Вы здесь

Испытание ложью и правдой. Глава 1 (Барбара Данлоп, 2015)

BARBARA DUNLOP


Sex, Lies and the CEO


Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.


Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. А.


Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.


Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.


Sex, Lies and the CEO Copyright © 2015 by Barbara Dunlop

«Испытание ложью и правдой»

© «Дентрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2016

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Глава 1

– Не отвечай! – прокричала Дарси Риверс, скользя по паркетному полу квартиры-лофта, заставленного коробками для переезда.

– Вряд ли это он, – отозвалась Дженнифер Шелтон, роясь в сумочке.

Телефон продолжал звонить.

– Это он.

– Да нет же. – Дженнифер посмотрела на экран телефона. Потом на Дарси. – Это и в самом деле он.

Дарси ловко выхватила телефон из рук соседки по квартире.

– Он умер для тебя, – сказала она.

– Может, ему…

– Нет.

– Мы не знаем, что он собирался сказать.

Дарси отменила вызов, сунула телефон в передний карман джинсов и направилась на кухню, расположенную в открытом пространстве квартиры. Через наклонную стеклянную стену открывался вид на далекий горизонт Чикаго. Высокий потолок украшали мансардные окна, а по обе стороны просторного прямоугольного помещения находились спальни.

Телефон зазвонил снова.

– Отдай, – потребовала Дженнифер, подойдя сзади.

Дарси обогнула кухонный остров.

– Что ты говорила мне вчера вечером?

– Это может быть клиент.

– Что ты сказала мне вчера?

– Дарси.

– Если это клиент, то оставит сообщение.

Дарси вынула телефон из кармана, чтобы взглянуть на экран.

– Это он. – Она сбросила звонок и спрятала телефон подальше

– Наверное, что-то не так, – предположила Дженнифер.

Дарси не смогла сдержать улыбку.

– Конечно, что-то не так. Он только сейчас понял, что ты не шутила.

Дарси поставила на кухонный стол коробку с надписью «Винный шкаф» и открыла ее.

– Я передумала.

– Никакого возврата к прошлому. Ты сама сказала, цитирую: «Больше никогда не позволяй мне разговаривать с этим сукиным сыном». Думаю, бокалы в белой коробке.

Дженнифер нахмурилась. Дарси сама открыла белую коробку, сорвав с нее широкую упаковочную ленту.

– Он обманул тебя, Джен.

– Он был пьян.

– Он снова напьется и опять изменит тебе. Ты даже не знаешь, первый ли это раз.

– Я вполне уверена…

– Вполне уверена? Ты должна быть на сто процентов уверена, что он не изменял и не изменит, иначе нужно уходить.

Дарси вытащила пару бокалов из коробки и ополоснула их под краном.

– Никто и никогда не может знать наверняка, – возразила Дженнифер.

Дарси повернулась к барной стойке, а Дженнифер присела на один из высоких табуретов.

– Просто он такой…

– Эгоцентричный?

– Я хотела сказать, сексуальный, – ответила Дженнифер.

– У мужчины должны быть не только накачанный торс и упругая задница.

– Ты права, – тяжело вздохнула Дженнифер, достала из коробки несколько старых фотоальбомов и положила их на столешницу. – Можно получить телефон обратно?

– Нет. Но ты можешь получить большой бокал этого Мерло за десять долларов.

Они часто пили дешевое вино. Лучшие подруги со школы, они получили стипендию в Колумбийском университете[1], учились на факультете графического дизайна. Прожили в одной квартире четыре года – дружили, смеялись, делились секретами.

Дарси доверяла Дженнифер как себе, но не в случае с Эштоном Уотсоном. Когда дело доходило до этого сладкоречивого соблазнителя, ее лучшая подруга слабела. За последние четыре месяца она трижды бросала его, но каждый раз тот уверял ее, что станет более внимательным, менее эгоистичным. И каждый раз Дженнифер верила ему.

Дарси больше этого не допустит. Парень понятия не имеет, какими должны быть отношения. Дженнифер вытащила три больших плотных конверта из коробки и положила их рядом с фотоальбомами.

– Я не хочу пить.

– Хочешь. – Дарси подвинула ей бокал через столешницу.

Дженнифер порылась в коробке, нашла потертый кожаный бумажник, повертела его в руках.

– Твоего отца?

– Это из верхнего ящика его комода. – Дарси взглянула на небольшую коллекцию вещей отца. – Забрала, когда освобождала его квартиру. Я была слишком удручена, чтобы просмотреть их в тот же день.

– Не хочешь пока разбирать?

Дарси глотнула вина.

– Я готова. Прошло уже три месяца.

Дженнифер сунула руку в коробку и достала старый деревянный ящичек.

– Сигары? – спросила она.

– Я видела только, как он курит сигареты.

– Похоже, старая. – Дженнифер понюхала дерево. – Кедр.

На крышке была небольшая латунная застежка, Дженнифер легко открыла ее. Дарси скучала по отцу, вспоминала его каждый день. Он болел и мучился много месяцев до самой смерти. Дарси понимала, что эмоциональная боль сопровождала отца на протяжении многих лет: наверное, с тех пор как ушла ее мать, бросив его с маленькой дочерью на руках. Постепенно Дарси начинала осознавать, что отец наконец нашел покой.

Дженнифер подняла крышку. Дарси наклонилась, чтобы заглянуть внутрь.

– Деньги, – сказала Дженнифер.

Это открытие смутило Дарси.

– Монеты. – Дженнифер подняла несколько пластиковых холдеров с золотыми и серебряными монетами. – Похоже на коллекцию.

– Очень надеюсь, что они не представляют особой ценности.

– Зачем тебе на это надеяться?

– Много лет он едва сводил концы с концами. Не хочу думать, что он ограничивал себя во всем, чтобы сберечь их для меня.

– Но он обязательно покупал односолодовый виски, – напомнила Дженнифер.

Дарси не смогла сдержать улыбку при воспоминании об этом. Родившийся и выросший в городе Абердин, Иен Риверс предпочитал исключительно крепкий «копченый» скотч.

– Что это? – Из-под монет Дженнифер вытащила сложенный вдвое конверт. В складку была заложена фотография.

Дарси вглянула на карточку.

– Это мой папа.

Иен стоял в маленьком, скудно обставленном офисе, рука лежала на деревянной столешнице. Дарси перевернула фотографию, но надписей там не было.

Дженнифер открыла незапечатанный конверт.

– Оценка стоимости монет? – предположила Дарси, делая глоток вина.

– Письмо.

– Для моего отца?

– От твоего отца. Для кого-то по имени Далтон Колборн.

Дарси внутренне содрогнулась. Она не слышала этого имени много лет.

– Ты его знаешь?

– Я никогда не встречалась с ним. Он владел «Колборн аэроспейс». И когда-то был партнером отца по бизнесу.

– Твой отец имел какое-то отношение к «Колборн аэроспейс»?

– Они совместно владели другой компанией, «Ди&Ай холдинге». Я не много знаю об этом, все закончилось, когда я была ребенком. – Дарси посмотрела на фотографию. – Далтон, как и мой папа, инженер. Вместе открыли компанию, но затем расстались и, видимо, довольно плохо. Помню, что папа приходил в ярость всякий раз, когда упоминалось имя Колборн.

– На конверте марка в тридцать два цента, – сказала Дженнифер. – Письмо очень старое. Его так и не отправили.

– Прочти его, – попросила Дарси.

– Ты уверена?

Дарси отпила еще вина.

– Уверена.


Шейн Колборн швырнул ярко-розовую книгу через свой широкий стол вишневого дерева. Джастин Масси, начальник юридического отдела «Колборн аэроспейс», поймал ее, прежду чем та упала на пол.

– Ну, это новый рекорд, – сказал Шейн.

Он ненавидел читать о себе. Ему хватало бизнес-статей. Желтая пресса еще хуже, но бульварные сообщения хотя бы коротки.

– Публикацию было невозможно предотвратить, – пояснил Джастин. – Нам повезло достать этот экземпляр. – Он помолчал. – Так сколько здесь правды?

Шейн тряхнул головой, чтобы немного успокоиться.

– Двадцать, может, тридцать процентов. Даты, места и события – все верно. Но я точно не разговариваю в постели как поэт восемнадцатого века.

Губы Джастина растянулись в ухмылке.

– Заткнись, – приказал Шейн.

– Я и слова не произнес

Шейн отодвинул кожаное рабочее кресло и встал, закипая от гнева.

– Я не флиртовал при ней с другими женщинами. И что значит дешево?! Я купил ей браслет с голубыми бриллиантами на день рождения в марте прошлого года.

– Больше всего меня беспокоит шестая глава, – сказал Джастин.

– Где она обвиняет меня в сговоре и шпионаже?

– Клиентов действительно не волнует, насколько ты хорош в постели. Но их встревожит манипуляции с ценами и кража интеллектуальной собственности.

– Я этим не занимаюсь.

– Знаю.

Шейн кивнул на книгу с пошлой обложкой.

– Это можно опровергнуть?

– Только если ты согласишься на дебаты в СМИ, типа «он сказал, а она сказала». Сам знаешь, Бьянка пойдет по всем местным ток-шоу. Любое твое телодвижение лишь удлинит историю.

– Значит, я буду молчать.

– Да.

– И пусть все думают, что я размазня?

– Я сообщу нашим клиентам, что обвинения в шпионаже и сговоре нелепы. Могу упомянуть твою сексуальную жизнь, если хочешь.

– Ты настоящий комик.

– Стараюсь. От «Гобрехт» на этой неделе было что-нибудь?

Шейн покачал головой.

Авикомпания «Гобрехт Эйрлайнс» со штаб-квартирой в Берлине находилась на завершающем этапе заключения контракта на покупку двадцати новых авиатакси. Модель «Колборн Эвэйе 200» лидировала. Если сделка с «Гобрехт» удастся, «Бомонт Эйр» в Париже, вероятно, последует их примеру с еще более крупным договором.

Джастин направился к офисной двери.

– Постарайся какое-то время не попадать в заголовки.

– Я никогда к этому не стремился. Думал, Бьянка правильно оценивала ситуацию.

Бьянку и Шейна познакомили Миллеры. Она была дочерью их хорошего друга, поэтому Шейн предположил, что она выросла в кругу богатых известных людей. Он не ожидал, что она будет сплетничать и тем более напишет книгу откровений.

– Никогда не знаешь, кому можно доверять, – заметил Джастин.

– Я доверяю тебе.

– Я по контракту обязан быть надежным.

– Вот и я стану действовать по контракту. Еще до подачи закусок буду заставлять женщину, с которой пойду на свидание, подписать договор о неразглашении.

– Будет лучше, если какое-то время ты не будешь ни с кем встречаться.

– Как-то скучно.

– Зато у тебя появится время.

– В пятницу заседание совета директоров. В среду утром мы закладываем площадку под новое крыло объекта «Ар&Ди». Потом я устраиваю благотворительное мероприятие по сбору средств для поисково-спасательной службы – в субботу вечером в особняке. – Шейн сделал паузу. – И я не появлюсь там без дамы.

– Выбери какую-нибудь милую безопасную девушку, – предложил Джастин. – Например, твою кузину.

– Мадлен не будет моей дамой на благотворительном мероприятии. Я не хочу выглядеть жалким на собственной вечеринке.

– Ты произведешь впечатление рассудительного мужчины. Хитрость в том, чтобы средствам массовой информации было совершенно не о чем написать.

– Они могут раструбить, что я встречаюсь с кузиной.

– Они напишут, что вы с Мадлен показали себя безупречными хозяевами и что «Колборн» собрал сотни тысяч для поисково-спасательной службы.

Шейн задумался, может, провести вечеринку вместе с Мадлен действительно безопаснее всего? Он знал, что она сделает это для него.

– Хорошо. Я позвоню Мэдди.

– Правильное решение.

– Ты в курсе, что у меня были бы стопроцентные шансы по-настоящему повеселиться после этой вечеринки?

– Ты ведь знаешь, что эти женщины спят с миллиардером, а не с мужчиной?

– Должен ведь на что-то сгодиться семейный особняк.

Принадлежащий его семье на протяжении многих десятилетий дом Баррингтон-Хиллз с семью спальнями и четырнадцатью акрами земли находился в часе езды от центра города. Шейн в основном жил в своем пентхаусе на Лейк-Шор-Драйв – три спальни, фантастический вид из окон и множество великолепных ресторанов поблизости.

– Уверен, твой отец гордился бы тем, как ты используешь фамильную собственность, – заметил Джастин.

Шейн улыбнулся. Его отец шесть лет назад трагически погиб вместе с матерью Шейна в результате несчастного случая на воде, когда Шейну было двадцать четыре. Он скучал по родителям. Отец не осудил бы бурную любовную жизнь сына.

Раздался голос секретарши Джинджер по внутренней связи:

– Мистер Колберн? Ханс Штрутц из «Гобрехт Эйр-лайнс» на первой линии.

Шейн и Джастин обеспокоенно переглянулись.

Шейн протянул руку, чтобы нажать кнопку на телефоне внутренней связи.

– Я отвечу. Ну, это либо очень хорошие новости, либо очень плохие.

Джастин потянулся к дверной ручке.

– Позвони мне, когда закончишь.

– Хорошо. – Шейн нажал на кнопку первой линии.


Дарси сидела на скамейке автобусной остановки через дорогу от офиса «Колборн аэроспейс». Июньский солнечный свет отражался от гигантской синей надписи, которая украшала фасад здания. Двадцатиодноэтажная постройка находилась в двух кварталах от реки, с видом на небольшой парк.

Неотправленное письмо ее отца объясняло горечь Иена, его злость на Далтона Колборна и, вероятно, любовь к виски, которая усиливалась с годами. Иен обвинил Далтона в предательстве, краже и в том, что он, Далтон, запатентовал разработанную Иеном модель турбины нового поколения.

Выходит, Далтон Колборн обокрал того, кто много лет был его лучшим другом. В письме Иен угрожал иском. Он хотел денег и профессионального признания за свое изобретение. Далтон получил престижную награду за турбину – известность привела к богатству и резкому взлету «Колборн аэроспейс», в то время как брак Иена распался и он по спирали погружался в депрессию и безвестность.

Иен писал, что в архивах компании хранится доказательство правоты Иена, что оригиналы подписанных лично им чертежей спрятаны в месте, о котором знает только он. Отец хотел забрать документы и заставить Далтона сознаться в содеянном.

Но письмо так и не было отправлено. И Дарси могла лишь догадываться о причинах, по которым ее отец передумал. Может, опасался, что Далтон успеет найти чертежи и уничтожить их. Почему отец не обратился к адвокату? А может, обращался.

Дарси смотрела на здание «Колборн аэроспейс» и думала: может, документы, подтверждающие то, что ее отец блестящий инженер, гниют в каком-нибудь архивном шкафу в подвале? Если да, то как ей заполучить их?

Что, если она прямо сейчас войдет в здание, – нет, служба безопасности не даст ей пройти к Шейну Колборну; сказать, что у нее назначена встреча с ним? Она пойдет прямо к нему и потребует показать ей документы.

Нет, это глупо. Шейн наверняка такой же эгоистичный и жадный, как его отец, он ни за что не позволит ей добраться до этих чертежей. Вместо этого он найдет их и уничтожит.

Глядя на внушительную каменную постройку, Дарси понимала, что самым разумным будет уйти, забыть о существовании письма, жить своей жизнью.

Сегодя они с Дженнифер собирались в клуб. Встретятся с друзьями из университета, выпьют чего-нибудь, может, познакомятся с какими-нибудь милыми парнями. Кто знает? Возможно, этим вечером она встретит свою половинку. Дарси, как и все, хотела когда-нибудь выйти замуж, остепениться, завести детей. Впрочем, она не спешила. Их с Дженнифер бизнес – студия вебдизайна – неплохо развивался.

Она смотрела на входные стеклянные двери «Колборн аэроспейс», раздумывая, кто может получить доступ к подвальным помещениям. Возможно, ремонтный рабочий. Она может взять напрокат форму, купить набор инструментов и прийти как телефонный мастер или электрик. К сожалению, она не отличит предохранитель от резистора. Может, попробовать доставку пиццы?

И тут ее осенило: а что, если стать частью «Колборн аэроспейс»? Как сотрудница она сможет передвигаться по всему зданию. У нее будет пропуск, возможно, даже ключи к дверям. Она выяснит, где хранятся архивы и отчетные документы компании, просмотрит их под каким-нибудь предлогом и найдет чертежи.

Решено, она устроится на работу в «Колборн». Блестящий план.