Вы здесь

Замок поникших роз. Роман. Глава 4 (Екатерина Тюшина)

Глава 4

Но сюрпризы на этом не кончились. Едва мы вошли в столовую, то первым кого я увидела, опять оказался этот незнакомец. Он сидел за столиком в середине зала в компании крупной блондинки и тучного мальчика-подростка. И в том, что это были его жена и сын, сомнений не было никаких. Расположившись по-хозяйски за столом, блондинка с аппетитом уплетала содержимое своей тарелки, изредка бросая какие-то реплики в сторону мужа. Я с тоской окинула большое помещение, где разместился блок питания, мечтая оказаться подальше от этой семейки. К моему облегчению, свободный столик нашелся в другом конце зала, и я чуть ли не бегом направилась к нему. А, заняв столик, отправились к стойкам, на которых стояли подносы с готовой едой. Салаты и овощи радовали глаз своим разнообразием. Кроме нарезанных свежих огурцов, помидоров и других овощей, на отдельных блюдах горкой лежали черные маслины и зеленые оливки. На второе, по желанию, можно было взять мясо или рыбу. В качестве гарнира предлагались жареный картофель, бобы, рис. Десерт был представлен великолепно оформленными тортами и бисквитами. А любителей фруктов ждали яблоки, груши, виноград, апельсины, арбузы, финики. Из напитков присутствовали: чай, кофе, молоко, соки, минеральная вода и фруктовые напитки. И хотя мы недавно перекусили, и есть почти не хотелось, но такое изобилие еды не позволяло оставаться к ней равнодушным, поэтому пришлось предаться чревоугодию. Мы с Натальей налегали, в основном, на салаты и фрукты. А вот дети, похоже, вознамерились попробовать все, что здесь предлагалось.

– Мама, положи мне это и это, и это! – с горящими глазами тыкал Димка в каждое блюдо пальцем, а Ксюха, как попугай, вторила ему.

Пришлось понемногу положить на их тарелки все, на что падал их взгляд. А когда вся еда была перепробована, то Димка отвалился на спинку стула, с сожалением посмотрел на нетронутую тарелку с фруктами и, взявшись за свой живот, беспомощно пролепетал:

– Я сейчас лопну!

На что Наталья безжалостно пробурчала:

– Вот и останешься без десерта, не будешь в следующий раз так жадничать.

Я посмотрела на дочь, которая хоть и молчала, но по ее виду было видно, что и она переела.

– Ладно, – пришла я им на помощь. – Фрукты сейчас есть не будем, возьмем их с собой, съедите перед сном, согласны?

Дети радостно закивали головами. Сложив яблоки и апельсины в пакетик, я решительно поднялась из-за стола и распорядилась:

– Ну, а сейчас, чтобы не растерять съеденную пищу, медленными шагами будем продвигаться к выходу.

С этими словами я схватила отяжелевшую Ксюху подмышки, подняла ее со стула и, взяв за руку, поволокла за собой. То же самое проделала и Наталья со своим сыном.

К нашему удивлению, весь берег пляжа, куда мы пришли после ужина, был занят лодками, прикрепленными цепями к стальным столбикам. Ими был заполнен почти весь берег; оставался только небольшой участок суши у самой воды. Мы с изумлением уставились на этот своеобразный причал.

– Ух, ты, сколько лодок! – восторженно закричал Димка, вытянув вперед ручонку и, повернувшись к матери, поинтересовался. – А откуда они здесь появились?

– Ну…, – протянула Наталья. – Я думаю, что днем на лодках туристы прогуливаются по морю, а на ночь их вытаскивают на берег, чтобы и они могли тоже отдохнуть.

Я окинула взглядом усыпанный лодками берег и проговорила:

– Но это даже и к лучшему. Купаться все равно вечером запрещено, да и день был насыщенным, все устали, поэтому просто посидим у моря и понаблюдаем за заходом солнца.

С этими словами я подошла к одной из лодок и уселась на ее бортик. Наталья с Клавдией Матвеевной последовали моему примеру. А Димка с Ксюхой забрались внутрь и расположились, словно ласточки на проводах, на узкой скамеечке. В наступившем молчании, все повернули головы в направлении, где небо сходилось с морем, и приготовились любоваться великолепным зрелищем – закатом. И хотя еще было светло, но мы знали: на юге темнеет рано; здесь не бывает долгих сумерек, переход от дня к ночи происходит мгновенно, вот только что светило солнце, а вот уже, словно кто-то накрывает все кругом темным покрывалом, становится темно. И действительно: не успели мы расположиться, как огромный солнечный диск, словно кто-то его подталкивал сверху, стремительно покатился к горизонту. Небо окрасилось в переливающиеся багрово-фиолетовые тона, а на воде появились цветные блики, от которых морской пейзаж приобрел совершенно неземной вид. Даже не верилось, что эта картина была сотворена самой природой, а не воспаленной фантазией какого-нибудь художника, в сердцах разбросавшего на холсте необыкновенные краски. Но долго полюбоваться этой красотой нам не пришлось. Задержавшись ненадолго у кромки горизонта, солнечный диск внезапно рухнул вниз, оставив после себя лишь слабый сумеречный свет, который также вскоре исчез, и окружающее пространство погрузилось в непроницаемую тьму. Оглушенные увиденной красотой, мы продолжали смотреть на горизонт, еще не веря, что все кончилось.

Вместе с ушедшим солнцем мгновенно отступила и жара. Было приятно сидеть и наслаждаться прохладным морским воздухом и запахом водорослей. Дети, конечно же, не выдержали долгого сиденья и вскоре уже бегали друг за другом по прохладному песку. Мы же в молчаливом благоговении наблюдали за неутомимой работой морских волн, набегающих с тихим шелестом на берег. Наигравшись, уставшие дети вернулись к лодкам, и вновь расселись по своим местам. Я посмотрела на утихомирившегося Димку и заметила, что тот не переставая, зевает. Оглянулась на дочь, приникшую к бабушке, и поняла: девочка тоже отчаянно борется со сном.

– Детям пора спать, – нарушила тишину Клавдия Матвеевна и, повернувшись ко мне, добавила. – Если хотите, можете еще посидеть тут, а мы пойдем. – Она поднялась и, взяв за руки полусонных детей, направилась с ними к лестнице, ведущей к отелю.

Но мы с Натальей полюбовались морским пейзажем совсем недолго: давали о себе знать разница во времени и усталость от длинной дороги. Кроме того впереди нас ждали еще и интересные путешествия по Испании, а для этого необходимо было запастись новыми силами.


Проснулась я рано. Немного полежав, встала, накинула на себя легкий халатик, вышла на балкон и в восхищении замерла. Длинные солнечные лучи, пронизывая листья деревьев, верхушки которых находились на уровне нашего этажа, купались в голубой воде бассейна. Я посмотрела вдаль, где в серебристой дымке раскинулась бесконечная переливающаяся морская гладь, манящая окунуться в свои прохладные глубины и меня тут же потянуло к морю. Быстро умывшись и, облачившись в купальник и сарафан, я с полотенцем в руках, осторожно вышла из комнаты. В коридоре было пусто. Подойдя к двери номера, где разместилась Наталья с сыном, я подняла руку, чтобы постучать, но она так и осталась висеть в воздухе. В самый последний момент я передумала, решив, что, стук может разбудить Димку, да и сама Наталья наверняка еще спит.

Минуя лифт, направилась к лестнице и, сбегая вприпрыжку по ступенькам вниз, незаметно для себя стала напевать песенку из далекого детства: «Я иду и пою, тишина вокруг, воробьи-крикуны, приумолкли вдруг, солнце свесило лучи прямо надо мной, и доверило ключи – день открыть собой! Иду я к солнцу, цветет земля, счастливей нету, вокруг меня!».

Этот нехитрый мотивчик наполнил меня необыкновенным чувством радости. И я действительно ощущала себя настолько счастливой, насколько это было возможно в тот момент. Мне казалось, что никто и ничто не должно было омрачить это ощущение.

Хорошее настроение не покинуло меня и тогда, когда я добежала до пустынного пляжа. В какой-то степени я даже обрадовалась, что любителей раннего купания, кроме меня никого и не оказалось. Море встретило меня небольшими волнами, которые лениво набегали на берег и медленно откатывались назад, оставляя после себя следы морской пены. Едва я подошла к воде, как очередная набежавшая волна тут же облепила мои босые ноги. Несколько секунд я наслаждалась этой игрой, затем зашла в воду, постояла немного, привыкая к прохладе, окунулась и поплыла. Будучи студенткой, я занималась плаванием, поэтому быстро набрала скорость и в считанные секунды оказалась далеко от берега. Доплыв до буйков, я перевернулась на спину, раскинула руки и, покачиваясь на легких волнах, устремила свой блаженный взор в прозрачное голубое небо. Некоторое время мой покой ничем не нарушался. Но вскоре плеск воды, раздавшийся неподалеку, заставил меня сменить позу. Я опустила руки в воду и, перебирая ими по-собачьи, повернула голову в ту сторону, откуда донесся подозрительный звук. Приглушенный стон сорвался с моих уст. В мою сторону плыл мужчина. И ничего, если бы это был просто какой-то незнакомый мне мужчина! Но это был тот самый человек, с которым я столкнулась в магазинчике у стенда с интимными сувенирами. Вот уж кого я меньше всего хотела бы сейчас видеть, так это – его. Мое хорошее настроение улетучилось с такой молниеносной скоростью, словно в сознания отключили специальный блок питания.

– Доброе утро, морская сирена! – донесся до меня жизнерадостный голос пловца, рассекающего мощными бросками морскую гладь и неуклонно приближающегося к месту моего уединения.

«Было добрым, пока ты не появился!» – хотелось мне сказать, но я понимала, что делать этого, ни в коем случае нельзя. Оказаться рядом с незнакомым мужчиной в любом месте не очень комфортно, а уж тем более сейчас, когда мы были далеко от берега, окруженные лишь водой…

«Что ж хорошая детективная завязка, – внезапно вспыхнуло в моем мозгу. – Сегодня утром, купаясь в море, русская туристка не справилась с волнами и утонула. Свидетелем ее смерти оказался мужчина, который пришел в это утро на пляж, чтобы искупаться. Он увидел тонущую женщину, бросился ей на помощь, но спасти не успел. Когда он доплыл до места, где еще недавно виднелась женская головка, то там уже никого не было, морская пучина поглотила неизвестную купальщицу».

На этом я вынуждена была приостановить свою буйную фантазию. Пловец уже был рядом со мной и, конечно же, ждал ответа на свое приветствие.

– И вам здрасте…! – не скрывая своего недовольства, пробубнила я.

– Не боитесь так далеко одна заплывать? – посыпал он соль на мои мрачные мысли.

– А кого здесь бояться? – как можно храбрее ответила я и, подняв руку, обвела ею пустое водное пространство, затем оглянулась на непрошеного соседа, и добавила с ехидцей. – Если только, вас!

– Меня-то вам, как раз и не надо бояться! – оскалил он свой рот в улыбке. – Я обычно понравившихся мне женщин не топлю.

– И на этом спасибо!

Мужчина сделал круг вокруг меня, подплыл вплотную к моему лицу, улыбнулся и непринужденно продолжил разговор, как будто мы с ним находились не в море, где под ногами находилась многометровая толща воды, а сидели где-нибудь в сквере, на лавочке.

– Кстати, вчера мы с вами не успели познакомиться. Меня зовут Александр, а вас?

«Ну, вот еще один Александр!» – невольно поморщилась я. И на это были свои причины. Так уж получилось, что именно с мужчинами, носящими это имя, у меня почему-то, не складывались отношения. Объяснить такой феномен я себе не могла. Как и не могла понять, почему так часто, независимо от моды на имена, в нашей стране называют мальчиков Александрами. И даже однажды, услышав в очередной раз это имя, не выдержала и поинтересовалась у одной из мамаш, почему она назвала сына Сашей? На что раздраженная женщина бросила мне с упреком: – «Да, потому что многих великих людей, таких, например, как Македонский – звали Александрами!». Ее ответ вызвал у меня недоумение. Похоже, люди серьезно считают, что та слава, которая была у великого полководца, заключалась именно в его имени! И если он смог многого достичь за свою короткую жизнь, то и их чадам уготовано такое же величие, забывая при этом прописные истины, что каждый проживает свою жизнь, независимо от того, какое имя носит. Да и сам Александр Македонский, по моему мнению, совсем не являлся образцом для подражания. Лично я его деяния вообще не считала великими! Да и в чем заключалось его величие? В том, что он завоевал много стран и народов? Дошел со своими войсками до самой Индии? Создал Великую Империю? Но только кому нужна Империя, построенная на горе и страданиях, которые он принес на завоеванные земли. Армия Македонского уничтожила столько людей, замечательных дворцов и памятников истории, что вся его слава меркнет перед этим вселенским злом. Да и тот образ жизни, который вел полководец и его воины, совсем не являлся образцом для подражания. Нет! Александр Македонский был далеко не безупречен, впрочем, как и все великие!!! Поэтому глупо брать за образец их жизнь, ибо жизнь каждого отдельного человека по-своему неповторима, как неповторимы отпечатки пальцев.

Я встряхнула головой, отгоняя так некстати пришедшие мысли, да и пауза уже затягивалась, поэтому назвала себя:

– А меня зовут Анна… – и, помедлив, добавила – Михайловна.

– Очень рад нашему знакомству, Анна Михайловна!

Но поскольку я совсем не разделяла его радости, то и продолжать бессмысленную беседу не собиралась. Мне вообще вся эта ситуация очень и очень не нравилась.

– Мне пора возвращаться! – изрекла я банальную фразу, развернулась и поплыла к берегу.

– Подождите, не уплывайте! – попытался остановить меня Александр.

Но я продолжала грести руками, игнорируя его просьбу.

– Куда, вы так торопитесь? – вопрошал он, не отставая от меня.

Игнорируя призывы мужчины, я, доплыв до берега, выскочила из воды, схватила полотенце с сарафаном и, словно за мной гналась свора гончих псов, пулей понеслась к отелю. Спиной я чувствовала, что вышедший следом за мной из воды, Александр стоит и явно с недоумением, смотрит мне вслед. Мне очень хотелось оглянуться и как в детстве показать ему язык. Но, понимая, насколько нелепо я буду при этом выглядеть, не стала этого делать.