Вы здесь

Крылья Судьбы. Глава 4 (Артем Тихомиров, 2007)

Глава 4

Мне удалось избежать встречи с племянницей Ворчуна. Видимо, она отправилась домой. Скатертью дорога – мне сейчас не до любовных воздыханий.

Вдохнув свежий воздух, я почувствовал некоторое головокружение. По брусчатке и над ней носились курьеры и секретари, поддерживающие круговорот бумаг внутри квартала, занятого разнообразными конторами и офисами.

Я оглядел разноцветные домики, раздумывая над тем, что теперь делать. Идти домой? Завалиться в бар? Или созвать парней на совещание? Больше всего я склонялся к первому варианту. Все остальное может подождать. Обсуждение животрепещущих проблем бытия и вовсе не прельщает утомленного героя.

Да еще этот новенький, подумал я.

В мою голову чуть не врезался пикси, волочащий сумку, набитую корреспонденцией. Почтальон. Отшатнувшись, я чуть не наступил на какого-то странного малыша в высокой шапке. Тот квакнул. В Дракенфорте нельзя зевать – того и гляди вызовешь переполох среди всякой мелкоты. В иных местах буквально приходится расчищать себе место, чтобы сесть.

Пикси запищал. Словно это я в него чуть не врезался, а не наоборот. Лучше всего сделать вид, что любуешься облаками (а что, неплохие облака), и пойти дальше. Я пошел, надеясь во время созерцания неба не наступить на кого-нибудь.

В последнее время мелкота просто затопила собой деловую часть Дракенфорта. Все как сбрендили и бросились делать карьеру. Говорят, что у нас самый мягкий налоговый климат для мелкого и среднего бизнеса. Каждый идиот может сколотить себе капиталец. Даже Снифити открыла лавку, где продавались товары для шитья и всякие женские безделушки…

Воспоминания о моей любимой всколыхнули на мгновенье в моей душе множество воспоминаний. Романтические прогулки, купание голышом на диком пляже, поездка в Чувырлу на празднование двухсотлетия местного губернатора-гнома… Если бы Снифити не была такой сумасшедшей… То что? Не знаю. Пока меня не очень привлекает перспектива семейной жизни.

Чтобы отвлечься от неуместных сейчас раздумий, я посмотрел в сторону моря.

Гавань кипела, словно котелок с овощной похлебкой. К пирсу подходил большой альвийский корабль из Симиуйна, на борту которого было написано «Королева Алиса». Обратным ходом, в сторону выхода из Гавани, тяжко перекатывалась на волнах баржа «Мурена», принадлежащая Алмазному Концерну. Охраняли ее три набитых вооружением под завязку катера.

Я добрался до конца улицы, когда меня позвали. Из толпы появился Керк. Мы отошли в сторону, чтобы не быть затоптанными троллем-возчиком, на спине которого, в кресле, сидела парочка фей.

– Что, навещал старика? – спросил Керк.

Мой давний приятель был чуть ниже меня ростом и намного шире. Ширину эту составляли мускулы. Кулачки Керка будь здоров – гроза хулиганов и кабацких задир. Кажется, мы знакомы с этим квадратом тысячу лет. Эх, Старые Добрые времена!..

– Был. Поговорили по душам, – сказал я.

– По душам?

– Ну да.

Керк не понял. Я его не винил. Мне до сих пор казалось, что на меня напустили какие-то зловредные чары.

– Мы собирались с парнями заглянуть к нему. Обсудить насчет самолетов.

– Лучше не сейчас. Мне надо со всеми вами кое-что обсудить. Это касается звена.

– А точнее?

– Потом. В данный момент я иду домой, чтобы оторвать пару часов сна, – сказал я. – А вечером…

– Мы собирались помянуть Чуонга и Щупфорта. В «Фиолетовой грозе». Вечерком.

– Я приду. Заодно и обсудим.

Керк прищурился, поглядев мне в лицо.

– Или ты решаешь какие-то неразрешимые философские проблемы, приятель, – сказал он. – Или что-то замыслил!

Да, видно, слишком много написано у меня на лице. Я прицепил кривоватую наглую улыбочку сорвиголовы.

– Поживем – увидим, дружище Керк.

Громила цокнул языком.

– Ты мне не нравишься…

Улыбка исчезла. Мои веки слипались. Я чувствовал себя так, словно три дня подряд затаскивал на гору здоровенный камень, который срывался вниз, как только я добирался до вершины. Теперь понимаю страдания того парня, как его бишь там… Сизифа…

– Ладно, встретимся вечером в «Фиолетовой грозе», в половине седьмого, – сказал я. – К Ворчуну не ходите, если он сам не вызовет. Адью!

Керк захохотал. Он что, думает, я свихнулся? Вроде бы я не давал повода так думать! Жаль. Несмотря на многолетнее знакомство, я не мог сказать, что знаю своего приятеля так хорошо, как хотел бы.

Итак, необходимо сосредоточиться и взять себя в руки. Вспомнить, кто я такой…

Я постараюсь. К вечеру я должен быть как огурчик. Пока ясно одно – излечит меня только сон.

С этой мыслью я поплелся домой. Идти от офиса Старого Ворчуна до моей съемной квартирки вверх по склону холма не меньше двадцати минут. Со стороны Дракенфорт кажется компактным и уютным, словно ухоженный садик за ажурной оградой, но только очутившись в городе понимаешь, какие иной раз приходится делать концы. Дракенфорт – это мешанина узких и широких улиц, пересекающихся под разными углами. Застройка изначально проводилась стихийно, безо всякого понятия о гармонии, в результате чего и возникло подобное чудище, напоминающее лабиринт Минотавра.

Холм, на который я взбирался, был утыкан торговыми заведениями. Вдобавок на брусчатке расположились лотки и палатки, рядом с которыми кружился, словно на карнавале, волшебный и не очень народ. Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы прорваться сквозь этот фестиваль купли-продажи. Пять раз мне наступили на ноги, трижды оглушили воплем в левое ухо и дважды в правое, толкнули локтем дважды, коленом под ребра четырежды. Когда меня выплюнули из толпы, я был похож на боксерскую грушу. Удивительно, что ребра целы. И это после того, как толстая дама, находящаяся в близком родстве с троллями, прижала меня своим задом к огрскому боку.

Может быть, я потерял прежнюю сноровку, а может, меня сглазили. Раньше путь через Улицу Звонких Монет был не таким тяжелым.

Сделав шаг, я чуть не растянулся на земле. Целый выводок гномиков только и ждал, чтобы броситься мне под ноги. Я покачнулся, прянул в сторону, точно испуганный конь. Гномики в разноцветных шапочках, щебеча, устремились в толпу и стали носиться у покупателей под ногами. Их ловкости можно только позавидовать.

Равновесие мне сохранить удалось, но не удалось избежать тычка, адресованного моим локтем массивному боку тролля, что стоял у стены и ковырялся во рту зубочисткой. Эта зубочистка могла служить мне тросточкой. Громада повернула ко мне голову, а я приготовился к выяснению отношений. Тролли обычно не агрессивны, но кто знает…

Если наступил такому мордовороту на любимую мозоль – чеши как можно быстрее и как можно дальше. Я раздумывал о маршруте отступления, но тролль и не думал раздувать скандал. Его взгляд из-под пушистых ресниц был отстраненно-романтическим. Словно у коровы на лугу.

Решив, что с меня хватит, я ретировался. Для этого мне пришлось перейти на бег.

Вот же невезуха! Может, кто-то наслал на меня проклятие Неловкости и Угловатости? Узнаю кто – голову откручу.


«Меблированные комнаты Мадам Арафель». Буквы, благодаря чарам, слегка искрятся и меняют цвет.

Табличка эта висела над воротами. Точнее, даже не воротами, а просто въездом в большой двор, где, прижимаясь друг к другу и стараясь забраться повыше на крутой склон, торчали домики. Каждый домик – квартирка от двух до четырех комнатушек.

Владения Мадам Арафель. Цены невелики, но удобства налицо, особенно для холостяков. У моей домовладелицы свои собственные представления о том, как должен выглядеть ее клиент, и эти представления остаются для меня загадкой. Никакой системы в выборе жильцов я до сих пор не заметил. Что общего, например, между мной и семейной парой гоблинов, что обитают слева от меня? По-моему, ничего, кроме денег. Обычных золотых гульденов.

Месячная плата здесь составляет полторы монеты. Вполне терпимо. В других доходных домах, с гораздо меньшими удобствами, плата колеблется от двух до пяти гульденов. Но Арафель звезд с неба не хватает. Я вообще с симпатией отношусь к феям – и, может быть, благодаря этому мы нашли с ней общий язык. Впрочем, есть подозрение, что Арафель тоже тайно вздыхает по мне. Не хочу проверять, так это или нет. Снифити неоднократно высказывалась по этому поводу. Моей девочке не нравилось, что я здесь живу, да еще под боком у «этой». Но съезжать в другое место я не собирался. Из принципа. «Ты меня не любишь! – заявляла в таких случаях Снифити. – Болван самовлюбленный!» Это намек, что пора нам свить где-нибудь гнездышко на двоих. Я уже устал объяснять, что мои гонорары пока не позволяют мне такую роскошь, тем более в ситуации, когда семейка Снифити видит во мне только безотказную дойную корову. Даже магазин моей девушки не стал выходом из положения. Снифити неважный управленец, о чем я ей неоднократно говорил, провоцируя многочисленные истерики. Положа руку на сердце, общаться с ней – это сродни охоте на огнедышащего дракона без оружия. Все дело в ловкости – не успеешь увернуться, спалят тебя вместе с потрохами. Жуть.

Я огляделся, нет ли Снифити на горизонте. Улочка была пустынной. И тихой. О счастье! Мне нужна была тишина! Я прошел мимо домика самой Арафель, что стоял ближе всех к вывеске, пересек двор, и поднялся по извилистой лестнице к себе.

По соседству гоблины выясняли отношения. Справа, чуть ниже, пиликали на скрипке. Там живет мамаша эльфка с ребеночком эльфом, который, по ее мысли, должен стать великим скрипачом. Значит, в нашем маленьком королевстве все в порядке.

Войдя в успокаивающий глаза полумрак, я закрыл дверь. Следом за дверью закрылись мои веки. С закрытыми глазами я отправился в сторону кровати. Сев на матрац, я стянул сапоги, а потом, вытянувшись, упал в сон. Упал и пошел ко дну.


А на дне меня поймал давешний тролль. Он решил со мной поквитаться за то, что я толкнул его, и сгреб вашего покорного слугу в охапку. Мои ребра затрещали. Я попытался оказать сопротивление. Куда там! Тролль занес свой кулак над моей головой и треснул. Потом еще раз треснул. Потом еще раз.

И как это моя головушка до сих пор не превратилась в раздавленное яйцо?

Дын-дын-дын! Пауза. Тролльский кулак немного отдохнул, а потом снова взялся за дело.

Дын-дын-дын!

Я открыл один глаз. Тролль испарился. Значит, все было во сне. Ощущение реального вернулось, но я не хотел подпускать его близко. Я сопротивлялся как мог, пока не понял, что какая-то бессовестная скотина долбится в мою дверь. Судя по всему, долбится долго, раз тролль столько упражнялся на мне…

От стука стала болеть голова.

– Чтоб вам всем провалиться! – простонал я. – Считайте, что Джуль улетел на другой край земли! Все! И никогда не вернется…

Стук прекратился. Ну вот – отлично! Поняли…

Дын-дын-дын!

Я взвился к потолку, упал на матрац, одержимый жаждой убийства, что со мной бывает крайне редко. Сунул ноги в тапочки. Вынул из кобуры револьвер. Слишком круто? Нет. Именно то, что нужно!

В домике было сумеречно. Круглые окошки закрыты занавесками. Это даже хорошо. Враг не поймет, когда я начну действовать.

Дын-дын-дын! Керк бы не стал так стучать. Да и никто из ребят. В конечном итоге, есть хороший способ связаться со мной, если я дома. По кристаллу. Правда, не знаю, куда я его задевал. Может, он раньше и сигналил. А, плевать!

Я подкрался к двери, отодвинул засов. Почему я до сих пор не сделал глазок? Надо поговорить с Арафель.

Итак, рывок и атака! Дверь-то я рванул. Но при этом врезал ее нижним краем себе по ноге. Тряпичная тапка не очень хорошая защита в таких случаях. Взвыв, я уронил пистолет. Что ж, молодец, герой! Продолжай в том же духе!

Гость, лишивший меня заслуженного отдыха, стоял на пороге и смотрел, как я с воплями прыгаю перед дверью. День невезения – это еще мягко сказано.

– Простите, видимо, я не вовремя пришла, да? – услышал я голос. Женский голос. Он мог принадлежать моей мечте.

Я быстро оправился – я же герой! Капитан Джуль, замечательная личность, о которой слагают легенды. Не так много, как про Старого Ворчуна, но лиха беда начала! Итак, я приосанился, сделал вид, что мне совсем не больно и посмотрел на гостя.

Такая женщина не может придти не вовремя! Природа (в лице ее родителей) не могла создать ее помехой кому-то. Один взгляд – и сумрачное сердце одинокого странника озаряется светом…

Челюсть моя отпала.

– Добрый день, – поздоровалась незнакомка и посмотрела на меня поверх длинных узких темных очков, сделанных по форме крылышек пикси. – Не помешала?

– Конечно, нет! Проходите. Мое холостяцкое жилье не очень подходит для визитов, но…

Я наступил на свой револьвер. Незнакомка хмыкнула и вошла. Мир закачался. А может, просто я слишком рьяно нагнулся, чтобы поднять свое оружие. Первый шок отступил, зато пришел второй. Это когда я надавил на амулет в стене, заставляющий камни, встроенные в потолок, светиться.

Теперь можно было рассмотреть, кто ко мне пришел, детально. Белокурая, с длинными волосами цвета расплавленного серебра. Васильковые глаза явились миру, когда ручка в перчатке убрала очки с очаровательного носика. Вот так, а не иначе!

Она повернулась ко мне, я покраснел при виде того, какой свежий румянчик играет на ее щеках. Об одежде и говорить нечего. Обтягивающие брюки с карманами на бедрах, летные, пилотская куртка с поднятым воротником. Под распахнутой курткой я заметил декольте, образованное вырезом черной майки. На груди – кулон, очаровательный кулон, и не менее очаровательная грудь.

– Мило, мило, – сказала блондинка. Она прошла по моей комнатушке, цокая высокими каблуками.

Я что-то пробормотал. Васильковые глаза поглядели на меня.

– А…

– Мило у вас, капитан Джуль, – произнесла девушка. И правда – голос, принадлежащий мечте.

– Ничего здесь не мило…

О, да я, оказывается, чемпион по бормотанию…

– Тут неубрано. И вообще…

– Что? – Блондинка улыбнулась.

– Да так.

Она знала о том, какую реакцию вызывает ее поведение на людях и всех прочих. Ну еще бы не знала!

– Вы знаете мое имя, – сказал я. – А кто вы?

– Эльза.

– Понятно.

Чего понятно?

– Так что вы тут делаете?

– Вот, смотрю, как вы живете, – произнесла девушка. Она остановилась перед картиной на стене. Картина, изображающая проникнутый золотистым сиянием эльфийский лес, висела криво. Эльза поправила картину.

– Копия. Меотий Однорукий. Неважно написанная, к тому же.

Я не знал, что есть такой художник, и что это копия его картины. Эльфийский лес висел тут до меня. Я к нему ни разу не прикасался.

– Да уж. – Мой взгляд упал на валяющиеся возле кровати сапоги. Все это не очень эстетично, надо заметить.

Я стал передвигаться по комнате по направлению к сапогам, а когда оказался рядом, мужественно уселся на матрац и надел их. Потом вскочил, выпрямился. Эльза не поняла, что это за спектакль, и тогда я пустил в ход свое оружие. Пригладил волосы и стрельнул геройской улыбочкой. Один раз меня так засняли для газеты. Бам! Моя улыбочка мигом разбилась об ее иронию. Блондинка захихикала.

– Значит, все разговоры правда, – произнесла она. Эльза хмыкнула и повела плечами. До чего же невыносимо-притягательный был у нее вид!

Ладно, мы станем строгими и беспощадными. Для этого я придал своим глазам ледяное полярное выражение и прокашлялся.

– Итак, сударыня, чем обязан? Что привело вас в мой скромный дом? Может быть, вы кварталом ошиблись?

Эльза обернулась, удивленная. Ути-пути! Они разыгрывают невинность. Я выпятил богатырскую грудь, вынул сигару и раскурил от серной спички, которую зажег об рукав куртки.

Девушку ни этот фокус, ни запах сигары ничуть не смутил. Она извлекла из кармана свое курево. Длинная темная сигарета (а цена-то у этого табака какая!). Алые губы захватили ее кончик (я сглотнул). Потом в тонкой руке, обтянутой перчаткой, появилась хромированная зажигалка. Дзиньк – и на месте откинутой крышечки заплясал крошечный огонек. Самый маленький огненный демон, демончик, которого я когда-либо видел. Чик – зажигалка закрылась.

Эльза выпустила в мою сторону облако дыма.

Я понял, что эту дуэль я тоже продул.

– Капитан Джуль, неужели я вам не нравлюсь?

Я подавился. Дым, чуть из ушей у меня не пошел, из глаз полились слезы. Эльза подошла ко мне и стала стучать по спине. Не помогло. Тогда она двинула по ней со всей силы. Я едва не оказался на полу.

– Б… благодарю… – Я сделал пару-тройку вдохов, чтобы не отправиться к праотцам. Комната прекратила плясать тарантеллу.

– Ну так что? – спросила Эльза. – Не подхожу?

– Не сказал бы… – ответил я, – смотря для чего… Что вы имеете в виду?

– Вы что, белены объелись? – рассердилась гостья.

– Нет.

– А в чем дело тогда?

– Понятия не имею.

От моей искренности она просто обалдела.

– Но как же? Старый Ворчун!

– И?

В голове у меня что-то зашевелилось.

– Я…

Тут до меня дошло! Я должен был сразу догадаться, в чем дело, и кто она! Я попал под действие ее красоты, под эти всесокрушающие чары, и забыл о том, что мне говорил огр перед тем, как мы расстались…

Жаль. А я втайне надеялся, что моя мечта обрела плоть и пришла прямо ко мне домой. Я, конечно, люблю мою Снифити, но после ее выступлений иногда хочется чего-то другого.

Я сел в кресло, потому что был не в силах стоять.

– Значит, вы мой новый пилот?

– Наконец-то! Да, я новый пилот. Ваш огр принял меня сегодня, – сказала Эльза.

Я поглядел на ее одежду. Хорош же я! Не мог отличить профессиональный прикид от обычной моды.

Я сидел и отупело сбрасывал пепел от сигары прямо на пол. Эльза начала делать то же самое. Она села в другое кресло напротив меня, положила ногу на ногу. Мое левое веко задергалось. Я призвал на помощь все свое самообладание.

– Итак, вы теперь в моем звене, – сказал я. – Это очень необычно. Женщины у меня еще не служили. В других звеньях есть, но у меня не было.

– Старый Ворчун говорил. Вы что-то имеете против меня?

Я закрыл на мгновенье глаза, потому что понял, кого на мне напоминает.

Красотку, намалеванную на фюзеляже моего самолета… Тютелька в тютельку.

О Боги! Все эти тютельки грозят мне космического масштаба неприятностями.

– Огр дал вам мой адрес, – пробормотал я.

– Вам нехорошо? – спросила Эльза.

– Подождите!

Я встал и на деревянных ногах отправился на крошечную кухню – поискать, чего можно выпить. В шкафу стоял ящик, с наложенными на него двумя хозяйственными заклятиями. Продукты в нем не портились. Во втором отделении обычно можно было держать нечто, требующее охлаждения. Именно там лежала бутылка «Миючинского» коньяка. Не помню, откуда она здесь.

Я встряхнул коньяк. Придется довольствоваться этим. Мне нужно что-нибудь крепкое, чтобы придти в себя.

Разыскивая рюмки, я заглянул в комнату. Блондинка – она не была миражом или сном, все настоящее и самого высшего качества – сидела в той же позе. Заглядевшись, я уронил кастрюлю, произведя неприличный грохот. Спрятавшись за косяк, я постучал себе по лбу. Кретин!

Вернулся я в комнату с двумя пузатыми рюмками.

– Хотите?

– О! Неплохой коньяк, – сказала блондинка.

Она приняла рюмку, не сводя с меня глаз. Мои руки задрожали. Сев в кресло, я подержал спиртное в ладонях. Девушка сделала то же самое.

– Откуда вы? – спросил я.

– Издалека.

– Хотелось бы точнее.

– Разве это важно?

– Я должен знать, с кем мне предстоит работать, – ответил я. Быть грозным что-то никак не получалось. – Доверие, знаете ли…

– Понимаю. Но место моего предыдущего пребывания…

– Я так понимаю, что если вы подались в наемное подразделение, то и раньше занимались чем-то подобным. А мне надо знать, где и с кем.

Блондинка произвела короткий, но эффективный артобстрел. Я начал таять, точно свечка.

– Уверяю, мы с вашим начальником все обсудили. Поверьте на слово. Тем более, что вопрос решенный.

– Решенный. Однако меня никто не спрашивал.

Я подумал, что будет, если Эльза увидит свое изображение на фюзеляже «Бабенки».

– Судьба, – ответила блондинка.

– Чего? – Я вылупил глаза.

– Ладно!

Она встала из кресла и заходила по комнате с коньяком в руке, словно демонстрируя мне свои превосходные формы.

– Я служила какое-то время в Королевских ВВС Кефонии. Немного.

– Сколько?

– Год.

– Не знал, что туда берут женщин.

– Берут. Особое истребительное подразделение.

Хе-хе, так я и поверил!

– Конечно, особое…

– У меня был годовой контракт, после которого я уволилась, – сказала Эльза. – Потом летала на внутренних рейсах Большого Хребта, в сопровождении. Двенадцать сбитых пиратов. Две тысячи летных часов плюс к полуторам в королевских ВВС.

Никогда бы не подумал. Очень неплохо. Да она с неба не слезала, что ли? Отодвинув в сторону обалдевшего романтика Джуля, на сцену вышел Джуль-скептик и профессионал.

– На чем летали?

– «Призрак», «Глаз Бури», «Стрекоза». И сейчас я на «Стрекозе», – сказала Эльза.

Я крякнул. Говорят, это самый дорогой истребитель. Производит их только Кефония. Машины эти напичканы магией, и духи в «Стрекозах» используются такие, каких могут привлекать лишь кефонский маги. Эксклюзив, короче. Ни у кого из ребят Отряда подобных птичек нет.

– Теперь вот хочу полетать здесь. Никогда не была на Перечных Островах, – сказала блондинка.

Я собрал все свое мужество. Магия, исходящая от Эльзы, подействовала и на Джуля-профессионала.

– Дело в том, что я никогда не слышал о вас, – сказал я. – По вашим утверждениям, побывав там-то и там-то, вы должны оставить память о себе среди Свободных Пилотов…

– Я понимаю, понимаю, капитан.

Эльза снова закурила. Томно. Сладко.

В голове у меня лопнул огромный воздушный шар. Я был контужен. И понял, что покорен на веки веков…

Ужас! Что со мной сделает Снифити!

– Я предпочитаю не распространять о себе славу и не быть на виду, – сказала Снифити. – Даже в нашей среде много недоброжелателей. Поймите, одинокой девушке так трудно в этом мире…

Я заурчал по-кошачьи. Да мы еще и одиноки… Держите меня семеро!

– Я понимаю, – ответил я хриплым голосом. – Но…

– Что? – Бровки взлетели вверх, словно птички, а роток приоткрылся призывнее некуда.

О Боги! Давненько я не подвергался такому тяжкому испытанию. Может, она не человек? Может, фея, решившая меня обольстить? Демон, принявший облик такой космической красотки?

Сердце заколотилось у меня в горле. В голове помутилось. Блондинка отставила пустую рюмку. Она направлялась ко мне. Словно крадущаяся пантера. Некоторые части моего тела чуть не встали дыбом.

– Я… пока я не убежусь в ваших профессиональных навыках, я… словом, ничего еще не решено. Я имею права налагать вето на решения Старого Ворчуна…

– Да? Хорошо. Я предоставлю вам возможность проверить мои способности, – проговорила Эльза. Она была уже рядом со мной. Ее пальчик прочертил линию от моего запястья до плеча. В моей голове раздалось конское ржание, впору забить копытом. Склонившись над моим левым ухом, она прошептала: – Вы не будете разочарованы…

Я чуть не забился в конвульсиях. Гипервентиляция едва не вышибла из меня дух. Этот шепот… Ох, этот шепот… Белокурая бестия прекрасно знала, что делает!..

Кажется, я открыл рот, чтобы что-то ответить. Не помню, что именно. Сейчас это уже неважно.

Потому что в следующий момент… Входная дверь, которую я не закрыл, так долбанулась об косяк, что дом чудом не развалился. Все задрожало и заходило ходуном.

– Джуль! Джуль! Почему мне никто не сказал, что ты вернулся?!

Снифити!..