Вы здесь

Критика психологической толерантности. Введение. (Иван Африн, 2015)

Введение.

Во введении я бы хотел упомянуть о трех пунктах, которые должны пояснить смысл данной работы и ее задачи.

1) В данной работе, я продолжаю следовать принципу, выработанному в моей первой книге – «Мужской архетип в бессознательном пространстве России» не пользоваться приставкой бес, заменяя ее приставкой без. Этот принцип базируется на том, что до революции 1917 года приставки бес в Русском языке не было. В родственных, похожих на Русский язык – в Польском и Украинском (что конечно несет определенный смысл с психологической точки зрения) эта традиция сохранилась до сих пор и читатель может при желании убедиться в этом, воспользовавшихся хотя бы многочисленными переводчиками, имеющихся в сети интернет. Реформа замены приставки без на бес, на мой взгляд, носит характер искусственный, не отражающий нормальной, природной эволюции языка, а соответственно и психики, особенность которой и определяет окружающую нас культуру, в том числе и язык. И именно по этой причине я в своих работах использую приставку без.

2) Периодически в данном исследовании, как и в предыдущем, я рассматриваю некоторые исторические события. Мне хотелось бы сказать читателю, что эти события я рассматриваю только лишь с психологической точки зрения, то есть, размышляя о том, как психические установки человека могли влиять на исторические события. При этом я не как не претендую на историческую закономерность и совершенно не пытаюсь внести иного взгляда на историческую действительность.

3) В своей нынешней работе, как и в предыдущей, я пристально рассматриваю религии, а особенно Христианство. Я бы опять хотел заметить, что это рассмотрение является сугубо психологическим, то есть рассматривающим религиозные учения, как набор психических установок тем или иным образом определяющих развитие психики человека.

Таким образом, я бы хотел подчеркнуть, что не смотря на то, что в своих работах я пересекаюсь с иными отраслями человеческой культуры, периодически взаимодействуя с ними, я все равно действую в четких границах – рассматривая только лишь психологическую природу человека. Иных задач при пересечении с различными пластами человеческой культуры, я перед собой не ставил.