется с ним. Теперь ему не обидно уступить отцу самое дорогое – собственную мать. Становясь как отец, сын обретает намерение в будущем найти себе такую же близкую женщину, каковой его мать является для его отца.

В более взрослом возрасте мы порой используем механизм идентификации осознанно, когда хотим взять с кого-то пример.

Действие этого механизма было обнаружено, к всеобщему удивлению, у жертв террористических актов. Так называемый Стокгольмский синдром выражается в том, что заложники террористов начинают «понимать» правоту своих захватчиков, сочувствуют им, считают их действия оправданными, принимают их взгляды и идеи.

Ψ-справка

Стокгольмский синдром. История.

Считается, что автор термина «Стокгольмский синдром» – криминалист Нильс Биджерот (Nils Bejerot), который описал события лета 1973 г.

23 августа того года 32-летний Ян Эрик Улссон (Jan Erik Olsson) ворвался в банк в центре Стокгольма. В темных очках и в парике с африканской шевелюрой, он выстрелил вверх из автомата с криком «Вечеринка начинается!» Улссону удалось захватить в заложники четверых сотрудников банка: Бриджитт Ландблэд (Birgitta Lundblad), Кристин Энмарк (Kristin Enmark), Элизабет Олдгрен (Elisabet Oldgren) и Свена Сафстрома (Sven Safstrom).

В качестве выкупа он требовал три миллиона крон (около $2 миллионов), два «ствола», пуленепробиваемые жилеты, шлемы, автомобиль и освобождения Кларка Улафссона (Clark Olofsson), с которым сидел в тюрьме в одной камере.

Кларка из тюрьмы действительно освободили и привезли в банк. Но на этом выполнение требований преступника застопорилось.

Между тем в банке психологическое состояние заложников менялось, и вместе с ним менялось их поведение. Через пару дней пребывания в обществе террористов от заложников стали поступать упреки полиции в агрессивном поведении и требование прекратить готовить операцию по собственному освобождению.

Поскольку переговоры велись на уровне премьер-министра, одна из заложниц, Кристин Энмарк, сама позвонила Улафу Пальме и заявила, что хочет сбежать вместе с захватчиками и требует всех отпустить.

На шестой день событий включили газ, и через полчаса Улссон и Улафссон сдались. Заложники были спасены и никто не пострадал.

В дальнейшем в ходе расследования бывшие заложники утверждали, что боялись не преступников, а полицию. Что преступники им ничего плохого не сделали. По некоторым данным свою симпатию заложники проявили не только словом, но и делом. Четвёрка скинулась на круглую сумму, чтобы нанять адвокатов Улссону и Улафссону. Более того, Кристин Энмарк продолжила отношения с Улафссоном, которого освободили: они стали дружить семьями.

Аналогичным образом ведут себя и женщины – жертвы домашнего насилия. Между ними и насильниками устанавливается так называемая «травматическая связь». Жертвы «входят в положение» своего истязателя. Они начинают соглашаться с его точкой зрения, будто сами спровоцировали его на агрессию, неправильным образом повлияли на его чувства. В конечном счете, ЖЖДН принимают на себя вину за его агрессивное поведение.

В обоих этих случаях механизм защиты от насилия приобретает форму идентификации с агрессором. Он помогает жертве, неспособной противостоять насильнику, остудить горячую голову агрессора и таким образом выжить. Парадокс заключается в том, что жертвы делают это абсолютно искренне, без всякой хитрости и задней мысли!

С еще большей готовностью они включают идентификацию, когда покровитель – не насильник, а скорее стратегический партнер. Будучи неспособной самостоятельно проложить себе путь по жизни, уступчивая личность идентифицируется с «покровителем» и осуществляет этот путь под чутким руководством своего наставника. Идентификация становится главным защитным механизмом присоединяющейся личности в жизни и главным инструментом ее выживания в самом широком смысле этого слова.

Великолепную иллюстрацию работы защитного механизма идентификации показал режиссер Геннадий Казанцев в фильме 1966 г. «Снежная королева», снятому по версии Евгения Шварца. Когда Герда находит мальчика Кея3 в царстве Снежной Королевы, то он выглядит абсолютно под стать своей покровительнице. Он холодный, высокомерный, говорит назидательным тоном. Даже голубовато-белесые тона его одежды полностью соответствует ледяной обстановке ледяного царства его покровительницы. Кай повторяет слова и мысли Снежной Королевы: надо, мол, выложить из льдинок слово «Вечность» и за это он получит весь мир и пару коньков в придачу. Эта пара коньков напоминает нам, что в нем где-то глубоко еще живо желание по-детски порезвиться, но уже имея в глазах своих приятелей статус владыки мира.

Герде удается убедить Кея, что есть более простой и более приятный способ устроить свою жизнь, найти свое место в коллективе сверстников.

Герда. …Кей! Без тебя во дворе все идет худо. Ты помнишь сына слесаря, его звали Ганс? Того, что всегда хворает. Так вот, его побил соседский мальчишка, тот, которого мы прозвали Булкой.

Кей. Из чужого двора?

Герда. Да. Слышишь, Кей? Он толкнул Ганса. Ганс худенький, он упал и коленку ушиб, и ухо поцарапал, и заплакал, а я подумала: «Если бы Кей был дома, то заступился бы за него». Ведь правда, Кей?

Кей. Правда. (Беспокойно.) Мне холодно.

Герда. Видишь? Я ведь тебе говорила. И еще они хотят утопить бедную собаку. Ее звали Трезор. Лохматая, помнишь? Помнишь, как она тебя любила? Если бы ты был дома, то спас бы ее…

Кей. Герда! Герда, это ты? (Вскакивает.)

И тут облик Кея меняется. Голубовато-белесые краски одежды Кея стаивают с него, как лед. Она становится яркоокрашенной, как у Герды, в контраст всему снежному окружению. Интонации речи Кея из высокомерно-поучительных превращаются в живые и теплые. Из эмоционального клона Снежной Королевы Кей превращается в эмоционального клона Герды. Сменился покровитель – сменилась идентификация. Теперь Кей вручил ответственность за свою жизнь в руки Герды. Она уже обозначила ЕЕ план продвижения ЕГО по жизни, и ЕЙ осталось вывести ЕГО из ледяного плена.

Конец ознакомительного фрагмента.