Вы здесь

Идеальный кандидат. Глава 1 (Люси Кинг, 2014)

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.


© 2014 by Lucy King

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

* * *

Глава 1

Посвящается моему издателю, Меган. Спасибо за поддержку и советы!

Селия Форрестер стояла на ступеньках живописной церкви в Шропшире. Десять минут назад священник объявил ее брата и его невесту мужем и женой, и было подписано свидетельство о заключении брака. Теперь Дэн Форрестер женатый человек. Все это было бы просто прекрасно, если бы не одно обстоятельство. Селия мысленно готовила себя к моменту, которого с ужасом ждала весь день.

Если оценивать список вещей, неприятных ей, по шкале от одного до десяти, поход в спортзал получал оценку два. Задержка на работе до поздней ночи – четыре. Ужин один на один с отцом – восемь. Торжественное шествие к алтарю рука об руку с Маркусом Блэком заслуживало твердой десятки.

Всего пару часов назад она посмела надеяться на спасение. Лучший друг Дэна и, как следствие, его свидетель Маркус ожидался вчера к полудню, но к всеобщему ужасу и огромному облегчению Селии не явился в срок. Брат что-то промычал по поводу отложенного рейса и возможного опоздания, однако, по правде говоря, Селия была слишком счастлива, чтобы вслушиваться в его слова.

Она почувствовала себя приговоренной к смертной казни и помилованной в последний момент. До того, как Маркус явится, если явится вообще, она успеет выпить не меньше двух литров шампанского, чтобы сгладить отвратительное впечатление, производимое на нее этим персонажем.

Будто уж без него нельзя обойтись! Почему, собственно говоря? Она бы с удовольствием прошла к алтарю в компании подружки невесты Лили и ее нового жениха Кита. Она любит действовать в одиночку. В любом случае это намного лучше, чем общество напыщенного сердцееда, любимца всех женщин, кроме Селии, разумеется, и главного бельма на глазу по имени Маркус Блэк.

Основная проблема заключалась даже не в этом. Вне всякого сомнения, он испытывает к ней не меньшее отвращение, чем она к нему, и, уж конечно, найдет способ это продемонстрировать. Долго сдерживаться он не будет, начнет издеваться над ней еще в церкви. При желании этот человек, такой милый и обаятельный с другими, мог быть просто невыносимым. Кто же станет винить Селию в том, что она рада любой возможности избежать встречи с ним и благодарна судьбе за то, что та, кажется, предоставила ей такую возможность?

Но чуда не произошло. Все надежды Селии рухнули. Пару часов назад, когда все три девушки сидели в комнате Зои, сушили накрашенные ногти и накручивали волосы на бигуди, выяснилось: Маркус все-таки приедет. Чувство, знакомое досрочно освобожденным, покинуло несчастную Селию.

Накрывшая волна ужаса и разочарования впечатлила ее. Холодный пот прошиб девушку, при этом она почувствовала, будто сидит на горячих углях. Она изо всех сил старалась не подавать виду, радоваться за новобрачных, Дэна и Зои, и старалась как можно меньше думать о Маркусе.

Правда, это самое сложное. Особенно сложно стало, когда они с Лили входили в церковь следом за невестой, и Селия краем глаза увидела Маркуса, стоявшего рядом с Дэном. Не заметить его, почти двухметрового роста, широкоплечего, с иссиня-черными волосами и по-голливудски красивым лицом, практически невозможно. Ослепительно-голубые глаза, прямой гордый нос, чувственные губы – при всех своих недостатках Маркус, несомненно, весьма привлекательный мужчина. Тем не менее Селия отдала бы все на свете, чтобы избежать его общества.

И все-таки ей удалось удержать себя в руках, потому что на нее были устремлены пятьдесят пар глаз. И как уж тут пошлешь его куда подальше, ограничившись сухой улыбкой. У нее нет на это права. Напротив, оставалось лишь взять его под руку и вместе пойти между рядами церковных скамеек. Ей нужно это сделать. И она это сделает.

В ближайшие тридцать секунд.

Органист заиграл торжественную Токкату Видора. Счастливые новобрачные Дэн и Зои, широко улыбаясь направо и налево, прошествовали по проходу. Селия выпрямила спину и постаралась выдавить из себя подобие улыбки, но получилось натянуто и неискренне. Сложно улыбаться искренне, когда на душе скребут кошки.

Она внушала себе, что не станет с ним связываться, однако за спокойным и безмятежным внешним обликом бушевали нешуточные страсти. Никто не знает, какого напряжения ей стоило держать себя в руках, с каким трудом она заставила себя не смотреть в его сторону, особенно когда почувствовала на себе его взгляд. Ее не остановит даже то влияние, которое он всегда на нее оказывал. Когда бы они ни встретились, она теряла самообладание, становилась совершенно на себя не похожа, мозг переставал работать, по телу бежала дрожь.

Нет, она возьмет себя в руки и справится с задачей. Ее нимало не смутят ни жар его тела, ни волнующий запах, ни весь его образ, который так и толкает ее ему навстречу. Она подавит в себе желание, единственное из всех, которое испытывала, – увести Маркуса отсюда и наброситься на него со всем пылом страсти, сдерживаемой в течение многих лет. Она справится. Как справлялась годами, с той самой ночи, когда он попытался затащить ее в постель. На спор.

В конце концов, всего-то тридцать метров от тяжелой дубовой двери до алтаря, и все, что от нее требуется, – улыбаться и держать рот на замке. Не так уж и сложно. Потом, во время неизбежной фотосессии и вечеринки (к счастью, короткой), она постарается избегать его. Как всегда. Все просто.

Глубоко вздохнув, она посмотрела на него и поймала озорной взгляд голубых глаз, сводивший с ума легионы женщин.

– Пойдем? – спросил он, улыбнувшись той самой улыбкой, подарившей ей бессчетное количество бессонных ночей, и взял Селию под руку.

– Пойдем. – Она пыталась сохранить хладнокровие.

Ну и что? Никаких проблем. Она ощутила его твердые бицепсы, но это не могло отвлечь ее от главной цели. И что с того, что его локоть вот-вот упрется ей в грудь, а жар его тела заставит сердце забиться учащеннее? Гораздо важнее пройти не оступившись на высоченных каблуках, намного выше, чем она обычно носит. Вот на чем следует сосредоточиться.

– Готова? – спросил он, и от его глубокого ленивого голоса у нее сжалось все внутри.

Она вцепилась в его руку. Чтобы не споткнуться, разумеется.

– Более чем.

Подбадривая себя мыслями, что скоро все это закончится, Селия обернулась и поправила подол платья, чтобы ненароком не наступить на него каблуком.

– Эти туфли на вид убийственны, – шепнул он.

– Так и есть.

– И совершенно невозможны.

– Верно.

– Неудивительно.

И тут самообладание покинуло Селию. Невозможно больше себя контролировать и держать рот на замке. Язвительные фразы так и вертелись на языке.

– А ты почти не опоздал, – прошипела она. По счастью, они миновали опасные ступеньки, и можно было не держаться за Маркуса так крепко.

– Я торопился.

– Да-а? И что же тебя задержало? Пьяная оргия?

Подобными шпильками его не сразить. Известный своими многочисленными романами, сердцеед и плейбой, моральные принципы которого бесконечно далеки от идеала, мог расценивать их скорее как комплименты.

– Не завидуй, – сказал он.

И Селия растаяла от его мягкой улыбки. Ну что за невыносимый человек? Говорит гадости с таким видом, будто восхищается. Надо бы не отставать.

– Плохое чувство.

– Надо же, какой заботливый, – пропела она медовым голосом, изо всех сил сопротивляясь его обаянию. Ну почему из всех мужчин мира только Маркус заставляет ее сердце биться чаще? – Прямо ангел во плоти.

Маркусу и эта роль понравилась.

– Да вот, видишь ли, только усядусь удобнее на облаке, как ты спихиваешь меня обратно.

– Это моя главная цель в жизни. – Селия понимала, что проигрывает сражение в остроумии, но отступать уже поздно.

– Да неужели? – Он удивленно поднял брови. – А я думал, работа.

– У меня, как всем известно, много задач.

– Это верно. Хорошо бы, ты не справилась ни с одной из них.

Они шли так близко, что между ними не проползла бы и улитка. В зловещей тишине Маркус вдруг прошептал:

– А знаешь, что еще я тебе скажу?

– Интересно, что же?

Селию совершенно не интересовало, что скажет ей этот человек. Она вообще решила придавать его словам как можно меньше значения.

– Я очень удивлен, что ты пришла.

– Почему же? – поинтересовалась Селия, не переставая натянуто улыбаться.

– Как же ты заставила себя оторваться от особо ценных бумаг?

– Знаешь что, – она вспыхнула, – это все-таки свадьба моего брата!

– Вот как? Приятно слышать, что для тебя это так важно. Я все жду, когда же зазвонит твой мобильный?

Лицо Селии болело от натянутой улыбки. Но она старалась. Очень старалась.

– Не такой уж я трудоголик.

– Нет?

– Нет, – отрезала она, стараясь не принимать во внимание тот факт, что все утро действительно провела отвечая на звонки и письма. Дела просто не терпели отлагательств.

– Кстати, я слышал об успешном слиянии компаний. Мои поздравления.

Несмотря на раздражение, Селия ощутила немалый прилив гордости. Последние полгода она усердно работала на благо этого партнерства, очень выгодного для ее компании.

– Спасибо, – скромно отозвалась она, не желая думать об убийственной близости к телу Маркуса. – А ты, я слышала, продал свой бизнес?

Если верить глянцевому журналу, который она листала у парикмахера, один из самых завидных женихов Лондона выручил за свое предприятие несколько миллионов. В статье, к сожалению, очень скупо описывались подробности сделки, зато весьма детально рассматривались планы перспективного холостяка на будущее.

– Так и есть.

– И что же ты теперь собираешься делать?

– Тебе правда интересно?

Не особенно и интересно. Она готова поклясться своей квартирой в Клеркенвилле, он ничуть не изменился.

– Видимо, всерьез сосредоточишься на пьянстве и разврате?

– Я такой предсказуемый? – спросил он.

– Предсказуемей не бывает.

– Вот жалость!

– Еще бы! Наверное, скучно тебе живется?

– Не сказал бы. Но у тебя, должно быть, и без того немного радости в жизни, а тут еще я порчу все удовольствие от издевательств.

– Ты думаешь, мне это доставляет удовольствие?

Он удивленно посмотрел на нее:

– А разве нет?

Селия задумалась на минутку и решила, что жалкие попытки выразить ему глубочайшее отвращение с большой лишь натяжкой можно назвать удовольствием. Весьма, естественно, сомнительным. Куда лучше вообще с ним не общаться.

– Во всяком случае, не больше удовольствия, чем тебе.

– Что ж, я всегда за равноправие.

– Ну да, это видно из таблоидов, – сказала Селия мрачно, ей на память пришло интервью в том же журнале с одной из его любовниц. Та восторженно делилась впечатлениями о том, какой Маркус фантастический любовник. Если верить этой женщине, он в этом плане просто потрясающий, но уж об этом точно не следует задумываться.

– Ты что-то невысокого мнения обо мне, милая Селия, – вздохнул Маркус, – и мне ужасно хочется искупить вину.

Не успела она уяснить значения его слов, как парочка женщин, мимо которой они проходили, принялась шептаться, бросая на него восхищенные взгляды, и сбила Селию с мысли. Так всегда. Маркус – любитель женщин. Любимец женщин.

Но она не из их числа. Пусть даже пятнадцать лет назад он чуть не лишил ее невинности. Какое это теперь имеет значение?

– Что ж ты вцепилась в него мертвой хваткой?

Селия отогнала от себя непрошеные мысли, которые привели бы неизвестно к чему, и поинтересовалась, во что именно вцепилась.

– В букет. Что тебя так волнует? Общественное мнение?

Селия и в самом деле сжимала роскошный букет роз до того крепко, что побелели костяшки пальцев.

Никакие нервы бы не выдержали. Новобрачные то и дело останавливались, чтобы обменяться любезностями с гостями, и, казалось, никогда в жизни не дойдут до алтаря. За час едва ли продвинулись на метр.

– Цветы ни в чем не виноваты, – вздохнула Селия и повела плечами, стараясь хоть немного сбросить напряжение.

– Тогда осмелюсь предположить другой вариант. Тебе не нравится Зои?

Селия удивленно посмотрела на Маркуса. Она не имела ничего против Зои, наоборот, совершенно искренне радовалась за брата.

– С чего ты это взял?

– Потому что у тебя очень недовольный вид. Кажется, ты согласна оказаться в любом другом месте, только не здесь.

Да нет, отнюдь. Она совсем не хотела оказаться в любом другом месте. Скорее предпочла бы, чтобы в любом другом месте оказался Маркус. Лучше всего вообще на другой планете. Но прямо сказать об этом она не может.

– Удивляюсь, что ты это заметил.

– Это заметно, – ответил Маркус, окинув ее взглядом, от которого бросило в жар. – А выглядишь ты отлично, к слову сказать.

«Вот черт, – подумала Селия. – Только разозлишься на него как следует, он тут же начнет сыпать комплиментами. Теперь уже не съязвишь».

– Спасибо. Ты тоже ничего.

Ну да, ничего. Он выглядел просто потрясающе. Лучше чем обычно, если такое вообще возможно.

– Бог ты мой, комплимент от тебя! С ума сойти!

– Только не привыкай.

– Да уж, постараюсь.

Они прошли еще немного (господи, как нескончаемо тянулось время!), затем остановились, и он спросил:

– И все-таки, как ты к этому относишься?

– К свадьбе Дэна и Зои?

– Разумеется. Как ты относишься ко мне, и так понятно.

– Я в восторге, – улыбнулась Селия. – От новобрачных, не от тебя.

– Они подходят друг другу.

– Это точно.

– А как твои родители?

Она окинула их беглым взглядом. Ничего особенного, идут к алтарю, стараясь держаться друг от друга как можно дальше. Время от времени обмениваются злобными взглядами. Ничего особенного.

– Нормально.

– А работа?

– Отлично.

– Тогда откуда это напряжение?

– Напряжение?

– Да, вот именно. Если дело не в новобрачных и у тебя нет проблем с родителями и работой, значит, дело во мне.

– Не льсти себе.

Они пошли обратно, и дубовая дверь наконец распахнулась навстречу новобрачным. О, этот волшебный запах свободы!

– Просто признай это, – поддразнил Маркус. – Я вызываю у тебя бурю негативных эмоций.

– Глупости, – ответила Селия, радуясь своему избавлению. – Ты вообще никаких эмоций у меня не вызываешь.

– Ах, Селия, ты разбиваешь мне сердце.

– Можно подумать, оно у тебя есть. – В этом она, откровенно говоря, сомневалась.

– Конечно. Ведь без сердца не узнаешь, что такое любовь.

– Ну что ты! По-моему, за нее у тебя весьма успешно отвечает совсем другой орган. Какой именно, уточнять не стану.

– Откуда тебе знать, насколько успешно?

– Вот уж это меня совершенно не интересует, успокойся.

– Ты жестока.

– Но не слишком.

И тут, наконец, – какое счастье – они вышли на свежий воздух. Селия вновь увидела яркий свет после темноты церкви и выпустила руку Маркуса. Девушка испытала невероятное облегчение. Пытка закончилась, и теперь можно спокойно радоваться жизни, зная, что этот десятиминутный кошмар никогда не повторится. Конечно, если Дэн снова не решит жениться. Но, глядя на них с Зои, Селия с трудом верила в подобное развитие событий.

Широко улыбнувшись Маркусу, она сказала:

– Ладно, приятно было пообщаться.

– Взаимно.

Куда уж приятнее. Однако этикет, как водится, обязывает. Что тут скажешь? Нужно, по крайней мере, сохранять видимость, что все в порядке.

– А теперь я пойду и поздравлю молодых.

После этого она собиралась найти шампанское и вознаградить себя за весь пережитый ужас, выпив столько, сколько сможет. Уж это она вполне заслужила.

– Давай. Думаю, еще увидимся?

– Конечно.

Селия подумала, что скорее уж ад замерзнет, чем она снова приблизится к нему, тем не менее промолчала. Уж слишком была она счастлива, что наконец сумела избавиться от общества Маркуса. Теперь можно напоследок изобразить вежливость и радушие. Помахав ему рукой на прощание, она отправилась по своим делам.

Маркус удивленно смотрел на Селию. Вот она обнимает брата и его молодую жену, вот смеется над какой-то шуткой Дэна. С виду совершенно нормальная женщина. Почему же через десять минут общения с ней ему хочется кого-нибудь побить или что-нибудь разрушить, лишь бы дать выход скопившемуся напряжению, которое так и рвется наружу?

Греясь в солнечных лучах и глядя на счастливых людей, выходивших из церкви, он прятал в карманах сжатые кулаки, а за дружелюбной улыбкой – злобный оскал. Кому понравится оскаленный свидетель, когда у людей свадьба? Но не думать о происходящем он тоже не мог.

Проблем с противоположным полом у Маркуса не возникало никогда. Напротив, женщины стремились ему понравиться и старались казаться как можно очаровательнее. Да что уж греха таить, сами бросались ему в объятия. А вот с Селией определенно что-то не так. Откуда в ней столько злости, ведь нет никаких причин ненавидеть его?

Сомнительно, что дело в его образе жизни. Неужели она забыла, в какое время живет? Вряд ли. Далеко не самое пуританское время. Как-никак, двадцать первый век, и далеко не все сторонники моногамии. Что уж там, многие вообще спят с кем попало, и надо быть абсолютной ханжой, чтобы ненавидеть человека из-за количества его любовниц. Подумаешь, не отличается постоянством! А кто сейчас им отличается?

Да даже если и так, что с того? Он свободный мужчина, никогда не обещал больше, чем мог дать, никому не разбивал сердце. Его женщины сами проявляли инициативу, прекрасно понимая, что их ждет.

И вообще, Селии-то какое до этого дело? Кто она ему? С ее подругами он романов не крутил, потому ревновать она не имеет права, между прочим, сама отвергла его сто лет назад, а теперь еще возмущается.

Интересно, в чем же дело? И главное, почему его это так беспокоит? Почему, общаясь с ней, он пытается оправдываться?

Все это слишком сложно. Лучше пойти и выпить шампанского, чем тревожить себя ненужными вопросами.

– Ты что, поцапался с моей сестричкой? – Голос жениха, неожиданно возникшего за спиной, вывел Маркуса из раздумий.

– С чего вдруг? Нет, конечно. – Маркус улыбнулся как можно беззаботнее.

– Точно? Уж больно вид у тебя хмурый. Неужели она тебя обидела чем-то?

Да нет, ничего подобного. Только избегает его общества, игнорирует, а на любую попытку наладить отношения реагирует язвительными замечаниями. А так – нет, совсем ничем не обидела.

Не хватало еще посвящать Дэна в их взаимоотношения с Селией. Пусть лучше думает, что у них все в порядке. Тем более человек женился. Не стоит портить ему настроение.

– Да все нормально. Поздравляю, кстати.

Дэн широко улыбнулся.

– Спасибо. И спасибо, что стал моим свидетелем.

– А как же иначе?

Он изо всех сил старался закончить дела в срок, а отнюдь не развлекался с любовницами, как полагала Селия. Как бы то ни было, сумел вырваться и приехать на свадьбу лучшего друга. Иначе и быть не могло. Они дружат уже больше двадцати лет, и Маркус знает Дэна как самого себя. Через что только им не пришлось пройти вместе! Особенно в то страшное время, когда Маркус только-только осиротел, Дэн всегда был рядом, готовый поддержать. Конечно, порой они ссорились, всему виной вспыльчивый характер Дэна и некоторая безалаберность Маркуса, тем не менее их дружба прошла огонь и воду.

– Мне очень приятно. Так что у тебя случилось?

Маркус пожал плечами. Дэн со своей неуместной заботой с ума его сведет.

– Все в порядке. Просто пытаюсь вспомнить речь.

– А может, тебе пары не нашлось? – ухмыльнулся Дэн. Он знал друга как самого себя.

– Да, женщин что-то маловато. – Правда, честно говоря, Маркус даже не оглядел собравшихся на этот предмет.

– Уж прости. Надо было со своей приезжать.

– Что ж тут поделать? Вот уже полгода…

Дэн удивленно поднял брови:

– Все из-за этой, как ее там?

– Ноэль. – Воспоминания о бывшей подруге были Маркусу неприятны.

– Да, согласен. После таких отношений надо отдохнуть. Однако полгода – это твой рекорд.

– Не из тех, которыми гордятся.

– Да уж, точно. Правда, разбитое сердце здесь не только у тебя.

– У кого еще?

– У Селии. Она единственная пришла без кавалера. И, судя по всему, ты не составишь ей компанию.

Точно. Маркус вздрогнул от такой перспективы. Вряд ли он выпьет достаточно, чтобы добровольно завязать общение с этой фурией. Даже в совершенно несознательном состоянии не рискнет приблизиться к ней ближе чем на десять метров. Во всяком случае, на сегодня лимит уж точно исчерпан.

– Что грустно, – добавил Дэн. – У вас обоих такой несчастный вид.

Возможно. Но общение с Селией не лучший способ поднять настроение. Как бы уйти от разговора?

– Зои просто светится от счастья, – отметил Маркус.

– Стараюсь. – Дэн улыбнулся счастливой улыбкой семейного человека.

Маркус был уверен: ему никогда не понять, как свадьба может принести столько радости. Он всегда был настроен категорически против брака.

– У нее свое мнение насчет этого.

– Насчет чего?

– Тебя и Селии.

Да уж, сменил тему. Сколько можно обсуждать эту Селию? Будто больше поговорить не о чем!

– Знаешь, что она думает об этом?

И знать не хочет.

– И что же?

– Между вами существует какая-то искра.

Очень интересно. Какая может быть искра между ним и этой жуткой женщиной, которая наверняка имеет самое смутное представление о любви, если вообще имеет.

– Да ты что?

– Это Зои так думает.

– Откуда такое мнение?

– Она хорошо разбирается в людях.

– Ну, на этот раз не угадала.

– Она считает, вы ведете себя как дети.

– Какие еще дети?

– Когда мальчику нравится девочка, он подкладывает ей кнопки и дергает за косички.

– Не лучшая манера ухаживать.

– Вот и я говорю: смени тактику.

Да с чего он вообще должен ухаживать за этой занудой?

– Да с чего я вообще должен ухаживать за… твоей сестрой? Как брат, ты должен, наоборот, оберегать ее от меня.

– Ну что ты. За Селию я спокоен, вряд ли ты разобьешь ей сердце.

Разве можно объяснить человеку, что его сестра – бельмо в глазу? Все равно не поверит. Родственные отношения, что уж там. Дэн обожает Селию, и переубеждать его бесполезно. Но все равно, мог бы не говорить о ней. Настроение и так никуда не годится. И кто, интересно, в этом виноват? Все она же.

– На твоем месте я бы больше переживал за невесту, – призвал Маркус. – Вон как ее окружила стайка тетушек.

– Пойду вырву ее из этого порочного круга. – Дэн широко улыбнулся, но, прежде чем уйти, зловеще прошептал: – Однажды она и тебя настигнет.

– Кто?

– Любовь.

– Вот уж не надейся.

От любви одни проблемы, в этом Маркус был уверен. Ни за что на свете он не позволит чувствам вмешаться в его жизнь. Ничего хорошего из этого не получается. Одни страдания и неприятности.

– Жизнь так коротка, а женщин так много?

– Вот именно.

– Смотри. Превратишься в развратного старикашку, вроде моего отца.

– Не самый худший вариант.

– Но и не лучший.

– Что ж, постараюсь найти альтернативу.

Дэн ушел, Маркус продолжал смотреть на Селию. Между ними искра? Что за бред!