Вы здесь

Картак. Глава пятая (Ког Гераклион, 2017)

Глава пятая

Насыщенная неделя


В жизни всегда есть место подвигу.

Главное – держаться от этого места подальше.


Бастатик. Где-то в лесах. «Неделя удач»....


Мне определенно везет. Так выкручиваться из всех моих приключений – это просто фантастика.

После «налета» на деревню за мной началась форменная охота. Первых птичек я заметил утром следующего дня, когда заканчивал завтракать добытым провиантом. Эти серые ребятки практически не отставали от меня, я еле успевал уносить ноги. Но это было не моей заслугой, а моего незнания…

Кстати, лес оказался не настолько пуст, как я посчитал сначала. Тут конечно не было такого обилия агрессивных растений и толп хищников, но они все же встречались. И здешняя теплокровная живность, ведущая не вегетарианский образ жизни, была э-э… колоритнее что ли.

Так первый раз, убегая, я наткнулся на лежку странного зверя. Он был большим, не слон конечно, но больше носорога однозначно. У него было восемь конечностей, длинный хвост, на кончике которого росли костяные шипы, и странная голова полуящерицы-полуптицы с выпученными как у рака глазами. Все его тело покрывала сморщенная серо-буро-пошкорябанная кожа, а на спине имелись круглые белесо-желтые наросты, которые напоминали большие, еще не лопнувшие гнойники. Бррр… Зрелище еще то.

В суматохе не заметил это чудо и нечаянно пробежался по его хребту. Ему это не очень понравилось, он заревел как паровоз и стал выискивать обидчика. Меня он не заметил, в тот момент комбинезон уже включил маскировку, и я отлично сливался с окружающей природой. А вот моих преследователей увидел отчетливо. Надеюсь, серые умеют бегать, потому что этот зверь, несмотря на свои габариты, перемещался резво.

И таких случаев было несколько. То в рощу незнакомую попаду, которая была, видимо, очень опасна, но не для меня и моего костюма. И тогда преследователям приходилось выискивать обходные пути и снова брать мой след. Или еще случай, наткнулся на небольшую речку. Ну как наткнулся, свалился в нее с обрыва. Тут меня потеряли надолго, потому что я решил проплыть пару километров по течению, а уже потом выбираться и продолжать путь. А че они думали, все так просто будет? Щаз-з…

Правда, больше по здешним речкам стараюсь не плавать. Но об этом чуть позже…

Главное-то за прошедшее время, это не погоня, хоть она и являлась инициатором некоторых событий. Главное как раз эти самые события.

Мои игры в салки с преследователями продолжались целую неделю, за которую я успел посетить еще несколько деревень серых. А так же научиться управлять некоторыми функциями своего оборудования. Еще узнал, что у меня есть одна странность, которая никак не могла просто так появиться. Ну и по мелочи всего: заполучил оружие, выучил местный язык, и, самое главное, кое с кем познакомился.

Теперь обо всем по порядку. Естественно при наличии «хвоста» я не мог нормально добывать еду, максимум, на что хватало выигранного время, это прокипятить воду или сильнее оторваться, чтобы нормально поспать. Поэтому единственным реальным способом добыть себе еду был только поход в очередную деревню. Второй заход примерно так же закончился, как и первый, только успел разыскать еду и набить рюкзак, как поднялся переполох, и меня начали гонять по селению. Правда безуспешно. Я быстро терялся в темноте и спокойно убегал в лес. Зато третий заход мне запомнился.

Эти ушлые ребята просекли, что я охочусь за едой, и приготовили мне ловушку. Ха! Думали я совсем идиот и попадусь на крючок… Каюсь, чуть не попался. А как бы вы поступили, когда жрать хочется, желудок уже догрызает позвоночник, и перед тобой стоит целый стол, заваленный мясом, лепешками, крынками с местным ягодным соком и кучей всяких фруктов? У меня даже мысли не было, что эта ловушка. Я просто подумал о некоем празднике, когда селяне выставляют еду кто чем богат. Ну и решил, что это я удачно зашел, вовремя так сказать, пока все не съели.

Когда набивал рюкзак, заметил, что на меня как-то неправильно падает крыша рядом стоящего дома. Инстинкты, обостренные за прошедшее время, сработали быстрее, чем я осознал происходящее. Рывок в сторону, кувырок и вот сеть, в которую превратилась крыша, захватывает только мои лодыжки. Секунда и я уже на ногах, пригибаясь и петляя, зайцем несусь в сторону леса. В след мне тогда прилетело несколько стрел, благо ни одна не нашла цели. После этого я стал еще осторожнее и залезал только в дома, не трогая выставленное на показ угощение.

Эти деревенские приключения имели очень хороший побочный эффект – я стал гораздо лучше знать язык серых. Мой переводчик трудился, не покладая виртуальных рук, и записывал все в мою бестолковку. Теперь я знал, почему серые, или как они себя называли Дети Леса7, на меня охотятся. Первой причиной было то, что я пришелец со священного острова, а пришельцы оттуда ничего хорошего местным не приносили. Второй оказалось то, что я ворую, здесь это считалось серьезным оскорблением, поэтому нарушителя надо примерно наказать. Ну а третьей было то, что я сидел у всех в печенках из-за своей неуловимости. Даже слышал, как для моей поимки собираются привлечь местных шаманов. Но там что-то дело заглохло, какая-то тень старого дерева (абба по-моему) договорилась с шаманами и они не захотели охотиться, сказав, что вступят в игру только для защиты, а все остальное это забавы вождей и воинов. Совсем наверно обкурились, тени деревьев какие-то слушают… Правда мне это было только на руку.

Обнаруженная странность проявила себя во время моего заплыва. Не знаю, как меня находили, по запаху или читая следы, но то, что река это универсальный запутыватель погони, я четко помнил из просмотренных дома кинофильмов. Плыл долго, по прикидкам отмахал не меньше пары километров, а когда решил выбираться, начались проблемы.

До берега уже было рукой подать. Я уже почти чувствовал, как под ногами появляется дно, когда об них ударилось что-то большое и гладкое. В голове сразу пронеслись тысячи мыслей, начиная от здоровой змеи и заканчивая крокодилом. От страха я притопил сильнее, замахав руками, как пропеллером. Это наверно и привлекло внимание. Уже ступая по дну, я успел выйти из воды по грудь, когда меня укусили за ногу. Боль была очень сильной. Причем подводная тварь не собиралась меня отпускать, постоянно дергая за ногу и пытаясь затянуть обратно под воду. Изо всех сил упираясь свободной ногой и хватаясь за растущие вокруг водоросли, я старался выползти на берег.

Сильно мешал судорожный кашель от того, что нахватался воды. Комбинезон мне здесь помогал только в одном, его не прокусили, а вот воду он успешно пропускал, поэтому герметизация сыграла со мной злую шутку, ведь откашливаться мне приходилось сквозь материю, закрывающую мне рот.

Через какое-то время потуги и метания дали результат. На очередном рывке получилось практически полностью вылезти и немного рассмотреть тварь. Она была похожа на угря. Длинное извивающееся тело показалось на поверхности воды. Морда напоминала щучью, только была гораздо шире. Ее здоровенные, загнутые вовнутрь зубы цеплялись за складки комбинезона, не давая возможности освободить ногу.

Паника уже отступила, слишком долго я боролся с этим угрем. Потихоньку в душе начало нарастать раздражение – «Какая-то рыбина пытается меня сожрать. Разве для этого я убегал? Разве для этого дрался с кустами и зверьём на острове? Зря голодал, не имея во рту маковой росинки по несколько дней? Как же меня все достали!!!»

И вот тут произошла эта странность. Я почувствовал такой гнев, который никогда раньше не испытывал. В глазах немного потемнело, мир приобрел красноватый оттенок. Перед глазами высветилась надпись «Зафиксирован сильный отток энергии. Дестабилизация защитных функций», но меня это уже не заботило. Я потерял над собой контроль и начал со всей силы бить кулаками по рыбе. Мои удары оставляли нехилые дырки. Когда ее голова превратилась в фарш, а нога стала свободной, я поднялся и от души пнул эту тварь. Она вылетела из речки, сопровождаемая тучей брызг, и грохнулась где-то в кустах на противоположном берегу.

С секунду еще стоял, наблюдая, как перестают шататься ветки кустов, а затем в глазах совсем потемнело, и земля показалась мягче пуховой перины. Такая сильная слабость накатила, что я почти потерял сознание, удерживаясь на грани только благодаря упрямству. «Нельзя валяться, иначе из пасти рыбы попаду в котел серых. Если не хуже…» именно эти мысли не давали окончательно закрыть глаза и заставляли сопротивляться дурноте.

В тот момент мне не было дела до такой моей странности. Только потом, в более спокойной обстановке я понял, что это было что-то из ряда вон. Ну не обладаю я такой силой, чтобы пробивать дырки кулаками в живом существе, да еще с пинка отправлять ее в полет на полсотни метров. А еще мою голову не покидало воспоминание про ту надпись, высвеченную интерфейсом. Куда уходила энергия, откуда? И что вообще за энергия? Неужели у моего костюма садятся батарейки? Эти вопросы так и остались без ответа.

Хоть я и переживал насчет этого, но попыток овладеть функциями комбинезона не оставлял. И у меня кое что стало получаться. Так первыми мне поддались ночное зрение и мимикрия. Со зрением оказалось проще всего, комбинезон реагировал на две вещи (может и больше, но я определил всего две), на расширение зрачка и на мое желание видеть. Именно желание, а не мысли.

Это произошло в одной из деревень, четвертой кажется. Я тогда прятался за углом домика, когда патруль с факелами проходил мимо. Ночное зрение при их приближении автоматически отключилось. Мне тогда послышался голос от другого дома, но отблеск света факела не давала возможности рассмотреть, есть там кто-то или нет. И я стал всматриваться в темноту, желая увидеть, что же там такое. Функция ночного зрения мгновенно включилась. Глаза резануло так, что я на всю жизнь запомнил – включать ночное зрение рядом с источником света нельзя. Даже закрепил это знание парой крепких словечек, чтоб наверняка не забыть.

С мимикрией было труднее, принцип ее включение мне стал понятен отчасти. Когда я пытался затаиться, при этом страстно представляя себя пустым местом, функция со скрипом, но включалась, правда через раз. До сих пор не понимал, чем отличается одна ситуация от другой, когда в первом случае функция срабатывала, а во втором нет. Но прогресс уже был. Единственной функцией, которая никак не реагировала на мои желания, оставалась герметизация. Включалась она только по каким-то своим, заложенным в программу алгоритмам.

Заполучить оружие мне представился шанс на пятый день блужданий. Тогда преследователи меня снова догнали, и не сносить мне головы, если б не посчастливилось напороться на очередное диво местной фауны. Продираясь сквозь кусты, я споткнулся и кубарем свалился в какую-то яму. Начал было барахтаться, пытаясь выбраться, но замер, когда увидел сверху три заинтересованных клыкастых морды. Наверно в тот момент у меня включился «хамелеон», потому что морды сосредоточенно обнюхивали края ямы, но взглядом меня не находили. А я лежал, затаив дыхание, и не шевелился.

С той стороны, откуда я прибежал, послышались возгласы, а морды, забыв про яму, навострили уши. Секунда и животные срываются на звук голосов. Немного подождав, я выбрался из своего укрытия. Вокруг уже никого не было, треск веток и крики все дальше и дальше удалялись от меня.

Привалившись к корням какого-то дерева, я вздохнул, переводя дух и успокаиваясь. Комбинезон и правда включил маскировку, потому что мое тело сейчас напоминало деревянный горб на стволе дерева. Но полюбоваться этим мне не дали. Послышался шорох с той стороны, куда убежали животные, затем кусты дрогнули и разошлись в стороны, являя свету одного из моих преследователей. Наверно самого удачливого или самого упрямого. Ему удалось застать меня врасплох. Единственной надеждой оставалось то, что он меня не заметит, хотя такой горб на дереве не заметить нереально.

Заметил. Не сводя с меня голубых глаз и обнажая клинок, он начал приближаться. Я замер в напряжении. Когда он замахнулся и ударил наискось, инстинкты сработали раньше меня, я в последний момент уклонился от удара и отскочил на пару шагов.

(прим. автора: здесь и далее, когда персонаж говорит на русском, текст будет курсивом)

Очумел8?! Выкрикнул я в порыве «нежных» чувств. – Так же зарезать можно!!!

– Ты знаешь нашу речь? – Впал в ступор охотник.

– Да. – Кивнул я и со всей дури зарядил ему в нос.

Удар вышел хороший, да и как иначе, цель ведь даже на дюйм не сдвинулась, тараща на меня свои голубые «блюдца». Падение Дитя Леса совпадало с его названием, он рухнул как срубленное дерево. Мне даже показалось, что я слышал скрип…

– Эх, надо было на бокс идти… А все мама «Иди на танцы, иди на танцы…» – Пробормотал я, рассматривая своего визави.

Как он мирно спал, прям загляденье, но любоваться долго им было нельзя. Скоро вернутся его друзья и к этому времени меня тут быть не должно. Уже развернулся и собрался уйти, но кое-что вспомнил. «Оружие!» – промелькнула мысль. Да, в деревне им разжиться не получилось.

Клинок Дитя Леса был хорош. Красивый, с блестящим лезвием, на котором выведена какая-то гравировка, то ли растение, то ли письмо. Удобная ручка, обмотанная кожаным шнурком, неплохой баланс, длинна чуть больше локтя. Красота просто! По-моему такие ножички называются кукри, но точно сказать не могу, не знаток холодного оружия.

Лук забирать не стал, все равно у серого колчан был пустой, толку мне от него? Стрелять не умею, стрелы надо еще найти, да и спрятать его некуда, он ведь гораздо больше, чем мой рюкзак. Из остального интересного ничего не осталось, только небольшой сверток с едой, который пришлось реквизировать. Поэтому, оставив охотника дремать на краю полянки, я отправился дальше…

Вот так у меня появилось первое в жизни боевое холодное оружие. Но тогда еще не знал, что не последнее…

Все это время я пробирался на восток, в основном ориентируясь по солнцу. Естественно прямым мой путь не был, взять хотя бы заплыв по реке. В конце концов, мне это немного надоело, и я решил найти какой-нибудь приметный ориентир, которого стоило бы придерживаться. Точкой обзора выбрал одно из деревьев исполинов. Здесь они тоже кишели живностью, но в основном мелкой и пугливой.

Забираться на него пришлось наверно часа два, уж слишком лысоват он оказался, лианы и вьюны стали заканчиваться где-то на середине подъема. Хорошо еще, что белоснежная кора не была гладкой, и по ней можно было залезть.

Добравшись до самой макушки, обнаружил ее сломанной и уложенной всякими веточками, перьями и всякой непонятной гадостью, похожей на смесь гх-м… говна и предыдущих составляющих. Примерно сопоставив размеры, понял, что это было очень большое гнездо, ну ОЧЕНЬ большое…

Я даже немного труханул, представив хозяина местного жилища, но потом внимательнее присмотрелся и понял, что гнездом давно не пользовались. Где-то зияли небольшие дырки, где-то оно просело, грозя провалиться, а где-то дождями вымыло весь скрепляющий раствор, и там зияли голые ветки.

Забравшись с более удобной стороны (западной) на бортик гнезда, я выпрямился и посмотрел вперед… Это просто фантастика!!! Вот это был ВИД!!! С такой высоты лесной ковер с «грибами» деревьев-великанов смотрелся просто потрясающе! Светило яркое солнце, кружили в небе над головой птицы. Где-то далеко, казалось, виднеется тонкая полоска водной глади, но это был всего лишь мираж, слишком далеко я находился от побережья. Легкий ветерок дул с запада, шевеля листву и качая ветви гиганта. Мне до ужаса захотелось почувствовать его дуновение, как он касается моей кожи, треплет волосы, да что уж говорить, просто проветрит мою шевелюру и отросшую за прошедшие дни бороду, которая теперь постоянно колола шею и лезла в нос.

И о чудо! Воздушные струи коснулись моей кожи! Волосы стали растрепываться, а борода наконец перестала прилипать к лицу и шее. От неожиданности я немного потерялся, но потом сообразил достать трофейный клинок и посмотреть на свое отражение.

Боже мой, какой же я стал страшный… – Ошарашенно произнес я, всматриваясь в заросшего, лохматого человека, который отражался на лезвии.

У меня появились седые волосы, много седых волос… Теперь, на когда-то темно-каштановой шевелюре, блестел налет седины. Дорого мне далось путешествие, а ведь оно еще не закончено и что меня ждет дальше остается только гадать.

Проведя рукой по отросшей, свалявшейся бороде, я печально вздохнул. Иногда вот такие простые вещи очень сильно напоминают о том положении, в которое ты попал, и на душе становиться так тоскливо, что хоть волком вой… Седина, отросшие усы и борода, залегшие на лбу и в уголках глаз небольшие морщинки состарили меня на несколько десятков лет. Во что я превратился?..

Наверно жалел бы себя долго, меня душила горечь и обида. Да, обида… На то, что попал в этот чертов мир, что моя жизнь превратилась в существование, что это, в конце концов, несправедливо… Наверно еще немного и я бы пустил слезу от навалившихся на меня разом обстоятельств, но спасительным кругом в омуте тоски стал резкий порыв ветра, который толкнул меня в лицо. Он был словно ушат холодной воды, который привел мысли в порядок и взбодрил тело. Мгновенное ощущение потери равновесия выдуло все мои терзания из головы и вернуло на грешную землю.

Чуть не сорвавшись вниз, я уцепился за край гнезда рукой и аккуратно спустился на ровную площадку. Мысли стали приходить в порядок, дыхание возвращалось в норму, а застучавшее быстро сердце постепенно выравнивало свой ритм.

Что-то ты совсем раскис Дмитрий. Не дело это, ох не дело. Надо не об этом думать, а о том, как выбираться из этой задницы. Так что думай голова думай, шапку куплю… – Подбадривая себя такими простыми словами, я принялся за дело.

Бриться острым клинком мне приходилось первый раз, поэтому до гладкости «попки младенца» сделать это не получилось. Боялся порезаться. Теперь меня нельзя было принять за старика, но и за двадцатитрехлетнего обалдуя тоже. Где-то посередине, примерно лет тридцать – тридцать пять.

Когда сложил оружие в рюкзак, почувствовал, что ощущение ветра на коже начало пропадать. Комбинезон снова покрывал мою голову. Еще около часа я провел в гнезде тренируясь включать эту функцию – оголение частей тела. И именно ей овладел в полной мере. Все оказалось очень просто, нужно было захотеть к чему-то прикоснуться или почувствовать прикосновение чего-то, и тогда комбинезон услужливо открывал нужную часть тела.

Закончив «рыльно-мыльные» процедуры и разбор функционала комбеза, я решил получше рассмотреть путь на восток и найти какой-нибудь заметный ориентир. Забравшись на бортик с восточной стороны, поднял взгляд и замер.

Ни хрена себе ориентир

На востоке возвышались горы. Большие горы со снежными шапками, теряющимися в белесой дымке облаков. До них было еще далеко, но и отсюда они внушали уважение. Первый раз я видел их воочию, а не на картинке. И это зрелище казалось нереальным, такие гиганты возвышались на горизонте.

Карта-карта-картаЧто у нас по карте… – Начал я ворошить память, и интерфейс услужливо вывел ее передо мной. – Странно, до гор по-моему еще далековато должно быть

Действительно, судя по карте, горы обозначались на отметке в две с половиной тысячи километров восточнее моего портала, плюс-минус десяток другой км. Что-то было не так либо с картой, либо с миром. Есть всего три варианта: первый – это не тот мир; второй – это не та карта; третий – карта безбожно устарела. Надеюсь это третий вариант…

Ладно, к черту ландшафт, главное, чтобы порталы на месте оказались

Только это произнес, как виртуальная карта очистилась от ландшафта и предстала моему взору чистенькая, как простыня. Только контуры материка и островов остались с отметками порталов.

БлѢ! – Емкое замечание не возымело обратного действия. – Верни как было, сволочь!

Эффекта не последовало. То ли в голосе было недостаточно силы убеждения, то ли лимит команд был исчерпан, но интерфейс безмолвно проигнорировал мои требования. В сердцах плюнув вниз, я уже собрался спускаться, когда глаз зацепился за какую-то неправильность в лесу по направлению моего движения. Чуть дальше, метрах в трехстах от меня на восток, была небольшая поляна, почти свободная от деревьев. И в ее середине находилось два скрученных между собой сухих дерева.

Так, похоже еще одна деревенька по курсу. Нужно зайти в гости

…Это была не деревня.

На идеально круглой поляне прямо в центре возвышалась избушка… на курьих ножках. Блин, да эта избушка правда была на ногах, которыми являлись части ствола двух сухих деревьев. Сам дом был каким-то хлипковатым, запущенным. Покосившаяся лесенка, спускающаяся по одной из «ног», давно требовала ремонта, скособоченная крыша грозила поехать, причем в ближайшее время. Двери были старыми и зияли щелями. Венчало это великолепие дырявый, местами упавший тын, окружавший домик и деревья. В общем, полный абзац…

М-да, не завидую здешнему обитателю. Хотя кто тут жить-то будет? Такое ощущение, что дом бросили два века назад, когда деревья под ним еще не проросли. Мечты о пополнении «закромов родины» пали в неравной схватке с обстоятельствами. Но любопытство не давало пройти мимо. Вдруг там баба-яга костяная нога обитает.

Такие мысли даже немного улыбнули и, вынырнув из-под сени деревьев, я начал потихоньку подходить к забору. Он действительно был очень старым, только столбики выглядели крепкими. Я даже ради интереса поскреб один из них пальцем, чтобы посмотреть, не рассыплется ли он в труху.

Тын-н-н!!!

Прямо перед моей рукой в столб вонзилась стрела. Я на автомате отпрыгнул на добрых пару метров и судорожно стал искать стрелка. Нашел быстро, вот только… это была серая. Очень старая серая, которая целилась в меня из лука, правда пока почему-то не стреляла. Взгляд ее метал молнии, рот был приоткрыт в безумном оскале, немного скрюченная фигура выдавала напряжение, но руки ее твердо держали лук и даже ни разу не дрогнули. Мой взгляд опустился ниже, пройдясь по растрепанным седым волосам и грязной серой тряпке, прикрывающей старуху до середины бедра, и остановился на ногах. Точнее на одной, потому что второй у нее не было. Вместо нее там была грубо оструганная деревяшка, примотанная тряпками к культе, на которую опиралась старуха.

В голове сразу всплыла шутка про бабу-ягу костяную ногу. Дошутился, идиот....

– Что уставился? – Проследив за моим взглядом, неожиданно мелодичным, но злым голосом спросила старуха. – Нравится мой подарок? Захотелось вторую попробовать на вкус, а, тварь?

Я немного опешил от такой отповеди, но быстро пришел в себя.

– Я не ем э-э… – Хотел сказать людей, правда быстро понял весь абсурд ситуации. – …разумных.

– Разговариваешь, как жаба квакает. – Немного раздраженно произнесла старуха, опуская лук. – Убить бы того, кто тебя учил… Это ты с острова пришел что ли? За тобой эти гонялись? – Кивнула она в сторону запада.

– Да, я пришел с острова и именно за мной «эти» охотятся. – Подтвердил я.

– Не похож ты на то страховидло, про которое мне рассказывали. Странный конечно, черный весь, только глаза да зубы светятся. Но ты точно не та тварь, которая сделала мне это. – Указала она на ногу. – Уж я-то его запомнила…

– А, эт щас исправлю. – Заверил старуху, вспомнив, что на мне комбинезон. – Вот.

Небольшим умственным усилием и прикосновением руки к лицу у меня получилось открыть голову, и теперь я показался во всей красе.

– Ух ты! – Воскликнула она. – Так ты О’Мельх.

– Кто? – Не понял я.

– О’Мельх. – Повторила старуха. – Они за горами живут.

– А эти О’Мельхи, они э-э-э, как я, да?

– Ну да. Зря что ли тебя так называю? – Проворчала старуха. – Ну, коли не монстр ты страшный, то пойдем в дом. Расскажешь мне старой, как до жизни такой дошел, что все племена на тебя охотятся. Эх, только у шаманов мозгов хватило, слава предкам… – Продолжала она ворчать, поворачиваясь ко мне спиной. – Чего застыл? Пошли, гость дорогой… Не бойся, не съем тебя. Хи-хи-хи… – Рассмеялась старуха.

– Э-э… ага, иду....


«Неделя неудач Саин’кэ»

Возле хижины ведуньи. Пятнадцатый день от прибытия, ближе к вечеру…


«Поганая тварь, чтобы тебя духи покарали!!!»

Это была единственная мысль, которая теперь преследовала Саин’кэ. Для него, воина тени и лучшего следопыта племени, началась черная полоса. Ничего не предвещало бури, обычная работа. И дело начало спориться. Наутро, после того, как тварь побывала в его доме, Саин’кэ по приказу вождя собрал руку теней и повел их по следу.

«Действительно, работка должна быть не пыльной». – Думал воин. – «Эта тварь оставляет за собой целую тропу из следов». Уже к полудню они наткнулись на стоянку твари, где еще тлел не до конца потухший костер.

Окрыленные удачей, воины устремились вперед, считая, что это будет самой легкой охотой из всех. Но первая же встреча дала им понять, что все не так просто. Тварь они настигли после полудня. Она неслась сквозь лес, не разбирая дороги и не смотря по сторонам. Такого тени себе не могли позволить, они слишком хорошо знали, кто может скрываться в этом лесу. Но следовать аккуратно за тварью не получилось, слишком часто она пропадала из виду и только оставленные следы помогали снова ее найти.

Вскоре воинам надоели эти перегонки, и они перестали аккуратничать, решили пойти напролом, лишь бы догнать тварь и закончить дело быстрее. Этот шаг оказался опрометчивым. След твари вывел их прямиком к лежбищу ядовитого Рааз-ута9. И он был зол, кто-то растревожил его. А тут как назло целая толпа теней у него перед глазами....

«Поганая тварь!» – Подумал Саин’кэ, вспоминая, как они убегали от ядовитой гадины. Тогда двоим из руки пришлось отправиться в ближайшее селение, иначе без отвара листьев кричащего дерева они бы умерли в муках, отравленные ядом Рааз-ута.

Саин’кэ пришлось набрать еще двух теней в соседнем племени, чья деревня находилась недалеко. Тут многие желали поймать тварь, так как и здесь она украла еду. Вождь конечно не похвалит за такое самоуправство, но Саин’кэ считал, что лучше перестраховаться, чем повторять ошибки.

В очередной раз, когда они ее догнали, то увидели, как тварь растворяется среди падучей10 рощи. Все знали, что это смерть. Из рощи сможет выйти только полуразложившийся труп, отравленный соком тухлицы. Тени были раздосадованы таким окончанием охоты, тварь не сдалась, она решила покончить с собой… Смелый поступок. Но что-то не давало Саин’кэ покоя, что-то говорило внутри него – тварь не настолько проста.

Новенькие, набранные взамен отравленных Рааз-утом, хорошо знали здешнюю местность. За падучей рощей через десять полетов стрелы находится еще одна деревня их племени. Саин’кэ решил идти туда. Новенькие вели по короткой тропе, но он подгонял воинов все быстрее и быстрее. Все были в недоумении, зачем так спешить, что может быть в той деревне такого. Но Саин’кэ молчал, он думал о твари.

«Если она все-таки выжила, то должна зайти за едой… Вот тогда мы посмотрим, прав я или не прав». – Размышлял он.

В деревне их приняли радушно и в то же время настороженно. Суматоха, которую они подняли, вызывала беспокойство. Только местный вождь оставался спокоен после разговора со следопытом и нормально смотрел на действия руки.

Саин’кэ поставил стол возле дома, уложил его снедью и рассредоточил людей. Сам же забрался на крышу, прихватив с собой ловчую сеть.

День медленно проходил, но все оставалось тихо. Многие уже расслабились и с сочувствием смотрели на следопыта, мол бедняга, совсем заболел этой тварью… Было обидно, но Саин’кэ терпел, он чувствовал, что прав, вот только доказать не мог.

Под вечер, когда надежда стала угасать, а воины разбрелись по своим делам, только один Саин’ке сидел на крыше и лениво вглядывался в подступающие сумерки. Он уже сам начал думать, что ошибся, что зря устроил эту суматоху. Только опозорил себя перед другими.

Но тут он заметил какую-то странность возле стола, будто тень от него вытянулась и стала наползать на стол, поглощая пищу. Несколько секунд он вглядывался, пытаясь определить, мерещится ему или нет. Но тут он увидел, как тень отделилась от стола и стала его обходить.

«Это она! Это та тварь! Она выжила, я же говорил!» – хотелось ему закричать. Вот только он понимал, что это спугнет ее. В душе у следопыта поднялась волна радости и гордости за себя любимого. Он начал готовить сеть к броску, предвкушая, какие будут у соплеменников глаза, когда он покажет им скрученную собственноручно тварь. Рванув вперед и выбрасывая сеть, он вдруг почувствовал, как опора уходит из-под ног. Через мгновение его ноги провалились сквозь травяную крышу, а деревянная балка больно ударила в промежность. Что было дальше, он уже не видел, он только резко вскрикнул и завалился на спину, всеми силами пытаясь унять сильную боль…

Конец ознакомительного фрагмента.