Вы здесь

Искренне ваш…. Юрий Решетников. Украинский выбор (Андреас Патц, 2011)

Юрий Решетников. Украинский выбор


Юрий Евгеньевич Решетников родился в 1968 г. в Запорожье. Окончил Украинскую юридическую академию (1993 г.) и Одесскую богословскую семинарию (1997 г.). Кандидат философских наук. В 1997-2003 гг. – проректор Киевского христианского университета, 2003-2004 гг. – заведующий отделом образования Всеукраинского союза объединений евангельских христиан-баптистов. С 2005 г. – на государственной службе: работал в Секретариате Президента Украины, Государственном департаменте по делам религий, Верховном Совете Украины. С мая 2009 г. – глава Государственного комитета Украины по делам национальностей и религий. Женат, воспитывает троих детей.


– Юрий Евгеньевич, в советские времена слово «уполномоченный» вызывало у верующих негативные эмоции. Человек, занимавший должность уполномоченного по делам религий являлся олицетворением системы, притеснявшей верующих и ставившей своей конечной целью полное искоренение религии. Трудно поверить, что сегодня цели и задачи этой госструктуры изменились кардинальным образом: в Украине Государственный комитет по делам национальностей и религий стремится не к уничтожению религии, а, напротив, к росту религиозного сознания народа…

– Начну с последнего: роста религиозного сознания. Это как раз то, в чем, в первую очередь, должны быть заинтересованы церкви и религиозные организации, действующие на территории Украины. В то же время правительство и наш комитет, являющийся составной частью госструктуры, видят свою задачу в создании благоприятных условий для общественно-значимой деятельности церквей и религиозных организаций, в результате чего и достигается тот самый рост. Статистические данные свидетельствуют: если, к примеру, лет десять назад верующими считали себя 60-70 % жителей Украины, то сегодня таковых 80-85 %.


– Не могли бы Вы познакомить читателей «МХГ» с религиозной картой Украины? В частности, хотелось бы узнать, сколько в стране церквей, принадлежащих ВСО ЕХБ и состоящих вне его; сколько в них верующих; а также каково процентное соотношение христиан евангельского вероисповедания и представителей традиционных христианских конфессий.

– На 1 января 2010 г. в Украине зарегистрирована 33.351 религиозная организация, за прошедший год прибавилось еще 712. Что касается баптистских церквей, о которых Вы спрашиваете – в составе Всеукраинского союза объединений евангельских христиан-баптистов сегодня числятся 2.694 церкви и еще 31 проходят регистрацию. Кроме того, существуют около 300 церквей, которые не входят в Союз, но также отождествляют себя с баптистским вероучением. Есть еще около 300 религиозных организаций евангельских христиан, значительная часть которых, по моему мнению, весьма близка к баптистам.

Если говорить в целом, то в Украине сейчас насчитывается около 18 тысяч православных религиозных организаций, около 3.800 греко-католических и почти 1.100 католических. Протестантский блок насчитывает более 8.400 религиозных организаций плюс около 1.400 религиозных организаций харизматического направления. Хочу подчеркнуть, что речь идет именно о религиозных организациях, а не о количестве верующих: проблема в том, что лишь некоторые церкви оперируют таким понятием, как «фиксированное членство». Социологические исследования же свидетельствуют, что протестанты составляют сегодня около 3 % населения Украины.


Под прицелом кинокамер


– Религиоведы считают, что Реформация затронула и Украину, поэтому в христианстве здесь традиционно сильно евангельское течение. В последние годы его усилению благоприятствовала и государственная политика, которую Господь направил по пути дарования народу подлинной свободы совести. На Ваш взгляд, сохранится ли эта тенденция в ближайшие годы?

– Влияние протестантских церквей в Украине ощутимо – и, думаю, будет еще возрастать, поскольку они подают позитивный пример другим. В середине 90-х годов протестантские церкви первыми стали работать с детьми и молодежью, а сегодня мы видим, как традиционные церкви взяли лучшее, что было у протестантов, и успешно применяют это в своей практике. Конкуренция, в хорошем смысле слова, которая присутствует в религиозном поле Украины, побуждает церкви к активному обмену опытом.

Что касается видов на будущее – очень хочется надеяться, что нынешняя политика украинского государства по отношению к церквям и религиозному сообществу сохранится. Но есть моменты, вызывающие тревогу: например, в декабре прошлого года представители Партии регионов зарегистрировали в Верховной Раде проект закона о запрете тоталитарных сект. При этом само понятие «тоталитарные секты» трактуется в этом документе настолько широко, что, как считают некоторые эксперты, под это определение подпадают практически все протестантские церкви.


– Кстати, согласовывался ли данный законопроект с вашим ведомством?

– Он просто не мог согласовываться с Госкомитетом хотя бы в силу того, что проект вносился на рассмотрение депутатами оппозиционной по отношению к правительству политической силы. С другой стороны, если бы Верховный Совет или профильный комитет принял решение получить от нас экспертное заключение по данному законопроекту – оно, безусловно, было бы негативным.

К сожалению, можно констатировать, что данный законопроект отражает позицию, которую занимает значительная часть членов Партии регионов по отношению к протестантским церквям. И хотя в контексте предвыборной гонки проект закона был отозван по вполне понятным причинам (заинтересованность ПР в голосах верующих, например), обольщаться не стоит.

С другой стороны, в Украине сформирована достаточно мощная религиозная общность, состоящая, в том числе, и из членов протестантских церквей. Имеются также общественные организации, деятельность которых направлена на защиту свободы совести. Вопросы свободы совести являются близкими и важными для ряда политических партий, в частности, для БЮТ и Христианско-Демократического Союза. И, хотя прогнозы – дело неблагодарное, очевидно, что новые попытки ограничить свободу совести, если они будут предприняты, получат достаточно решительный отпор как от религиозных и общественных организаций, так и со стороны политических сил.


Рабочий визит в Свято-Покровский кафедральный собор по поводу тезоименитства епископа Запорожского и Мелитопольского Иосифа. Май, 2010 г.


– Чем вызваны попытки ограничить религиозную свободу? Известно, что в парламент уже несколько раз подавались проекты законов, направленные на ограничение прав верующих…

– С одной стороны, в этом проявилось понимание ситуации отдельными депутатами, их видение того, как должна выглядеть религиозная карта Украины: кто должен присутствовать в Украине, а кто – нет. То есть, речь идет об определенных конфессиональных предпочтениях отдельных чиновников и их негативном отношении к некоторым религиозным общинам. Другая причина в том, что демократия в стране, где декларируется свобода вероисповедания, таит определенные «подводные камни». Отсюда опасения некоторых чиновников по поводу того, что у нас могут получить развитие те религиозные организации, деятельность которых противоречит национальным интересам и нарушает права граждан Украины.


– Украина сегодня уникальна именно свободой вероисповедания, которую настойчиво пытаются эксплуатировать религиозные экстремисты – например, «белое братство». С одной стороны, наличие деструктивных сил требует государственного вмешательства и законодательного урегулирования, а с другой – здесь кроется опасность: можно так «зарегулировать», что верующим снова дышать будет нечем. Какой видите роль государства в данном вопросе лично Вы?

– Не могу согласиться с мнением, будто деструктивным религиозным организациям дан «зеленый свет» в Украине. У нас не зарегистрирована ни одна подобная организация – таковым вообще, даже при их самом большом желании, было бы отказано в регистрации! Более того: государственные органы работают над тем, чтобы зарегистрированные организации также не допускали действий, могущих нанести вред интересам как государства в целом, так и отдельных граждан. Не случайно в Украине заведены уголовные дела на некоторых религиозных служителей, деятельность которых вступает в противоречие с законом. Государственные органы Украины (в частности, наш Комитет) хорошо понимают опасность деструктивных проявлений и делают все возможное для того, чтобы не допустить негативного развития событий.


– Не секрет, что евангельские верующие с равной опаской смотрят как на устремление Украины в Европу, где на государственном уровне все больше узаконивается толерантность к греху, так и на сближение с Россией, где признанием удостоены лишь три конфессии. Не унаследует ли Украина, балансируя между Востоком и Западом, и то и другое?


Пресс-конференция


– Украина не обязана слепо копировать всё, что делается в Европе. Интеграция в европейское сообщество – это дорога с двусторонним движением, и нам есть, что предложить Европе, особенно в плане поддержки традиционных ценностей, в том числе, христианских. И если на Западе оправдывают отступление от них защитой прав человека, то мы этого делать не будем. Ни один из наших политиков, всерьёз думающих о своем будущем, не поддержит того, что противоречит христианским моральным ценностям. Как я уже сказал, 85 % населения Украины так или иначе считают себя верующими: то есть, причисляют себя к христианам, иудеям и мусульманам, имеющим близкие взгляды по вопросу моральных ценностей. Поэтому тревоги по поводу «осквернения» украинцев от Европы, думаю, преувеличены.

Что касается России – мы возвращаемся в нашей беседе к тому, о чем уже говорили: к свободе совести. Несмотря на то, что у нас есть политические силы, которые хотели бы применить российскую модель государственно-церковных отношений, им противостоят те, кто отчетливо понимают уникальность и ценность украинского пути в этой сфере, обусловленного всем историческим развитием нашего государства, и не поступятся им. Модель, которая существует сегодня в Украине, объективно отражает существующую ситуацию, и отступление от нее не в интересах нашего общества.


– И все-таки политическая ситуация в Украине меняется. Может ли вслед за этим измениться политика государства по отношению к верующим?

– Хочется верить, что у политической силы, которая выиграла президентские выборы, хватит здравого смысла не создавать лишних сложностей для украинского общества попытками ограничить свободу совести и сокращения возможностей для деятельности религиозных организаций – ведь существует много других проблем, которые требуют своего разрешения. Попытки сделать это неизбежно натолкнутся на серьезное сопротивление.

В 2002-2003 годах в Украине уже были попытки переписать закон «О свободе совести и религиозных организациях». Тогда в контексте президентских выборов 2004 года планировалось сделать религиозные организации подконтрольными государственным органам, но эти планы не были реализованы именно благодаря активному противодействию со стороны религиозных общин и некоторых политических сил, поддержавших церкви в их стремлении к свободе. Это, кстати, был первый в истории Украины случай, когда различные конфессии выступали единым фронтом по отношению к государству. За последующие семь лет религиозное сообщество существенно нарастило опыт совместного позиционирования. С другой стороны, укрепились и политические силы, которые четко выступают за поддержку свободы совести в Украине.


– Есть ли, остались ли в Украине незарегистрированные церкви? И если да, то как строятся их отношения с государством?

– В соответствии с действующим законодательством, религиозные общины в Украине могут функционировать, не уведомляя о себе и своей деятельности государственные органы. Правда, в этом случае они не имеют статуса юридического лица, что ограничивает их возможности, например, в вопросах аренды помещений, приобретения земельных участков и т. п. В то же время, это ни в коей мере не ограничивает право граждан придерживаться тех или иных религиозных убеждений и проводить богослужения на квартирах своих единоверцев или в других местах.


В рабочем кабинете


В Украине существуют такие организации. Например, у нас около 40 общин Совета церквей ЕХБ, которые действуют без государственной регистрации; около 130 общин одного из направлений пятидесятничества, которое также исторически негативно относится к вопросу регистрации, и некоторые другие.

Хотел бы только отметить, что, независимо от наличия или отсутствия регистрации, любая религиозная община не имеет права нарушать закон. Обязанность следить за тем, чтобы объединения граждан, в том числе религиозные, действовали в рамках законодательства, возложена на правоохранительные органы.


– Принимал ли участие возглавляемый Вами Комитет в организации прошлогоднего визита в Украину Патриарха Кирилла? Как Вы относитесь к высказанным в прессе заявлениям о том, что этот визит был больше политическим, чем пастырским?

– Патриарх приезжал к верующим Православной церкви, находящимся в каноническом единстве с Московским Патриархатом. Поскольку это был не государственный визит, Госкомитет в его организации не участвовал. Что касается различных высказываний в прессе – хочу подчеркнуть: по моему мнению, это был именно пастырский визит и Патриарх говорил то, что думал, что считал необходимым донести до людей. Это – его право; а все остальное – трактовки.


– Насколько православная церковь в Украине открыта для взаимодействия с Госкомитетом по делам национальностей и религий? Есть ли в стране конфессии и деноминации, которые из принципиальных соображений отказываются от контактов с вашей госструктурой?

– По моим наблюдениям, в Украине таких религиозных сообществ нет, ведь Комитет ходатайствует перед государством в интересах религиозных организаций. Православные церкви – не исключение. На данном этапе удалось достичь весьма высокого уровня взаимопонимания между государственными органами и религиозными организациями. Это позитивное явление, которое очень хотелось бы сохранить на будущее.


– Сегодня в Украине активные, так называемые «неноминальные» верующие успешно работают во властных структурах. Влияет ли это на политические процессы в стране? Нет ли опасности лоббирования интересов какой-либо одной деноминации через этих людей?

– Я бы не стал делить верующих на «активных» и «пассивных», «номинальных» и «неноминальных»: только Господь знает наверняка, кто в какой мере верующий! А то, что в органах власти работают люди, открыто декларирующие свою причастность к той или иной религиозной общине, – безусловно, хорошо. Это свидетельствует о том, что Украина развивается в правильном направлении, функционирует как нормальная демократическая страна. Пройдет время, и наступит такой момент, когда этот вопрос вообще никого не будет интересовать: ведь каждый человек имеет право в нерабочее время посещать ту или иную церковь. Поэтому надеюсь, что увлечение подсчетами того, сколько и в каких органах власти работает представителей той или иной церкви, скоро потеряет смысл.


Приказ о назначении


Что касается конфессиональных предпочтений, то, безусловно, опасность существует. Мы сталкиваемся с этим часто, особенно на местах. Со стороны представителей органов местного самоуправления все еще имеют место конфессиональные предпочтения и заангажированность, что зачастую отражается па их решениях. К сожалению, с этим сталкиваются все религиозные сообщества Украины.

Хотя все понимают, что любой государственный служащий, несмотря на свои личные религиозные убеждения, должен действовать на благо всех граждан Украины, независимо от их конфессиональной принадлежности.

Благодарим Вас!

Интервью подготовлено совместно с Павлом Гараджей.

Киев, Украина, Февраль, 2010 г.