Вы здесь

Завтра будет новый мир. Книга 1. Черный. Алия. Ферда (Ирина Шишкина)

Алия

Ферда

Пани мечтала только об одном – чтобы муж был рядом. Упрямый, глупый, рыжий и родной. У нее было плохое предчувствие. Изнутри съедало ощущение, что они больше не увидятся.

– Тан! Мальчик мой, идем в дом. Намокнешь.

Начинался дождь. С каждой секундой он становился все сильнее и сильнее, будто он хочет намочить всю Землю. Холодно и мерзко. Хоть и очень красиво. Вода в любом виде прекрасна.

В доме тепло. Маленький Тан заползал в дом с острым чувством голода. Внутренние часы напоминали о том, что обед только через час. Ферум рассматривал оригинальный овощ – огунан. Пупырчатый желтый снаружи, внутри невкусная светлая мякоть. Но польза была в ее лечебных и косметических свойствах. Рядом сидящий Горор находил в этом чуде природы совершенно другой смысл, и, ухмыляясь своему пошлому интеллекту, не забывал возбуждаться. Адис помогала бабушке наконец сесть в кресло перед телевизором, а Гритэ с маленьким Форстом на руках смотрела в окно. Она ждала мужа. Ждала мужа с работы. Сзади тихонько подошла Пани и обняла девушку. Пани ждала сына. Ждала сына с работы.

Дождь набирал обороты. Кроме него сейчас не было ничего. Только дождь. Тяжелый. Быстрый. Прочный. Казалось, ничто не пробьет эту стену, ничто не заглушит шум падающей воды.

– Жаль, что дождь… не получится сжечь город. – С нескрываемым прискорбием заявил Дарэй на въезде в Ферду. – Придется вырезать.

На черном коне возвышался руар. Он уже готов. Этого момента он ждал достаточно долго, чтобы развернуться и уехать, только потому, что этот долбанный дождь решил излиться именно сегодня. В предвкушении победы улыбка не сползала со шрамированного лица воина. Достав сигарету, подкурив ее и выругавшись на затушивший ее дождь, руар развернулся к своей армии.

– Ну что, повеселимся? Это лучше любой наркоты.

И они вошли в город.

Взрывались все здания на пути, мечами срубались головы, а в качестве отдыха руары слезали с коней и медленно, с чувством казнили алийцев банальным расчленением. Дарэй не тратил силы на такие мелочи. У него другая миссия. Его ждет сам правитель Алии. Маленький, рыженький, плюгавенький Тино. Как он может быть правителем? И что в этих мужчинах находят женщины? Хотя, конечно, Тино не ждет. Он даже не подозревает, что сегодня придется стать перед выбором. И сделать его. Хочется посмотреть в его лицо. Может трахнуть его дочь?

Дарэй и еще три сильных и воинственных руара следовали по темной узкой тропинке через центр города. Именно в конце этой незамысловатой дорожки располагалась вилла Тино. Такая же небольшая и из рыжего кирпича. За спиной слышались только крики и взрывы. Дождь шел все сильнее, но смывал кровь только с рук руаров. Он не мешал. Не мешал осознанно. Потому что тоже боялся.

Пани уже знала, что происходит. Схватив маленького Тана под мышку, в слезах, громко, истерично и даже грубо приказала семейству спрятаться в погребе. Она знает, что это не спасет. Но надежда оставалась, умирала, но держалась. Почему все сегодня дома? Все, кроме мужа. Может он хотя бы останется в живых. Звук взрывающихся домов, машин, крики умирающих мужчин и детей и вой женщин мешал трезво соображать. Треск. Взрыв. Это была мельница. Маленькая, всегда украшала двор семейства Доло. Дверь открылась. Не успев всех запихнуть в погреб, Пани почувствовала, что ее схватили за волосы. Она так сильно прижала Тана к груди, что руки посинели, но уже не разжимались. Высокий и угрюмый руар схватил ее, маленькую, за талию, встряхнув пару раз, выдернув ребенка, перекинул через плечо и привязал к двери машины.

Возбуждение делало его неуравновешенным и нервным. Кричащую и пищащую старуху мать надо вырубить. Окончательно справившись с узлами Пани, он направился в дом. Нет. Так не дело. Пусть мать увидит все. Он же не изверг – матери надобно знать, что происходит с ее семейством. В конце концов, она не будет мучиться в догадках. Не без помощи еще двоих руаров, молча, вывел во двор детей и Параску. Ферум, Горор, Флор были под дулом и молчали. Куда им? Без оружия, и достают по росту до пупка? Только слезы. Тихие. Параска продолжала причитать и, не закончив душевную песнь, получила пулю в голову. У Пани похолодели руки. Она закрыла глаза.

Тан начал плакать. Громко плакать. Противно плакать. Пани молилась, чтобы он замолчал. И он замолчал. Казалось, пуля была больше его самого в несколько раз, потому что от него практически ничего не осталось. Пани снова закрыла глаза. Остальное видеть она не могла. Она уже умерла. В любом случае. Она хотела оглохнуть. Рев восторгающихся руаров, крики родных детей. Черные чудовища развлекали свои глаза. Они медленно отрезали сначала руки, потом ноги. Больше всего они ржали, выпуская кишки. А дождь продолжал лить. Он прятал слезы Пани, а ей хотелось умереть. А потом ей ничего не хотелось. Просто поспать. Устала.

– Давай ее в машину к остальным. Осталась дочь Тино и думаю, достаточно. За Дарэем!

Пани почувствовала, как кто-то схватил ее под локоть, бросили скорее всего в грузовой отсек машины, она больно ударилась коленкой, коленка выла сильной тупой болью, но эта боль была какой-то слишком простой и маленькой. Атмосфера была неуклюжей, необычной и мокрой. Наверное, так всегда во время дождя. Она уже не слышала ни взрывов, ни криков, только легкий плач и то, непонятно, это она или алийки вокруг нее.

Дарэй устал от дороги. Уже хотелось побыстрей закончить и приступить к Временной. Его всегда мучил вопрос, почему правитель Алии не в Пагариле, по сути столице, а в небольшом городке? Может он так прятался?

– Не получится. – Ухмыльнулся Дарэй. В его голове проскальзывали только одни мысли – он оказался лучше Фелазара, да и Терилл не радует отца. Он один, Дарэй, только он предан и беспрекословно выполняет все, что нужно для процветания земель. Его земель. И Эфиланрей это понимает, он ценит это. И престол передаст ему, Дарэю. Осталось совсем немного. Осталось еще пару битв и война будет выиграна. И именно он будет победителем.

Высокие ворота подавали знак – вилла Тино совсем близко. Первые ворота строились специально для гостей. Но были они слишком хиленькие, что говорило о том, что для гостей только ожидаемых.

– К Тино приехали гости! По политическому вопросу! Открывай ворота!

Скорее всего Тино уже знает, что происходит в его городе. И догадывается, что то же самое происходит по всей его стране, поскольку армии Эфиланрея ничего не делают постепенно – только все и сразу. Дарэй представлял в своем мозгу картину, как маленькое рыжее создание сидит на полу, прижав нежно к себе коленки, тихо плачет, от того, что не может справиться с такой ответственной задачей как управление страной. О того, что не может защитить таких же маленьких и рыжих. Руару его стало даже жалко на секунду, и он понял, что совершает благородное дело – он избавляет от мучительной ответственности и храбро готов взять ее на себя.

Дарэй и два руара на лошадях были во главе табуна гостей. Позади три машины, одна из которых недавно присоединилась к шествию, грузовая. Грузом была добыча. Живая и плачущая. Лица воинов больше подходили к ситуации на отдыхе или в казино, однако именно так они убивали. Ворота открылись незамедлительно. Либо Тино испугался, либо умный и понял, что ему поставлен шах и мат. Алийцы на въезде не смотрели в глаза гостям. Только острое чутье руаров подсказывало, что отважная охрана плачет. Рэдэйр, правая рука Дарэя, не задумываясь снес голову ближайшему к себе алийцу, посмеявшись над тем, что кончики косичек так и остались лежать на плечах, ведь тельце такое круглое, что даже не падает без головы.

Спустившись на землю, Дарэй поспешил вперед – внутрь. Ему не терпелось уехать победителем. На входе пришлось немного нагнуться. Проемы были предусмотрены для гостей других земель, однако все равно малы для руара. Видимо, как раз гостей из Сан-Альбера здесь никто никогда и не ждал.

– Добрый вечер, Тино.

– Подонки. Я знал, что совсем скоро вы доберетесь и до меня. Надеюсь это не просто резня. И ты пришел с каким-то предложением.

– Предложением? – Дарэй залился громким и не совсем приятным смехом. – Каким к черту предложением? Ты в своем уме, старый маленький гном? Я пришел поставить тебя перед фактом, и даже возможно предоставить право выбора для смягчающих обстоятельств дальнейшей судьбы твоего народа. Давай без лишних слов. У тебя осталось не так много алийцев. Начнешь биться – вырежем всех. Отдашься добровольно в наши справедливые руки – кто жив – останется жив, ты останешься на своем месте, страстно подчиняясь приказам Великого Эфиланрея и воюя за него, а проемы в твоих дверях придется увеличить. Либо если ни один из вариантов тебя не устраивает – готов сделать тебе одолжение и убить тебя. Что скажешь?

Тино молчал. Он не думал. Он уже решил. Просто молчал. И Дарэй молчал. Ему было что сказать. Уже он знал, что дочь Тино в машине, со всеми красавицами алийками. В ближайшее будущее они предназначены для ублажения уставших воинов. Но он не скажет. Пока не скажет. Иначе этот маленький трус взъерепенится, и все это действие затянется до утра. Нет. Дарэй тем более уже устал. Он хочет выпить и дочь-алийку. Собственно это одно из того, ради чего он сюда ехал. Она ведь объективно была ничего как для рыжих. Немного выше. Скорее всего, кто-то из семейства подгулял с людьми. Эта безумная копна рыжих волос! Непроизвольно Дарэй сжал руку в кулак, представляя, что в этой руке ее волосы.

– Не томи, Тино. Всем и так известно, что ты решил. Я прав?

Алиец все еще молчал. Чем злил руара. Дарэй понимал, что нарушает правила. Но какие уже к черту правила? Этот кинжал ему выковал друг в честь тысячного убитого. И этим кинжалом он еще не убивал. Правитель Алии достоин этой чести.

– Спокойной ночи, Тино.

Только хруст от проломлено черепа и хрип из горла от пузырьков крови. Охрана была вырезана еще на въезде. Тино знал, чем все закончится. Отдать народ в рабство по собственному желанию не мог, поэтому выбрал самый легкий путь – умереть. Не так. Быть убитым. По крайней мере, он себя оправдал. А Дарэй в очередной раз удивился своей доброте и благородству.

Теперь это его земля. Он уверен, что Эфиланрей в качестве награды за все его старания, отдаст правление землей именно ему, ведь король так любит его. Он наладит здесь торговлю и усилит работы по добыванию драгоценных и просто полезных и дорогих металлов и камней. Но жить он будет в Пагариле. И то – появляться будет редко, потому что все равно будет продолжать помогать своему любимому королю в осуществлении плана всеземельного правления. Это ж теперь надо выбрать правую руку? Где же найти такого же умного и смелого? Благородного?

Осталось сделать один звонок в замок Даркэль. Это сладкая минута, которую Дарэю захотелось еще немного оттянуть.

– Остался еще какой-нибудь отель?

– Дарэй, в этом городе не осталось ничего…

– Тогда ночуем здесь. Если остался повар – пусть приготовит нам ужин, если нет, Рэдэйр, займись этим вопросом. Я буду где-нибудь наверху, где кровать побольше. Приведите ко мне это милое алийское создание. Она сегодня столько пережила. Пусть и ей счастье будет. Хоть и ненадолго. И уберите, черт возьми, Тино! Мне кажется, что он все еще считает себя правителем!