Вы здесь

Князь Сигасы. Глава 6. Печать Донгурса (Н. В. Степанов, 2014)

Глава 6

Печать Донгурса

Сигалград, дворец князя Сигасы

С одной стороны, это хорошо, если на тебя практически не действуют чары, а с другой… Целители так и не смогли залечить мою рану. Очнулся ближе к ночи от ужасной боли. Рядом находился Рощад, который и рассказал о безуспешных попытках магических врачевателей. Правда, слуга напомнил о другом средстве:

– Была бы у вас сейчас та мазь…

– А ты посмотри в мешке, – попросил, не особо надеясь на успех.

После схватки на Цехмерской гряде я использовал практически все содержимое, но баночку так и не выбросил. Чародей порылся среди вещей и выудил коробку.

– В уголках чуть-чуть имеется, – обрадовался он.

– Мажь, – простонал я.

Потом пришлось терпеть страшные муки. Постарался при этом выть не очень громко.

– Все, господин, выцарапал, что мог, – доложил Рощад. – Полегчало?

Боль действительно начала утихать, синяк размером с две ладони уменьшался на глазах. Стало легче дышать. Я приподнялся на постели.

– Фу-у-х, – выдохнул полной грудью. – Чтоб еще раз подставился под топор? Лучше сразу к демонам бездны. Спасибо за кольчугу, вовремя ты ее принес.

– Не стоит, хозяин, я только один раз спас вас от смерти. Осталось еще два.

Вот же вбил себе в голову, спаситель. Хотя чего я возмущаюсь? Мужик оказался в нужное время в нужном месте. И сейчас помог, когда хотелось из кожи вон выпрыгнуть, лишь бы избавиться от боли. И как мне удалось закончить поединок с такой раной? Оказывается, боевой транс – штука очень полезная. Надо только научиться вовремя в него входить.

– Что это за комната?

В тусклом освещении ламп разглядел свисавшие с потолка шторы, полностью закрывшие стену напротив кровати. На других висели картины в человеческий рост, а потолок украшало изображение дракона.

– Одна из гостевых спален восточного крыла. Шорх сказал, что помещение под надежной охраной.

– Поэтому меня и оставили, в чем мама родила? Куда вещи подевали?

– В стирку, наверное.

– А деньги? – забеспокоился я. – Мой пояс, оружие. Да и кольчуга…

– Все в порядке, господин. Монеты и ремень у меня. Меч, топор и набор ножей лежат в углу. Кольчуга очищена от крови врага и спрятана в мешке до следующего раза.

– Рощад, не надо каркать. Еще один такой раз…

– Прошу прощения, господин. Скажите, а сражаться топором действительно сложнее, чем мечом?

«И что ему ответить? Правду? Нет, не стоит выдавать свои секреты».

– Не успел я настроиться на топор. А он требует совершенно иных навыков. Надо будет их вспомнить.

– А сразу двумя видами оружия вы не владеете? Мне один приятель рассказывал, что в горах на севере Журавии есть деревня, все мужчины которой с детства обучаются драться одновременно и мечом, и топором. Правда, топоры у них с укороченной рукоятью и очень широким двусторонним лезвием. Бойцы его используют как щит, как кинжал и как метательное оружие.

– Мало ли существует на свете способов убийства. Но я человек мирный. Была б моя воля, вообще бы не брал оружия в руки.

– Что-то слабо в это верится, – усмехнулся волшебник.

– Не только тебе, – тяжело вздохнул я.

– Наверное, именно такую судьбу вам приготовили боги.

– Может быть. Но ничего – с моим «везением» скоро пойдешь в отставку. Либо исполнив долг, либо потеряв хозяина.

– Не надо думать о плохом, господин Сарин. У вас очень хороший покровитель. – Слуга возвел глаза к небу.

«Да уж! Если Рухус именно таким образом проявляет свое покровительство, то лучше остаться без его пригляда. Что там Кохарна о нем говорила? Курьер? И у них курьеров готовят так же, как в армии Заргина? Тогда он действительно не слабак».

Во время беспамятства меня не только раздели, но и помыли, по крайней мере, крови на руках не было. Не забыли и о новой одежде, она лежала на тумбе рядом с кроватью.

Не спеша поднялся. Напялил штаны, влез в сапоги. Надеть камзол помогал Рощад. Ремешок, который прилагался к костюму, отбросил в сторону. Взял свой. Пожалуй, единственная вещь, которая осталась как напоминание о курьерской службе. И то лишь потому, что в ней были спрятаны монеты, переданные Линель для брата. Захотелось проверить, работает ли ремень, нажал большим пальцем у основания застежки. Перед ней прямо в воздухе проявилось изображение головы в шлеме с небольшими крылышками.

– Ух ты! – воскликнул волшебник. – Амулет?

– Вроде того.

В армии Заргина, как мне сказали, эта иллюзия обязывала воинов оказывать всяческое содействие предъявителю. Однако за время службы так и не удалось ей воспользоваться.

Подпоясался. Поморщившись, позволил накинуть на себя курточку с длинными полами. Подошел к зеркалу. Ну и пижон! Ох уж эта дворянская одежонка! Правда, во второй раз она показалась не столь отвратительной. Видимо, постепенно человек может ко всему привыкнуть.

– Рощад, а там, у трактира…

– Тут Шорх просил его позвать, когда вы очнетесь, – поспешно перебил меня слуга.

И как я мог забыть, что помощник окружного боярина любит подглядывать и подслушивать?

– Зови. Надо быстрее с ним заканчивать и – в дорогу.

Румчар прибежал несколько взбудораженный. И сразу с вопросами:

– Как самочувствие? Лекарей звать? Вы идти сможете?

– Шорх, скажи, что нужно сделать, чтобы графу поплохело.

– Не успели мы его схватить. Плинсаг – хитрая лиса. Специально из дворца никого из членов совета не выпускали, дожидаясь, пока вы очнетесь. Ускользнул, гад! Пытались проследить – не удалось. Его чародеи недаром хлеб едят – провели моих ищеек. Жаль, мы не могли действовать открыто.

– Почему?

– Указа, подписанного князем, еще нет, и пока граф считается уважаемым гражданином Сигасы.

– Однако этому уважаемому гражданину ничто не помешало устроить нападение на других не менее уважаемых…

– У нас нет доказательств его причастности, – развел руками Шорх. – Но если вы подпишете несколько документов, у меня появится возможность открыть охоту на Плинсага прямо сейчас.

– Давай свои бумажки.

Румчар вытащил из-за пазухи несколько листков. Первые два я прочитал: какое-то предписание для особых служб Сигасы по организации поиска и поимки опасного преступника и объявление награды за его голову. Остальные бегло пролистал.

– Указ о поимке графа следует издать как можно скорее. Вот эти бумаги особой силы не имеют, они составлены не на гербовой бумаге, а главное – печати нет. Как только появится настоящий документ, Плинсаг станет разыскиваемым преступником и не посмеет совать свой нос в Глирзан.

– И когда ты успел их столько подготовить?

Начал подписывать не вчитываясь. Раз без печати они недействительны, чего зря время терять?

– Стараюсь использовать каждую минуту во благо Сигасы. Так меня учил ваш отец.

«Один интриган, демона ему в дышло, устранил другого и рад! Терпеть таких не могу! – проявился в голове Щапрун. – Может, вторым указом ты и его в каталажку? А лучше сразу на плаху».

«Нельзя, – тут же стал возражать дух графа. – На интриганах вся власть держится. Уберешь одного, его место займет другой. Думаешь, он будет лучше?»

«Гринкус, а вы где пропадали?» – обрадовался я, но ответ расслышать не успел.

– С вами все в порядке? – поинтересовался Шорх.

Внутренний диалог, видимо, отразился на моем лице, да и перо застыло над очередной бумажкой.

– Вполне.

Я наконец закончил с подписями и передал листки помощнику окружного боярина.

– Благодарю, князь. Теперь Плинсаг от нас не уйдет. Какие ваши дальнейшие планы?

– Ты говорил о какой-то присяге?

– Да-да, прошу. Члены совета в сборе.

– Сейчас, меч возьму.

– Господин Сарин, мы же во дворце. И тут больше нет графа де Плинсага.

В последнее время заметил, что без оружия чувствую себя не полностью одетым. Махнул рукой и потопал за Шорхом. Уже в дверях обронил:

– Рощад, будь рядом.

По пути в зал советов я успел переговорить с духом мечника. Оказывается, он потерял из памяти двое суток и не мог вспомнить ничего с момента, когда я въехал на территорию Сигасы. Очнулся Гринкус за несколько минут до моего пробуждения.

К счастью, процедура присяги прошла довольно быстро. Восемь знатных вельмож заверили нового князя в своей верности. Неохваченным остался только представитель Карча.

Сразу после церемонии направились в кабинет Донгурса. Ратный воевода, распорядитель, Шорх и Рощад составили мне компанию. Несмотря на поздний час, стражники попадались на пути чуть ли не за каждым поворотом. В пустующее крыло дворца мы вошли через арочные ворота. Помощник окружного боярина поспешил объяснить:

– После смерти вашего отца его личные апартаменты никто не занимал.

«Щапрун, все хотел тебя спросить, что случилось там, у трактира, когда я по голове получил?»

«Думаешь, я знаю? За тылом присматривал граф, а он ничего не помнит».

«Я сильно подозреваю, что камешком меня огрел именно Шорх. Хотя он преподносит это как происки лесных колдунов».

«Ему верить – себя не уважать!»

«Знаешь, после того, как с моими мозгами поработал разумник, там могло все переплестись. Опять же, не могу понять, зачем Шорху все это сдалось? При отсутствии окружного боярина он, как первый помощник, имеет ту же власть. А стремление убрать с дороги Плинсага говорит о том, что вельможа действительно болеет за Сигасу. Правда, мне не нравятся его методы».

«Настоящему правителю часто приходится принимать непопулярные меры, дабы достичь блага подданных», – вставил свое слово мечник.

Возле резной двери остановились. Открывали тремя ключами. Рощада оставили в коридоре. Внутрь со мной вошли распорядитель, Шорх и ратный боярин. По пути сюда мне назвали его имя – Кронк. В комнате он заговорил первым:

– На этом кресле восседал ваш отец. Присаживайтесь.

Обошел массивный стол, стоявший слева от окна. Занял удобное место. Осмотрелся. Бывший владелец удачно расставил мебель. С моей позиции расположенное под самым потолком маленькое окно и дверь были прекрасно видны, а вот незваному гостю нужно было зайти за порог, чтобы выстрелить… Так, о чем это я? Может, с ума начинаю сходить? Так рановато вроде.

Окно лучилось каким-то собственным светом, будто снаружи не глухая ночь, а солнечный день. Интересно, светильником являлось стекло или тот находился за стеной?

«Хм, а зачем здесь подсвечник? Вроде хватает и магических ламп. Или князь любил старинные вещи? Таким и убить недолго. Зайдет какая-нибудь сволочь, хвать подставку и – по голове, пока я буду очередную бумагу подписывать. Провалиться мне в пасть к демону, ну почему в башку одни и те же мысли лезут?!»

Бронзовый канделябр имел высокую ножку с широким основанием. На просторной столешнице они вместе с чернильницей смотрелись довольно сиротливо. Да и вообще мебели тут явно не хватало. Из-за отсутствия стульев вельможи выстроились перед столом в ряд.

Ратный боярин обратил внимание на дверцу в стене справа:

– Сарин, положите ладонь на ручку.

Из красной дверцы торчал желтый нераспустившийся бутон. Стоило до него дотронуться, и рука отдернулась от укола, а створка сдвинулась в сторону.

– Сейф опознал родную кровь, – с облегчением выдохнул бородач.

– А что бы случилось, если бы не опознал? – само собой вырвалось у меня.

– Это была последняя проверка на принадлежность к роду Донгурса. Самозванцу ее не пережить.

Опять захотелось кому-то набить морду. Интересно, в этой Сигасе все сдвинутые или только мне так везет? Зачем было устраивать поединок, если существует более надежный способ? Вельможам скучно? Захотелось потешить себя зрелищем? Ну я вам устрою, дайте только повод!

– Внутри сейфа печать, – подсказал Шорх.

– А капкана на медведя там нет?

– Зачем? – не поняв сарказма, спросил ратный боярин.

Отвечать не стал. Чувствовал, если сейчас же не успокоюсь, захочется кого-нибудь укусить. Молча вытащил золотой перстень и положил на стол. Румчар жестами дал понять, что кольцо следует надеть на палец. Выполнил безмолвную просьбу вельможи, после чего все трое вытянулись в струнку.

Распорядитель сделал шаг вперед и торжественно произнес:

– Ваш первый указ?

Смешно. Три мужика, самый младший из которых почти вдвое меня старше, выстроились как на параде, а я у них вместо флага. Самое время припомнить издевательства. Раз посадили в кресло правителя – сами виноваты, будете играть по моим правилам.

– Шорх, во дворце стулья раздобыть можно?

– Да, а зачем?

– Скажи моему слуге, пусть притащит три штуки.

Пока Румчар выполнял поручение, я поднялся из-за стола и обратился к бородатому вельможе:

– Вас как зовут?

– Лобный боярин Зуржин.

– Очень приятно, Зуржин. Присаживайтесь.

Обойдя вокруг стола, сел на его край, а второй предложил собеседнику. Интересно, осмелится не выполнить указание?

– Прошу прощения, я лучше постою, – отказался он.

– Хорошо. – Лехан как-то рассказывал, что легче всего добиться правды от человека, который выбит из привычного состояния. Лобный боярин сейчас явно испытывал неловкость. Могу спрашивать. – Расскажите мне вкратце о тех, кто присутствовал сегодня на совете. Буквально пару слов – имя и должность.

– Слушаюсь.

Оказалось, что помимо лобного и ратного, в совет входили земский, думской, магический, мирской, торговый, мастеровой, лекарский и вольный бояре. Назначались они князем из знатных родов Сигасы раз в три года. Лобный проводил собрания совета, ратный отвечал за войско, думский являлся главным советником, земский разрешал территориальные споры между владельцами…

Снова посмотрел на светящееся окно. Хотелось узнать, как оно работает, но тут в кабинете появился Румчар со стульями. Вельможа внес их сам, так и не позволив войти Рощаду.

– Присаживайтесь, господа. – Я вернулся в кресло. – На чем мы остановились?

– Вы собирались продиктовать указ.

– Точно. Объявите в розыск графа де Плинсага. Он бессовестно врал на совете и должен за это ответить.

– Хотите, чтобы его доставили живым? – поинтересовался ратный боярин.

– Необязательно. Если окажет сопротивление…

– Обвинение сформулировать мне или вы сами? – уточнил Зуржин.

– Думаю, у вас получится лучше.

– Разрешите откланяться.

– Конечно. Постарайтесь уложиться в полчаса. Мне нужно срочно уехать по делам.

– Будет сделано, князь.

«Это он кому? Мне? Нет, надо скорее отсюда сматываться. А то еще привыкну».

Получив разрешение, бородатый вельможа покинул комнату. После его ухода заговорил Кронк:

– В Журавии идет война, князь. Если вархаямцы захватят нашего восточного соседа, чего исключать никак нельзя, в самое ближайшее время жди беды. А ратники Сигасы слишком малочисленны, и трех сотен не наберется. Надобно бы призвать ветеранов да молодняк набрать. Пока есть время, стоит удвоить войско.

О том, что настоящих воинов следует готовить загодя, я знал по собственному опыту. До сих пор по ночам снился учебный полк и те потери, которые он понес в первые два боя.

– Мне говорили, обороной Глирзана занимается воевода?

– Это действительно так. Собрать войска по всей стране – дело непростое и небыстрое. Нас к тому времени с лица земли сотрут.

– Вы уверены, что хватит шестисот воинов?

– Большего количества Сигасе не прокормить.

«Предложи, чтобы каждый боярин еще по полсотни подготовил. В деревнях наверняка имеются хорошие охотники, пусть они пока в ратники не идут, но боевое оружие на случай войны от вельмож получат и освоят. А по первому же сигналу явятся на сборные пункты», – подсказал Гринкус.

Я озвучил мысли графа.

– Князь, вы воистину сын своего отца. Мы так и сделаем. Это же еще пять сотен лучников. Пойду быстро подготовлю бумаги на подпись.

Наконец в кабинете остался только Шорх. И ему тоже что-то было от меня нужно. Недаром ведь так старался.

– Господин, раз уж у вас появилось немного свободного времени, давайте сразу закончим с документами. Осталось только печать поставить.

«Минуточку, он же совсем недавно говорил о гербовой бумаге? Забыл? Или это не совсем обязательно? И что я там тогда наподписывал?»

А тут еще и Щапрун добавил:

«Сарин, эти бумаги стоит просмотреть внимательней. Смотри, как мужик заторопился».

На сей раз мечник его поддержал.

– Я должен еще раз прочитать документы, прежде чем поставить печать.

– Разумно, – согласился Румчар, – тогда… – Он замялся.

– У вас что-то еще?

– Князь, имеется личная просьба. Вот уже полгода в совете не занята должность окружного боярина, чьим помощником я служил верой и правдой долгих шесть лет.

– Вы хотите ее получить?

– Да, господин. Полагаю, более подготовленной кандидатуры на сегодняшний день не существует.

– А почему вас не назначил Донгурс?

– Не успел. Князь долго переживал гибель моего начальника, а потом и сам умер.

– Хорошо, подготовьте указ или что там требуется.

– Конечно-конечно. Вот тогда и остальные бумажки утвердите.

– Но не вздумайте затягивать, я уезжаю максимум через час. И только попробуйте мне возразить!

– Кто же посмеет задержать князя? Возьмете ратников сколько нужно, и…

– Никаких ратников.

– Как прикажете, господин. Я мигом подготовлю указ и вернусь. А вы прикажите своему слуге, пусть вещи собирает, иначе не успеете.

Румчар поставил стулья к стене справа от двери.

В коридор мы вышли вместе. Я отдал распоряжение Рощаду, потом окликнул Румчара:

– Да, вы узнали, кто является предателем в вашем окружении?

– Нет, но среди подозреваемых осталось всего трое.

Вернулся в кабинет.

«Не нравится мне этот пройдоха, демона ему в дышло! – проворчал Щапрун. – Что-то он темнит! И заметь: мужик, который с бородой, ничего про окружного боярина не сказал. Вот подпишешь бумагу, а он таких дел натворит…»

«Да какая мне разница, чего они тут вытворять будут! Главное – уехать побыстрее».

«Молодой человек, так поступать нельзя. Вы хотите опозорить благородное имя своего отца?» – присоединился к вору мечник.

Что-то они сегодня словно спелись.

«Нет!»

«Тогда должны повести за собой этих людей или найти достойного преемника», – назидательно изрек де Гринкус.

«Некогда мне пустяками заниматься. Я обещал Линель выручить ее брата, а становиться князем не собирался».

«Однако богам было угодно…» – начал было граф.

«Я их об этом не просил!»

«Не богохульствуйте, юноша! За такое небожители и наказать могут».

А вдруг и правда? Рухус ведь мог подкинуть мне именно такое испытание. И что будет, если я его провалю? Молнией по башке огреет? Выходит, мне действительно нельзя бросать княжество. Но как быть, чтобы и Рухусу угодить, и обещание выполнить? Послать кого-то из подчиненных в Журавию? Нет, я должен сам убедиться, что деньги переданы. К тому же вдруг придется паренька из беды вытаскивать?

«Гринкус, скажи, вархаямцы – опасные враги?»

«Белым днем в чистом поле с ними справиться несложно. А вот в лесу или ночью ситуация меняется. Вы, молодой человек, о воркулах что-нибудь слышали?»

«Люди, превращенные в волков?»

«В очень умных и опасных хищников. Такого ночью обнаружишь, только когда он зубы в твое горло вонзит».

Я вспомнил об особом подразделении Луринийской армии. Пустынные волки являлись людьми, но двигались бесшумно и очень быстро. Среди песков могли обогнать всадника, а сражались лучше многих. Правда, таких воинов у султана было немного.

«Ну и нечего по ночам в одиночку ходить. Если зверь умный, то на отряд нападать не будет».

«Воркулы действуют стаей. Если не будет магической охраны, пятьдесят тварей за ночь способны вырезать полк. А убить зверюгу можно, лишь повредив ему мозг. В противном случае при обращении в человека все раны затягиваются».

«Ни разу такого чуда не видал! – подал голос Щапрун. – Интересно бы взглянуть».

«Вряд ли получится, вор. Прямое и обратное превращение проводит чародей стаи. Первое – в укромном месте, чтобы никто не смог подсмотреть, а второе после выполнения задания, когда все возможные свидетели уничтожены. Единственный способ заметить обращение – убить воркула. Магия крови теряет свою власть, и труп зверя становится трупом человека», – поучительно заявил мечник.

«Гринкус, скажите, если умирает командир, к кому переходят его обязанности?»

«К старшему по званию. А тебе зачем?» – Дух удивился резкой смене темы.

«Не могу понять, почему Шорх не стал окружным боярином после смерти начальника? Вроде мужик из дворян. Насколько мне кажется, не из последних. Но Донгурс его не назначил».

«А паренек-то взрослеет, демона ему в дышло, – с одобрением высказался Щапрун. – Говорил же, Шорх – очень скользкий тип».

Я опять вспомнил про окно и решил все-таки удовлетворить свое любопытство. Подтащил стул к стене. Взобрался. Светильник размещался за стеклом. И тут в дверь постучали.

«Как же вы не вовремя!» – подумал я и, как нашкодивший пацан, поспешил к креслу.

– Входите!

Если бы не оставленный напротив входа стул, стрелок наверняка бы выстрелил гораздо раньше и, скорее всего, не промахнулся. Однако, наткнувшись на непредвиденную преграду, лучник споткнулся. На него налетел второй боец, и это дало мне время спрятаться за стол. Стрела ударилась о стену.

«И где ваша хваленая безопасность?! А у меня даже ножа под рукой нет. Вот и верь после этого местным вельможам».

Что есть сил толкаю вперед стол. Один боец перескакивает преграду, второго она опрокидывает. Падаю в ноги попрыгунчику. Он успевает выстрелить, и опять мимо. Сбиваю гада. В это же время комнату сотрясает грохот, и стол превращается в труху. Комната наполняется дымом.

«Так, тут еще и волшебник!»

– Р-р-о-онг! – Пытаюсь войти в боевой транс, но ничего не получается.

«Сарин, отдай тело Гринкусу», – кричит вор.

Мечник возражает:

«Действуй сам, я не в форме!»

Натыкаюсь ладонью на подсвечник. Хватаю с радостью – хоть какое-то оружие. Замечаю, что слева разрастается слепящий даже сквозь пелену шар. Бросаю канделябр в огонек. Раздается взрыв, меня отшвыривает ударной волной. В полете натыкаюсь на кого-то.

– Лранд, ты? – спрашивает незнакомец.

Отвечаю кулаком и бросаюсь в сторону. Дым быстро рассеивается. Я в углу возле сейфа, три мужика валяются на полу. Один, обуглившийся, вряд ли сможет встать. И в это время в проходе появляется женщина.

Они что, знают о проклятии? Правда, оценить, насколько она красивая, сложно – пол-лица скрывает маска. Зато очень хорошо вижу метательные ножи в ее руках. И мне совершенно не хочется проверять, умеет ли дамочка ими пользоваться.

– Может, ты и вправду сын Донгурса? – насмешливо спрашивает она.

Что за… Такой же голос был у Кохарны, но фигура явно не та!

Неуловимое движение – и клинки девицы вонзаются в тела воинов.

– Не дай Шорху себя одурачить, Сарин Дюзан. Иначе я приду снова, но больше не буду такой милосердной.

«Так это она их из милосердия, чтобы не мучились», – успел подумать прежде, чем она окуталась дымом. Когда тот рассеялся, на пороге стоял перепуганный распорядитель:

– Князь, вы целы?

– Кто его знает, надо в зеркало глянуть.

– Что тут произошло?

– Нападение, наверное.

– Кто посмел?

– Вы меня спрашиваете?

– Прошу прощения, князь. – Бородач вошел в комнату и принялся осматривать трупы. – Что тут делает племянник господина Румчара? – Зуржин указал на одного из бойцов.

– Лежит мертвый.

– Это вы его?

– Я только оглушил, а нож не мой.

– Надо срочно позвать стражу.

– Зуржин, погодите! А почему должность окружного боярина пока не занята?

Вельможа уставился на меня, как на умалишенного. Видимо, этот вопрос сейчас был абсолютно неуместен. Однако мужчина несильно задержался с ответом:

– Потому, что подходящего человека очень сложно найти.

– Да? Объясните.

– Донгурс часто выезжал из Сигалграда, оставляя вместо себя окружного боярина, которому он верил безгранично.

– Почему?

– В случае смерти князя именно окружной боярин становился законным правителем Сигасы.

– Вон оно что!

Зуржин покинул место побоища.

«Сарин, советую тебе убрать печать обратно в сейф и закрыть дверцу», – подал голос Гринкус.

Странно, но именно эта мысль сейчас крутилась в моей голове и без подсказки. Снял перстень, положил на место и задвинул створку. После этого вооружился ножами «милосердной» дамочки. Уселся в кресле посреди комнаты.

– Князь? – Шорх вошел бесшумно.

– Я.

– Что тут… – Вельможа быстро осмотрел кабинет. – Так вот кто был предателем! Надо же, мой собственный племянник! Не ожидал.

– Неужели он не входил в круг подозреваемых?

– Представьте себе! – Мужчина развел руками.

Однако на его лице было написано не огорчение или раскаяние, а явное разочарование. Кто же его разочаровал – я или родственник?

– А где печать? – заметил пропажу помощник окружного боярина.

– В карман спрятал. Пока дрался с этими, она с пальца соскочила.

– Хвала богам! Такую реликвию терять нельзя.

– Может, ее в сейф положить? От греха подальше. – В голове возникла интересная идея.

– Но вы же прямо сейчас собирались указы утверждать.

– Передумал из-за нападения. Дождемся Кронка и Зуржина и пойдем спать. Задержусь во дворце еще на день, ничего страшного.

– Тогда, конечно, в сейф.

«Щапрун, присматривай за ним».

Я полез в карман и повернулся к Шорху спиной. Левой рукой потянулся к дверце.

«Опасность!» – взорвалось в голове.

Разворачиваюсь и сразу бросаю нож.

Шорх останавливается, словно наткнулся на стену. В руках кинжал, в глазах удивление.

– Ты… ты…

Не знаю, что он хотел сказать. В коридоре раздался топот ног, и в кабинет ворвались стражники во главе с ратным боярином.

Румчар повернул голову и плавно осел на пол.

– Князь, вы пришли к власти для того, чтобы убивать своих подданных?

– Они первые начали, Кронк. А я не собираюсь тут сложить голову. Дел очень много.

– Хотите сказать, это он напал?

– Да.

– Бездоказательно, Сарин. Давайте сюда печать.

– Я вернул ее в сейф.

– Врете.

– Оскорбляете, Кронк. Обвинять князя во лжи? Я вызываю вас на поединок.

– Шутишь, убийца? Мой сын рассказал, как ты владеешь мечом. У меня нет шансов.

– Значит, я убью тебя прямо сейчас.

– Успокойтесь, господа! – Знакомый женский голос явился полной неожиданностью для ворвавшихся.

– Региза? – испугался вельможа.

В кабинете снова стояла дамочка в маске. И не одна.

– Прикажи своим людям опустить копья. Тогда у тебя будет шанс погибнуть от меча, а не от ножа.

– А если откажусь?

– Умрешь не только ты, но и твои бойцы.

– И ты поднимешь руку на родного дядю?

– Не я. Сарин не хуже меня владеет метательным клинком. Их у него было два, и первый достался пройдохе Шорху. Хочешь получить второй? Если начнется заваруха, ты погибнешь в любом случае, а печать так и останется в сейфе. И еще – нам пришлют князя из Глирграда.

– Не защищай его! Он чужак, который задумал уничтожить всех бояр! – кивнул в мою сторону ратный боярин.

– Дядя, ты снова поверил Шорху?

– Тот не раз доказывал свою верность. А этот…

– Прежде всего, он сын Донгурса. И, как выяснилось, не дурак.

Четыре лучницы держали под прицелом семерых мужчин. Если считать меня и Регизу, силы были почти равны.

– Хорошо, я принимаю вызов.

– Только условия дуэли диктует Сарин, – снова заговорила дамочка.

– Оружие – меч. Поединок до первой крови. Я не собираюсь убивать своих подданных, или есть возможность этого не делать.

– Говорила же, что он не дурак, – улыбнулась Региза.